Дочь того, чье имя нельзя называть.

      Молодой мужчина торопливо шел по улице, не обращая внимания на случайных прохожих, спешащих по своим делам. Его глаза сияли, а на лице расцвела маниакальная улыбка. Сегодня он узнает, узнает все! Год назад он пообещал себе, что сможет докопаться до правды во чтобы то не стало, и это наконец свершится. Свернув на неприметную улицу, мужчина с легким хлопком растворился прямо в воздухе.

***

      По сравнению с удивительно теплой и солнечной погодой Лондона, Эпсом поражал ледяным ливнем, сразу заставившим Ансгара пойти быстрее. Большинство жителей еще не вышли из своих домов, и город только начинал просыпаться. Обычно людная площадь сейчас пустовала, позволив мужчине быстро пересечь её. Еще не погашение фонари горели, бросая причудливые блики на витрины магазинов, окрашивая товар в необыкновенные цвета. Но путь мага лежал дальше, в самые неприглядные районы города, где не было места ничему, кроме тьмы и сырости. Лишь один фонарь, изредка мигая, пытался внести хоть немножко света в это царство вечной ночи. Неуклюжие дома стояли почти вплотную, смыкая кривые края своих крыш, не давая проникнуть даже самому маленькому солнечному лучику. Поёжившись от ветра, пронзающего насквозь, проникающего, казалось, в самые отдалённые уголки души, мужчина твёрдым шагом продолжил свой путь, размышляя над тем, что может услышать. Хочет ли он знать это? За такой, казалось бы, короткий год, Ансгар полюбил девочку, как родную, и уже считал её таковой. Но он должен, обязан знать, с кем живёт под одной крышей. Обязан знать, какие тайны скрываются под маской милой девочки. И он узнает, ведь ответ уже близко. Стараясь не потерять новообретённую уверенность, маг вошёл в неприметное строение, казалось бы, ничем не отличавшееся от остальных. Но не для него… Редкие прохожие шли мимо, не обращая внимания на надпись, сверкающую над дверью в здание. А ведь она могла бы открыть им многое! «Veni, si magia est tibi pars»*. Латынь. Язык богов, язык магии. На нем творили и создавали, разрушали и убивали, жили и умирали тысячи магов. Язык, связывающий вместе совершенно разных людей, вкладывающий смысл в каждую букву, каждый звук. Но люди проходили, ничего не замечая. Они так слепы! Грустная усмешка исказила лицо мужчины, и он наконец отвлёкся от своих мыслей, погружаясь в обстановку помещения. Вокруг царила тьма… везде. Но дверь приоткрылась, рассеивая темноту, давая шанс хоть немного сориентироваться. Воспользовавшись возможностью, Ансгар проскочил в следующую комнату, инстинктивно сжимая волшебную палочку в кармане пальто. Тут царил неяркий полумрак, в котором еле вырисовывались силуэты мебели. Но, не смотря на это, стол, находящийся в центре комнаты, сразу привлекал к себе внимание. Но больше всего впечатлял человек, сидящий за столом на высоком кресле, больше напоминающим трон. Это явно была женщина, но ни лицо, ни фигуру рассмотреть было нельзя. Платок, повязанный на лицо на манер бандитского, и длинная мантия с глубоким капюшоном полностью скрывали свою хозяйку от любопытных глаз смотрящего. Лишь рыжие, даже скорее кирпичные волосы не были скрыты и аккуратными волнами спадали к груди. Не смотря на принадлежность к условно слабому полу, эта женщина вызывала если не страх, то уважение, а сила, исходящая от неё, была ощутима каждому. Ансгар замер перед столом, внимательно разглядывая обладательницу кабинета, понимая, что это последняя грань между ним и тайнами, которые хранилась его дочь. Но отступать было поздно, а любопытство в глубине души довольно потирало руки, так что… Но не успел мужчина сказать хоть слово, как прозвучали слова, произнесенные твердым, властным голосом: — Имя моё вам ни к чему, можете звать просто Леди. Пришла пора узнать, какого демона вы пригрели под крылом, мистер Этингер.

***

      Солнце едва начало прогревать землю свои лучами, но на небольшой уютной кухне, выполненной в зеленых тонах, уже вовсю трудилась молодая девушка. Напевая простенький мотивчик себе под нос, она кружилась по кухне, казалось, делая все одновременно. Но если начать наблюдать внимательнее, можно понять, что у этой женщины есть свой невидимый помощник, заключенный в самой её сущности. По всей комнате летали тарелки, овощи распадались на аккуратные кубики, повинуясь небрежному взмаху руки. Работа на кухне кипела, а на лице девушки то и дело появлялась улыбка, заставляя её и без того красивое лицо светиться. Лишь изредка она бросала взволнованный взгляд на часы, и тогда казалось, будто какая-то тень упала ей на лицо. Но в тот же миг она отмирала, с новыми силами погружаясь в готовку. Она уже предвкушала, как прекрасен будет этот день, день рождения её дочери! Ничто и никто не сможет испортить эту дату, так много значащую для Ревекки. Во всяком случае, так думала она… Из коридора послышался топот маленьких ножек, и в тот же миг в комнату бесшумно проскочила девочка, сразу же садясь на свой стул. Она не издавала ни звука, неотрывно наблюдая за девушкой, восхищаясь точностью её движений. Вещи подчинялись малейшему взмаху волшебной палочки, всегда выполняя именно то, чего так хотела волшебница. Казалась, что Ревекка полностью погрузилась в свой собственный мир, в свою стихию, и совершенно не замечает гостя на своей кухне. Но это было не так, и в следующее же мгновение подойдя к дочери, она заключила её в объятья: — Ох, Дора, чего же ты проснулась так рано? С днем рождения, милая! — И взлохматив и без того непослушные волосы, девушка вернулась к работе, продолжая говорить, — Сегодня такой прекрасный день, не правда ли? Но твой отец еще не вернулся, задерживают на работе. Знаешь, он с самого утра куда-то убежал, сказал, вызвали срочно. Но не в такую же рань! Хотя, кто знает, кто знает… А ты как, Дор? Как спала? Девушка так и продолжала говорить, изредка давая девочке вставить насколько слов, но та и не стремилась к равному диалогу, внимательно слушая приемную маму, наслаждаясь её обществом в этом уютном уголке, который сейчас был для них все миром. Они считали, что это будет прекрасный день. Но правы ли они?

***

      Все оказалось куда хуже, чем он мог предполагать. Возможно ли такое вообще? Он не знал. Не мог знать. Но поверил. Ведь зачем кому-то его обманывать? Это ведь бессмысленно. Но знал же кто-то, что он ищет ответы. В голове раз за разом всплывала странная записка, полученная им на днях. «Я дам тебе все, что нужно. Пора узнать, что за демон живет в твоем доме. Эпсон, улица Тьмы. Ты поймешь, куда тебе надо» Но этот разговор, кажется, породил еще больше вопросов, чем было до этого. Знал ли Люциус, кого предложил удочерить? Наверняка знал… Сукин сын! Мужчина в гневе ударил рукой по каменной стене переулка, тут же поморщившись от боли. Но он продолжал бить, вымещая всю свою злость и усталость, остановившись лишь когда закончились силы. Он в изнеможении опустился прямо на грязный асфальт подворотни, от которого, на самом деле, уже мало чего осталось. Что теперь делать? Как объяснить все Ревекке? Что делать с девочкой? Было слишком много вопросов, но, как и всегда, ни одного ответа. Боги, зачем он пошел сюда? Лучше было оставаться в неведении… Но это ведь касается его семьи! Мужчина сидел, облокотившись на стену, не обращая внимания на кровь, идущую из разбитой руки. Мысли, как бешеные птицы, летали по его голове, но ни одно решение не казалось верным. Вопрос «что делать?» громом отдавался в его мозгу, казалось, на всегда отпечатываясь в нем. Возможно, именно из-за этих мыслей, а может, просто из-за сильного ветра, мужчина не услышал негромкий хлопок, раздавшийся совсем близко. Это и было главном ошибкой, решивший его дальнейшую судьбу. А может, и не главной, ведь дальше ошибок было не меньше. В конце концов, какая разница?       Аромат дорогого парфюма ударил в нос, заставляя в удивлении поднять голову. Этот запах был знаком Ансгару. Слишком хорошо знаком. Чутье, как всегда, не подвело. Уже пожилой мужчина, как всегда изысканно одетый, стоял прямо тут. В грязной подворотне. Всего в нескольких метрах от отчаявшегося мужчины. Это шанс! Шанс отплатить! Мужчина вскочил. Забыв про волшебную палочку, все еще лежащую в кармане пальто, забыв про магию в целом, Ансгар понесся на своего врага, молниеносно нанося удар… Но вот Люциус Малфой ничего не забывает. Никогда. С легкой усмешкой на тонких губах, он сделал совершенно незаметное движение рукой. Мужчина так и не успел осуществить свой план, а ведь до смазливого личика оставалась всего пара сантиметров! И теперь он валялся на земле, лежа прямо у ног своего новоявленного врага, не в силах пошевелится. — Сегодня не ваш день, мистер Этингер, совершенно не ваш, — очередная усмешка. Легкий взмах волшебной палочки. Тонкая молочно-белая нить, будто не хотя, тянулась от головы мужчины к палочке. Его взгляд расфокусировался, а в душе воцарилось спокойствие. Никаких бесчисленных вопросов, никакого волнения, — Ты забудешь все, что видел и слышал сегодня. Тебя вызвали по работе, там произошло небольшое происшествие. Уладив дела, ты поспешил вернуться домой. Запомнил? — Дождавшись кивка, мистер Малфой довольно улыбнулся. Осталось очистить и перенести этот мешок с костями и мясом к дому, и все будет как раньше. Никто не помешает выполнению плана! Малфои вернут себе былое величие!

***

      Белая рубашка, черные брюки. Небрежно накинутое сверху пальто. Немного взлохмаченные темные волосы… Все было, как прежде. Вот только несколько часов жизни были более блеклыми, менее отчетливыми. Вызвали по работе… Небольшое происшествие… Все казалось таким странным. Хотя, чего странного? Так часто бывает. Последние сомнения затихли, а потом и вовсе пропали, оставляя после себя только спокойствие и стремление поскорее попасть домой, к любимой жене и дочери.       Вскоре, после пары минут ходьбы по пока что тихому Лондону, который только начал просыпаться, мужчина дошел до небольшого коттеджа, который стоял, утопая в листве деревьев. Из-за необычайно теплой погоды, на сирени уже начали появляться цветы, раскрашивая все в темно-сиреневые и розовые тона. Немного постояв, полной грудью вдыхая свежий воздух, мужчина уверена зашел в свой дом, сразу направившись к кухне. Проведя с Ревеккой столько лет, он прекрасно изучил свою женщину, и ни сколько не сомневался в том, что сейчас она занята готовкой. Он не ошибся. Уже на подходе к кухне он слышал звонкие голоса, доносящиеся оттуда. Ни секунды не медля, Ансгар вошел в обитель вкусных запахов и еды. Привычным движением потрепав дочь по голове и поздравив, он с легкостью подхватил свою жену, тут же втягивая её в поцелуй. Он знал, что она злиться на него, слишком долго он отсутствовал в такой важный день. Но также он знал, что она простит его. И ничто сейчас не могло ему помещать быть рядом с ней, быть со своей семьей. Но Ревекка отстранилась, скрещивая руки на груди, но её выдавала легкая улыбка и блеск в глазах, означающий, что она уже не злится. — Где ты был так долго? — Как и любая женщина, она не могла показать своему мужу, что так просто его простила. Пусть хоть немного помучается! — Ревекка, прости. Меня вызвали по работе, там произошло небольшое происшествие. Уладив дела, я сразу поспешил вернуться домой… *Проходи, если магия — часть тебя