Мой любимый кадет

POV Дмитрий – Ты готова? – спросил я у Розы, как только мы заняли свои места в самолете. – Не знаю, – она медленно качнула головой, – просто знаешь… – Отец? – догадался я. – Да, – обреченно выдохнула она, – а что, если он снова увезет меня куда-нибудь? Я не хочу потерять тебя еще раз! Девушка была не на шутку встревожена и взволнована. Я накрыл ее ладонь своей. Черт! Я должен поддержать ее, но… Я сам волнуюсь, как девчонка. Ее отец – очень влиятельный человек. Если он захочет, то сможет отправить Розу куда угодно: в Монтану, на Аляску, да даже в Антарктиду! А я не хочу! Не хочу терять ее! Жизнь без Хэзевей кажется мне пустой и бессмысленной. Роза – мой «луч света в темном царстве». Мой кислород. Моя вера, надежда и любовь. Да, иногда, она самое настоящее шило в заднице! Но за это я ее и люблю! За живость ума! За стойкость! Бойкость! Упрямство! А еще… У нее глаза красивые… И волосы… – Все будет хорошо, слышишь? – произнес я, успокаивая разбушевавшуюся в душе бурю, - я не позволю твоему отцу разлучить нас, чего бы мне это не стоило. Я обещаю. Ты веришь мне? Я старался вложить в эти слова всю свою уверенность и решительность. Мой голос не дрожал, однако, я сам не до конца верил в сказанное. Черт! Я должен поверить! Ради Розы! Ради нас! Я должен сделать все, чтобы ее отец разрешил нам быть вместе! Иначе… Иначе мне придет конец… То есть… Моей душе придет конец… Я просто не смогу жить дальше. Не смогу… – Верю, – тихо ответила она. Я сильнее сжал ее руку. Объявили о начале взлета. Голова девушки медленно опустилась на мое плечо. Немного повернув голову влево, я зарылся носом в ее волосы и вдохнул такой знакомый, дурманящий запах. Ее волосы… Они пахли не просто цветочным ароматом её шампуня. Они пахли чем-то особенным, необыкновенным, незабываемым… – Я люблю тебя, малышка, – прошептал я. Роза не ответила. Видимо уснула. Откинув голову на спинку кресла, я прикрыл глаза и попытался заснуть. Однако, Морфей отказывался принимать меня в свое сонное царство. Тяжело выдохнув, я открыл глаза и уставился в иллюминатор. Почему Вселенная так меня ненавидит, а? Думаете, что я преувеличиваю? Ан-нет! Во-первых, у меня не было нормально детства. Все бы ничего, но вот недостойное поведение отца по отношению к маме оставило в моей душе глубокую рану. Во-вторых, молодости, как таковой, у меня тоже не было. А все эта чертова война! Ну и, в-третьих, сейчас в моей жизни происходит нечто под названием: «Пожар в бардаке во время наводнения». Ну, если выражаться более простыми словами, то в моей жизни происходит какая-то непонятная хуета! Грубо, но правдиво. Ну, а вы подумайте сами. Только-только я позволил себе любить, как бац! – появляется какая-то стерва, которая рушит все, к чертям собачим! Ну, разве это нормально? Нет, конечно! Хочу обычной, размеренной жизни. Хочу, работать в Академии. Хочу, быть рядом с Розой. Хочу, чтобы никто не вмешивался в нашу жизнь. Но блин! Одного «хочу» мало. Чтобы чего-то добиться, нужно приложить неимоверное количество усилий. А мне кажется, что как бы я ни старался, мистер Мазур все равно будет против наших с Розой отношений. И что он вообще на меня так взъелся? Я ему вообще ничего не сделал… Блять! Как же я раньше-то не догадался! Это ведь не я виноват, а мой отец! Именно из-за моего драгоценного «папочки» меня ненавидит предок моей любимой девушки. Черт! Ну, а я-то тут вообще причем, спрашивается? Я с отцом не общался года два уже! Ненавижу! Ненавижу этого мудака! Может я и не должен его так называть, отец как никак, но бля… Он просто невыносим! Ну, уж нет! Хватит с меня! Рэндалл Ивашков никогда больше не испортит мне жизнь! Я сделаю все, чтобы доказать отцу Розы, что не причастен к делам папы. Сделаю все, чтобы мистер Мазур позволил нам с Розой быть вместе. А еще… Еще я посажу отца. Он похитил человека, поэтому должен понести наказание! Я не мог ничего сделать, когда он избивал маму, но теперь… Теперь я сделаю все, чтобы этот ТИРАН оставался на свободе как можно меньше времени! *** – Не волнуйся, – шепнул я Розе, когда мы поднимались по крыльцу Военной Академии. Десять мучительных часов полета остались позади. Но впереди нас поджидало более серьезное испытание… Намного серьезнее и труднее, чем какой-то перелет через океан. Мое сердце бешено колотилось. Ладони вспотели. Душа разрывалась на части. Было такое чувство, что где-то внутри меня происходит извержение вулкана. Странное сравнение, думаете? Может быть. Но зато именно оно с точностью описывает мое состояние. Я крепко сжимал руку Розы. Девушка была напряжена не меньше меня. Ее взгляд выражал встревоженность, беспокойство, смятение. Она очень сильно переживала за меня, за нас. Ее желания в точности совпадали с моими. Она, как и я, хотела обычного спокойствия, умиротворения. Хотела быть со мной. Хотела забыть обо всех проблемах, которые сейчас сгрудились вокруг нас в огромный снежный ком. Когда мы дошли до кабинета Кировой, мое сердце готово было в одно мгновение вырваться из груди, а душа – рассыпаться на много маленьких кусочков, как старинная фарфоровая ваза. – Готова? – я развернул девушку к себе и внимательно всмотрелся в ее глаза. Невозможно описать все то, что выражал ее взгляд. Ее шоколадные глаза передавали какие-то поистине невообразимые чувства. Роза сглотнула. – Да, - она кивнула почти незаметно, но этого было достаточно, чтобы в моей душе появилось хоть капля уверенности. Накрыв губы девушки своими всего лишь на несколько мгновений, я смело поднял руку и постучал в дверь. - Войдите, - раздался с той стороны женский голос. Глубоко вдохнув, я посильнее сжал руку возлюбленной и распахнул дверь. К моему удивлению, Кирова сидела не за своим письменным столом, как это было обычно, а на небольшом кожаном диванчике. Рядом с ней расположился ни кто иной, как… мистер Мазур. Мужчина сидел, обхватив голову руками. Он даже не удосужился поднять взгляда на посетителей Кировой. По его несколько напряженному состоянию было видно: мы с Розой только что прервали какую-то очень важную беседу. Поняв, кто именно посмел ее потревожить, Кирова впала в ступор. Ее глаза широко распахнулись, а взгляд выражал крайнее изумление. Она сидела с неестественно ровной спиной и слегка приоткрытым ртом. Никто из нас не решался начать разговор. - Добрый вечер, - наконец сказал я, нарушив затянувшееся молчание. Мистер Мазур вздрогнул и мгновенно устремил взгляд на говорившего. Как только он увидел меня и Розу, его глаза вспыхнули неестественным огнем. Мужчина моментально подскочил на ноги и бросился к нам. То есть к дочери. Однако он не обнял ее, а остановился сантиметрах в пятидесяти и скользнул по ней внимательным взглядом, как будто ему казалось, что это вовсе не Роза, а просто видение, галлюцинация. - Роуз, - тихо произнес он. - Папа, - так же тихо ответила девушка. Мы с Розой стояли крайне близко друг к другу, поэтому мне не составило труда слегка наклониться и шепнуть ей на ухо: - Обними его. Я выпустил ее руку и легонько подтолкнул к отцу. - Роза, это правда ты? – недоверчиво спросил мистер Мазур. - Да, - кивнула брюнетка и кинулась отцу на шею. За эти несколько дней, проведенные в России, девушка уже успела соскучиться по своему предку, как будто не виделась с ним лет так десять. Мы с Кировой отошли на второй план. Эти двое сейчас находились в каком-то своем мире, где были только они и никто больше. Они долго стояли в обнимку, а потом также долго смотрели друг другу в глаза. Ни я, ни Элен не решались нарушить эту семейную идиллию. Да и зачем? Сейчас им нужно просто побыть вместе. Поговорить. Пусть даже молча. Вы знаете, что такое «громкое молчание»? Нет? А вот я, да. «Громкое молчание» - это особый вид диалога, но с некоторыми нюансами. Проще говоря, «громкое молчание» - это общение взглядом. Не нужно никаких слов. Один лишь взгляд. Ведь, как известно, взгляд способен выразить намного больше чувств, чем слова. Слова, не смотря на всю свою силу, - ничто, по сравнению с взглядом. Мы с Розой частенько так «говорили». Это очень даже удобно, если честно. Ведь никто и никогда не сможет подслушать разговор взглядом. Но, хочу заметить, что не все способны «разговаривать молча». Этому невозможно научиться. Такой «талант» возникает сам собой. Невозможно определить точный момент, когда у человека появляется дар «громкого молчания». Здесь важно лишь то, чтобы собеседники хорошо знали и понимали друг друга. Вот, например, сейчас. Отец и дочь. Роза как-то рассказывала мне, что в основном ее воспитанием занимался отец. Это и послужило тому, что сейчас они разговаривают взглядом, понимают друг друга без слов. Если бы мистер Мазур не уделял дочери внимания, то между ними никогда бы не было этого невидимого контакта. - Роза, - спустя какое-то время тихо произнес Ибрагим. - Папа, - также тихо ответила Роза, отрываясь от отца. - Прости, - мужчина виновато закусил губу, - прости, что не уберег тебя. - Все нормально, пап, - попыталась успокоить его дочь. Но мистер Мазур как будто не слышал ее. Он все извинялся и извинялся, говорил, что сотрет моего отца в порошок. А заодно и его сынка, который, по его словам «точно замешен в похищении». Как бы прискорбно это не звучало, но именно последние слова мужчины вернули Розу в реальность и разрушили ту волшебную атмосферу, которая витала вокруг отца и дочери. - Пап! – вдруг воскликнула Роуз, - причем тут Дмитрий?! Мистер Мазур, не замечавший мою двухметровую тушку до сего момента, метнул на меня яростный взгляд и гневно выкрикнул: - А он что тут делает?! - Пап, это Дмитрий привез меня сюда! – громко произнесла девушка, стараясь удержать отца, который уже собирался разбить мне нос. - Он? – весь гнев мужчины в мгновение улетучился. Его взгляд теперь выражал лишь одно чувство – недоумение. – Но как? - Я расскажу только тогда, когда ты успокоишься, - уверенным тоном заявила девушка. Ну, Хэзевей… И откуда, спрашивается, в ней столько смелости и бравады? Я, на ее фоне, - самая настоящая сопливая, сентиментальная тряпка. Да-да. Я ни капельки не преувеличиваю. Отец пристально вглядывался в лицо дочери, но, поняв, что девушка не собирается отступать, послушно вернулся к диванчику и приземлился на кожаную обивку. Миссис Кирова уже пришла в себя, однако не решалась заговорить. Она в полном молчании следила за каждым нашим с Розой движением. Я взял два стула, стоящие возле стола директрисы и поставил их прямо напротив диванчика. Когда все приготовления были закончены, а мы с Розой опустили свои пятые точки на стулья, можно было начинать рассказ. Но никто не начинал разговор. Я понимал, что должен взять эту обязанность на себя. Поэтому собрав всю волю в кулак, я глубоко вдохнул и начал рассказ. С каждой секундой выражение лица мистера Мазура менялось. Сначала мужчина был зол, после злость сменилась недоумением, потом настала очередь ярости… И так далее, по кругу. Меня, эти слишком частые смены настроения, немного пугали, однако, я заставлял себя продолжать повествование. Если уж начал, то должен дойти до конца! - И вот мы здесь, - закончил я, но спустя несколько секунд добавил, - мама сказала, что отец обещал забрать Розу в пятницу, поэтому в четверг, дневным рейсом, я вылетаю в Россию. - Но зачем?! – возмущенно воскликнула Хэзевей. Блин! Не надо было говорить. Знал ведь, что Роза будет против. Ну… Теперь отступать некуда. - Роза, - я повернулся к девушке и умоляющим взглядом посмотрел ей в глаза, - пойми. Если он вернется и не обнаружит тебя, то… Свой гнев он выпусти на маму… - я замолчал, закусывая губу. В голове вновь закрутились картинки из детства. «Спокойствие. Только спокойствие» - мысленно сказал я себе. Где-то внутри с новой силой вспыхнул и заклокотал гнев. И ненависть. Ненависть к отцу. За все те поступки, которые он совершил. За ВСЁ! - Ладно, - сдалась девушка. Она прекрасно знала, что отец избивал мою маму. Прекрасно знала, что однажды я избил его. Розе были известны почти все секреты и тайны моей семьи, а все потому, что я доверял ей даже больше, чем себе. – Только будь осторожнее. Ее взгляд выражал крайнюю обеспокоенность и волнение. Она переживала за меня. Переживала так, как никто другой. Роза понимала, что мой отец способен на все, поэтому в России мне может угрожать опасность. Я и сам это понимал, именно по этой причине какая-то часть меня противилась этой поездке. Но я не мог уступить своим страхам. Не то, чтобы я боялся отца. Я скорее переживал за маму. Ведь даже если я буду там, рядом с ней, то не факт, что я смогу защитить ее. - Постараюсь, - тяжело выдохнул я, беря ее за руку. Краем глаза я уловил то, как напрягся мистер Мазур. «Сейчас он наорет на меня и вышвырнет отсюда нафиг» - промелькнула в моей голове неприятная мысль, однако следующие слова мужчины привели меня в крайнее изумление. - Я соглашусь с дочерью, - неожиданно сказал он, - твой отец способен на все. Ты-то уж, я думаю, прекрасно это понимаешь. Я считаю, что тебе нельзя лететь в Россию одному. Я полечу с тобой. Последние его слова повергли меня в шок. В самый настоящий шок. Я сидел, не шевелясь, и смотрел на Ибрагима. То есть, не совсем на него, а как бы это сказать… Сквозь него. Не думаю, что нужно объяснять – как это. Уверен, с каждым такое случалось. - Дмитрий, - что-то щелкнуло перед моим лицом. Я тряхнул головой, возвращаясь в реальность. Мой мозг до сих пор отказывался воспринимать слова мистера Мазура. Неужели он принял выбор дочери? Неужели он готов помогать мне? Черт! Да это же невозможно! Я что, сплю? - Ты не спишь, Дмитрий, - усмехнулся мужчина. Стоп! Не уж-то я сказал последние слова вслух?! Вот блин! - Понимаю, - Ибрагим слегка покачал головой, - тебе трудно поверить в то, что я разрешил вам с Розой быть вместе, да еще и собирался ехать вместе с тобой в Россию. Но и ты меня пойми. Роуз – моя единственная дочь. Ты представить себе не можешь, что я пережил, когда узнал о ее похищении. Я искал везде. Я подключил все свои связи. Но вот о том, что Рэнд мог увезти Розу в Россию, я даже не подумал. После нескольких дней безнадежных поисков, я впал в отчаяние. Уже хотел отказаться от участия в тендере. Но тут… Появляешься ты и возвращаешь мне дочь, не смотря на то, что именно твой отец похитил ее. - Уже около двадцати лет прошло с тех пор, как я перестал считать Рэндалла Ивашкова своим отцом, - хмыкнул я. - Почему? – искренне удивился мужчина. - Да так, - отмахнулся я, - семейные проблемы. Извините, мистер Мазур, но это личное. Я закусил губу, ожидая вспышки гнева, ведь Ибрагим не привык слышать отказы. Однако мужчина отреагировал на мои слова на удивление спокойно. - Твои прав, Дмитрий, - он слегка приподнял уголки губ, - я думаю нам уже пора. Вы, наверное, устали после дороги? - Есть немного, - признался я, поднимаясь в след за мужчиной на ноги. Я протянул Розе руку и помог ей встать. Взгляд девушки искрился и сиял. Хах. Не удивительно. Неожиданное заявление отца повергло ее в шок нисколько не меньше, чем меня. – Миссис Кирова, моя комната еще не занята? Но не успела женщина ответить, как мистер Мазур перебил ее. - Ничего не хочу слышать, - он отрицательно замотал головой, - ты поедешь с нами. Думаю, Роза не будет против, если эти несколько дней ты поживешь у нас. – Он вопросительно посмотрел на дочь, - Роуз, что ты думаешь? - Конечно, не против! – радостно воскликнула она, и в порыве чувств крепко обняла отца. - Ну, вот и отлично, - улыбнулся Ибрагим, - тогда поехали. Мы с Розой, держась за руки, вышли из кабинета. Эйб сказал, что ему нужно обсудить еще несколько вопросов с Элен, и попросил нас немного подождать. На часах было уже одиннадцать. Все кадеты, да и учителя, Академии спали, поэтому не было никакого смысла идти к Кристиану или, в случае Розы, к Лиссе. А жаль… Я так хотел проведать Криса. Ведь две с лишним недели его не видел, да и Роуз по подруге соскучилась. Но выбора у нас, к сожалению, не было. Поэтому мы с Розой просто сидели на стульях возле кабинета Кировой и обсуждали все произошедшее. Мы до сих пор не могли поверить, что ее отец так просто сдался. Для нас обоих это было настолько шокирующее и неожиданно. Я думаю, что любого, кто знает мистера Мазура, такая перемена в его убеждениях застала бы врасплох. Ну, блин! Просто Ибрагим не тот человек, который будет вот так вот просто менять свое мнение. - Не уснули еще? – усмехнувшись, спросил мужчина, выходя из кабинета. Мы с Розой мгновенно поднялись со своих мест и улыбнулись. - Простите, задержался немного. Но уверен, что вы тут без меня не скучали, - он заговорщически подмигнул мне и дочери, - ах, да! Дмитрий. Чуть не забыл. Твой двоюродный брат. Адриан, кажется. - Что-то не так? – я слегка напрягся. Черт! Со всеми этими проблемами Адриан совсем у меня из головы вылетел. Интересно, что стало с ним, после того, как я уехал? - Все в порядке, - поторопился успокоить меня мужчина, - миссис Кирова сказала, что он теперь работает здесь, в Академии. Инструктором по плаванию, если я не ошибаюсь. Элен всем довольна, вот только ее смущает то, что твой брат заигрывает с дочерью Джареда Сейджа – одного из спонсоров Академии. Она попросила тебя хоть как-то воздействовать на него. Сможешь что-нибудь сделать? - Попробую, - неуверенно протянул я. - Отлично! А теперь поехали. Я жутко хочу спать. С этими словами Ибрагим быстро зашагал по коридору. Нам с Розой не оставалось ничего, кроме как следовать за ним.