Человеческие Квадранты

Мягкое бледное сияние окутывает гостиную комнату, когда Роуз входит в неё, шлёпая босыми ногами, зажав под мышкой подушку и щурясь на затемнённую спину Джона Эгберта, растянувшегося на диване. - Это что, Голова-ластик? – спросила Роуз, плюхаясь рядом с Джоном на диван, вытаскивая конфету из коробки Twizzlers рядом с ним, запихивая её в рот и приглядываясь к экрану. - Наверно, - Джон пожал плечами, наблюдая, как человек на экране одним движением ножниц сдирает с кричащего ребёнка одежду и пелёнки. – Больше смотреть в буквальном смысле нечего, и... - Ты не мог заснуть, - закончила Роуз, скрестив ноги и закинув их на кофейный столик перед диваном. – Ты не против, если я составлю тебе компанию? - Отнюдь, - Джон равнодушно пожал плечами. – Это поможет отвлечься от этого дурацкого фильма... помимо всего прочего... -... хочешь поговорить об этом? - Очень стараюсь не думать об этом, так что нет, спасибо, - Джон сжал зубы на конфете куда сильнее, чем было необходимо. Сзади донёсся грохот чего-то упавшего, и Джон начал делать телевизор громче, пока слабые отдалённые стоны не утонули в монотонном саундтреке фильма. Роуз с минуту молчала, переводя взгляд между лицом Джона и экраном телевизора. - Это всё ты виновата, кстати говоря, - сказал он, скрестив руки и хмуро глядя на экран. - Назначение виновного едва ли поможет что-то решить, Джон, - холодно сказала Роуз, стащив ещё одну конфету, прежде чем он смог остановить её. – Кроме того, никто под дулом пистолета не заставлял тебя и Вриску переезжать сюда. - Никто также не заставлял твою девушку крутить чёрные шашни с моей девушкой, - ворчливо ответил Джон, скрестив руки и избегая взгляда Роуз. – Но, тем не менее, вот мы сидим на диване, едим Twizzlers и пытаемся игнорировать тот факт, что Вриска и Канайя трахаются у нас за спиной. - Едва ли это можно назвать "у нас за спиной", если мы знаем об этом, - Роуз облокотилась на подлокотник дивана и посмотрела на Джона. - Они в буквальном смысле трахаются у нас за спинами! – прошипел Джон, показавая пальцем в сторону двери, отделяющей гостиную и кухню Роуз от спальни, уничтожением которой в настоящее время занимались Вриска и Канайя. - Успокойся, - Роуз вздохнула и опустила ладонь на подбородок. – Если у тебя была проблема с этим, тебе стоило сказать что-то, когда они сообщили нам о начале своих тёмных сладострастных ухаживаний. - Да уж, Роуз, это было сказано чрезмерно длинно, даже по твоим меркам. – Джон закатил глаза, за что получил удар конфетой по руке. – Ты хочешь сказать, что тебя это совершенно не беспокоит? - Едва ли, - ответила Роуз, глядя в экран телевизора. – Это часть культуры троллей. Было бы... бестактно позволять моим личным чувствам вставать на пути счастья Канайи. Джон повернулся и смерил Роуз каменным "ты-что-блин-издеваешься-надо-мной-Лалонд" взглядом. - Уклончивость в ответе – признак психического расстройства, Мисс Лалонд, - заявил он со своей лучшей имитацией голоса Роуз, заставив её брови дёрнуться. – Ты хочешь сказать, что для тебя нет ниииииииииииииикаких проблем с тем, что Вриска прямо сейчас лапает твою девушку во всееееееееееееех возможных местах? - Мне хотелось бы думать, что я выше настолько детских проявлений ревности, - чопорно ответила Роуз, намертво уставившись в экран, на котором главный герой фильма обнаружил объект своей страсти в руках другого человека. - Неужели? – Джон поднял пульт от телевизора и нажал кнопку отключения звука. Почти мгновенно из спальни позади них донеслись грохот мебели, приглушённые проклятья и низкие прерывистые стоны. Джон положил пульт на диван между ними, когда мягкий голос Канайи со стоном произносит имя Вриски в пустом доме. Губа Роуз едва заметно дёргается, что было Лалонд-версией погрома в комнате из Гражданина Кейна. Глаза Роуз прожигают дыру в экране телевизора на протяжении долгих тридцати секунд, Джон наблюдает за ней, выжидающе жуя свою конфету И вот наконец... - Да вашу ж мать, - шипит Роуз, подняла пульт и включила звук, снова заполнив гостиную отвратительным монотонным саундтреком. - Что и требовалось доказать, - ехидно сказал Джон. - Чего ты от меня хочешь? – ворчливо спросила Роуз. – Мы оба порождения строго моногамного общества... разумеется, должны открыться какие-нибудь... культурные различия, к которым будет тяжело привыкнуть. Не то чтобы Вриска делала ситуацию проще, выходя по утрам после своих чёрных интрижек из комнаты Роуз и Канайи с видом кошки, поймавшей канарейку, и многозначительно подмигивая Роуз над чашкой чёрного кофе. - Значит, вот чем мы занимаемся? – спросил Джон, указывая жестом на них двоих. – Привыкаем к этому? Значит ли это, что мы будем прохлаждаться на диване в наши брачные ночи, смотря Комнату, пока наши жёны бесятся в люксе для молодоженов? - Будем надеяться, что нет, - ответила Роуз со вздохом. - Я несколько растерян и не знаю, что тут делать, - Джон откинулся на спинку дивана. – В смысле... Я же не могу просто сказать ей, чтобы она прекратила, верно? Весь смысл этой пиковой штуки в том, что троллям нужны отношения разных видов. Роуз кивнула, морщась и вспоминая продолжительную беседу с Канайей на эту тему. Ей было больно думать о том, что женщина, которую она любила, не чувствует себя полностью довольной их отношениями, и ещё больнее было думать о том, что Вриска знала какую-то сторону Канайи, которую ей никогда не было суждено узнать. Это было совсем нечестно; нечестно по отношению к ним обеим. - Это не честно, - сказал Джон, эхом повторяя мысли Роуз. – Наверно, это наша вина из-за того, что мы, люди, так... запрограммированы желать только одного партнёра на всю жизнь. - Если бы только у нас были альтернативные квадранты, как у них, - с усмешкой сказала Роуз. – В долгосрочной перспективе это избавило бы нас от многих головных болей... Она долгое время смотрела на экран, быстро моргая, пока рука, протянувшаяся через диван, не легла на её плечо и неуклюже сжала его. - Это отстойно, - Джон мрачно усмехнулся. – Но могло бы быть и хуже... по крайней мере, ты не единственная. Роуз слабо улыбнулась Джону, подняла ладонь и мягко сжала его пальцы. - Несчастье любит компанию, верно? – Роуз потянулась к ещё одной конфете, Джон откинулся на спинку дивана. - В самом худшем случае мы изобретём наши собственные квадранты, - хмыкнул он. – Может быть, они купятся, если сказать им, что "друзья по сексу" – это вполне законный человеческий квадрант, и что ты можешь мутить с кем-нибудь, пока наши девушки заняты своими ненавистиотношениями. - Джон! - Расслабься, я пошутил, – сказал Джон. - ...но если бы они всё же поверили, то... Роуз закатила глаза, хлопнула Джона по руке кончиком конфеты и продолжила смотреть на экран... но часть её разума зацепилась за его слова и начала развивать мысль. Насколько бы сильно она не любила Канайю, в её жизни всё-таки чего-то не хватало каждый раз, когда она и Вриска уединялись в спальне. Роуз знала, что она не могла дать Канайе всё, чего она хотела от своей романтической жизни... но впервые за всё время она задумалась о том, может ли Канайя дать ей всё, чего хочет она сама. Роуз посмотрела через диван на Джона, задержала взгляд на его голове, прежде чем вернуться к экрану перед ней.