Вырос рано.

      Время, между тем, летело неумолимо. Один день, сменялся другим, неделя неделей. Оторванные календарные листы приближали Рождество и начало нового года.       Этого Рождества в Магическом мире ждали с опаской. Была и радость от грядущего праздника и страх через несколько дней увидеть в газетах имя близкого человека. Но всё же Рождество ждали, к нему готовились. В каждом доме уже стояла праздничная ёлка, над каминами висели красные носочки, а на дверях зеленели венки омелы.       Хогвартс тоже преображался к празднику. Двенадцать гигантских ёлок уже стояли в большом зале, даря студентам праздничное настроение. Уже начинали формировать списки студентов, которые желают остаться в школе на время зимних каникул.       Гарри Поттер же не испытывал каких-то особых чувств. Все праздники для него сводились к пониманию, что это выходные и можно на время забыть о учёбе. Вопрос ехать домой или нет, он даже не рассматривал. Желания видеть лишний раз Молли Уизли и весь её выводок у него не было. Он и в школе не знает куда ступить, чтобы не вляпаться в одного из них. Да и лицезреть своих родственников он пока тоже не хотел. Был вариант уехать к Сириусу, но тот, скорее всего, предпочтет отпраздновать слегка по другому. Если судить по письмам, которые присылал крестный, он теперь каждую неделю ходит на свидания с Марлин Маккинон, которая оказывается утроилась в Министерство Магии в отдел по контролю волшебства несовершеннолетних и теперь они с Блэком виделись часто. Они стали ходить вместе на кофе и прогуливаться после работы. Гарри не хотел мешать планам Сириуса.       Между тем началась пора контрольных по предметам, ибо преподаватели, хотели увидеть на сколько хорошо было усвоено то, что они с таким старанием пытались вложить в головы учеников. Следовательно, расследование пришлось отложить до лучших времён и углубиться в конспекты и практику.       В целом контрольных Гарри не боялся. Он достаточно хорошо знал и помнил всё, что они успели пройти. Кроме того его ждало еще одно достаточно радостное событие — окончание курса прорицания. Вот серьёзно! Парень до сих пор не мог понять, что за травки и грибы употребляет Треллони, чтобы видеть такую чушь и несусветицу!       Прорицания с каждым разом всё больше и больше напоминали театр абсурда одного актёра. Треллони постоянно закатывала, и без того огромные из-за очков, глаза, говорила замогильным голосом от которого, как она думала, у слушателей бежали мурашки, и делала множество других вещей из-за которых Гарри сожалел, что она не проходила психиатрического освидетельствования перед устройством на работу. Но кто в конце концов он такой? Это её песочница и её правила. Поэтому Гарри старательно закатывал глаза, стремясь открыть третий глаз, и нес бред похлеще преподавательского, под смех Драко и Терри. Хотя, стоит сказать, что гадания по руке очень даже понравилось парню. Так, по линии на руке Уизли он понял, что того вероятно роняли в детстве не раз и даже не два и тому вообще стоит подумать о коррекционной школе, о чём не преминул сообщить в слух. Непонятно конечно почему рыжее существо вдруг взбесилось…       Он — гадатель, он — так видит! И вообще на правду не обижаются! В общем Гарри был рад, что бредовые уроки наконец закончатся.       Ещё в последнее время Гарри заметил, что у упомянутого выше персонажа, всё ярче и злораднее сияют глаза. Да и вообще троица Гриффиндорцев как будто занята чем-то грандиозным в последнее время. Их почти не видно в коридорах, Грейнджер забыла о своей цели перечитать всю библиотеку от корки до корки. Вообще, Гарри мало интересовало, что у них там происходит. Он бы так и не обращал на них внимания, если бы не случившееся происшествие на уроке зельеварения.       В эту пятницу шестикурсники на уроке профессора Снейпа выполняли практическое задание. Так как с наступлением холодов в школе резко подскочила заболеваемость, а запасы мадам Помфри уже иссякли, преподаватель поручил им приготовление Бодроперцевой настойки для больничного крыла, сказав, что любой шестикурсник его продвинутого курса должен уметь его готовить с закрытыми глазами.       Ничего не предвещало беды. Класс был увлечён варкой зелья, Снейп как и всегда подметал пол своей чёрной мантией, ходя от одной части класса в другую и оставляя нужные, на его взгляд, комментарии.       Гарри проверил свой кипящий раствор, убеждаясь в правильности цвета и консистенции. Удовлетворившись проделанной работой, парень начал растирать в порошок сушеный жгучий перец.       Внимание Гарри было сконцентрировано на ступке, но всё же краем глаза он уловил чьё-то резкое движение и быстро пролетевший мимо него предмет. Дальше всё произошло в мгновение. Тихое бульк, и громкое Ба-Бах! Котёл Гарри просто разорвало. Горячее зелье хлынуло наружу. Парень успел вскочить со стула, но кипяченая масса всё же попала на его ноги. От колен до пяток пронзило страшной болью. Сваренная кожа горела огнём. — Твою мать!!! — вскрикнул парень, падая на рядом стоявший стул. Нестерпимая боль не позволяла ему стоять на ногах.       Хотелось орать, как делали это ученики, которых тоже задело волной взрыва, но Гарри не хотел дать шанса Уизли радоваться ещё больше. В том, что именно эта рыжая свинья кинула что-то в его зелье, он не сомневался. Лицо того просто сияло злорадством. Джозеф же казался напуганным. Каким бы кретином не был брат, но на такое он не способен. А Грейнджер… А где она кстати?       Пока Гарри, сдавленно шипя, пытался понять, куда делась однокурсница, Снейп, даже не пытаясь подавлять ругательства, справлялся с последствиями.       К парню, которому досталось явно больше всех, он подошёл в последнюю очередь. Прошептав обезболивающее заклинание, профессор задрал штанину студента. Все в классе в ужасе ахнули. Гарри представлял как выглядели сейчас его ноги, но смотреть на них желанием не горел.       Профессор же уже подошёл к остаткам котла и подцепил пальцами обугленную хлопушку-взрывалку, что валялась на парте. — Минус 10 баллов каждому факультету, и конкретно вам Поттер, за то, что не можете уследить за тем, что летит к вам в котёл. — прошипел Снейп. — Поверьте, узнаю кто это сделал и виновник будет вечерами чистить пробирки до самого выпуска. Те, кто пострадал могут идти в Больничное крыло. Поттер! Помогите своему брату.       Не известно, что двигало Джо, но он тут же поспешил выполнять приказ профессора. — Всё в порядке, сэр! Я вполне доберусь сам, — поспешил подняться на ноги Гарри, пока брат не успел дойти до него, но те отозвались жуткой болью, заставив его поморщиться. — Это не вопрос для дальнейшего обсуждения, мистер Поттер. Идите уже!       Джо попытался придержать брата, чтобы тому было легче идти, но Гарри отмахнулся от его руки и, терпя боль, вышел из класса. — Хватит строить из себя трагического мученика! — догнал его Джозеф. — Если тебе предлагают помощь, то просто прими её! Поверь, я тоже не горю желанием тащить тебя к мадам Помфри. — Если не горишь желанием, то проваливай! Лицезреть твою дурацкую рожу неприятно мне чисто по соображениям эстетики, — огрызнулся Гарри.       Но Джозеф уже перекинул его руку себе на плечо и придержал за талию, давая опору и помогая идти. — Что ты творишь? Я же сказал, отвали уже! — Просто заткнись. Если будешь орать, я понесу тебя на руках! — Если ты попробуешь это сделать я доделаю, то что не получилось у Волондеморта. — разъярённо прошипел Гарри, тем не менее позволяя себе помочь. — Ты думаешь, я не знаю, кто это сделал? По дебильной роже твоего дружка, только тупой бы не догадался, что это был он. Мерзкая тварь! Передай ему, что я это запомнил.       Джо смутился. В их планы не входило то, что произошло сегодня. Из-за самодеятельности Рона, он чувствовал себя виноватым. — Рон… он… — попытался хоть немного оправдаться Джо, но слова просто не находились. — Лучше молчи! Просто ничего не говори! — Гарри раздражённо взлохматил волосы, напомнив этим брату отца.       Мадам Помфри долго возмущалась об опасном предмете, обрабатывая подросткам ожоги. Как и ожидалось, больше всех досталось Гарри. Если других намазали мазями, напоили зельем и отпустили, то Гарри не отделался так легко из-за степени серьезности ожога. Обе его ноги обмотали бинтами, пропитанными заживляющим раствором, и оставили под наблюдением в больничном крыле минимум до утра, а там будет видно на сколько залечился ожог.       После занятий пришли Драко и Терри на разные лады матеря Уизли. — Гнусный нищеброд! Крыса он! Какое здесь благородство! — сокрушался Малфой.       Терри, пропустивший сегодняшнюю учебу из-за простуды и полного отсутствия голоса согласно закивал. — Этого ублюдка надо было ещё в детстве придушить! Поганый идиот! — Я вот на что обратил внимание… — задумчиво начал Гарри. — Я точно помню, что Грейнджер на занятии была, но когда начался весь дурдом и суматоха, я её не видел. Куда она делась? — Последнее на что бы я обратил внимание так это на Грейнджер! — фыркнул Драко. — Но ты прав… куда она могла деться?       Терри внезапно щелкнул пальцами, привлекая внимания, и замахал руками пытаясь что-то объяснить, голос к нему пока не вернулся. — Мерлин мой, Терри! Да напиши ты уже! Честное слово, ты меня сегодня маханиями уже замучил! Проведя с тобой почти целый день, я уже готов сдавать на сурдопереводчика! — бухтел Драко, доставая из школьной сумки перо и пергамент. Терри дал другу подзатыльник, но всё же взял пергамент и начал писать. — Я думаю, что это всё было не просто так! Сами посудите: Все на месте и всё хорошо, как вдруг взрыв, суматоха, крики и исчезает Грейнджер! Она явно куда-то отлучилась под шумок. Класс она не покидала, иначе её бы заметили, отсюда вывод, что она пробралась в подсобку с ингредиентами! Теперь вопрос: зачем ей это? — Сдаётся мне, что кто-то готовит запрещённое зелье… — задумчиво протянул Гарри. — Верно. Для разрешенных вполне подойдут ингредиенты, которые мы все покупали к началу учёбы. И что же такое они задумали… — рассуждал Малфой. — Не знаю, что пришло им в не очень умные головы, но, видит Мерлин, Уизли заплатит за то, что сделал. — Глаза Поттера недобро блеснули.

***

— Рон! Ты что, вконец ополоумел! — Джозеф затащил друга в ближайший пустой кабинет.       Гермиона зашла следом и закрыла дверь. — Какого чёрта, Рон! Мы ведь всё обговорили вчера! Зачем ты это сделал? - Поттер за шиворот прижал друга к стене. — Успокойся, Джо! Да, всё вышло не так как я хотел, но в целом, цель достигнута! Мы взяли то, что хотели! Победа! - Уизли пытался сдернуть руки Джо со своего воротника, но тот сам разжал их и принялся ходить из угла в угол.       Гермиона в мгновение пересекла расстояние, что было между ними, и влепила Уизли смачную пощёчину.  — Победа? Что ты называешь победой, Рон?! Твои однокурсники получили сильные ожоги, а Гарри… Ты вообще видел, в каком состоянии были его ноги? Вся кожа обварена! Я же дала тебе дымный гриб! Он при контакте с любым зельем выпускает плотную дымную завесу, которая испаряется сама по прошествии 10 минут! Никто бы ничего и не понял! Кроме того, ты должен был кинуть его в свой котёл, Рон! Чтобы никто из-за нас не пострадал! Мы же обговаривали это!       Рон, потирая горящую щеку, смерил друзей злым взглядом: — Какого Мерлина вы пытаетесь мне тут сказать? - взбешенно взревел Рон. — Да! Я понимаю, что получилось не очень хорошо. Я хотел кинуть гриб себе в котёл, но подумал: почему я должен портить свои и так ужасные оценки? Если ты помнишь, Гермиона еще два "Слабо" и я не смогу поступить в Аврорат! Тебе легко говорить, тебе не грозит лишится своей мечты из-за оценок! Меня бы этот сальноволосый придурок разносил бы при всех! Поэтому и решил кинуть гриб чёртовому Гарри, но подумал, что хлопушка-взрывалка будет интереснее. Кто знал, что так получиться! — Я знала! - вскрикнула Гермиона. — Поэтому мы и выбрали самый безопасный для всех вариант! Ты бы тоже знал, если бы включал хоть иногда свой мозг, Рон! Подумал, будет интереснее? Что? Шесть человек ушли с ожогами в больничное крыло! Гарри вообще ночь проведёт там, и ещё не известно, когда он покинет Больничное крыло! А ты знаешь, что если бы Гарри успел добавить в зелье перец и он прореагировал с порохом из хлопушки, то ожогами бы дело не ограничилось? Из реакции получилась бы кислота, которая бы прожигала плоть и кости! — Гарри то, Гарри это! - Уизли издевательски потряс руками. — Честно мне плевать на него! Нужно было сбить с него спесь! Мне жаль других ребят, но не его! Он выводил меня из себя столько, сколько я его знаю!       Джозеф схватил Рона за ворот и встряхнул: — Ты слышишь, что ты несёшь! Это мой брат, Рон! Как, по-твоему, я должен себя чувствовать, когда мой лучший друг творит такое? — Твой брат? Не смеши меня, Джо! — Рон отбросил руки друга. — Всё это время я был тебе братом! Я был с тобой всегда и везде! Ты его за брата и не считал никогда! Ты забыл? А сейчас что? Братские чувства проснулись?       Джозефа злили слова друга. Они были знакомы очень давно и Рон прекрасно знал куда следует бить. Поттер толкнул Уизли в плечо. — Мне плевать, что во мне проснулось, Рон, но ты зашёл слишком далеко. Мой брат — это мой брат! Я сам разберусь с нашими отношениями, но ты не имеешь права лезть к моей семье и прикрывать всё это нашей дружбой!       Сверкнув злым взглядом, Джо развернулся и ушёл, громко хлопнув дверью на прощание.       Рон стоял растерянный, для него реакция друга оказалась сюрпризом. Ему не верилось, что между Гарри и им, Джозеф хоть когда-то выберет брата. — Гермиона, я… — Помолчи, Рон. Просто помолчи. — Девушка поправила на плече сумку и вышла вслед за Поттером.