Я так и знала... Плюс один

С тех пор, как я очнулась в больнице после анафилактической комы, прошел почти год. Точнее одиннадцать месяцев. Еще точнее триста тридцать два дня. Жизнь шла свои чередом, Вадик по-прежнему находился в активном поиске второй половины, а я все так же смотрела и читала Ван Пис, не переносила алкоголь и продолжала страдать от своей любви. Кому скажи – в лучшем случае оборжут, а ведь могут и скорую психиатрическую помощь вызвать. Где это видано, любить нарисованного персонажа! Но я-то помню его, их всех. И все равно не верю, что это был сон, глюк или что-то подобное. Мне до сих пор кажется, что это моя нынешняя жизнь – всего лишь затянувшееся сновидение, и однажды я проснусь. Проснусь там, на зеленой палубе Санни или в стерильной операционной Ло. Не сказать, чтобы Вадик разделял мое увлечение, однако будучи самым лучшим на свете другом, он не поленился специально для меня разыскать и тесно подружиться с группой косплееров и теперь периодически вытаскивал меня на различные фестивали и флешмобы. В отличие от него моя неспособность заводить друзей нисколько не ослабла, а, учитывая специфику увлечений, скорее усилилась. И потому я была безумно ему благодарна за то, что не махнул на меня рукой, как это сделали остальные знакомые и даже мои родители, что давно укатили работать куда-то, ни разу не появившись за последние пару лет, и напоминают о своем существовании исключительно СМС-ками из банка о пополнении счета и короткими ничего не значащими фразами. Так что работа как таковая в качестве источника дохода нужна мне не была, но после того, как я окончательно очнулась от своей депрессии, то была насильно выпнута Вадиком на поиски хоть какого-то занятия вне дома. Устроившись в маленький цветочный магазинчик недалеко от дома, я была удостоена одобрительного похлопывания по плечу, поцелуя в щечку и большого торта. В общем, жизнь размеренно ползла в установленных обществом рамках нормальности. Но, черт возьми, как же меня тошнит от этой «нормальности»! Как хочется вернуться туда, где перед тобой простирается бескрайний океан, где попутный ветер наполняет паруса, а вокруг носится самая безумная, но такая родная пиратская команда. Как я скучаю по ним! Порой даже плачу в подушку, но я ничего изменить не в силах. Остается лишь заново перечитывать мангу да пересматривать аниме, подолгу зависая на моментах с Ним. Я давно перестала считать, сколько времени прошло для них, но так хочется узнать, как они там? – Хватит пускать слюни! – по голове прилетело меховым тапком. – Опять весь экран заляпала! – И тебе привет, Вадик! – недовольно отозвалась я, с трудом отводя взгляд от монитора, на котором застыл мой несравненный принц в одном небольшом полотенце. – Я же тебе не мешаю Плейбой разглядывать, вот и ты мне не мешай, – я поднялась из-за стола и потащилась на кухню. – Ты меня кормить будешь? – Вот ты наглая! – его рыжеватая макушка показалась над дверцей холодильника, в котором он на тот момент рылся. – Это я, между прочим, с работы пришел, и это ты должна меня кормить, – попытался возмутиться он, однако вовремя вспомнил, что готовлю я очень сильно на любителя, и сам он этим любителем не является от слова совсем. – Ладно, – смирился он со своей участью, – я приготовлю что-нибудь, а ты тогда вали собирать вещи, поскольку мы завтра едем в гости за город на все выходные. – А че сразу угрозы? – не люблю я такие мероприятия, обязательно пить будут, а ведь моя аллергия никуда не делась. – Без меня никак? – простонала я скорее для проформы, ибо надеяться сострадание со стороны Вадика было бы верхом наивности. – Ну, ты же не хочешь пропустить вечеринку, посвященную твоим любимым… – он нахмурился, вспоминая, – му… му… мугиварам! – Вадик хитро посмотрел на меня. – Мы приглашены в качестве почетных гостей, – усмехнулся он, заметив, что я зависла при их упоминании. – А ребята даже будут в костюмах. Да, это, пожалуй, один из немногих способов оторвать меня от компа. Ну, почти оторвать, планшет я всегда таскаю с собой. И я бросилась собираться. Кстати, Вадик живет у меня в квартире уже лет пять, поскольку мне одной в четырехкомнатных хоромах было не очень-то уютно, да и в институт нам было по пути, к тому же двое младших братьев-близнецов уроки делать не давали совершенно. С момента их рождения Вадик и так зависал у меня целыми сутками, просто теперь у него были свои ключи. Между прочим, он оказался бесценным приобретением в бытовом плане. Нет, забивать гвозди и собирать шкафы к нам приходил дядя Вова, папа Вадика, а мама Ира, в честь которой меня собственно Ирой и назвали, постоянно подкармливала двух вечно голодных и очень стройных студентов. Мой лучший друг взял на себя все заботы по оплате квартиры, интернета, телефона, института, в смысле он заполнял квитанции и ходил во все эти нервовыматывющие заведения, а еще он меня кормил. Конечно, до самого лучшего кока Гранд Лайн он не дотягивал, но готовил на уровне очень приличного кафе, сказывалась суровая школы тети Иры. Я вот, например, не осилила. И как бы это не смотрелось со стороны, никакого намека на романтические чувства между нами никогда не наблюдалось, особенно если учесть, что в детстве нам нередко приходилось вместе мыться и в бане на даче, и в ванной. Единственный раз, когда что-то могло бы быть, случился еще до его переезда ко мне. Нам было лет пятнадцать, если не меньше, и мы захотели на практике узнать, что такое секс. Сначала решили поцеловаться, потом долго отплевывались и в итоге пришли к выводу, что без поцелуев можно и обойтись. Разделись, посмотрели друг на друга, поржали, оделись и больше о подобном не помышляли. Правда, порой вспоминаем эту историю и снова ухахатываемся, особенно в хорошо знакомых компаниях. Наша байка всегда идет на ура. Но что-то я отвлеклась. Когда Вадик позвал меня ужинать, вещи, – и мои, и его, – уже были аккуратно упакованы в две спортивные сумки, которые теперь мирно ждали нас в прихожей. После приключений в сказочном мире мечты и особенно после похищения на Тортуге я стала очень серьезно подходить к любым сборам, и потому даже в поездку на два дня на дачу я была укомплектована аптечкой первой помощи, фонариком с запасом батареек, хорошим многофункциональным перочинным ножом, упаковкой – не коробком! – спичек в непромокаемом пакете, мотком бельевой веревки, ну и, конечно, пистолетом для инъекций и десятком шприцов, а еще несколькими упаковками таблеток и ампул с антигистаминными препаратами и обезболивающим. Как показывает печальный опыт, лучше перебдеть. Ужин и последующий вечер прошли без происшествий, так что спать мы легли рано, и в семь утра, уже почти не зевая, закидывали сумки в багажник такси. Рюкзачок с SOS-комплектом я никогда не выпускаю из рук, так что он устроился у меня на коленях, а Вадик, нацепив на нос солнечные очки, уселся рядом со мной на заднем сидении. – Куда путь держим? – поинтересовалась я, когда мы мирно устроились в пригородной электричке. Несмотря на выходной, народу было не особенно много, так что даже оставались свободные места. – На дачу к Максу, – ответил мой вечный товарищ, отчаянно зевая. – Это который кто? – к стыду своему я так и не запомнила имена друзей Вадика и различаю их только по прозвищам да персонажам, которых они косплеят. – Это который Доктор, – пояснил он. – А, – типа вспомнила я, – Ло? – Не-а, – усмехнулся Вадик, бросив короткий взгляд на меня. Начиналась его любимая игра – угадайка. – Не Ло. – Зоро? – сделала я еще одну попытку. – И не Зоро, – он улыбнулся еще шире, явно предвкушая веселье. – Луффи? – сделала я неожиданный ход. – Не-е-е, – садистски протянул мой, похоже, уже бывший лучший друг. – Нами? – окончательно сдулась я. – Я предложу ему этот вариант, – засмеялся Вадик. – Сдаешься? – Мугивары не сдаются, – я возразила скорее по привычке. – Эйс? – неожиданно осенило меня. – Эйса косплеит Эдик, который Дэн, – просветил он меня, но мне имя Эдик ни о чем не говорило, равно как и прозвище Дэн. – Который тебе тогда водки плеснул. – А-а-а, – протянула я. – Так он тоже будет? – я довольно потирала руки, похоже, намечается веселуха. – О! А Санчес тоже? – Нет, – Вадик сполз по сидению, устроив голову на спинке. – Его подружка не пустила, она его к тебе ревнует, – он душераздирающе зевнул. В этот момент электричку сильно тряхнуло, что мы с удивленно-испуганными воплями повалились на пол. Отовсюду слышались недоуменные возгласы, многие бросились к окнам. Мы подняться не успели, потому что электричку снова тряхнуло от сильного удара, а вагон опрокинуло на бок и с зубодробительным скрежетом резко развернуло вбок. Лампочки замигали и погасли. Стало жутко. Сразу на память пришли все когда-либо виденные фильмы-катастрофы. Меня накрыло почти забытое чувство паники: я оказалась в самом низу, заваленная сумками и пакетами, к тому же придавленная сломанными сиденьями и вывороченной стенкой вагона. И ни хрена мой SOS-рюкзак в такой ситуации не поможет. Я судорожно вдохнула наполненный пылью и какими-то резкими запахами воздух в попытке хоть немного успокоиться. – Ирка, ты как? – послышался слабый голос Вадика. – Не очень, – простонала я. От звуков родного голоса внутри разливалось тепло, и стало на удивление спокойно. – Ноги вообще не чувствую. А ты? – А мне всю правую половину придавило, – нервно усмехнулся он в ответ. – Отлично повеселились. – Ага, – сдавленно хихикнула я. – Ты где там? – я пошарила руками вокруг, поскольку ни повернуться, ни тем более сдвинуться не представлялось возможным. – Тут я, – мою руку сжали холодные пальцы. – Как думаешь, нас быстро достанут? – Ну, не раньше чем через час, сюда же еще добраться надо, – Вадик говорил тихо, с паузами. – Но, похоже, будет уже поздно. – Чего так? – вскинулась я и с громким стоном вернулась в исходное положение. – Ты запах газа не чувствуешь что ли? – устало спросил он, чуть сжав мои пальцы. – У нас просто нет этого часа. Или задохнемся, или какой-нибудь особо одаренный покурить решит. Так что наслаждаемся последними мгновениями жизни. – И это я – оптимист, – ворчливо отозвалась я. Мы затихли, прислушиваясь. Где-то кричали о помощи, плакали, кто-то вообще песни пел. Было слышно, как снаружи те, кому повезло больше, истерично звонят в различные службы или родным, а кто-то пытается помочь выбраться оставшимся внутри. Вдруг кто-то отчаянно закричал: «НЕТ!!!», и стало нестерпимо жарко. – Вот одаренный и нашелся, – закашлялся Вадик, до боли сжимая мою руку. – Ирк, ты помнишь, что тогда пообещала? – Помню, – глухо отозвалась я, мне гореть было не привыкать. – Давай отправимся туда вместе! Ответ его заглушил взрыв, полностью стирая нас из этого мира, и наступила темнота.