Унесённое счастье

      Шираюки всю ночь думала, с кем провести субботний вечер. А утром в кафе она встретила старых подруг. Они вместе учились в колледже. Юки предложила им встретиться в субботу вечером.       Девушки переглянулись. — Идет, — согласилась Рона. — Ты сможешь в субботу, Торо? — Конечно. Может ещё позвать Хаки и устроить настоящий девичник. Вот будет здорово! — А куда пойдем? — Поехали в город, — предложила Торо. — Там есть один замечательный ресторанчик. Конечно, далековато, зато вдоволь наговоримся, пока доберемся. — Потрясающе! Встречаемся здесь в шесть вечера.       Шираюки была счастлива, но Кадзуки не разделял ее радости. Он стал капризничать и ничего не желал слушать — Мам, в субботу придёт Кихал, — хныкал мальчик. — Я её боюсь, не уезжай, пожалуйста. — Милый, ты же будешь не один. С тобой останется папа. Он обещал, что не даст тебя в обиду, — успокаивала Шираюки сына. — Ну, что, отпускаешь маму?       Кадзуки нехотя кивнул.       Дома мальчика ждало новое разочарование. Вчера вечером выпал снег, а сегодня подморозило. И Белоснежка не разрешила ему погулять. — Жаль, что у меня нет игровой приставки, — вздохнул мальчик. — Тогда было бы не так скучно сидеть дома.       Шираюки присела перед ним на корточки. — Понимаешь, сынок, это очень дорого. И пока я не могу купить тебе приставку. Но, может, на Рождество Дедушка Мороз исполнит твое желание. — А папа сказал, что купит мне все, что я захочу. — Сынок, папа может подарить тебе приставку. Но это не значит, что ты будешь просить его об этом. Договорились?       Весь оставшийся день девушка занималась сыном, пытаясь отвлечь его от грустных мыслей. А потом отправила смотреть мультфильмы. В семь с работы вернулся Зен.       Он вошёл в кухню, где Белоснежка готовила ужин. Она сразу же произнесла: — Зен, в субботу вечером меня не будет. Присмотри, пожалуйста, за Кадзуки. И извинись перед Кихал.       Вистериа нахмурился и переспросил: — Что ты сказала? — В субботу я иду в ресторан. — Можно узнать, с кем? — В голосе Зена слышалось недовольство.       В разговор вмешался Изана. — Похоже, мой брат — ужасный собственник. — У него есть невеста, — заявила Шираюки. Поборов смущение, она взглянула на Вистериа. — Я могу рассчитывать, что ты позаботишься о сыне? — Да. Но ты не ответила на мой вопрос. — Я собираюсь за город. Сегодня в кафе я встретила старых друзей. Решили устроить девичник. — Так ты едешь с подругами? — уточнил Зен. — Хорошо, Шираюки. Не волнуйся, я позабочусь о Кадзуки. — Не позволяй Кихал кричать на него. Ладно? — Обещаю, сына никто и пальцем не тронет. — Он посмотрел на брата: — Изана, ты останешься в субботу на ужин.       Тот кивнул. — Тогда нас будет пятеро. И ещё Тогрул.       В кухне воцарилось молчание. Его нарушила Харуто. Она подошла к сыновьям и обняла их за плечи. — Что такие хмурые? Давайте ужинать. Запеканка готова.       Окинув взглядом стол, Изана с удовольствием заметил: — Мама, все выглядит очень аппетитно. У тебя золотые руки. — Это не у меня, а у Юки.       Она разрезала запеканку и разложила по тарелка. Зен попробовал и похвалил девушку: — Очень вкусно. — Подожди. Что ты скажешь, когда попробуешь ее пирог. Шираюки отрезала нам с Михая по кусочку в обед, — похвастался Изана. — Ты еще пирог испекла? — спросил парень. — Шираюки, ты нас разбалуешь. Мы тебя, наверное, замучили. — Ну, что ты. Готовить вам — для меня удовольствие, — улыбнулась она и, опустив голову, начала молча есть.       В субботу утром Зен проснулся в приподнятом настроении. Он дождался, пока Тогрул занялась на кухне приготовлением ужина. Белоснежка предложила ей свою помощь, но получила отказ. Тогда парень за руку вытащил ее на улицу. — Шираюки, я собираюсь с Кадзуки в город. Ты должна поехать с нами. Мне нужна твоя помощь при выборе сапог. — Соглашайся, мамочка. Поедем с нами, — попросил мальчик и потянул ее за рукав.       В городе Зен повел их в универсальный магазин. Там он попросил у продавца ковбойские сапоги для всей семьи.       Юки удивленно посмотрела на Зена. — Ты же говорил, что хочешь купить сапожки для сына? — И для его мамы, — улыбнулся он. — Мы живем на ранчо, не забывай. Поэтому тебя нужна подходящая обувь.       Через полчаса она и сын были полностью одеты. Вистериа купил им джинсы, сапоги и даже шляпы. — Так, — произнес Зен и посмотрел на часы. — А сейчас поедем кататься верхом.       Кадзуки завизжал от восторга. Но Шираюки замялась. — Я подожду вас в машине.       Он покачал головой. — Моя семья должна уметь ездить верхом. Вдруг нам понадобиться помощь, если выпадет много снега. — А что, приближается снежная буря? — Никогда не знаешь наверняка. Кроме того, Кадзуки нужна твоя поддержка. А ты хоть раз ездила верхом. — Нет. И думаю, у меня ничего не получится. Так что я лучше посижу в машине.       Зен взял ее за руку. Шираюки попыталась высвободить запястье, но у нее ничего не получилось, и ей пришлось пойти в конюшню вместе с ними. Вистериа начал инструктировать сына: — Может, ему рано кататься верхом? — с тревогой спросила девушка. — Ты переживаешь, потому что он рос в городе. Я в седле с трёх лет. Не волнуйся. Лошадь смирная.       Зен посадил Кадзуки на кобылу, а сам пошёл рядом, придерживая лошадь под уздцы. Шираюки заметила, что им хорошо вместе. Вистериа что-то рассказывал, малыш весело смеялся.       Когда Кадзуки накатался, Вистериа посадил его в машину, чтобы малыш согрелся и отдохнул, а затем вывел из конюшни лошадь для девушки. — Теперь твоя очередь, — протянул он ей руку. — Не бойся. Несколько уроков, и ты будешь держаться в седле не хуже ковбоя. — Зен, ты будешь учить меня ездить верхом, пока Кихал готовит ужин? — А почему бы и нет? Ты же предложила ей свою помощь. — Да, но… — Тогда вперёд, — перебил ее. Он помог ей забраться в седло, а сам запрыгнул на другую лошадь.       Зен выбрал маршрут, проходящий вдоль ручья. Впервые со дня приезда сюда Шираюки была счастлива. Парень рассказывал ей забавные истории, и она от души улыбалась.       Через полчаса парень предложил устроить привал. По нелепой случайности они остановились в том месте, где он признался ей впервые в любви. На Белоснежку нахлынули воспоминания из прошлого. Она вновь почувствовала себя молодой и влюбленной.       Вистериа тоже ничего не забыл, но боялся признаться в этом.       Чтобы не выдать себя, он подошел к своей лошади и стал поправлять стремена. — Нам пора, — тихо произнес он, не глядя ей в глаза. Она не должна ни о чем догадаться.       Шираюки молча села в седло. За всю обратную дорогу они не сказали друг другу ни слова.       Подъехав к конюшне, девушка слезла с лошади и поблагодарила Зена. — Мне нужно идти, — прибавила она. — Скоро автобус. Хочу успеть на ранчо, чтобы привести себя в порядок. — Шираюки… — окликнул её Зен. Она обернулась. Он стоял возле конюшни и смотрел на неё, так преданно и маня снова утопиться в блестящей голубой синеве его глаз.       На мгновение ей показалось, что Вистериа хочет в чем-то признаться. Но он промолчал. Просто надел шляпу и увел лошадь в конюшню.       Остаток дня отец и сын провели в городе. Он наконец купил мальчику обещанную приставку.       Приехав домой, они прошли через заднюю дверь прямо на кухню. И поразились царившему там беспорядку. Из раковины вываливалась грязная посуда, на полке не было ни одной чистой миски.       Увидев их на кухне, Кихал пришла в ярость: — Кто вас сюда позвал! Сквозняком вы погубили мое суфле! Могли бы воспользоваться другой дверью. — Ты не предупредила нас. Как мы могли догадаться, что ты готовишь суфле? — огрызнулся Зен. — Не кричи на меня! Я целый день работаю, а ты развлекался! И даже не помог мне! — Шираюки предложила тебе помощь. Ты отказалась. А я, кроме яичницы, ничего готовить не умею. И потом мне нужно было съездить в город. Я обещал купить Кадзуки ковбойские сапоги и приставку. — Сколько денег потрачено в пустую! — Не твое дело. Я тратил свои деньги. — Но мы собираемся пожениться, поэтому ты должен считаться со мной. — А твою зарплату мы тоже будем делить пополам? — съязвил Зен.       Тогрул отрицательно покачала головой: — Не будь смешным. Я буду тратить свою зарплату на себя. — В таком случае из моих денег ты не получишь ни монетки, — заявил парень.       Кихал отвернулась к столу. — Мы обсудим это позже. — Когда ты будешь мыть посуду? — не унимался Вистериа.       Тогрул вздрогнула, словно обожглась. — Ты что, с ума сошел? Я целый день готовила. — Но ты недавно утверждала, что, кто готовит, тот и убирает кухню. Сегодня твоя очередь, — сообщил он, еле сдерживаясь, чтобы не нагрубить ей. — Сегодня ты будешь убирать вместе со мной. А когда мы поженимся, непременно наймем горничную. — Еще чего! — Иначе твоей маме придется справляться одной, — заявила она. — Я устаю на работе и не могу заниматься домашними делами. — Папочка, — вмешался в их перепалку Кадзуки. — Можно нам с Изаной взять приставку и поиграть в кабинете? — Да, сынок, я приду к вам через минуту. — Когда за мальчиком закрылась дверь, Зен подошел к Тогрул. — Мы поговорим с тобой после ужина, — процедил он сквозь зубы и, повернувшись, направился к двери.       Шираюки издалека увидела, что в кухне горит свет.