Do I Wanna Know

Поначалу после того, как Камила попросила меня о пространстве, я чувствовала себя разбитой. Опять же, мне казалось, что я — это не то, что ей нужно было или чего она хотела. Некоторое время я тонула в жалости к себе и была опасно близка к возвращению к старым привычкам, игнорированию реальных проблем и погружению в работу. Но так или иначе я уже успела измениться. С нашей самой первой встречи вся печаль, которая управляла моей жизнью так долго, уменьшалась. Неважно, насколько запутаны были отношения с Камилой, она смогла вдохнуть в меня новую жизнь. Я больше не хотела быть сломанной молодой девушкой, которая нуждалась бы в работе или в ком-то, чтобы чувствовать себя достойно. Впервые в жизни я сосредоточилась исключительно на себе. Для начала, касательно очевидных изменений. Я бросила курить. Я стала больше заниматься физическими упражнениями и выбрала йогу в качестве ежедневной рутины. Я очень много писала, чтобы справиться со всеми негативными эмоциями, столько времени отравляющими мое существование. Вскоре все эти значимые внешние изменения вызвали и укрепили внутренние. Как-то раз я услышала цитату, которая сейчас приобрела для меня более глубокий смысл: самые важные отношения в твоей жизни — это отношения с самим собой. Впервые за все время я находилась в любящих и здоровых отношениях с собой. Я словно порвала с жестокой частью меня и превратилась в человека, которым всегда хотела стать. Конечно, впереди была масса работы, потому что у меня все еще периодически наступали дни, когда я чувствовала прежнюю неуверенность, но все-таки общее восприятие внутри меня изменилось. И все вокруг, казалось, это замечали. Мои взаимоотношения с людьми кардинально поменялись. Я была готова больше пускать их в душу и позволять им видеть меня настоящую. Примириться самой с собой и принять себя было большим шагом к обретению целостности, но, возможно, не полной, так как в моем сердце все еще было особое свободное место. Визит Камилы в Нью-Йорк вызвал небольшой хаос в моей голове, потому что я почти перестала надеяться на то, что девушка свяжется со мной, и предполагала, что первый шаг снова останется за мной. Поэтому ее прилет ко мне и открытость к возможным отношениям между нами шокировала. Переваривание этой информации заняло определенное время, и в памяти всплыли воспоминания нашего разговора в ресторане. Очевидно, у меня все еще были чувства к младшей девушке, но вместе с тем меня пугала мысль о том, что может случиться, если мы все-таки решим построить серьезные отношения. Мы никогда не сможем вернуть все назад. Бесконечные потери ее уже оставили неизгладимый след на мне, и я не была уверена, что последняя рана полностью зажила бы. Спустя несколько дней вернувшись в Майами, я была решительно настроена по крайней мере увидеться с Камилой. Я скучала по ней, это неоспоримо. И хотя в этот раз я была более осторожна со своим сердцем, оно по-прежнему желало ее. Поэтому, сидя в своем особняке, я достала телефон и написала девушке. Л: Приветик :) Я вернулась в город. Что делаешь? К: Я в своей бывшей старшей школе, заканчиваю. Не хочешь подъехать и выпить кофе после? Все студенты ушли, так что ты в безопасности ;) Л: Скоро буду. Вскорости после обмена сообщениями я обнаружила себя, входящую в здание, которое когда-то было ночным кошмаром Камилы. Звук моих шагов отражался от стен пустынных коридоров, и все казалось безмолвным, пока я не услышала музыку. Она была похожа на игру пианино, и я задалась вопросом, сменила ли Камила инструмент. Я пошла на звуки и, мягко постучав в нужную дверь, медленно открыла ее. Кто-то и в самом деле играл на пианино, но это была не Камила. Светловолосая девушка сидела на табурете с гитарой на коленях, а рядом за большим инструментом сидела девочка. Ей на вид было около пятнадцати. Определенно являлась одной из студентов, которым Камила помогала музыкальной терапией. Она мне рассказывала как-то о проведении специальных уроков для подростков в школе, если они нуждались в каком-то роде отдушине. — Ой, извините, — тут же смутилась я. — Я не хотела прерывать… Я думала, вы закончили уже. — О Боже мой! Это реально? — воскликнула студентка, обратив свое внимание полностью на меня. Я все еще иногда забывала, что люди знали и узнавали меня. Посмеиваясь, я подошла к девушкам. — На самом деле мы уже закончили, просто ждем, когда ее мама подъедет, чтобы забрать, — объяснила Камила, и я наконец взглянула на нее. До сих пор каждый раз, когда я смотрела на девушку, у меня перехватывало дыхание. Никто не должен быть настолько красив. Это безумно отвлекало! Даже в джинсах и простой футболке она выглядела как обычно безупречно. Я решила сесть рядом с подростком на табурет у пианино и тепло улыбнулась. — Как тебя зовут? — спросила я младшую девочку. — Эми, — нервничая, ответила она, все еще ошеломленная встречей со звездой. — Хочешь сыграть что-нибудь для меня? Выражение ее лица сменилось с восхищения на неуверенность, стоило мне посмотреть на инструмент, стоящий перед нами. — Эм… я не так уж хороша в этом, — пробормотала она, не отрывая рук от белых и черных клавиш. Внезапно девочка резким движением потянула рукава кофты вниз и тяжело сглотнула, но я уже успела заметить следы от порезов на ее предплечьях. Это не был первый раз, когда мне приходилось сталкиваться с такой крайне печальной ситуацией. Очень много молодых девочек писали мне и доверялись в похожего рода проблемах. В утешение я мягко погладила ее уже закрытую руку. — Все в порядке, дорогая, — обнадеживающе прошептала я, но Эми продолжала в смущении смотреть вниз. — Нет, это не так. Они уродливые, — прошептала она, на что я глубоко вздохнула и ответила: — Посмотри на меня, — осторожно сказала я, наблюдая, как голубые глаза медленно поднимаются к моему лицу. — Ты красивая. Не позволяй никому говорить другого. Ты хочешь знать, что вижу я, когда смотрю в твои прекрасные глаза? Глубину и море теплоты. Я могу видеть, насколько замечательна твоя душа. Этот намек на грусть и печаль в них со временем пройдет. Поэтому если ты когда-либо подумаешь, что надежды нет, вспомни о том, что нам не все равно на тебя. Я говорила мягким успокаивающим голосом, не отводя взгляда от ее глаз, чтобы показать свою искренность. Девочка теперь улыбнулась и легонько кивнула. Подняв голову выше, я встретила пару карих глаз, неотрывно смотрящих на меня. Мое сердце трепетало каждый раз, стоило Камиле так посмотреть на меня: словно я была самой драгоценной вещью, которую она когда только видела. Теперь уже была моя очередь нервно сглатывать, пока я не услышала знакомую мелодию, которую наигрывала сидящая рядом девочка. Это была очень классическая и старая песня Минни Рипертон, на которую я делала кавер несколько лет назад в туре. По всей видимости студентка знала, что я исполняла ее, тем самым подтверждая, что она была моим фанатом. Я не смогла удержаться и запела, слушая умелую игру девочки. По окончании песни мы все улыбались, и я могла видеть блеск в голубых глазах. У нас уже не осталось времени, так как мать девочки забрала ее сразу же после этого. Я встала с табурета и обняла Эми на прощание, прежде чем переключить внимание на Камилу, которая вела себя довольно тихо все это время. — Ты понимаешь, что помогла ей за три минуты больше, чем я смогла за три месяца? — послышался ее голос и почти заставил меня покраснеть, потому что такие комплименты очень много для меня значили. — Я уверена, что это не так, и ты делаешь фантастическую работу, но хей… я просто очень крутая, — отшутилась я, скрывая комок в горле. — Как всегда суперуспешная, — поддразнила девушка, вызывая широкую улыбку. Я чувствовала себя намного комфортнее в ее обществе, чем это было в Нью-Йорке. Может, потому что это был Майами, или может, мы просто укрепляли основу нашей дружбы. — Ты не будешь против выпить кофе у меня? Я живу практически за углом, — предложила Камила. — Что? Ты не хочешь потратить только что заработанные с моей помощью баксы? — теперь уже я поддразнила девушку, и ее тихое хихикание было лучшим ответом, на который мне только стоило надеяться. — Я не беру платы за свои уроки, — она мягко поправила меня. — Конечно, не берешь, — таким же тоном ответила я. Ее пухлые губы слегка сжались, свидетельствуя о взволнованности Камилы. — Давай, идем, — сказала девушка, и мы направились в ее апартаменты, по пути беседуя о произошедшем за эти несколько дней после Нью-Йорка. Она и вправду жила довольно близко к школе, поэтому мы немного прогулялись, что напомнило мне о той ночи пару дней назад, когда мы часами ходили, просто разговаривая. Стоило только переступить порог квартиры, я вновь оказалась чрезвычайно удивлена. Обстановка завораживала: элегантно, но стильно и уютно одновременно. С учетом того, что Камила никогда не была заинтересована в моде или чем-то подобном, апартаменты шокировали. Я чувствовала себя, словно разгуливала по обложкам архитектурных журналов. Преобладали больше коричневые и бежевые оттенки в идеальном сочетании с белым, но также присутствовали ярко выделяющиеся цвета, такие как фиолетовое украшение или цветы. Безусловно, квартира была меньше моего огромного особняка, но все равно идеальна. Я бы, не задумываясь, поменялась. — Ты не забыла упомянуть, что теперь ты что-то вроде дизайнер интерьеров? — выдохнула я. — Я так понимаю, на языке «Лорен» это означает, что тебе нравится? — Камила игриво продолжила дразнить меня. — Тебе стоит подучить «Лорен», потому что это значит, что я просто в восторге! Я не переставала оглядываться вокруг, пока мы не сели на диван с чашками свежезаваренного кофе, который сделала Камила. Мы уже некоторое говорили об Эми, ее студентке, и я обнаружила себя с ноутбуком на коленях, решив зафолловить голубоглазую девочку в Твиттере. Я хотела продолжить общение с ней, представляя, сколько это значило бы для подростка. Камила, по-видимому, смотрела на меня, поскольку я чувствовала ее взгляд на себе. — Ты вправду смотрела видео о нас? — неожиданно спросила она, отчего мои глаза расширились. — Что? — воскликнула я, потому что этот вопрос застал меня врасплох. — Софи сказала мне, она поймала тебя, смотрящую какое-то фан-видео, когда осталась на ночь в твоем доме. Мои щеки определенно покраснели, я пыталась придумать какой-нибудь остроумный ответ, но, к несчастью, ничего не приходило в голову. — Как оно называлось? — спросила Камила, и я повернулась к девушке лицом. Ее ухмылка отражала самодовольство, на что я лишь изогнула бровь. — Я не помню, — упрямо солгала я, наблюдая, как ее губы растянулись в идеальной улыбке. — Так, значит, ты действительно смотрела, — она поймала меня на лжи, на что я лишь закатила глаза, чувствуя смущение. Вновь переключив внимание на экран ноутбука, я всей душой желала успокоить мое бешено стучащее сердце. Несколько секунд мы сидели в тишине. — Не стоит стесняться, Лорен. Я… эм… смотрела их практически все время, когда мы были младше, — призналась Камила, заставив меня снова посмотреть на нее. — Было одно видео, помнится, я смотрела его на повторе и надеялась, что оно правдиво. Ее голос смягчился, и я могла разглядеть крупицы ностальгии в ее карих глазах. Теперь уже ее щеки покраснели, в то время как мои вернулись к своему привычному бледному оттенку. Для меня до сих пор было чем-то из области фантастики то, что она столько времени была влюблена в меня, а я не знала об этом. Меня волновали лишь мои чувства в тот период времени, и иногда было мучительно сложно подавлять в себе то, что я так сильно чувствовала. Часть меня задавалась вопросом, как она смогла так долго скрывать это, но потом я быстро поняла, что была просто рассеянной идиоткой. Все всё понимали, кроме меня. — Покажи мне это видео, которое ты столько раз смотрела, — сказала я, на что ее глаза широко распахнулись. — Ни за что! Это и так унизительно признавать то, что я смотрела, — издав нервный смешок, Камила прикусила губу. — Ты начала это, — немедленно отметила я. — Я тоже смотрела одно, и вообще, ничего не может быть более унизительного, чем я, смотрящая это несколько месяцев назад, в сравнении с тобой в то время. — Нет, это… Я не могу… — начав заикаться, ответила она, но я продолжала внимательно на нее смотреть, поэтому она уточнила. — Это неловко, потому что видео показывает тебя, как влюбленную в меня, а не наоборот. От услышанного мои обе брови взметнулись вверх. Меня осенило, что девушка знала о моих чувствах, которые появились после нашей встречи, но я еще не говорила ей о том, что была влюблена в нее столько же, сколько и она в меня. Я не была уверена, стоило ли мне говорить об этом, потому как не хотела торопить события. А подобное признание могло быть слишком уж на данном этапе. И это даже не говоря о том, что я не хотела никоим образом смущать девушку или заставлять думать, что я к чему-то ее склоняю. — Тогда я еще больше заинтересована, — наконец ответила я и ухмыльнулась, чтобы разрядить обстановку. Камила вздохнула и наклонилась над клавиатурой ноутбука, лежащего на моих коленях, набирая что-то. Ее волосы пахли шампунем, но не тем, которым она пользовалась, когда мы были младше. Аромат напоминал смесь кокоса и чего-то еще, что я не смогла охарактеризовать за той короткий промежуток времени. Она вернулась в прежнее положение, так что я могла увидеть открытую страницу Youtube. Нажимая на кнопку воспроизведения, я почувствовала необъяснимую нервозность, хотя это было моей идеей посмотреть видео. Но вот я нажала, и экран заполнился движущимися нашими изображениями. [ви­део — ссыл­ка в ком­мента­рии к час­ти] Увиденное выбило почву у меня из-под ног. Видео очень отличалось от того, что я смотрела пару месяцев назад. Тот ролик был очень милым и больше сконцентрирован на нашей ранней дружбе. А этот… Пару раз я почувствовала подступающие к глазам слезы, видя на экране себя, полностью очарованную Камилой. Тут-то я припомнила, почему никогда раньше не смотрела такие видео. Столько старых противоречивых чувств нахлынуло, напоминая о времени, когда я была в замешательстве и не понимала, что Камила хотела от меня. Сменяющиеся картинки на экране были словно прямым доказательством, что я с самого начала влюбилась в нее; доказательством, бьющим неожиданно и прямо в лицо, как софтбольный мяч. Я совершенно не была готова к такому количеству обрушившихся на меня эмоций, но старалась оставаться собранной. По окончании видео мое сердце вновь бешено забилось в груди. Никто из нас не проронил ни слова, создавая гнетущую неприятную тишину. — Я же говорила, что это неловко, — Камила попыталась немного разрядить обстановку, потому что, должно быть, она видела, насколько я потрясена. — Как ты могла смотреть это и не понимать, что я была влюблена в тебя? Бум, вот оно. Мой мозг словно отказал на секунду и выдал то, что я совершенно не собиралась говорить. Я тут же пожалела о сказанном, потому как не была уверена в реакции девушки на мое неожиданное признание. — Что? — с недоумением спросила Камила, а у меня не хватило решимости посмотреть ей в глаза. Это был один из тех моментов, когда я очень желала обладать способностью останавливать время, чтобы успеть подобрать правильные слова. Тишина с моей стороны лишь сделала бы ситуацию еще более неловкой, ведь у меня никогда не было в планах рассказывать ей, что я чувствовала тогда; по крайней мере не сегодня. Мысли безудержно проносились в моей голове, но часть меня уже знала, что мне стоило быть честной сейчас. Она заслуживала как минимум этого, правильно? — Мы уже обсуждали это, Лорен. Я говорила, все в порядке, что ты не чувствовала того же, что и я, потому что ты достаточно заботилась. Не нужно говорить такие вещи, чтобы заставить меня чувствовать лучше, — Камила вновь заговорила, потому что я продолжала молчать. — Я бы никогда так не сделала, — я немедленно прервала ее, потому что не лгала для утешения. — Я чувствовала то же, что и ты, — прояснила я и глубоко вздохнула. — Просто я все отрицала и боялась больше тебя. Но я помню, как в начале всего… задавалась вопросом о своих чувствах. Они были намного глубже по сравнению с теми, что я чувствовала в отношении других своих друзей, которых я знала долгое время. Как, например, после того печально известного момента с твиткама, где я неотрывно смотрела на тебя, мы тогда все носили ободки с бантиками, — улыбка невольно растянулась на моих губах, когда я воссоздала в своей памяти тот случай. — В то время я правда задавалась вопросом о своих чувствах к тебе. Но я не зацикливалась на этом, потому как для меня казалось нереальным, если бы ты вообще просто задумалась о каких-то наших отношениях, — отводя взгляд от ее карих глаз, я продолжала свои объяснения. — То есть ты хочешь сказать, что ответила бы на мои чувства, если бы я сказала тебе о своих? — она тихо спросила. — Не уверена, — правдиво ответила я. — Прежде, пока все это не произошло между нами, я определенно не так боялась, как после. Чем сложнее становились вещи, тем больше наша дружба превращалась в запутанное и непонятное недоразумение, и тем больше я закрывалась в себе, потому что всегда казалось — я никогда не была достаточно хороша для тебя. Ты продолжала меня отталкивать, поэтому было проще не осознавать свои чувства, чем позволить себе полностью разобраться в них и понять, насколько я была влюблена в тебя. Быть честной с девушкой оказалось гораздо легче, чем я себе представляла. Я чувствовала себя комфортно в данный момент, зная, что Камила поймет, о чем я говорила. После всего произошедшего я по-прежнему считала ее своей лучшей подругой. Теперь же она хранила молчание и выглядела довольно шокировано. — Я… понятия не имела о твоих чувствах, — наконец призналась она. — Ну, как и я до последнего момента, — с легкой улыбкой ответила я, стараясь убрать напряжение между нами. — В каком-то смысле это заставляет меня жалеть о том, что я не сказала тогда, — добавила девушка с грустной улыбкой на лице. — Но все неплохо обернулось, верно? Мы общаемся и по-прежнему являемся частью жизни друг друга. Думаю, все, что ни делается — все к лучшему, — успокаивающе произнесла я, наблюдая, как ее улыбка стала шире. — Это часть твоей «Дзен-установки» для иного взгляда на вещи? — поддразнила меня Камила, заставляя засмеяться и окончательно убирая напряжение. — Зови меня Лорен-сан, — пошутила я, слушая милый смех девушки, сидящей рядом. Я чувствовала большое облегчение, что между нами больше не осталось каких-то секретов и загадок. Прошедшие месяцы самоанализа привнесли в мою жизнь мудрость и благоразумие, но необъяснимое притяжение к светловолосой девушке лишь усложняло понимание самой себя. Потихоньку с помощью взаимного обмена мыслями завеса над нашими напряженными и запутанными отношениями приоткрывалась. Я очнулась от разглядывания девушки, как в только что просмотренном видео, только когда зазвонил ее телефон. — Черт, — выругалась Камила, а я успела заметить имя Софи на дисплее, — я должна была забрать ее после работы. Совершенно забыла об этом, а она, вероятно, ждет меня. — Все в порядке, — сказала я, закрывая ноутбук и отпивая последний глоток кофе. — Ты… может… эм… — пробормотала Камила, когда я встала с дивана и озадаченно на нее посмотрела. — Могу я пригласить тебя на ужин сегодня? Мои глаза немного расширились, потому что я поняла, о чем она спрашивала: свидание. Сглотнув, я не сводила с нее взгляд, поэтому заметила, как девушка снова прикусила нижнюю губу. Подобный жест всегда свидетельствовал о внутреннем беспокойстве. Мы не хотели торопить события, и хоть я все еще была не очень решительно настроена на скорые серьезные отношения, идея с ужином казалась неплохой. — С удовольствием, — ответила я, получая еще одну широкую улыбку. — Тогда я заберу тебя в восемь, — сказала Камила, на что я кивнула. Было одновременно необычно и волнительно принимать ухаживания от кареглазой девушки. Не то чтобы никто за мной никогда не ухаживал, просто с ней все было иначе. Она не стремилась к роману со звездой или к очередному завоеванию; она знала меня, каждую часть меня, и все равно хотела пойти со мной на свидание. Лишь понимание этого начинало ломать стены вокруг моего сердца. Вскоре после этого мы покинули ее апартаменты и обнялись на прощание, прежде чем разъехаться: она забирать свою сестру, а я домой, чтобы подготовиться.

***

— Что делаешь? — тихий голос Камилы послышался совсем рядом со мной. Я смотрела в экран своего айфона, листая ленту Тамблера. Она пестрела нашими с Камилой фотографиями и гифками за время твиткама, проводимого с остальными девочками, который закончился около часа назад. Комната в гостинице была почти полностью погружена во тьму, освещаясь лишь светом, исходящим от моего телефона и наружного освещения улицы. После твиткама мы решили устроить пижамную вечеринку, и я делила кровать с Камилой, пока Элли и Нормани уже спали на соседней. Дайна в эту ночь была со своей семьей. — Ничего, — ответила я, быстро сворачивая приложение прежде, чем она могла увидеть, на что я смотрела. — Почему ты еще не спишь? — Могу спросить тебя о том же. — Ну, я первая спросила, — отметила я, после чего услышала громкий вздох моей лучшей подруги. — Просто думала, — загадочно ответила она. — О чем? — поднажала я. Камила промолчала, и я перевернулась на бок, подперев рукой голову, чтобы видеть ее. Кареглазая девушка чувствовала себя некомфортно под моим внимательным взглядом, это было заметно, и не получив ответ, я начала задумываться о том, что такого происходило в ее голове, из-за чего она так нервничала. — Камз? — я еще раз обратилась к ней, но она снова не ответила и даже не взглянула на меня. — Привет? Ты начинаешь меня пугать. О чем ты думаешь? — О тебе, — внезапно она прошептала и прикусила губу. — Обо мне? — в замешательстве переспросила я. — Что обо мне? — Иногда… я просто думаю о тебе. Мое сердце быстрее забилось, когда девушка продолжила говорить. — О чем именно? — я спросила о более конкретных вещах, потому что не понимала, к чему она клонила. — О вещах… Вероятно, мне не стоило бы думать так о своей подруге, — сказала Камила, и ее щеки густо покраснели, насколько я могла судить без должного освещения. Прежде чем я осознала происходящее, я пододвинулась ближе, встречая ее удивленный взгляд. — Что ты делаешь? — шокировано выдохнула она. — То, что хотела сделать весь день, — призналась я и наклонилась ниже без дальнейших объяснений. Мои губы встретились с ее, забирая право первого поцелуя девушки. Она не шевелилась и не отвечала, но я знала, что она хотела этого от меня. Поэтому я продолжила, положив руку на ее щеку, срывая следующий поцелуй с полных и мягких губ Камилы, а за ним другой. Казалось, она перестала дышать с того момента, как наши губы соприкоснулись, но затем начала медленно отвечать. По какой-то причине я чувствовала неутолимую жажду по отношению к невинной шестнадцатилетней девушке. Я так чувственно целовала ее губы, что под моей собственной кожей начал разгораться пожар. Мой язык упорно скользил по нижней губе, умоляя дать немного пространства, однако она не позволяла. Ее дыхание определенно участилось, но я хотела большего. Она должна была чувствовать то, что я. Жар всего моего тела был просто невообразим, и я хотела того же для нее. Аккуратно раздвигая ее стройные ноги, я легла сверху на девушку, и стоило мне устроиться между ними, как я наконец добилась от нее приглушенного вздоха. И только ее губы разомкнулись при вздохе, я тут же воспользовалась возможностью и проникла языком в неисследованную теплоту ее рта. К моему удивлению, в ответ Камила провела своим языком по моему, заставив на секунду приоткрыть глаза, но я тут же сконцентрировалась на дальнейших действиях. Осмелев, девушка запуталась рукой в моих волосах, пока я практически поедала ее рот. Притягивая меня ближе и вжимая в свое тело, она издала стон, который я постаралась заглушить еще одним поцелуем. Другой рукой Камила поглаживала мою талию, и я ясно чувствовала дрожь пальцев. Я слегка прикусила ее нижнюю губу, проведя по ней языком, и затем засосав между своих опухших губ, тем самым демонстрируя собственный набор навыков. Ее тяжелое дыхание и чмокающий звук от поцелуев заполняли комнату громче, чем я изначально намеревалась, и мысль о пробуждении Элли и Нормани была ужасающая и захватывающая одновременно. Это лишь добавило пыла. Но все-таки ее дыхание выходило из-под контроля. — Чшш, — прошептала я в ее губы, заставляя Камилу посмотреть на меня. Ее карие глаза были затуманены и наполнены той же страстью, которую я чувствовала. Мои губы вновь нашли ее, но затем спустились ниже к шее. Проводя кончиком языка по всей длине ее шеи, я вызвала очередной стон младшей девушки. — Камз, — я одернула ее, потому что вообще-то не хотела, чтобы две другие девочки проснулись. — Прости, — прошептала она, и я продолжила изучать ее идеально гладкую кожу. Пока мой рот был занят шеей, я позволила руке скользнуть под ее майку сразу к верху, достигая ее ключицы. Первое, что я заметила, это неимение ткани под майкой, что означало отсутствие лифчика. Кончиком среднего пальца я провела вниз, прямо по середине грудной клетки. Как только мой палец оказался между ее грудей, не касаясь, я мягко укусила девушку за шею. — Лорен, — выдохнула Камила, удивляя меня и прижимаясь своими бедрами к моим. Я слегка приподнялась, чтобы получить возможность стянуть с девушки футболку, и она позволила. Обнажив ее прекрасную шелковистую кожу, я не могла перестать восхищаться ее голой верхней частью тела. Камила тоже приподнялась и начала снимать с меня топ, оставляя нас обеих без верхней одежды. Мы упали назад на матрас, продолжая целоваться с еще большей страстью, чем прежде, если это вообще было возможно. Наши ладони старались коснуться каждого сантиметра кожи друг друга. Я начала сильнее прижиматься бедрами к Камиле, но девушка неожиданно громко застонала. — Тише! — прошипела я и зажала ее рот рукой, прежде чем она смогла бы закончить все, пробуждая двух других человек в этой комнате. Неспособность Камилы контролировать себя, когда я делала что-то новое, безумно заводила. Я медленно продолжила прошлые движения и коснулась своим бедром пространства между ее ног. Трение между тканями наших шорт было единственным, что меня заботило. Поэтому я убрала руку от ее рта и взялась на резинку ее шорт. Она тут же схватила меня за запястья, вынуждая прекратить. — Я раньше… никогда… — у девушки перехватило дыхание, но я знала, что она хотела сказать. — Ты не хочешь? — я осторожно спросила ее, потому что никогда бы не сделала что-то против ее воли. — Хочу, — робко призналась девушка и приподняла бедра с матраса, чтобы я смогла снять с нее шорты и нижнее белье в одно быстрое движение. Я не хотела терять больше времени и сняла с себя оставшуюся часть одежды, прежде чем накрыть нас простыней, чтобы девушка не чувствовала стеснения и, возможно, была бы в более безопасном положении. Первое касание наших тел ощущалось, словно фейерверки по всему пространству. Она прижимала меня ближе, изо всех сил обнимая, пока я старалась наоборот слегка отодвинуться. На тот момент я совершенно забыла о том, что мы больше не пытались быть осторожными с количеством издаваемых звуков. Камила беззастенчиво царапала руками мою спину, и я безуспешно пыталась не потерять остатки разума от этого. Все, что я могла чувствовать, это ее идеальное тело, судорожно трясущееся под моим, и трение нашей кожи друг напротив друга. Мы особо ничего не делали, просто глубоко целовались и двигали бедрами, но уже через очень короткий промежуток времени мы оказались близки к финалу. Камила издала нечеловеческий звук. Это была смесь стона, вдоха и визга. Каждая мышца ее тела продолжала сокращаться, и я чувствовала это, потому что между нашими телами не было ни малейшего пространства. Ее глаза были крепко зажмурены, пока девушка теряла контроль над своими движениями. Я чувствовала, как быстро приближалась к оргазму только от вида Камилы в таком страстном виде. — Что вы делаете? — послышался голос Нормани.

***

Мои глаза распахнулись. Тонкий слой пота, покрывавший кожу, казался каким-то нереальным, и сперва я не могла понять, где находилась. Мое тело дрожало и пульсировало в тех местах, где не должно было. — Иисус, блять, Христос, — потрясенно выдохнула я, закрывая лицо руками. Я чувствовала бесконечный стыд и смущение после настолько живого эротического сна в таком раннем возрасте с нашим участием. Предположив, что это произошло из-за нашего последнего разговора, я вспомнила, что решила прилечь немного перед тем, как отправиться вечером на свидание с Камилой. Идея снова увидеть ее никак не помогала ослабить напряжение в теле. Боже, мне необходимо расслабиться, подумала я про себя. Это было унизительно, но моя рука заскользила вниз по телу, пока не достигла эластичной резинки трусов. Стоило мне опустить ладонь ниже под нее, как громко зазвонил будильник, вызывая во мне одновременно стон и румянец на щеках. Я заранее завела его, чтобы было достаточно времени подготовиться. Качая головой в ответ своим мыслям, я решила просто принять холодный душ. Мое сердце не переставало колотиться о грудную клетку в предвкушении первого официального свидания с Камилой.