Я так и знала... Плюс один

Приятный голос достиг моего затуманенного сознания: – …мой старик меня убьет… Сознание возвращалось медленно, урывками. Кожа горела и чесалась, в теле ощущался такой упадок сил, что на ум сразу пришли воспоминания о купании в морской воде, когда я еще была логией спирта. Захотелось рассмеяться, но выдавить удалось лишь сухой кашель. А еще ужасно хотелось пить. – Эй, ты живая, что ли? – вновь этот голос, да еще и такой удивленный. Я снова закашлялась, подавившись воздухом, когда на тело опустилась какая-то ткань, а потом меня аккуратно подняли на руки. Каждое прикосновение причиняло невыносимую боль. Я застонала и снова потеряла сознание. *** Когда я вновь открыла глаза, то чувствовала себя не в пример шикарнее, почти ничего не болело, чесалось, правда, по-прежнему, но и слабость, и сухость в горле стали заметно терпимее. Рядом слышалось потрескивание костра, ноздри щекотал восхитительный запах дыма и какой-то еды. Жрать захотелось просто невыносимо, и я попыталась подать голос. Но вышло только хриплое кряхтенье, на которое тут же среагировал мой спаситель. – Очнулась? Надо мной склонился самый красивый из когда-либо виденных мною людей, включая и мужчин, и женщин в обоих знакомых мне мирах. Я даже зависла от созерцания подобной красоты: ярко-синие глаза в обрамлении длинных темных ресниц, идеально очерченные губы, которых так и хочется коснуться, точеный овал лица в обрамлении темно-рыжих волос. Такое редкое сочетание волос и глаз мне раньше видеть не доводилось, только отдельно. И, словно доказательство его земного происхождения, его высокий лоб был перебинтован. А еще его лицо показалось мне удивительно знакомым, словно я знала его, но забыла. – Эй, – он помахал рукой перед моим лицом. – Надеюсь, что ты не альтернативно одаренная, как любит говорить Ри-тян. Хотя, – он окинул меня задумчивым взглядом, – вполне сойдешь для отмазки. С другой стороны, это будет даже забавнее, если ты еще и моему старикану понравишься. Я тут же развисла обратно. Все очарование как-то само собой спало, хотя парень в своей умопомрачительной красоте нисколько не потерял, но теперь он не казался мне таким уж привлекательным. И да, я точно не имела сомнительного счастья встречать его до этого момента. – О, судя по взгляду, ты меня прекрасно понимаешь, – усмехнулся он. – Вот и отлично. Возни меньше. Ну, и как тебя звать? – Я снова прохрипела что-то невразумительное. – Так ты немая? – с любопытством спросил он, склоняясь ниже. – Значит, никому не расскажешь, если мы немного пошалим? – его ладонь опустилась мне на бедро. Я, раздраженно цыкнув, оперлась локтями и резко подняла голову, целясь в идеальный нос, однако реакция у парня была не чета моей: он легко ушел от удара и рассмеялся: – А ты забавная! Ладно, я пошутил, – он поднялся, отряхнул штаны и отошел к костру, демонстративно сев ко мне спиной. Я, изобразив лицом, что конкретно о нем думаю, огляделась. Мы находились в неглубокой пещере, у входа в которую весело горел костерок. Я сидела на походном одеяле, тело мое было перебинтовано чуть меньше чем у мумии, но главным было то, что мое левое предплечье вместо привычной татуировки вновь охватывал мой любимый браслет. Неверяще я скользнула по завиткам пальцами и, нащупав кайросеки, разрыдалась. Я вернулась! Вернулась! Не знаю, что и как здесь с ними, но я вернулась! Вадик! Я еще раз огляделась, но кроме нас двоих здесь никого не было. Этот красавчик точно не может быть Вадиком. Я поднялась на ноги, придерживаясь за стенку. Плащ, которым я была прикрыта, упал на пол. Красавчик обернулся. – Эй! Куда собралась? – он оперативно подскочил ко мне, успев поймать, когда я, покачнувшись, едва не рухнула. – Слушай, не собираюсь я тебя насиловать, – воскликнул он, увидев мое заплаканное лицо и панику в глазах. – Я же сказал, что пошутил! Я же попыталась его оттолкнуть, но ноги только сильнее подкосились, и я буквально повисла на нем, силясь что-то сказать, но только хрипела и кашляла, показывая рукой в сторону выхода. – Эй, я понял, что тебе что-то там надо, так? – я кивнула, парень накинул мне на плечи упавший плащ, подхватил на руки и вынес наружу. – Это что-то важное? – я энергично закивала и, прищурившись от яркого солнца, оглядела округу. Никого не было видно. Я, враз обессилев, обмякла и прислонилась к нему. Я снова одна. Слезы покатились сами собой, а ведь я так радовалась, что вновь оказалась здесь. – Что, нету? – спросил красавчик, все также стоя на месте. Я всхлипнула. – Ну, если объяснишь, что ты ищешь, я попробую помочь. Эй, не надо на меня так смотреть, – усмехнулся он, когда я подняла на него полный надежды взгляд. – А то ведь я могу и чего-нибудь неприличного в награду попросить, – я улыбнулась, вытирая слезы. Не такая уж он и бяка, как хочет казаться. – Можешь сама стоять? – я кивнула. Парень бережно поставил меня на ноги, придерживая за плечи. А он высокий. Я ему едва до плеча достаю. Эх, почему все всегда выше меня, красивее, сисясьтее, счастливее, удачливее… Рука потянулась к голове и нащупала там короткий ежик. Видимо волосы сгорели еще в том мире. Я усмехнулась: теперь я еще и лысая. Пальцы вновь потянулись к браслету, как единственной неизменной вещи, что связывает меня с моим прошлым приключением. Как там мой принц? Счастлив? Помнится, я обещала Нами с того света вернуться и жизнь испоганить, если нет. Надо бы заглянуть к рыжей ведьме, напомнить. – Слушай, ты ведь сейчас о какой-то гадости подумала, да? – оторвал меня от построения планов голос красавчика. О, кое-что тоже не меняется. – Я Хейджи, – я кивнула в знак того, что поняла и запомнила. – Как тебя звать-то? Я посмотрела на него, как на идиота. Как, по его мнению, я должна это изобразить? – Да, глупость сморозил, – рассмеялся он. – Может, угадаю? – Я, усмехнувшись, покачала головой. – Писать умеешь? – я закатила глаза. – Давай, напиши свое имя, – протянул мне палку, еще не успевшую попасть в огонь. Ну, что я могу сказать? Не сложилось. Хейджи и так, и так силился прочесть три буквы отечественного алфавита, что я даже устала смеяться над предложенными вариантами. В конце концов, я вернулась в пещеру, бросив его разгадывать ребус. Отыскав какую-то миску и убедившись в ее чистоте, я сдвинула кайросеки на браслете, налила себе спирту – в любом случае мне ничего не сделается – и отхлебнула. Знакомый жар опалил горло, прокатился по пищеводу и ухнул в желудок. На несколько блаженных мгновений я ощутила себя пьяной в зюзю, но организм уже принялся за дело. – Это нереально! – шумно выдохнул Хейджи, присев у костра. – Ты можешь хотя бы намекнуть, что твое имя значит? Ну, или как-то по-другому объяснить. Я задумалась. В прошлое мое попадание Зоро сказал, что здесь мое имя значит «меч», а еще Луффи называл Катаной и Цуруги, кажется. Ну, и как я это ему объясню? Я окинула его взглядом – никакого оружия. Вообще. Ладно, попробую нарисовать, надеюсь, что руки у меня не совсем из задницы растут. Оказалось не совсем, но близко. Рисунок палкой на песке вышел средней паршивости, однако, то, что это клинок или что-то с лезвием понять было вполне реально. – О, это какой-то нож? Или меч? Или клинок? – я утвердительно покивала. – Хорошо, я попробую. Танкен? Танто? Тосин? Рито? Катана? Тодзин? Ридзин?* – Я скептически посмотрела на него, вообще на женские имена не похоже. Со вздохом сняла свой браслет и, раскрыв, тыкнула пальцем в лезвие. – Канкири? Усуба? Яйба?* – я заржала. – Месу?* – Я обреченно уронила голову, надо было по буквам подбирать, и то быстрее бы управились. Нарисовала рядом с мечом рыбу-меч и ткнула палкой в ее нос, может так лучше дойдет. – Мекадзики? Саканато?* – Все стало только хуже. Кажется, ножны по-японски будет сая, вот так и назовусь, это хотя бы на нормальное имя походит. Стираю предыдущие рисунки и старательно изображаю ножны, дополнительно показав еще и на браслете. Хейджи произносит: – Саяири?* Йес! Наконец-то, что-то похожее! Начинаю энергично кивать и показывать большие пальцы. – Так тебя зовут Сая? – радостно восклицает он, мотаю головой. – Саяири, что ли? – звучит с таким неподдельным удивлением, что моя ладонь впечатывается в лоб. – Ири? Аллилуйя! Облегченно выдыхаю с глубоким кивком. – Так ты Иририн? – Ну, пусть будет Иририн, я уже устала пантомиму изображать. – Звучит просто восхитительно мило. Приятно познакомиться, Иририн. А уж мне-то как приятно, словами не передать. Причем буквально. – Слушай, Иририн – Хейджи задумчиво разглядывал меня. – Ты очень напоминаешь мне одного человека, и меня мучает вопрос: почему? Может быть вы даже родственники? Я безразлично пожала плечами. Я знаю только о Коре, и мы с ней здесь точно родственники, но предполагать, что он имел в виду именно ее, глупо. Не настолько мы были похожи, чтобы впервые встретившись, с ходу увидеть наше сходство, даже если в порядке общего бреда допустить, что Хейджи с ней знаком. – Не хочешь пойти со мной? – я вопросительно подняла бровь. – Ну, во-первых, я покажу, кого ты мне напоминаешь, а во-вторых, я немного накосячил дома, и если заявлюсь один, да еще и побитый, то мой старик меня прибьет на месте. А если я скажу, что пострадал, когда спасал тебя, то про мой косяк могут даже не вспомнить, а если и вспомнят, то простят, – расплылся в довольной улыбке он. – Зато я честно обещаю помочь тебе найти то, что ты потеряла, к тому же отличная еда, крыша над головой и приличная одежда в качестве бонуса. Ну как? Боже! Да он же прирожденный торгаш! Я рассмеялась, очень уж он напоминал мне в этот момент одну такую же рыжую особу. Я кивнула. Этот вариант ничем не хуже любого другого, а у меня сейчас в активе только браслет да лысая макушка. – Отлично! – воодушевился Хейджи и стал оперативно собирать немногочисленный скарб. – Тут недалеко, мы даже до заката успеем. Вот, Иририн, держи, не будешь же ты в одном плаще разгуливать, – он протянул мне серый потрепанный комбинезон-спецовку и черную косынку с изображением классического Веселого Роджера. – Мне кажется, что тебе будет не очень приятно, если будут обсуждать твою прическу. Да мне плевать по большому счету, я и голышом разгуливать не стесняюсь, но за заботу спасибо. Я улыбнулась и оделась. Одежда болталась на мне как на вешалке, к тому же и рукава, и штанины пришлось подворачивать едва ли не вдвое, но зато теперь я походила на нормального человека. – Ну, что? Идем? – он протянул мне руку, помогая выбраться наружу, и мы потопали через небольшой лесок к дороге, ведущей в город. Правда, далеко не ушли, поскольку мои босые ноги скорость снижали весьма чувствительно, так что пришлось Хейджи брать меня на закорки и бодрым шагом топать по направлению к дому. По дороге мне даже провели краткую экскурсию по округе, просто называя встречающиеся по пути достопримечательности. Кстати никого Хейджи, несущий меня на спине, не удивил, с ним весело здоровались, шутили, строили глазки, интересовались делами его и его отца, отзываясь о том весьма уважительно. А сам он на это кисло улыбался и отвечал, что ничего этому старому извращенцу не сделается. Мне вообще показалось, что он отца не то, чтобы недолюбливает, а скорее отчаянно ему завидует. Хотя чему можно с такой внешностью завидовать, даже не представляю. Добрались мы до большого трехэтажного дома, на первом этаже которого располагался бар, довольно быстро. Хейджи занес меня внутрь и усадил за один из столиков, сказав, что ему нужно ненадолго отлучиться, а я пока могу оглядеться и что-нибудь себе заказать за его счет, он предупредит бармена. Так что осматривалась я уже в гордом одиночестве, ощущая на себе настороженные взгляды других посетителей, ибо видок у меня был еще тот: мало того, что в этой спецовке я выглядела как мальчик-подросток лет шестнадцати, так еще замотанная в бинты, что тоже доверия к моей персоне не вызывало. Ну и как вишенка на торте – бандана с Веселым Роджером да выражение лица как у последнего мизантропа. Впрочем, окружающие меня волновали мало, не лезут и ладно, а вот стена, сплошь покрытая розыскными листовками, заинтересовала очень. Я поднялась со стула и подошла. Первой в глаза бросилась листовка моего бывшего капитана. Та, на которой награда за его голову составляла пятьсот миллионов белли. Интересно, насколько она поднялась сейчас? Второй – та самая листовка, которую я подарила моему любимому принцу. На глаза набежали слезы, сердце болезненно сжалось. Я ведь ни на миг не забывала о нем. И как же я хочу его вновь увидеть! Прикрыв глаза, я несколько раз глубоко вдохнула, в тщетной попытке успокоить расшалившиеся нервы, и отвела взгляд, в глубоком шоке глядя на еще одну листовку. Она была моей. С пожелтевшего уже плаката на меня смотрели почти прозрачные глаза. Радужные волосы растрепанной копной развивались на ветру. На щеке тонкой розовой линией выделялся шрам, сейчас надежно скрытый под лейкопластырем. И все это в окружении голубоватых языков пламени. И награда – пятнадцать миллионов. Даже в этом я проиграла рыжей ведьме. – Вот ее ты мне и напоминаешь, Иририн, – внезапно над самым ухом раздался тихий голос Хейджи. – Мне очень интересно, почему у тебя на руке ее браслет? ____________________ * Танкен – кинжал Танто – стилет Тосин – полоса меча Рито – острый меч Катана – меч Тодзин – клинок Ридзин – острый клинок Канкири – консервный нож Усуба – тонкий кухонный нож Яйба – клинок Месу – скальпель Мекадзики – рыба-меч Саканато – рыба-меч Саяири – ножны