"Остывшее солнце"

Ночь выдалась на редкость тяжелой и насыщенной — поспать почти не удалось, и сейчас, направляясь из кабинета Рогозиной, где Оксана передала начальнице последний отчет о работе, девушка мечтала только об одном — как она ляжет на диван и закроет уставшие глаза. Сил уже не осталось, они были потрачены на напряженные поиски убийцы, что словно тень ускользал от ФЭСовцев целую неделю. Дело казалось странным и необычным, раскрыть которое под силу лишь профессионалам. Поэтому, его и передали в их службу, чтобы убрать из своей статистики очередной «глухарь». Полицейские предоставили все свои отчеты, в том числе и по вскрытиям, которые на деле оказались поверхностным осмотром — Антонова долго ругалась на незадачливых работников морга, которые не смогли увидеть на телах жертв очевидные травмы. Валя смогла найти то, что скрылось от глаз дилетантов — улики, с помощью которых уже в лаборатории выявили связь между всеми жертвами. И даже способ их убийства — отравление. Но и здесь не обошлось без сюрпризов. Убийца оказался слишком изобретательным: каждое преступление это новый способ отравления. Кто-то умер, надев перчатку, пропитанную ядом, кто-то — просто сев на диван в своей гостиной, но были и такие, кто отравился на улице, просто вдохнув отравляющую пыльцу. И ни единой улики, что смогла бы привести к «Доктору», как его окрестила пресса. Ваня уже несколько дней бился над тем, чтобы выявить все используемые яды, но нашел только около пяти. Оксане досталась задачка полегче, но не менее важная — ей приходилось изучать результаты анализов с кожи жертв, чтобы дать больше информации Тихонову. Самое странное, что не понравилось всем ФЭСовцам, а особенно Рогозиной — убийца не оставлял абсолютно никаких следов: ни отпечатков, ни волоска, ни потожировых. Создавалось такое впечатление, будто этот ненормальный постоянно ходит в каком-то защитном костюме, не снимая даже для того, чтобы поспать. Связи между убитыми и Доктором не было найдено, и никаких новых улик. Дело медленно, но верно катилось в пропасть. Оксана тяжело вздохнула, представив, сколько еще не сможет выспаться, пока они не поймают этого маньяка. На его счету уже было десять человек, а сколько еще убьет? Даже думать о таком не хотелось! Войдя в лабораторию, она первым делом направилась к дивану, чтобы хоть немного успеть поспать, а не то она просто взорвется и прибьет того, кто первым подвернется под руку. Хотя бы часик. Может, два. Только бы не вошла Рогозина, а не то будет ей выговор за сон на рабочем месте! Вани нигде не было, видимо, убежал доделывать какие-то свои эксперименты. Вот и хорошо, зато полежит в тишине. Блаженно прикрыв уставшие глаза, девушка завернулась в одеяло и уже через секунду провалилась в глубокий сон… …Проснулась Амелина от того, что кто-то настойчиво тряс ее за плечо. Решив, что это Ваня опять пытается подшутить над ней, девушка лишь поморщилась и отмахнулась от навязчивого видения, не дающего отдохнуть. — Оксан! Да проснись же ты! Теперь в сознание врывались обрывки фраз, смысл которых с трудом доходил до спящей. Единственное, что ее насторожило — голос звучал уж слишком взволнованно, и явно принадлежал не Тихонову. — Что? — приоткрыв глаза, блондинка часто-часто заморгала, стараясь прийти в себя и понять, что же такое произошло. — Валя? Что такое? Осмотревшись, Амелина с удивлением не обнаружила на привычном месте начальника отдела, а он почти всегда сидел на своем неизменном стуле, что-то печатая и бубня себе под нос. Сколько времени прошло? Разве он не должен был вернуться? И тут, какое-то странное и неприятное предчувствие кольнуло в груди. — А где Ваня? — спросила девушка, еще раз осматриваясь, стараясь унять бешено бьющееся сердце и успокоить расшатанные нервы. Это беспокойство — просто результат трудной работы, недосыпа и нехватки кофеина. Сейчас он точно не помешал бы ей. — Мы все его уже второй час ищем, — тихо ответила Антонова, — Ваня пропал. — Стой, то есть как — пропал? — Оксана удивленно уставилась на подругу, все еще не понимая о чем та говорит. — Он тут был недавно. Когда я уходила, чтобы отнести Галине Николаевне результаты наших последних исследований, он сидел вот здесь. Подойдя к рабочему месту Тихонова, девушки стали осматривать его, словно парень мог спрятаться в системном блоке или в своей любимой клавиатуре. — В том-то и дело, что он звонил ей незадолго до своего исчезновения, — пояснила Валя, которая с каждой секундой все больше волновалась, — сказал, что нашел нечто интересное, что сможет вывести нас на убийцу. Но он так и не пришел. Галя звонила ему несколько раз, вот только телефон выключен! — Мне это не нравится, — пробормотала девушка, — он бы обязательно мне рассказал. Да и не мог Тихонов уйти с работы, никого не предупредив! — Из здания он не выходил, — продолжила свой рассказ Антонова, когда они вышли из лаборатории и направились в кабинет Рогозиной. — Майский уже просмотрел все записи с камер, и нигде его не обнаружил. — А камеры при выходе из здания? — Они его не зафиксировали, — тяжело вздохнула Валентина, переводя встревоженный взгляд на свою спутницу. — Я боюсь за него. Ведь, если Ваня действительно раскусил нашего маньяка, то с ним могло… — Нет, — уверенно оборвала ее Амелина, которая совсем не хотела думать, что с ее Ваней может что-то случиться. Да с кем угодно, но только не с ним! — Сюда посторонний не проникнет. Значит, Тихонов просто мог заработаться, или увлекся каким-нибудь своим очередным экспериментом. Ты ведь его знаешь? — Именно поэтому я и волнуюсь, — тихо ответила женщина, открывая дверь и входя внутрь кабинета начальницы. — Галь, можно? — Да, девочки, проходите. Рогозина сидела за своим столом, что-то высматривая на компьютере. Выглядела она не важно: непривычно бледная, губы поджаты, что всегда выдавало в ней крайнюю степень озабоченности. Так же, в помещении находились Майский и Круглов, на лицах которых читалось такое же волнение, что и у Антоновой. — Его нигде нет, — развел руками Сережа, — я расспросил каждого сотрудника, кто был в здании. Но Ваня словно сквозь землю провалился! — Ясно, — отстраненно произнесла Галина Николаевна, поворачиваясь к вновь прибывшим. — Оксан, когда ты в последний раз видела Тихонова? — Когда шла к вам. Несколько часов назад. Вот теперь всеобщее волнение передалось и ей, заставляя руки предательски дрожать, и пришлось крепко сжать кулаки, чтобы не выдать своего состояния. Это сейчас ничем не поможет. Надо просто логически подумать. — Если он нашел что-то новое в уликах, — принялась рассуждать Оксана, усаживаясь в кресло за столом, — то должен был первым делом сообщить вам, — она посмотрела на Рогозину, и та кивнула. — Но его не было здесь, верно? — Да. Он позвонил мне в начале первого. — Голос начальницы звучал глухо и дрожал от напряжения, было заметно, как она переживает. — Сказал, что ему удалось получить образец ДНК, не совпадающий с ДНК жертвы. Он собирался проверить какую-то свою догадку, провести сравнительный анализ, а потом зайти ко мне с отчетом. — А откуда у него взялся этот образец? — ухватилась за новую зацепку Оксана. Это может привести их к Ване. — Ведь наш Доктор не оставляет никаких следов! — Он не уточнял, — разочарованно протянула Галина, поворачиваясь к Антоновой, — он к тебе не заходил? Валя отрицательно покачала головой, но уже в следующую секунду Круглов подскочил на стуле, как ошпаренный, чем изрядно испугал всех присутствующих. — Знаю! — воскликнул он. — Я же вечером приносил ему перчатку, найденную на месте преступления, попросил проверить ее. Видимо, именно здесь наш убийца и прокололся. — Что за перчатка? — нахмурилась Рогозина. — Почему я не в курсе? — Ее привез какой-то лейтенант, из пятнадцатого участка, — быстро пояснил Круглов, — это с ее помощью отравили шестую жертву. Одну к нам доставили сразу, а вот со второй вышла осечка — они должны были передать нам ее примерно неделю назад, но потом сказали, что улика потеряна. Там что-то случилось у них, вроде пожар на складе, полная неразбериха и большую часть вещдоков пришлось по новой собирать и прикреплять к делам. А перчатку только сегодня нашли. — Так их изначально на месте преступления было две? — еще сильнее разозлилась начальница. — Они там с ума посходили?! Почему сразу нам об этом не сообщили? А если этот пожар специально устроил наш Доктор, чтобы уничтожить доказательство? — Я не подумал об этом, — взволнованно оглядывал всех Николай Петрович, — и Ваня, судя по всему, действительно нашел в этой перчатке что-то такое, что могло открыть личность преступника. — Да, но только теперь Ваня пропал, — печально подытожила Галя, устало прикрывая глаза, — и, сдается мне, что не просто так. Надо его срочно найти! Сереж, — обратилась она к майору, — осмотри еще раз все здание, каждый угол, каждую кладовку. Не мог он просто взять и испариться! — А я заново просмотрю записи с камер, — поднялся Круглов, — вдруг, что-то пропустили. — Да, давай, — кивнула Галя. — Оксан, просмотри компьютер Вани. Может, там остались его последние записи или результаты исследований. Не могло же все пропасть? — Да, Галина Николаевна, — встала девушка и направилась к выходу из кабинета, — сейчас же этим займусь. Что-то в этом исчезновении настораживало, не давало покоя. Создавалось стойкое ощущение, будто они упускают нечто очень важное, о чем ни в коем случае нельзя забывать! Но в чем здесь было дело? С чего именно начать, за какую ниточку дернуть? …В компьютере Тихонова никакой важной информации не обнаружилось, а больше искать и негде, ведь, как истинный программист, он доверял лишь жесткому диску, да защитной программе, которую сам и написал. Оксана перерыла кучу папок, которые ей удалось открыть и которые Ваня не запаролил, но все без толку, и надежда понемногу испарялась. Ей до сих пор не давало покоя то, что Тихонов не сказал ей о личности предполагаемого преступника. Ведь, таким важным открытием он просто не мог не поделиться, а точнее похвастаться — он первый и единственный, кто догадался… Стоп! Минуточку! Внимание девушки привлек клочок бумаги, торчащий из множества папок, сложенных слева на столе. Потянув за краешек, достала сложенный вчетверо тетрадный лист, на котором карандашом было написано имя. — Неужели? — потрясенно произнесла девушка, в растерянности шаря взглядом по столу Тихонова. Все могло оказаться даже хуже, чем они предполагали. Поднявшись из-за стола, она бегом бросилась в кабинет начальницы. Надо успеть рассказать о своей находке, пока не стало слишком поздно.