Выкинь это из головы.

Аманда очень нервничала перед своим первым днем в новой школе, она даже почти не спала в эту ночь. Днем ранее ее возили в школу для дополнительного ознакомления. Директор этой самой школы очень хотел лично познакомиться с девочкой, ведь об ее опекуне он был достаточно наслышан и не хотел лишних скандалов, особенно после разговора с ним. Сам Тёрнер произвел на директора очень сильное впечатление, и тот вовсе не хотел с ним ссориться. В их диалоге с Амандой он настоял на том, чтоб при любых трудностях в общении с другими учащимися или недоразумениях она оповещала его, а не Алекса, так как скандала тогда не избежать, а загладить конфликт с детьми будет вдвойне труднее: — Я надеюсь, мы друг друга поняли, — Аманда не могла понять, почему мистер Адамсон так боялся Алекса. — Но почему? Что плохого в том, что я буду рассказывать о всяких недоразумениях мистеру Тёрнеру? Ведь это вполне нормально — общаться с родителями. — Зная вашего мистера Тёрнера и учитывая его, кхм, вполне серьезные угрозы, он может здесь устроить мировой скандал на пустом месте только из-за того, что на вас кто-то не так посмотрел или дал невинное прозвище. Вы уж простите, но честь школы на первом месте. Я уверен — мы с вами сами все уладим. — Но он на самом деле очень хороший, вы просто его не знаете, — ей всегда не нравилось, когда кто-то говорил что-то плохое насчет Алекса но, к сожалению, людей которые говорили о нем что-то хорошее было крайне мало. — Удачи вам в учебном процессе и всего доброго. Ждем вас завтра на занятиях, — собственно, так и закончился их диалог, после которого Аманду прокатили по магазинам в поисках специальной формы. Естественно, Тёрнер при всем этом не присутствовал, у него были дела куда поважнее. Даже когда дома Аманда предложила тому посмотреть на новые вещи тот заявил, что сейчас у него вообще нет времени, и что завтра произойдет первое в его жизни собрание, которое откроет и будет вести он сам. В этот день они даже толком не виделись, хоть и находились в одном доме, но Алекс пообещал, что обязательно уделит ей внимание завтра, на что Аманда очень надеялась. После первого дня учебы, эмоции переполняли Аманду. После школы за ней заехал водитель Тёрнера. Поскольку Аманда не знала, во сколько тот освободится сегодня, она попросила отвезти ее прямиком к нему на работу. Тем более, ей не терпелось поделиться с Алексом новыми впечатлениями, тот явно будет рад ее видеть, наверное. По стечению обстоятельств, как раз в это время и шло собрание. Аманду сперва не пускали в кабинет, а когда секретарь Тёрнера узнал, кто она такая — её отправили в личный кабинет Алекса. Зайдя туда Аманда была очень удивлена, ведь она понятия не имела, как выглядит кабинет Тёрнера. Её внимание первым делом привлекло огромное окно, и как оно не отвлекает Алекса от работы? Ей сразу же захотелось сесть в его кресло и полюбоваться видом на Лондон, вот только рисковать она не стала, ведь, вдруг он разозлится? В стене находился встроенный небольшой телевизор, которым Тёрнер явно не пользовался. Аманда поймала себя на мысли, что смогла бы здесь жить, если бы ей выпала такая возможность, ведь в кабинете даже был мини бар замаскированный под сейф, вот только алкоголь она не употребляла, да и Алекс ей это запрещал. Поэтому, ей ничего не оставалось, кроме как сесть на диван (она предположила, что на нем обычно сидели сотрудники, которых вызывал Тёрнер чтоб отчитать за плохую работу или похвалить) и положить себе на колени школьную сумку. Время тянулось даже медленнее, чем на занятиях, но когда дверь в кабинет резко открылась, Аманда на время перестала дышать. — Мне сообщили, что у меня гости. Вот только, все желающие побеседовать со мной должны записываться заранее. И в кабинет запрещено пускать кого-либо, если директор отсутствует, — естественно Алекс знал, кто его ждал, но его напыщенность не могла дать ему упустить возможность лишний раз поставить себя выше кого-то, да и он просто хотел поддеть Аманду. — Мистер Тёрнер, это вовсе не смешно. Вы не рады, что я к вам приехала? — Почему, я даже очень рад, — Тёрнер выглядел каким-то уж слишком радостным. Наверное, все прошло просто отлично. — Я теперь всегда буду должна встать в очередь, чтоб увидеть вас? — почему-то, что-то внутри Алекса сжалось, ему не хотелось, чтоб из-за его новой должности страдала Аманда, к тому же, они и вправду стали видеться теперь реже, но Тёрнер был готов ей все компенсировать любым способом. — Наверно, тебе уже стоит привыкнуть к такому режиму. Мой рабочий день на сегодня окончен, не хочешь съездить со мной кое-куда? — Аманда немного оживилась, тем более, на работу Алекс ездил совсем не на той машине, на которой ее возили в школу. Аманда поинтересовалась, зачем Тёрнеру еще один водитель и здесь, ведь он никогда не приезжал с работы в нетрезвом состоянии, на что тот ответил, что это необходимо для поддержки его статуса. Неожиданно для Аманды, они остановились у зоомагазина под названием «Кошачий эмпориум леди Дайны». — Вы сейчас серьезно что ли? — удивлённо спросила Аманда, смотря в окно. — Ну, я подумал, что тебе скучно одной дома. Поэтому, я разрешаю выбрать себе друга который будет, естественно, на втором месте после меня, — почему-то Аманда всегда думала, что Тёрнер не любил животных, но на этот раз он ее очень приятно удивил. Ей было сложно выбрать себе кота, пока Алекс пил кофе, так как ей нравились абсолютно все. Естественно, после выбора котенка им пришлось купить переносной контейнер, но когда Аманда увидела, сколько всего там продается для домашних животных, она просто не могла уйти оттуда без домика для своего нового друга, игрушек, кучи разных кормов и ошейников. Девочка понимала, что таким образом Алекс просто компенсирует ей то внимание, которое уже не может дать, но она была не против. — Надеюсь, этим вечером вам не будет скучно. — То есть? — Аманда с непониманием посмотрела на Тёрнера. — Я собирался отпраздновать одну удачную сделку, но думаю, что вернусь не так уж и поздно. Ну и что снова не так? — Алекс не мог понять, чем на этот раз не угодил этой девочке, ведь с новой должность ему как никогда нужен отдых. — Я поняла, — Аманда взяла контейнер со своим питомцем и ушла к себе в комнату, чтоб скрыть свое разочарование. Ей не хотелось портить настроение Тёрнеру из-за каких-то там своих переживаний, хоть и все, чего она требовала — это внимание. Естественно, празднование не обошлось без спиртного и запрещенных веществ, но, хоть и Алекс всегда испытывал некое отвращение к женщинам, на этот раз он не мог позволить себе даже флиртовать с кем-либо. Но прилично влить в себя алкоголя это ему не помешало и, где-то ближе к часу ночи, Тёрнера в полуживом состоянии привезли домой какие-то мужчины (которых Аманда тоже не знала) и затащили в его комнату. Аманда как всегда не спала, дожидаясь Алекса. Увидев, в каком тот состоянии она вновь расстроилась. Тёрнер уснул сразу, не снимая верхнюю одежду. Даже в таком состоянии Аманда безумно любила его. Ей стало даже на время жаль Алекса, ведь тому наверняка будет очень плохо завтра. Она аккуратно расположилась рядом с ним на кровати, взяв его за бессознательную руку. Находясь в одном доме с Тёрнером ей абсолютно не хотелось одиноко обнимать подушку в своей комнате, поэтому, возможность посреди ночи прижаться даже к изрядно выпившему Алексу её очень радовала. Тёрнер проснулся из-за жуткой головной боли, он даже не сразу понял, где находится. Окончательно в чувства его привел тот факт, что Аманда всю ночь прижималась к нему и держала за руку. Почему-то, Тёрнер рассчитывал на то, что она будет весь день ходить грустной и задавать ему идиотские вопросы, которые могут легко взбесить, но никак не на это. Он не стал ее будить, хоть и уже было довольно поздно и они опоздали что на работу, что в школу. Тёрнер попытался встать на ноги и стянуть с себя куртку, в которой спал. В её кармане он нащупал свой телефон и стал звонить своему заместителю, вот только имена в телефонной книге плыли перед глазами. Попав с четвёртой попытки куда нужно, Алекс направился в ванную, вот только по пути мимо него что-то буквально пролетело. — Блять, что это за хрень? — выругался тот, списывая все на последствия вчерашнего вечера. Только когда Тёрнеру на глаза попалось разодранное кресло, он наконец вспомнил, что купил Аманде котёнка, на свою голову. — Что случилось? — Алекс попытался сфокусировать свой взгляд на Аманде, которая прижимала подушку к себе одной рукой, а второй терла глаза ото сна, — вы отвезете меня в школу? — Мы все проспали, и почему это мелкое говно бегает по всему дому, принося мне сплошные убытки? — Папочка, почему вы так его называете? Это же котенок, к тому же, совсем маленький. — Я бы хотел, чтоб этот котенок жил на улице, — ответил Тёрнер с неким презрением, пытаясь аккуратно спуститься по ступенькам вниз. — Но на улице сейчас холодно, еще и дождь идет. Он заболеет и умрет, — Алекс понял, что этот диалог ни к чему хорошему не приведет, поэтому решил продолжить свой маршрут в ванную, а Аманда, отбросив подушку, пошла искать котенка. — Ты хоть дала ему имя? — поинтересовался Тёрнер после того, как привёл себя в порядок, а Аманда, наконец, поймала котёнка и теперь играла с ним в гостиной на полу, будучи одетой лишь в ночную рубашку и нижнее белье. — Я не знаю, как его назвать. А как обычно называют домашних питомцев? — Ну вот, у этого говна даже имени нет. — Мистер Тёрнер! Ну почему вы так с ним поступаете? — Аманда взяла котёнка на руки и села рядом с Алексом, — а между прочим, он вас любит, — она начала сунуть его Тёрнеру на колени, но ни один, ни другой этому рады не были. — Блять, да забери это, меня сейчас и так стошнит, — кот, испугавшись этого всего, снова сбежал и Аманда хотела было побежать ловить его, но Алекс ухватил её за запястье быстрее, чем она успела что-либо понять, — Я купил тебе это, чтоб ты играла с ним тогда, когда меня нет дома, но никак не в моем присутствии, — Аманда почувствовала, что снова в чем-то провинилась. — А почему нельзя играть, когда вы дома? — намного тише спросила девочка, пытаясь не разозлить Тёрнера. — Вот и будешь сегодня ночью обнимать эту пушистую хрень. — только после этого Алекс отпустил ее руку, — и пожалуйста, оденься. Не ходи по дому в таком виде, — Аманда прослушала половину его слов, ведь кот, при побеге, поцарапал её. — Хорошо, я поняла, — холодно ответила девочка. Она не могла понять, почему Тёрнер все утро чем-то недоволен: то ли из-за того, что он банально ревновал её даже к котенку, то ли ему просто было плохо после вчерашнего. Но, Алекс даже не догадывался, как сильно ранил этим Аманду. Ведь после того, что произошло в её жизни, у девочки часто случались истерики, иногда даже безо всякой на то причины. Поэтому, она не могла реагировать на все эти замечания так, как этого хотел Тёрнер. Весь оставшийся день Алекс отходил от вчерашнего, и только под вечер у него появилось хоть какое-то настроение. Вот только его самолюбие не давало ему провести оставшееся время с Амандой. Он, наверное, и сам понимал всю абсурдность ситуации, но если эта девочка предпочитает котенка общению с ним, то пусть делает как хочет. Вечером Аманда практически не видела Алекса. Ей казалось, что тот её избегал. Иногда, Тёрнер казался ей ещё капризнее, чем она сама, вот только проявлялось это немного по-другому. Удивлению Аманды не было предела, когда тот все-таки соизволил спуститься. — Неужели вы собрались смотреть телевизор? — робко спросила та, пытаясь лишний раз не нарваться на упреки, ведь она не знала, в каком распоряжении духа Тёрнер на данный момент. — Нет, я буду здесь спать. Ты можешь пойти к себе, чтоб не мешать мне? — ранее Алекс никогда не ночевал на диване, поэтому, такой ответ сбил Аманду с толку. — Но, с чего это вдруг? — намного смелее спросила девочка увидев, что тот уже пребывает не в таком напряжении, как ранее. — Да потому что это все снова повторяется. Я же выкинул все вещи отца, сжег все фотографии с ним. Ещё и дождь идёт весь день и не собирается заканчиваться. Это все действует мне на нервы, — у Алекса на самом деле начался рецидив звуковых галлюцинаций, спровоцированных употреблением всякой запрещенной дури вчера. Хоть и он говорил всем, что завязал, но в его компании все хоть иногда употребляли, да и старые привычки брали свое. — Вы можете пойти ночевать в мою комнату, я буду вас развлекать, чтоб вы ничего не боялись, — даже если бы Алекс и сердился на Аманду, он бы все равно не смог устоять перед этой девочкой и растаял, ведь кто ещё будет к нему так искренне относиться, как не она? — Почему вы не носите галстуки? У вас ведь их целый ящик. — Они мне не идут, понимаешь? — Тёрнер пытался аккуратно задернуть шторы, пока Аманда гладила котенка. После утреннего диалога она даже побаивалась подходить к нему, дабы не взбесить Алекса снова. — А можно посмотреть, как они будут выглядеть на вас? Я сейчас все принесу! — Тёрнер хотел было возразить, что лазить в чужих вещах неприлично, но на этот раз решил воздержаться, он и так сегодня был слишком строг. — Я даже не в рубашке, чтоб их мерить. И, вообще-то, ты меня сюда пригласила не для этого. — Я же сказала, что буду вас развлекать, разве вам скучно? — было бы неправильно заявлять, что Тёрнеру было скучно, даже напротив, ему было все равно, что делать, лишь бы Аманда находилась рядом с ним, ведь так он чувствовал себя намного спокойнее. На самом деле, ему было не так уж и плохо с галстуками, но вот надевал Алекс их всего лишь пару раз за всю жизнь. Один из таких случаев припал на то время, когда Аманда находилась в пансионате: Ариэль попросила Тёрнера поехать с ней к ее родителям якобы в качестве ее молодого человека, пообещав тому что будет появляться в его жизни только тогда, когда он будет этого хотеть, так как больше предложить ей было нечего, и Тёрнер, со скуки, согласился. — Ладно, давай сюда, — Алекс взял с рук Аманды один из галстуков чтоб продемонстрировать ей, что они ему не идут и скорее прекратить это все. — Давайте ещё и этот! Ну пожалуйста, — Аманда никак не могла успокоиться, ведь ей напротив казалось, что Тёрнеру они идут, и она уже была очень увлечена процессом. Алекс с недовольством развязал галстук у себя на шее и нехотя взял другой, — Я тоже хочу научиться их завязывать, — с восторгом произнесла девочка, вот только Тёрнер никак не разделял её восторг. — Не вижу ничего интересного в этом процессе, и отнести это все назад. — Просто, у моего отца никогда не было галстуков, а у папочки их полно, — Алекс поменялся в лице. Услышав такое сравнение себя с отцом девочки, ему стало как-то не по себе. Будто её отец — это что-то одно, и он ассоциируется исключительно с чем-то правильным, а Алекс выполняет далеко не роль так называемого воспитателя, а является чем-то аморальным. Хотя, это могли быть лишь догадки навеянные его больной фантазией. Он даже не заметил, как Аманда, во время их разговора и его примерок, прислонилась к нему почти вплотную, хоть и кровать была не такой уж и широкой — на ней было много места для одного, но как-то мало для двух. Вдруг, по неизвестным причинам, во всем доме выключился свет. — Блять, — выругался Тёрнер, швыряя только что снятый галстук куда-то в темноту, — вот я прямо сейчас пойду и посмотрю, что там со светом. Они же обещали, что такое больше не повторится, — начал психовать тот. — Почему-то я очень сомневаюсь, что вы в этом хоть что-то понимаете, да и в конце концов, вы хотели спать, зачем вам свет? — Я хотел тебя, а не спать, — сказав это, Алекс достал из заднего кармана своих штанов пакетик с презервативом, смутные очертания которого Аманда разобрала в темноте. Отсутствие хоть какого-то света помогло ей не так смущаться, как обычно. К тому же становится не так неловко, когда знаешь, что никто не увидит твои раскрасневшиеся щеки, а вот дыхание предательски подводило. — Эй, вы все это специально устроили? И придумали про слуховые галлюцинации? — Ладно, я все-таки спущусь и проверю, — Аманде ужасно не хотелось, чтоб Алекс уходил и оставлял её одну, и дело было не только в страхе темноты. — Нет, не уходите никуда, — Тёрнер лишь поправил подушку у себя за спиной, ожидая её дальнейших действий. Поняв, что тот ждет инициативы именно от неё, девочка медленно и несмело приблизилась к его губам, вот только на полноценный поцелуй у Аманды не хватило смелости, поэтому она поцеловала его лишь в уголок губ, хоть и была уверенна, что Алекс её не оттолкнет, по крайней мере, сейчас. Уловив запах знакомого парфюма, ей захотелось уткнуться Тёрнеру в шею и вдохнуть поглубже так полюбившийся, за долгое время, запах. Она пересела к нему на колени и прислонилась своей, совсем гладкой и нежной щекой к его. Глаза постепенно начали привыкать к темноте благодаря тусклому свету, который проходил сквозь шторы. Для Аманды было чем-то новым такое положение, ведь обычно все делал Алекс, а тут он вдруг уступил ей, без ее на то согласия. Все, что связано с этим человеком казалось Аманде чем-то чужим и новым. Она вроде и знала его, но он постоянно был разным. В этом, собственно, и были плюсы Тёрнера, помимо его редко проявляющейся нежности, о которой, наверное, знала лишь эта девочка. Но больше всего Аманде хотелось понять, когда именно Алекс бывает настоящим. Наверное, ей просто нужно смириться с таким количеством его ролей, и воспринимать каждую как настоящую. Почувствовав на себе его проницательный взгляд, Аманда все-таки покраснела. Ею резко завладело, казалось бы, невинное желание прильнуть губами к его скулам. Как только она хотела это осуществить, недалеко послышалось мяуканье котёнка. — Если оно запрыгнет на кровать, то я его выкину нахрен из дома, — раздраженно бросил Тёрнер, но заметив, что этим он только спугнул девочку и лишил её остатков уверенности, сразу смягчился и погладил её по голове, совсем как раньше, в первые дни их знакомства, — ведь твой новый друг может испортить твое постельное белье, — сказав это, Алекс улыбнулся. Он был готов на что угодно, лишь бы девочка перестала робеть, хотя и такой она ему нравилась не меньше. В ответ Аманда пару раз потерлась о его пах, не скрывая при этом смущения, ведь как бы она не пыталась, но вести себя как взрослая и все умеющая женщина она не могла. Если под ней все было уже крайне неспокойно, то после характерного трения состояние стало и вовсе критическим. Её рассудок уже был настолько затуманен, что она не сразу почувствовала пальцы Алекса у себя на шее. Он еле заметно дотронулся большим пальцем к яремной впадинке, а затем немного надавил на неё, но тут же ослабил хватку, когда Аманда начала нервно ерзать на нем. Осознав, что это будет слишком долго, Алекс решил снова взять все на себя: — Я хочу сказать тебе много непристойных вещей, но боюсь, что ты станешь ещё более смущенной и робкой, — сказав это, он облизнул её влажные губы и поцеловал, чем все-таки заставил расслабиться. Вдруг, Тёрнер резко перевернул её на спину, придерживая за запястья и навис сверху, все ещё не отрывая взгляда от глаз девочки, а ведь они все ещё были совсем невинными. Остановив свой взгляд на её белой и нежной шее, на которой не было ни единой его отметины (Алекс не хотел портить кожу Аманды засосами для избежание порицаний со стороны учителей, да и подобного рода «следы» вряд ли бы украсили эту девочку) и стал осыпать поцелуями нежную кожу, прислушиваясь к каждому движению. Аманде хотелось стонать от каждого его прикосновения, ей хотелось творить непристойные вещи и чтоб это повторялось каждую ночь. Наверное, скоро все её мысли и желания сведутся только к одному. — Перевернись на живот. Я обещаю, что тебе будет очень удобно в такой позиции, — Аманда слабо понимала, чего хотел от неё Алекс, но сделала все так, как он говорил. Ощутив, что в живот ей упирается подушка, она попыталась удобно устроиться, но тут же была прижата ладонью к матрасу, — постарайся не двигаться в разные стороны, хорошо? — внутри Аманда начала немного паниковать, но показывать это не стала. Почему-то она боялась, что Тёрнер рано или поздно решит, что она уже ко всему привыкла и его действия будут не такими нежными, как в первый раз, а более грубые и ей это будет приносить лишь боль. Ну, а пока Алекс все делал предельно аккуратно, и время от времени отвлекал ее колкими фразами, от которых Аманде хотелось провалиться под землю или зарыться лицом в подушки: — Самое прекрасное, что я делал в своей жизни — это раздевал тебя, — после этих слов она всхлипнула, почувствовав, как тот растягивал ее изнутри. Преодолев небольшую боль Аманда толкнулась ему навстречу, насаживаясь на пальцы, после чего Тёрнер одобрительно погладил ее по голове. Чувство, будто бы Алекс вошел в нее впервые, наверное будет преследовать Аманду каждый раз, когда он это будет делать. В глазах окончательно потемнело. В непривычном положении было на самом деле даже удобнее. Ей было все сложнее сдерживать стоны, а костяшки пальцев побелели от того, с какой силой она сжимала простынь. Аманда уже успела соскучиться по этому чувству, когда из тебя практически все выдавили, когда ты полностью растворяешься в любимом человеке и не чувствуешь ничего, кроме его нежных объятий и поцелуев. Аманда не знала, со всеми ли Алекс был так нежен, или только с ней, но сейчас об этом не хотелось думать вообще. Обычно в такие моменты её пробивало на откровения ещё больше чем Тёрнера, когда тот выпьет. — Знаете после чего я окончательно в вас влюбилась? — Алекс лишь заинтересованно посмотрел на неё, за неимением сигарет он чувствовал себя как-то странно, — помните, как вы выйдя из кабинета директора пансионата сказали, чтоб я вам рассказывала обо всем, что меня беспокоит, и что вы со всем разберетесь? Мои родители, а в частности мой отец, мне такого никогда не говорили, я попросту не чувствовала, что они могут меня от чего-то защитить, а вы…в тот момент мне хотелось расплакаться. Именно тогда я поняла, что безнадёжно в вас влюбилась, — Тёрнер почему-то растерялся, когда девочка начала сильнее прижиматься к нему, а по щекам у неё текли слезы, — в последнее время я часто плачу даже без причины, что со мной? — С тех пор, как я взял тебя под свою опеку, ты ещё ни разу не была у психолога, и это моё огромное упущение, так что завтра мы это исправим, — честно сказать, даже Алекса волновало состояние Аманды и он не считал её приступы истерики нормальными, — Я обещал, что буду всегда защищать свою девочку, и я это делаю и по сей день: тебя завозят и забирают со школы, если ты находишься вне дома то рядом с тобой обязательно находится мой водитель или я. С тобой просто теоретически ничего не может случиться так как ты под круглосуточной охраной, как самая дорогая вещь в моем доме, — сказав это, тот немного задумался и добавил, — ну и в сердце, — сравнивать людей с вещами было для Тёрнера обычным делом и он не видел в этом ничего плохого, просто каждый должен знать свое место. Конечно, такую опеку можно было бы назвать нездоровой, но по-другому Алекс уже не мог.