Никогда не знаешь, где тебе повезет

Самые чудесные сны - это сны, где ты летаешь. Вот уже много лет, стоило Мордекаю во сне осознать, что он спит, он сразу отрывался от земли и ... что за знакомый запах? Ему явно снилось, что он летал. Юноша перевернулся и уткнулся во что-то теплое. Он протянул руку и аккуратно погладил чужое крепкое бедро, спустился ладонью до колена, а потом обратно до мускулистого живота, не встретив по пути сопротивления в виде трусов. Брик. Мордекай перевернулся на спину и открыл глаза. Мужчина сосредоточенно листал мобилку и отпил из кружки. — Че там у тебя, кофе? — Кофе. — Можно мне? — Можно, — невозмутимо ответил мужчина, сделав еще один глоток. Мордекай прищурился и откинул одеяло в сторону. — Ну и ладно, не очень-то и хотелось. Сварю себе новый. Но сильная рука не дала ему спуститься с кровати, прихватив за плечи. — Ну чего ты, даже и поёрничать нельзя? Юноша помотал головой, потягиваясь, сел на кровати и принял кружку из протянутых ладоней. С молоком и сахаром. Он сделал глоток, чуть прикрыв глаза, потом еще. Напиток был довольно горячий. Наверное, Брик недавно проснулся. Он повернулся к другу и наткнулся на внимательный взгляд и легкую улыбку. Мордекай смущенно опустил глаза, вспомнив детали вчерашней ночи. Легкая, постепенно усиливающаяся эйфория наполняла его изнутри, ужасно хотелось целоваться, и обняться, и других, более интимных прикосновений. Он сделал еще глоток и вернул кружку, намереваясь снова лечь, но мужчина поставил посуду на пол возле кровати и повернулся к нему обратно, восстанавливая зрительный контакт, и юноша растерянно раскрыл глаза пошире, не зная, чего ожидать, но желая так много. Брик протянул руку и провел кончиками пальцев по скуле друга, затем потянул его к себе, слегка ухватив за подбородок, пока их полуоткрытые губы едва не коснулись друг друга. Они медленно и нежно целовались, словно сговорившись, и подглядывая сквозь приоткрытые глаза. Кажется, прошла маленькая вечность, полная чутких прикосновений, а затем Мордекай засмеялся и уткнулся Брику в плечо, и сполз, спрятав лицо в подушку и продолжая хихикать. — Ты чего? — удивленно шепнул мужчина, аккуратно откинув дреды от слегка покрасневшего уха друга и обнимая его плечи. — Я не скажу. Ты будешь смеяться, — глухо ответили из глубины подушки. — Не буду, конечно, чего ты, — Брик подсунул руку под щеку юноши и нежным, но сильным движением развернул его лицом к себе. Тот неожиданно серьезно посмотрел ему прямо в глаза, но уже через мгновение снова заулыбался. Брик не удержался и поцеловал эту вертлявую улыбку, но его мягко оттолкнули. — Хватит. Я ужасно смущен, если честно. — И только? — поднял бровь мужчина. Юноша вздохнул. Буря эмоций пронеслась по его щедрому на мимику лицу - серьезный взгляд, улыбка, грустный вздох, и снова веселье, и потом он смотрит в сторону и горько выдохнул, а затем снова нахмурился: — А этого недостаточно? Пусти меня. — Ни за что, — твердо ответил Брик, и навис над другом, целуя его шею, кусая мочку уха, наслаждаясь быстро учащающимся дыханием, а затем откинул в сторону одеяло и задрал футболку, освобождая желанное тело от лишней одежды. В таких вещах мало кому признаются, но Брика больше всего заводит в сексе именно реакция партнера - внешние признаки возбуждения, рваное дыхание, ответные действия, и особенно стоны. Как его партнер умудряется быть таким разным, как день и ночь? Вечером Мордекай отвечал ему откровенно - прижимался, смотрел в лицо, а сейчас он прячется в ладони, мешает стягивать с себя трусы и отворачивается, держа глаза прикрытыми. — Ну чего ты, — негромко сказал Брик, прикасаясь губами к острым ключицам и, проведя языком по шее партнера, осторожно прикусил мочку уха. Мордекай улыбнулся и обнял его, притягивая к себе для поцелуя, но ненадолго - взволнованный мужчина вернулся к плечам юноши, кусая и втягивая нежную кожу, оставляя после себя красноватые пятна, едва видимые на фоне смуглой кожи. Он провел широкой ладонью по боку и бедру друга, прижимаясь к нему всем телом, а затем огладил его член, растирая по головке капли предсемени и наслаждаясь еще тихими вздохами. Мордекай накрыл его руку своей, провел кончиками пальцев по мускулистому предплечью друга вверх, к шее и зацепил ногтями кожу на его спине. — Что же ты такой царапка, — шепнул Брик в приоткрытые губы юноши, и огладил его задницу, слегка сжав, — как ты, нормально будет после вчерашнего? — Мммм? — Мордекай поднял на него затуманенные возбуждением глаза, — вроде да. Наверное, — глухо пробормотал он в плечо мужчины. — Ясно все с тобой, — усмехнулся Брик, и отстранился, чтобы дотянуться до баночки со смазкой, но, когда он повернулся обратно, то обнаружил, что его партнер спрятался под одеяло и лишь торчащие из этого импровизированного рулетика дреды выдают присутствие юноши. Брик вздохнул и театрально прикрыл лицо рукой, тихо посмеиваясь. Ну что ты будешь делать. Осторожно подсунув руку под край одеяла, мужчина огладил спину и бок юноши, с усилием провел пальцем по его ребрам, и вверх, к плечу, ущипнув по пути сосок, и наконец обхватил его торс целиком. Затем притянул к себе, погладил плоский живот партнера и снова вернулся к его члену. Мордекай не сопротивлялся а, напротив, подался ему навстречу, прижимаясь спиной и учащенно дыша. Брик набрал смазки и увеличил темп движений, кусая юношу за плечи. Тот неожиданно отбросил его руку в сторону и развернулся, беря инициативу и обхватывая своей ладонью сразу оба члена. Становилось жарко. Мужчина откинул в сторону одеяло и приподнял ногу партнера, закидывая ее себе на бедро, а затем нежно погладил юношу между ягодиц. Тот рвано выдохнул, продолжая ласкать их обоих. Брик прикоснулся к сжавшейся дырочке, и скользнул пальцем внутрь, не удержавшись от приглушенного стона, ощущая, как Мордекай снова и снова оглаживает его и себя, сжимая ладонь сильнее. Юноша уже стонал в голос, ощущая два пальца в себе, но его партнер немного согнул их и изменил угол проникновения. Вдох не пришел после рваного выдоха, несколько мгновений Мордекай утопал в ощущениях, обмякая в сильных руках любовника. Брик замедлился и немного отстранился, чтобы посмотреть на притихшего юношу, и тот ответил ему растерянным взглядом. Мужчина снова завел пальцы глубоко в чужое горячее тело, вытягивая из партнера стон, и возбужденно наблюдая, как тот закусывает губу и прикрывает глаза. Мордекаю все же удалось немного вернуть самоконтроль и он продолжил ритмичные движения рукой, но отпустил свой член, сосредоточившись на Брике, поскольку был уже на пределе. Но мужчина так удачно выбрал угол, что довольно скоро волны возбуждения захлестнули его с головой, и он задергался от проходящего через все тело, словно ток, оргазма и обмяк, тяжело дыша, но все еще слабо лаская партнера рукой. Брик притянул его к себе и поцеловал - жадно, едва успевая дышать, втягивая в себя его язык и постанывая в губы. Мордекай расслабленно отвечал ему, уделяя больше внимания чужой чувствительной плоти в своих руках, пока мужчина не уткнулся ему в плечо, громко вздыхая и вздрагивая. Сквозь пелену послеоргазменной дымки послышался голос Мордекая: — Пиздец простыне. — Да ну и хуй с ней, — Брик засмеялся, прижимая к себе друга, а затем задал вопрос, который с недавних пор начал его волновать, — почему ты ложишься в кровать в белье? Что за пуританские манеры? Я думаю, что спать нужно голым. — И ты абсолютно прав. — Ну и? — Я фетишист. Наблюдая за тем, как брови друга ползут все выше и выше, Мордекай засмеялся и пояснил: — Люблю, когда меня раздевают. — Ты совершенно спокойно говоришь о таких вещах, при том что полчаса назад смутился от поцелуев? — Я делаю это искренне, между прочим. Ну что, что ты меня так смотришь? Брик засмеялся. — Хочу и смотрю, законом не запрещено. — И безопаснее ебли на 95%? — парировал Мордекай, — эй, эй, это нечестно! Ты что, чемпион по щекотке? Увы, из цепких объятий его мускулистого друга не так-то просто освободиться, и довольно быстро юноша обмяк и, щурясь, простонал: — Ладно, я сдаюсь, чего ты хочешь? — Блинов хочу. — Ну пошли, сделаем. Хорошо, я сам сделаю, вымогатель хренов, только отпусти. Пока Мордекай шебуршился на кухне, Брик пошел в душ, и на выходе оттуда, столкнулся нос с носом с Лилит и еще незнакомой ему девушкой, которые только зашли в квартиру. Женщины дружно ахнули, увидев еще влажный мускулистый торс мужчины с небрежно накинутым на бедра полотенцем. — Майя, это Брик, Брик, это Майя, — нарушила паузу его подруга. — А можно мне его съесть? — с готовностью спросила синеволосая красотка. — Во-первых, это уже баян, а, во-вторых, я уже подписался на эту хуйню! — донеслось с кухни, и коридор взорвался хохотом. С Брика едва не упало начавшее сползать полотенце, и он спешно ретировался в комнату, чтобы одеться и вернуться к общей трапезе. В беседе за столом выяснилось, что в соседней парадной какие-то умельцы спилили замок, и можно вылезти на открытую крышу. Именно за этим и приехали девушки, планируя наблюдать закат, который сегодня обещал быть удивительно красивым. После завтрака все расползлись по своим комнатам - Брик, как всегда, утопал в работе, Мордекай в дипломе, а Лилит с Майей - друг в друге. *** Поздний вечер, но все еще светло. На одном конце небо уже глубоко синее, а на другом - расцвечено оранжево-красными перьями, которые продолжают двигаться, снова и снова создавая причудливые картины. Два силуэта, сидящие на крыше, резко выделяются на фоне огненного неба. — Чем ты хочешь заниматься в будущем? — Наверняка работать. Отдыхать. Проводить время с тобой, если ты захочешь. — А в глобальном смысле? — А что в глобальном смысле? Это неважно. Самое важное - это любовь, а она повсюду, и от нее никуда не деться, можно лишь видеть или не видеть. И ты знаешь, что я предпочитаю видеть. — Да перестань. Ты же знаешь, о чем я. — Эх. Не знаю, что я хочу больше - путешествовать или рисовать. — Ты такая смешная. И ботинок, и карандаш - они оба оставляют след. Один из силуэтов приобнял другой за плечи, и тот в ответ склонил голову на плечо первому. — Ты ждешь, когда они начнут сосаться? — тихий голос Брика едва не заставил Мордекая подпрыгнуть, но тот сдержался и шикнул на друга: — Да ты че. Смотри, как романтично. Брик невозмутимо обнял юношу за плечи и шепнул: - Ты тоже так хочешь? Мордекай попытался одновременно подавить смех и отпихнуть друга, но получилось плохо, и даже немного шумно, так как со стороны девушек донесся возмущенный возглас: "Кто там?" Друзья сорвались с места и ловко проскользнули в проем, ведущий с крыши, а потом убежали на пару этажей вниз и, не услышав звуки погони, начали давиться ржачем. — Знаешь, — отдышавшись, начал Мордекай, — я, когда увидел девчонок, почувствовал себя на шестнадцать, а теперь на двенадцать. — Это хорошо или плохо? — Брик внимательно посмотрел на друга. — Я не знаю. Это как-то иначе. Зато я знаю, чем заняться сегодня вечером, — закончил Мордекай, хитро улыбаясь. — И чем же? — Я вчера видел возле пустыря охуенные ручьи с водой. Пойдешь со мной пускать кораблики? — Кораблики? — переспросил Брик, несмело улыбаясь. — Да. Ты еще помнишь, как их делать? — Помню. Эй, погоди! — крикнул мужчина вслед своему другу, который уже обогнал его на этаж, съезжая по перилам. Ему удалось нагнать Мордекая лишь на улице. Он, многообещающе улыбаясь, схватил Брика за руку и потянул за собой. Двор, погружающийся в сумерки, быстро остался позади, и друзья вошли в небольшой лесок, вдыхая весну полной грудью. Вернее, Брик вдыхал, а Мордекай отточенным движением извлек ментоловую сигарету и щелкнул зажигалкой, окутывая себя тонкими нитями горького дыма. Он высматривал что-то под ногами, и в какой-то момент наклонился, чтобы подобрать кусочек мокрой сосновой коры. Юноша внимательно осмотрел находку и удовлетворенно кивнул, параллельно шарясь в кармане и наконец извлекая оттуда маленький складной ножик. — Ты с оружием ходишь? Опасный? — спросил Брик, наблюдая за действиями друга. — Еще какой, — кокетливо ответил Мордекай и сально улыбнулся, — думаю, можно паруса не делать. Достаточно лодочки, — продолжил он, придавая куску коры нужную, более-менее обтекаемую форму, — пойдем. Они двинулись дальше по тропинке, все ближе и ближе к говорливому ручью. Вода шептала заклинания, уносящие горечь и усталость, и манила поскорее отпустить кораблик в путь. — Как мы его увидим в такой темноте? Он сейчас поплывет, и все, с концами. — Не торопи события. Просто смотри, - загадочно проговорил Мордекай, доставая из кармана какой-то странный маркер. Повозившись с корабликом и не обращая внимание на фырканье друга, он подошел к небольшой запруде ручья, где поток был не такой быстрый, и опустил суденышко на воду. Кусочек коры легко заскользил по прозрачной воде, устремляясь к сужению потока и ускоряясь. Юноша щелкнул по маркеру, и включился слабый фонарик, который осветил кораблик. Неожиданно контуры движущегося по воде предмета ярко вспыхнули, и Брик воскликнул: — Да ладно! — Бежим! — крикнул ему Мордекай, устремляясь за стремительно плывущим по ручью корабликом, на ходу подсвечивая его. Незримая легкость наполняла его, и он ловко перепрыгивал корни деревьев и мусор, стараясь не потерять из виду верткое суденышко. Брик немного обогнал его и остановился на доске, перекинутой через ручей, чтобы посмотреть, как кораблик проплывет под мостиком. Удивительное дело - мерцающий в окончательно сгустившейся темноте кусочек коры ни разу не застрял и вольготно вышел в озеро, принимающее воды ручья. Течением его отнесло дальше от берега, где фонарик уже еле-еле высвечивал выведенные флуоресцентным маркером узоры на бортах. Друзья немного постояли в тишине. Каждый из них думал о своем. Мордекай наслаждался моментом, Брик увяз в планах на будущее. — Пойдем? — Домой? — А ты уже устал? — Ни разу. Гулять? — Да. *** Одинокая скамеечка в парке под едва потухшим в рассветных сумерках фонарем приютила двух беспечных бродяг, потерявшихся в жизни, но нашедших друг друга. — Ты когда-нибудь бывал в горах? — Увы, еще ни разу. — На небе только и разговорах, что о горах и о ветре. Там говорят о том, как чертовски здорово наблюдать за маленьким миром, оставшимся у подножия. И вполне ощутимая усталость уходит прочь, когда ты заходишь на вершину. — Мне стоит поскорее их увидеть. А ты трогал облака? — Конечно. — Какие они? — Я не расскажу. Сам потрогаешь, — Брик мягко обнял друга за плечи, — ты еще не замерз? — Вроде бы нет, — улыбнулся Мордекай и встревожено посмотрел в сторону, — ты слышишь? — Слышу. Пойдем посмотрим, — ответил мужчина, поднимаясь со скамейки. *** Друзья возвращаются домой на рассвете. Мокрые, немного грязные, они стараются шуршать потише, но девушки тоже не спят, все разговаривая и разговаривая о чем-то на кухне. Они выходят встретить ребят, а те хихикают и заговорщицки щурятся. Что-то шевелится у Мордекая за пазухой, и спустя мгновение из куртки появляется любопытная усатая мордочка. Лилит восторженно прижимает руки к лицу, Майя попискивает, а Брик лишь снисходительно улыбается и торжественно произносит: "Да будет кот". Устроив и накормив нового жильца, все начинают выбирать ему имя, споря и постоянно шикая друг на друга, чтобы не шуметь. В этом сложном процессе выяснилось, что найденыш - не кот, а кошечка, и под общие возгласы одобрения ее торжественно нарекли Шавермой.