Академия Икс

      Утро в семье Гринграсс как обычно началось с совместного завтрака в обширной гостиной, выполненной в стиле ренессанс.       Мистер Гринграсс читал газету, его жена наливала всем черный чай, сделанный по специальному заказу, дочери натягивали милые улыбки, притворяясь, будто у них все хорошо.       Притворяясь, будто они идеальная английская семья.       — Подай, пожалуйста, масло, сестренка, — ангельским голосом пропела Дафна, протянув руку Астории.       — Ты сама в состоянии дотянуться до масленки, сест-рен-ка, — по слогам прошипела Астория, прищурившись.       И только Астория не желала притворяться. Она терпеть не могла эту духоту и наигранность за завтраком. Да что скрывать — она в целом ненавидела свою семью, в особенности старшую сестру Дафну.       — Астория! — воскликнул отец. Альфред Гринграсс — полный усатый мужчина лет пятидесяти. Глава семейства, действующий лорд-спикер палаты лордов в парламенте. — Почему ты такая вредная? Мы с матерью тебя не такой воспитывали.       Он положил ладонь поверх плеча сидящей рядом жены.       Лукреция Гринграсс, мать Астории и Дафны, а также одна из известнейших порноактрис Флоренции, оставившая карьеру на родине ради воспитания двух очаровательных девочек, на данный момент владела крупной сетью салонов красоты в Англии — любимый подарок от мужа в честь десяти лет совместной жизни.       — Воспитывали? То, что на меня забили с самого детства — называется «воспитывали»? — колко высказалась Астория.       Ей хотелось поскорее прекратить утренний фарс и пойти по магазинам за туфлями из новой коллекции парижского дизайнера.       — Прекрати немедленно! — вскрикнул отец с яростью, отчего рука в порыве опустилась на стол, создавая гулкий звук от удара. — Хватит строить из себя жертву, Астория. Тебе уже не пять лет.       — Верно, сестренка, — кивнула Дафна, намазывая арахисовое масло на хорошо прожаренный тост. — Кстати, отец, а какой дресс-код у нас сегодня на ужин?       — Мы кого-то ждем? — спросила Астория, медленно поднимая правую бровь.       Ей стало интересно, почему родители решили устроить званый ужин. А как иначе? Если уж Дафна заговорила о дресс-коде, значит, точно кого-то особого пригласили.       Но… почему?       Они несколько месяцев не устраивали никакие мероприятия из-за загруженности отца в парламенте. Какой повод должен быть, чтобы он, несмотря на работу, согласился стать организатором званого ужина?       Астория слабо помотала головой, отгоняя ненужные вопросы. Ужин и ужин — ей-то какое дело? Сегодня она повеселится на славу, может, удастся пригласить Драко и хорошо провести время в спальне…       — Да, милая, у нас сегодня званый ужин с семьей Забини.       Астория выронила ложку, забыв, что на ней лежала порция панакоты с ананасом.       — Забини? — прошептала она, уставившись в одну точку.       Сколько недель прошло с момента, как ей пришлось порвать с Блейзом из-за титула «Соблазнительница»?       Она помнила, как он пытался связаться с ней, как писал несколько сотен сообщений в мессенджерах, как тайно присылал цветы и подарки, лишь бы узнать ответ на простой вопрос «почему?».       Но Астория была непреклонна.       Каждый раз, когда она хотела дать слабину и ответить ему, встретиться, банально посмотреть в глаза… шрамы от розог начинали ныть, напоминая причину возникновения.       Она не могла быть с Блейзом, не могла — и точка.       Сама мысль, что с ней произойдет, если Реддл узнает о ее измене, пугала до чертиков. Мисс Желание не имела права ставить свою репутацию под сомнение. Это она усвоила.       Астории не хотелось вновь оказаться в том ужасном кабинете, увидеть снова «игрушки» Тома для наказаний, почувствовать в себе его мерзкий член.       По телу прошла мелкая дрожь.       «Почему бы просто не бросить Драко и не начать официальные отношения с Блейзом?» — пронеслось в голове.       Действительно, почему?       Звучало, конечно, логично, но такой расклад был ей не выгоден.       Драко нужен ей, нужен, чтобы мстить родной сестре за то, что та сделала с ней. Не будет Драко — Дафна снова получит все, что хочет. Снова будет жить, радуясь каждому дню.       Астория не пойдет на это. Она пообещала себе, что поставит сестру на место. И пускай она несчастлива в отношениях, пускай ей хочется быть с другим, но… это мелочи по сравнению с тем, какое удовольствие она испытывала, когда Дафна смотрела на нее в объятиях Драко, когда задыхалась от злости и отвращения, завидев его белую макушку.       От этого зрелища Астория отказаться не могла.       — Да, приглашена семья Забини, у тебя какие-то проблемы с ними? — с улыбкой спросила Дафна, видя, как Астория погрузилась в самокопание.       — Их нет, — сухо ответила Астория. — Полагаю, на этот вечер у каждого есть плюс один? — У нее появился план.       — Верно, как и всегда, — ответила мать, аккуратно разрезая сыр на тарелке.       — Получается, я могу пригласить Драко?       Повисла гробовая тишина. Казалось, даже настенные часы перестали идти. Отец скривился от недовольства, медленно перевел взгляд на жену и, дождавшись ее аккуратного кивка, посмотрел на Асторию.       — Можешь, Астория, — сухо произнес он, пытаясь не замечать реакцию Дафны.       Да, Драко избил его родную дочь до неузнаваемости, но правила нельзя было изменить — на любое мероприятие, устраиваемое от имени Гринграсс, Астория и Дафна могли прийти с любой парой. Так было заведено с самого их рождения.       — Но, отец! — возразила Дафна, жалобно посмотрев на отца.       — Без «но», сестра, правила есть правила, — с радостью в голосе сказала Астория, продолжив завтрак.       — Отец, посмотри на меня, — не унималась Дафна.       — Довольно, это правило нашей семьи, — на одном дыхании выпалил он, так и не посмотрев на дочь.       — Как ты можешь приглашать его в наш дом? Он избил меня, изнасиловал при всех! Ты забыл, что я несколько месяцев провела в больнице в агонии и страхе? Сколько денег ты потратил на восстановление моего физического и морального состояния? — Дафна привстала, неотрывно смотря на отца. — А шрамы на моем теле от его проклятого ремня, ты забыл их?       Она вышла из-за стола и подошла к нему. Повернувшись спиной и не спеша приподняв пальцами шелковую ткань блузки, она оголила спину, покрытую некрасивыми, отталкивающими взгляд шрамами.       Астория закатила глаза.       «Ну да, давай, поной папочке, как тебе было больно и плохо. Ведь ты же одна такая, избитая мужчиной, бедняжка», — Астория плотно сжала губы, вспоминая о ректоре.       Она так никому и не сказала о случившемся.       Не смогла.       — И ты пустишь того, кто сотворил все это… в свой дом? — хрипло проговорила Дафна. Вот-вот, и она заплачет. — Мне больно, отец… больно… все еще…       Она упала перед ним на колени и тихо заплакала, бормоча под нос, какие ужасные вещи вытворял Драко в тот вечер.       Отец не мог больше игнорировать Дафну. Он быстро присел на колени и обнял ее, прижав ее голову к своей груди.       — Тише, прости меня… конечно, его не будет в этом доме, не будет, дорогая. — Он трепетно погладил ее по волосам, что-то шепча на ухо.       — Что?! Но как же, — начала Астория.       «Вот так просто? Поныть, поплакать, надавить на огромные суммы, потраченные на восстановление, и… все? Он готов перечеркнуть правило, строившееся годами?!» — Она нахмурилась, ощущая себя несправедливо и глупо.       — Помолчи! — рявкнул отец. — Мало того, что ты, нахалка такая, начала встречаться с этим чудовищем, так еще и смеешь спрашивать о его приглашении в наш дом!       Астория сильно сжала столовые приборы.       — Но правила…       — У каждого правила есть исключения, дочь, — вмешалась мать, посмотрев на нее с осуждением. — Ты и так принесла нам кучу проблем, будь добра, доедай и иди по своим делам. И будь благодарна, что вообще живешь с нами.       — Но, мама… — В горле встал ком от подобных слов.       — Прочь! — рыкнул отец, сильнее прижимая Дафну к себе.       Они опять приняли сторону Дафны, опять унизили, прогоняя из своего окружения.       Астория больно прикусила нижнюю губу.       «И так всю жизнь… Дафна хорошая, а я… кто я? Дочь, которая вечно создает проблемы, — подумала Астория, замечая, что Дафна несильно ухмылялась. — Еще и лыбится, дрянь».       Она кое-как натянула улыбку и демонстративно покинула столовую, не забыв кинуть злой взгляд на сестру. А что еще оставалось делать? Пытаться спорить с теми, кто околдован ложной святостью их старшей дочери — бред.       Идя в ванную комнату, она думала лишь о том, почему с детства родители любили Дафну больше. Только потому, что она родилась первой? Или же…       Нет. Тут дело было совсем в другом.       Астория отрицательно помотала головой, смотря на себя в зеркало.       — Мне тогда было всего пять лет, ну с кем не бывает… — пробубнила она, смывая утренний макияж.       Когда Астория была маленькой, она спалила родителей за совершением грязной сделки, в которой были замешаны огромные суммы денег и несколько убийств. По глупости и невинности она доверилась приближенному отца, который был тайным репортером из прессы. Она рассказала ему об услышанном, и семья стала жертвой крупного скандала, который чуть не погубил все, что так долго строили ее родители.       Она была маленькой, не понимала, кому можно было доверять, а кому нельзя. Ей было всего пять лет.       Разве после такого можно разлюбить или держать злость на своего ребенка? Ну да, скандал, да, рассказала тайну, но разве они не сами виноваты, что дали Астории увидеть сделку?       Это была оплошность матери и отца. Они не закрыли дверь. Как беспечно. И за эту ошибку поплатилась Астория, ни в чем не виноватая пятилетняя дочь — она лишилась всего: родителей, детства, друзей.       Она как сейчас помнила, как отец запер ее в комнате на неделю, а мать распустила слух, что Астория не была родной дочерью, мол, они ее удочерили.       Помнила… как в школе все шептались за спиной о ее неблагодарности и хреновом поступке, который чуть не погубил семью. И как бы она ни пыталась доказать, что являлась настоящей дочерью Лукреции, никто ей не верил.       С этим она жила, живет и будет жить. И пускай родители все же признали ее родной, но последствия, которые понесла их ложь, до сих пор настигали Асторию, заставляя раз за разом вспоминать ад, через который она прошла.       Несомненно, вся ситуация очень повлияла на нее, оставила глубокий шрам на сердце. И, в отличие от Дафны, Астории никто не оплачивал психолога, никто не пытался понять ее боль — она все пережила сама.       И за это она ненавидела ее… свою сестру.       — Со мной не бывает, Астория, — раздался голос человека, которого она никак не хотела сейчас видеть. — Какая же ты жалкая.       Дафна подошла ко второму зеркалу и начала смывать смазанную от слез тушь.       — Ты… — зло прошипела Астория, резко хватая сестру за запястье и вынуждая посмотреть в глаза.       — Руки убери, — холодно произнесла Дафна, вывернувшись из захвата. — Ты как была жалкой дурой, так ею и осталась.       Астория сжала губы, не отрывая взгляда от напыщенного лица сестры.       — И почему родители видят во мне сущее зло, когда у них под носом живет такая абьюзерша, — шикнула Астория, вновь разворачиваясь к зеркалу.       — Ха! Я абьюзерша? Да из-за тебя мне пришлось полжизни притворяться идеальной дочерью, чтобы выровнять имидж нашей семьи после твоего крысиного поступка!       — Мне было пять! — воскликнула Астория, несильно ударяя по раковине.       — Да хоть год. Нельзя так поступать со своими родными.       — Да что ты вообще знаешь о поступках, идеальная ты наша? — сорвалась на крик Астория, открыв кран с водой.       — Мне пришлось вести личную жизнь на публику, участвовать во всех благотворительных мероприятиях, посещать дурацкие больницы, слушать нудные лекции по охране окружающей среды, и это только верхушка айсберга. А что все это время делала ты? Шопилась, вела распутный образ жизни и перетрахалась с половиной города!       Дафна кинула на сестру взгляд, полный презрения.       — Да ты мне спасибо должна сказать за такую жизнь! — прокричала Астория. — Ты росла в любви и заботе, на тебя отец тратил миллионы, а мать воспитывала как свою преемницу, чуть ли не поставив крест на мне!       — Ха, лучше бы поставила. Ты ничтожество, Астория.       — А ты идеальная?       — Мне пришлось такой стать. Пришлось из-за тебя!       — Поэтому, как только наша семья реабилитировалась, ты пустилась во все тяжкие? Стала бунтаркой, начала встречаться с Поттером, который на несколько лет тебя старше, втерлась в доверие к Драко и позволила ему избить тебя до полусмерти. О да… сама идеальность!       — Да что ты вообще знаешь… — прошипела Дафна, сжимая кулаки. — Не смей говорить о Драко!       Дафна начала выходить из себя. Астории это нравилось, в таких условиях она ощущала превосходство над сестрой. Она помыла руки и вытерла их о махровое полотенце.       — А то что? Польешь меня святой водой?       — Причем тут вообще она?       — А то я не видела, какой ты сейчас притворяешься на людях. Ангел, прошедший через ад. Смешно. — Астория вплотную подошла к сестре, прижав ту к раковине. — Твой ад такой же лживый и пустой, как и ты сама. — Она выплюнула последние слова ей в лицо.       — Зачем ты начала встречаться с Драко? — сквозь зубы спросила Дафна. — Ответь мне наконец! Зачем ты стала встречаться с этим ничтожеством?       Смешок.       — Потому что это «ничтожество» сделало всю грязную работу за меня, — почти в губы прошептала Астория и отошла от сестры, оттолкнув ее к зеркалу.       — Что ты имеешь в виду? — Голос Дафны дрогнул, она уже не была так спокойна, как за завтраком.       — Что это война, Дафна. Война, в которой ты останешься ни с чем. — Астория вышла из ванной комнаты, доставая телефон из кармана.       Сегодня она хотела пойти на шоппинг, но раз ее любимая семейка решила устроить званый ужин… нужно было подготовить соответствующее представление, иначе гости будут расстроены.       — Алло, Поттер? Надеюсь, ты ничем не занят сегодня вечером. У тебя появился шанс поговорить с моей сестренкой, — сладко промурлыкала Астория, когда гудки прервались. — Приходи к семи вечера к поместью Гринграссов, будешь моим плюс один.       Астория скинула звонок прежде, чем Гарри успел что-то ответить.       Закрыв за собой дверь в комнату, она устало упала на кровать, уставившись в белоснежный потолок.       «Как же меня все заебало», — подумала она, прикрывая глаза рукой.       Почему она должна терпеть все это? Семья, учеба, личная жизнь — все шло по наклонной вниз. И как бы она себя ни убеждала, что дальше будет лучше… каждый раз становилось только хуже.       Все постоянно от нее чего-то хотели.       Родители хотели, чтобы Астория не вмешивалась в их идеальную жизнь с Дафной, ректор требовал, чтобы она соблюдала правила Академии Икс, сохраняя идеальный имидж победительницы Кубка Первокурсниц, а Драко… он просто использовал ее, чтобы вконец не рассориться с семьей Гринграсс, ведь если бы Малфои потеряли поддержку Гринграссов — их бизнес пришел бы в упадок.       Ее не покидало чувство, что ей суждено быть лишь пешкой в этой жизни. И как бы она ни пыталась выбраться из этого жалкого состояния — ей все время чего-то не хватало: любви, поддержки, понимания… связей.       И, казалось бы, пошли всех на хер и начни встречаться с Блейзом, свали с ним в другую страну, будь, наконец, счастлива.       Но нет…       Астории нужна была месть. И если ради нее потребуется отказаться от любимого человека — она сделает это не раздумывая.

***

      — Ваша фамилия, — безэмоционально произнес накаченный парень в черном костюме, встречавший гостей у входа. Вид у него был не особо радостный.       — Поттер, — коротко ответил Гарри. Он то и дело осматривался, пытаясь найти Дафну.       — Нет в списке. — Охранник зло хмыкнул и перевел взгляд на следующего гостя. — Дальше.       Гарри опешил.       Неужели Астория решила над ним поиздеваться, и ее приглашение оказалось пустышкой?       Но даже если так, раз уж пришел, нужно настоять и попасть в дом, чтобы поговорить с Дафной. Он ждал этого год, сейчас нельзя упустить возможность.       — Меня пригласили, — уверенно сказал Гарри и рефлекторно выпрямил спину.       — Нет в списке, — повторил теперь уже хмурый охранник. — Хотите проблем?       Гарри сжал кулаки. Давно у него не было партнера для спарринга. Сейчас он был явно не прочь размяться.       И только он хотел сделать выпад вперед, как из-за двери появилась Астория в элегантном черном платье с высоко завязанным хвостом. Она улыбалась, держа в руках бокал с шампанским.       — Эй, Соул, пропусти его, — игриво промурлыкала она, кокетливо подмигнув охраннику.       — Но, мисс, его нет в спи…       — Он со мной, — бесцеремонно перебила Астория, подойдя ко входу. — Соул, не тупи, подвинься! — уже серьезнее сказала она, укоризненно посмотрев на прислугу.       Парень виновато кивнул и отошел, пропуская Гарри внутрь дома.       — Списки составляла моя мать, а она не любит учитывать мое мнение, извини за это.       Астория соблазнительно улыбнулась и проводила Гарри к гардеробной, где вежливая старушка взяла у него пальто.       Поблагодарив женщину, он посмотрел на Асторию, задавая немой вопрос.       — Не понимаю, и чего ты на меня так уставился. А! — Она резко прокрутилась вокруг своей оси, чуть не выронив бокал из рук. — Шикарное платье, правда? — Гарри заиграл желваками.       — Ты не меняешься, Астория, — сквозь зубы прошипел он, пытаясь натянуть улыбку. — Где она?       Посмотрев в сторону гостиной, Астория аккуратно поправила подол платья и улыбнулась.       — Неужели ты первый раз в нашем доме? — Ее губы тронула лукавая улыбка.       — Да, — почти без колебаний ответил Гарри, недоверчиво прищурившись.       — Хм, тогда пройдешь через гостиную и налево, она сейчас в комнате отдыха, — чересчур быстро сказала Астория.       Но, несмотря на ее подозрительность, Гарри поспешно поблагодарил ее и сразу же направился навстречу той, что бросила его год назад без объяснений.       Проходя через широкую арку, он не мог не отметить, что Гринграссы основательно подошли к организации вечера.       Свежие цветы, подобранные под бежево-красную гамму, были расположены на каждом шагу, подчеркивая элементы декора. Так, например, классические статуи голых женщин не отталкивали пафосом, а приманивали открытостью и загадочностью, а свечи, сегодня заменявшие лампы, придавали теплоту и уют.       В центре гостиной расположился большой белый рояль, за которым играл пианист. Гарри не понаслышке знал, как Гринграссы любили музыку… классическую музыку.       Воспоминания в тот же час заполнили разум.       Перед глазами появилась картина, как Дафна в его рубашке играла на этом рояле, пытаясь успокоиться после бурного секса. Помнилось, в тот вечер она переживала о раннем приезде ее родителей, ведь отношения между ними были тайными. Никто не должен был знать о них… такова была цена влечения.       Из воспоминаний Гарри вывел яркий аромат индейки, донесшийся с кухни.       Скоро начнется ужин, у него не было времени придаваться воспоминаниям. Он должен найти Дафну и поговорить. И пускай прошел год — Гарри должен услышать объяснения.       Пройдя гостиную, он направился в комнату отдыха.       Астория не обманула.       Дафна стояла к нему спиной в легком бежевом платье. Ее волосы были красиво уложены в прическу двадцатых годов. В руке она держала чашку свежезаваренного чая.       «Черный Эрл Грей без сахара», — пронеслось в голове.       Он остановился в проходе, облокотился спиной о дверной косяк и смотрел на горячий пар, что клубами исходил из фарфоровой кружки.       Еще с минуту он любовался ее силуэтом, затем плавно, чтобы не испугать, подошел, остановился в ярде от нее.       — Ты стала еще изящнее и прекраснее за этот год, Даф, — тихо проговорил Гарри, стараясь не рушить волшебную атмосферу, царившую вокруг.       Дафна слегка вздрогнула.       — Гарри, — так же тихо ответила она, медленно поворачиваясь. — Что ты здесь делаешь?       Он не мог понять, о чем она сейчас думала, — на ее лице была на удивление спокойная улыбка и умиротворенно прикрытые глаза.       Еще несколько секунд он изучал ее. Ему было интересно все: ее волосы, лицо, одежда… даже на осанку он обратил внимание, подмечая, что она держит спину ровно, ни на миг не расслабляя плечи. Настолько сконцентрирована?       — Ну да, Астория, кто же еще мог такое провернуть, — с нотками иронии проговорила Дафна, ставя чашку с чаем на стол.       Гарри сделал шаг навстречу. Желание обнять ту, что не видел целый год, завладело им, не оставляя шанса здравому смыслу. Биение сердца участилось, еле заметный румянец нагло выступил на щеках.       — Даф… — с хрипотцой в голосе прошептал он, в один широкий шаг приблизившись к ней и крепко прижав ее к груди.       Она молчала, оставаясь стоять неподвижно.       — У меня так много вопросов, — аккуратно начал Гарри, сильнее прижимая хрупкое тело.       Он бережно поглаживал Дафну по спине, опасаясь, что неверное движение причинит ей боль. Меньше всего на свете он хотел навредить ей.       — Тебя не должно быть здесь… я же просила забыть меня.       — Я не могу, — перебил он, отстраняясь, но лишь для того, чтобы посмотреть ей в глаза.       Он ужаснулся. В них не было ничего: ни удивления, ни отторжения, ни тем более любви… ничего.       После того, что они пережили… неужели время смогло потушить в ней чувства?       — Почему? Дафна, почему ты оттолкнула меня тогда? Почему поступок Драко разрушил наши отношения? Почему ты избегала меня? — Вопросы лились из его уст.       — Гарри, тише… — Дафна чуть заметно улыбнулась, положив указательный палец ему на губы. — Давай просто забудем прошлое? Его уже не вернуть.       Слова звучали так резко и сухо, что сердце предательски сжалось, импульсами разливая ноющую боль по телу.       Он не мог поверить ушам. Сейчас перед ним всплывали их совместные прогулки, их тайны… секс, лучший секс, который у него когда-либо был. Он не мог это отпустить.       Не мог…       — Я не верю, что ты ничего не чувствуешь ко мне, — не унимался Гарри, старательно выискивая в ее глазах проблески хоть каких-то эмоций.       — Не надо, — четко сказала Дафна. — Не надо пытаться вызвать во мне чувства, Гарри. Все, что я сейчас испытываю, это безразличие. К тебе, к академии, даже к сексу.       Он нехотя сделал шаг назад.       — Тогда зачем ты вернулась в академию? Зачем пошла на отборочный тур Кубка Первокурсниц? Чего ты хочешь этим добиться, если ты ничего не чувствуешь?       — Я хочу отомстить, — безэмоционально произнесла она и присела в бежевое кресло позади. — Мне нужен титул, что сейчас любезно носит моя сестренка. — Она вдруг прекратила строить из себя невинного ангела: на лице появилась злая ухмылка, голос стал острее стали. — Малфой будет страдать так же, как страдала я.       Гарри замер. Перед ним сидела не та задорная и очаровательная девушка, покорившая его смелостью и чистотой. Сейчас перед ним сидела стерва, охваченная желанием отомстить.       — Даф… прошу тебя, не делай этого. Не поддавайся тьме, ты же не такая.       — Ты простил его? — с насмешкой спросила она, перекладывая ногу на ногу.       Он сжал зубы, переведя взгляд на окно, в котором было видно, как садилось солнце.       Он не знал, что ответить.       Конечно, в первые несколько недель после произошедшего он не мог спокойно смотреть на того, кого много лет называл другом. Поступок Драко никак не мог уложиться в голове. Гарри думал и думал… почему? Зачем? Но ответы не давал ни Драко, ни кто-либо еще.       Время шло, углы сглаживались… на место ненависти пришло странное чувство ответственности.       Гарри начал присматривать за Драко, стал его совестью, от которой тому время от времени становилось тошно. А как иначе? Он не мог позволить Драко делать что ему вздумается, не мог позволить, чтобы еще одна девушка пострадала так же, как Дафна.       Нет, он не простил его, хуже — он стал тенью Драко, что контролировала все подозрительные действия с его стороны, не позволяя спокойно бесчинствовать.       — Молчишь, мм… — Дафна усмехнулась.       — Не простил, но это не значит, что я буду жить с ненавистью в сердце, мечтая о мести за… тебя. — Он хотел сказать «за любимого человека», но что-то подсказывало, что эта фраза была неуместной.       — Не пытайся меня отговорить, Гарри, — отрезала Дафна, вставая с кресла. — Я не желаю тебе зла, но прошу тебя, как старый друг, не стой у меня на пути. — Она почти прошла мимо, но остановилась у его плеча и перешла на шепот: — Иначе мне придется причинить тебе не меньше боли, чем испытает Драко Малфой.       Это были ее последние слова перед тем, как Гарри понял, что в тот вечер, полтора года назад, его Дафна умерла, оставив после себя холодную, переполненную ненавистью суку.

***

      Сегодня за столом в гостиной Гринграсс сидели не только хозяева поместья, но и семья Забини в неполном составе — старший сын Олиетты и Оливера опаздывал.       Семья, в честь которой был устроен званый ужин, владела самой крупной редакцией в Лондоне — «ZabNews». Именно они задавали тренды города, освещали самые интересные события и делали так, чтобы любая новость могла взлететь, оставаясь на устах лондонских жителей далеко не одну неделю.       Отец, сидя рядом с высоким кустовым растением, вдруг громко закашлял, привлекая внимание. Он поднялся из-за стола с бокалом дорогого вина и улыбнулся, медленно осматривая всех добрым взглядом.       Кажется, у него было хорошее настроение.       — Что же, видимо, молодой Забини не скоро к нам присоединится, но ничего! Я тоже в его возрасте ставил работу выше семьи, поэтому считаю это нормальным, — со смешком сказал он. — И все же как я рад, как рад!       Астория прищурилась. Она до последнего не хотела обращать внимание на отца, со скучающим видом перемешивая крем-суп в тарелке, но когда он дважды повторил слово «рад», она заинтересовалась и внимательно посмотрела сначала на отца, затем на сестру.       Дафна как-то хитро улыбалась, смотря на Асторию то ли с вызовом, то ли с насмешкой.       «Слишком самодовольная улыбочка даже для нее», — подумала Астория.       — Дорогая Дафна, наша любимая девочка, — продолжил отец, не обращая внимание на то, что Астория сжала столовые приборы от негодования. — Ты знаешь, мы с мамой тебя очень любим и ценим, и когда ты пришла к нам и сказала, что хочешь этого, мы тут же позвонили Оливеру и договорились о встрече, ну а дальше… вот как все вышло. Как я рад!       Олиетта и Оливер Забини по-доброму улыбнулись, поднимая бокалы. Спустя несколько секунд этот же жест повторили Дафна и мать.       Только Астория и Гарри сидели неподвижно, не понимая, что происходит. Они смотрели то на Дафну, то на счастливых Забини, и глупо хлопали глазами, пытаясь составить логическую цепочку происходящего.       — Астория, ну что ты как неродная, солнце, — сказала Олиетта, повернувшись к ней. — Гарри, — женщина одобрительно кивнула ему в знак внимания, — давайте же поднимем бокалы!       — Л-а-адно, — лениво протянула Астория, искренне не понимая, за что они хотели выпить. — Гарри, давай выпьем. — Она повернулась к нему и состроила измученную гримасу.       Если не понимаешь, что происходит — просто делай вид, что понимаешь. Правило общества или лайфхак «Как не быть дебилом в глазах других».       Наконец все бокалы оторвались от стола.       — Ура! — воскликнула мать. — Выпьем же за молодых, за Дафну и Блейза! Мы рады, что наши семьи скоро станут одним целым!       Дафна первая поддалась порыву и начала чокаться бокалами с родителями Блейза, весело хихикая, улыбаясь и то и дело посматривая на сестру.       Астория и Гарри замерли.       Для Астории в одночасье перевернулся весь мир, который она хранила в себе с теплой надеждой на будущее.       В один миг месть Дафны и счастливые деньки с Блейзом где-то на Шри-Ланке стали осколками разбившегося о скалы зеркала. Она была разбита. Сердце предательски заныло от боли, шум от звона бокалов становился с каждой секундой более туннельным и отдаленным. Земля уходила из-под ног.       Чувство реальности постепенно угасало.       Дзынь!       Звук разбившегося о стол стекла наполнил гостиную. Вино, оказавшееся на свободе, залило не только белоснежную скатерть, но и черное платье Астории.       Все замолчали.       — Астория! — воскликнул Гарри. — У тебя кровь!       Не дожидаясь разрешения выйти из-за стола, он взял ее на руки и понес в ближайшую ванную комнату.       Крови не было, он солгал. Наверняка у него были свои причины для лжи, но Асторию это не волновало. Ей тоже хотелось незамедлительно покинуть гостиную.       Как только они попали в ванную комнату, Гарри поставил ее на ноги.       — Извини, мне нужно было оттуда уйти, — начал он, смотря в одну точку на полу.       — Спасибо, — хрипло прошептала Астория, медленно падая на колени. Слезы потекли по щекам, смазывая вечерний макияж.       — Почему ты?..       Астория промолчала, пытаясь не разреветься в голос.       Сердце ныло. Сил держаться не было. Она проиграла сестре. Дафна отобрала у нее последнее, что было ценно в ее мире, — Блейза.

Отборочный тур на Кубок Первокурсниц

      — Спасибо. — Дафна вежливо улыбнулась и покинула сцену под бурные аплодисменты.       Блестяще справившись с двумя последними этапами, она направилась в гримерную комнату.       — Неплохо выступила, впрочем, я не удивлена, — прозвучал голос Полумны.       Она сидела на столе, закинув одну ногу на другую, и игриво двигала ступней в такт приглушенной музыки со сцены.       — Что тебе нужно? Я уже сказала твоему работодателю, что буду молчать, — настороженно ответила Дафна, начиная снимать с себя слизеринскую форму.       — Я тут не за этим. Но похвально, что ты помнишь наш маленький секрет.       — Тогда почему ты здесь?       — Слышала, тебе нужна услуга?       Полумна легким движением спрыгнула со стола и подошла к Дафне, оценивающим взглядом осматривая ее фигуру.       — Да, что у тебя есть на мою сестру? — серьезно спросила Дафна, резко разворачиваясь и тем самым показывая пышную грудь.       — Хм… — Смешок. — Проблемы в семье? — Полумна подошла совсем близко и провела ноготками по ее шее, медленно спускаясь к груди. — Хорошую грудь тебе сделали, номерок врача не подскажешь?       — Просто скажи мне то, чего я не знаю, — настойчиво шикнула Дафна, делая шаг назад — ее прикосновения вызывали неприятные мурашки.       — Информация за услугу.       Полумна усмехнулась и, вернувшись к столу, облокотилась на него.       — Чего ты хочешь?       — Неважно, чего хочу я. Этого хочет другой человек, — в повседневном тоне ответила Полумна. — Сделай так, чтобы Грейнджер прошла отбор на сраный кубок.       — Эта та, что облажалась во втором этапе? — удивилась Дафна, накидывая на себя халат. — Хотя, должна признать, нижнее белье у нее было неплохое. Седрик - мастер своего дела.       — И все же, — напомнила о себе Полумна, — согласна?       — Без проблем, я надавлю на нужных людей. — Дафна подошла к мини-буфету и взяла стеклянный графин с коньяком. — Будешь?       — Такую мерзость пьют только мужики, малышка, — с отвращением ответила Полумна.       Дафна пожала плечами, налила алкоголь в один из стаканов и сразу же пригубила его.       — Так что там про Асторию? Ух… — Она поморщилась от резкого, обжигающего горло напитка.       — У нее роман с Блейзом Забини, кажется, они влюблены друг в друга. — Полумна направилась к выходу. — Делай с этой информацией что хочешь, только помни — я тебе ничего не говорила. Плохо будет, если ты выдашь кому-то своего информатора. — Она улыбнулась, схватившись за ручку двери. — Но, я думаю, проблем не будет, ты же умная девочка.       — Вот как… Это интересно… — задумчиво проговорила Дафна, строя хитрый план, как выгодно использовать полученную информацию.

Настоящее время

      — Прекрати плакать, Астория. Я первый раз тебя такой вижу, — сказал Гарри, присаживаясь рядом с ней на колени.       Вот уже десять минут они сидели в ванной комнате и понемногу отходили от происходящего.       — Я не… не могу, Поттер, — через слезы шептала Астория, упершись руками в холодный кафель. — Почему ты… почему ты ее любишь? Она же сука…       — Что ты такое говоришь? Она просто запуталась, ее можно понять…       — Можно понять? Запуталась?! — воскликнула Астория, перебивая. Ей совершенно не хотелось сейчас выслушивать от него, какая ее сестра лапочка и душка. — Всю мою жизнь она только ставила мне палки в колеса, а после того избиения… совсем свихнулась.       — Ты начала встречаться с тем, кто избил, подставил и унизил ее при всех, — пытался спокойно отвечать Гарри, но было видно, что его тоже трясет.       — Потому что до этого она испортила всю мою жизнь! — рявкнула Астория, зло посмотрев ему в глаза. — Твоя лапочка-бывшая - сущий демон в юбке. Ту, какой ты ее знал… это… — она на несколько секунд замолчала, — это не настоящая она.       — А какая тогда настоящая? — с грустным смешком спросил Гарри, вставая с колен и открывая кран с холодной водой.       — Та, которая устроила помолвку с моим возлюбленным, лишь бы отомстить мне за ее якобы хреновую жизнь.       — Что? — Гарри повернул голову к Астории.       Она замолчала, понимая, что сказала лишнего.       — Ничего, забудь. — Астория медленно поднялась с пола, редко всхлипывая.       — Ты любишь лучшего друга своего парня, — догадался он, умываясь. — Дурдом.       — А ты подкатываешь к невинной гриффиндорке, тайно желая мою сестру, — парировала она, выпрямляя спину. — И кто из нас еще злодей, Поттер? Но я не хочу дальше с тобой разговаривать. Все, что ты сегодня видел… прошу забыть, иначе твоя новая девочка сразу узнает, что ты ее используешь, чтобы забыть настоящую любовь.       Астория аккуратно вытерла растекшуюся по лицу тушь и уверенно усмехнулась.       Правильно — не время распускать нюни. Этого Дафна и добивалась — чтобы она опустила руки и сдалась.       «Но этого не будет, сестра, — подумала Астория, поправляя растрепанный хвост. — Больше ни одна слезинка не слетит с моих глаз».       Дафна сделала ход — теперь ход сделает Астория, и он будет последним в их затянувшейся войне.