Вырос рано.

      Как бы просто не звучало: “исключить из списка тех, кто уже умер, полукровок и чистокровных”, на деле это оказалось далеко непростым делом. Большинство выпускниц того времени уже давно вышли замуж и сменили фамилии, а из парней кто-то перевёлся в другую школу ещё во время учёбы, кто-то уехал за границу, кто-то затерялся среди пьяниц в Лютном переулке. Выяснить судьбу и место нахождения каждого не представлялось возможным.       Драко написал письмо отцу, но тот смог назвать из чистокровных лишь тех, кто учился при нем на Слизерине и в чьей крови он уверен на сто процентов. Таких, оказалось, от силы человек тридцать, хотя число студентов в 1971 достигало шестисот человек.        Совместными усилиями, расспросами знакомых и родных, проверкой списков учеников и родового гобелена Малфоев парням удалость исключить из списка сто пятнадцать человек. И это было как капля в море.       Гарри же разрывался между выполнением домашнего задания, тренировками по квиддичу, бдением в библиотеке и отработками у Снейпа. Поттеру казалось, что он запомнил уже все пробирки и котлы, которые побывали в его руках за время отработок и он мог сказать когда и какое зелье он от них уже отмывал. Ко всем прочим проблемам добавилась ещё и Ромильда Вейн, которая просто не давала ему проходу. Девушка окрылённая своими чувствами к Поттеру следовала за ним по пятам. Но её постоянные настрои на милование, целовашки-обнимашки, жутко бесили Гарри. Он не мог проявлять малейшую симпатию к Ромильде, потому что банально не любил её. При первом удобном случае он хотел бросить её и отделаться уже от этой ненормальной раз и навсегда.       Между тем за их компанией в библиотеке с подозрением начала следить Гриффиндорская троица.        Первой их заметила, конечно же Гермиона Грейнджер. Девушке, всегда одной сидевшей в библиотеке, казалось подозрительным, что в самом дальнем углу, обложившись непонятными книгами, на протяжении уже многих дней сидят Малфой, Бутт и Поттер, которые раньше не уделяли учёбе такого большого внимания как она. Явно же что-то недоброе замыслили. И Гермиона Грейнджер не была бы гриффиндоркой, если бы не попыталась узнать, что же так сильно интересует “эту скользкую троицу”, как окрестил своих недругов Рон.        Гермиона терпеливо ждала, когда шептавшиеся за дальним столом парни, наконец покинут библиотеку. Но те, казалось, вовсе не торопились этого делать. Они лениво переворачивали страницы книг и так же лениво пробегали глазами по тексту, порой даже читая страницы наискосок. Гарри, зевая, порой записывал что-то в небольшой чёрный блокнот.       Гриффиндорская староста терпеть не могла такого отношения к знаниям. По её мнению, каждая страница, совершенно любой книги, заслуживает самого пристального внимания читателя.       Время уже близилось к отбою, когда наконец-то началось движение за самым дальним столом. Гарри и Терри не спеша собрали вещи, а Драко понёс книги в нужную секцию.        Гермиона следила за ним поверх раскрытой книги. Малфой прошёл мимо секции Зельеварения, Чар, Трансфигурации и повернул в секцию Истории.        Как только молодые люди покинули библиотеку, Гермиона тут же направилась к заветному стеллажу. Проблема была в том, что педантичный Драко Малфой, как и всегда, поставил книгу ровно так и ровно туда, где её брал, а значит такой поиск бесполезен. Но Гермиона не зря считалась самой умной волшебницей на факультете.        Драко зашёл за стеллаж и вышел спустя тридцать секунд. Этого времени мало, чтобы дойти до конца секции и очень много, чтобы оставить книгу в её начале. Значит, нужная книга находилась где-то в центре. Гермиона засекла пятнадцать секунд, время за которое Драко дошёл до нужного места. Когда время вышло, Гермиона стояла у стеллажа, надпись на котором гласила : «История Хогвартса».

***

— История Хогвартса? – недоумённо переспросил Джо. — Зачем им она?        Троица с удобством расположилась в излюбленных ими креслах у камина в башне Гриффиндора. Догоравший огонь освещал помещение своим слабым, но таким уютным светом.       Дождавшись, когда последний гриффиндорец поднимется в спальню, Гермиона поделилась своими подозрениями и опасениями с лучшими друзьями. — Может, хотят подтянуть оценки у Бинса? – предположил Рон. — Они не взяли Историю Магии для дальнейшего изучения. – задумчиво парировала Гермиона. – Мне кажется тут что-то другое, что-то очень важное… - она на время замолчала что-то обдумывая. - Мне кажется то, что они ищут не для простой шалости и не для учёбы… это что-то, что интересует только их. Иначе они бы не тратили столько времени на копание в книгах. — Мерлином клянусь, они что-то затевают! – воскликнул Рон подскакивая с кресла. — Я знаю эту скользкую троицу как облупленных! Для них день прошел зря, если они кому-нибудь подлянку не устроили. Готов спорить, они опять ищут путь в нашу гостиную, только в обход Полной Дамы, чтобы она не сдала их в случае чего!        Гермиона его будто не слышала. Она задумчиво сдвинула брови и наблюдала как прыгают искры догоравшего огня. — Кажется, Гарри делал какие-то записи. – Гермиона подняла взгляд на Джозефа. – У него есть чёрный блокнот или что-то вроде того?       Поттер задумался. — Да. У него есть дневник. Ему Сириус подарил. Он много чего туда пишет, но я не знаю точно.       Рон удивлённо вскинул свои рыжие брови. — Дневник? Хах! Гарри Поттер ведёт дневник! – кажется, рыжего парня сей факт невероятно веселил. – Я думал, только сопливые девчонки ведут свои дневники, где плачутся о не разделённой любви, прыщах на лице, и какие же они уродины!       Джозеф закатил глаза. Всё же ему было не очень приятно, когда кто-то пытался высказаться о его брате. В каких бы отношениях они не были. — Вряд ли он пишет там нечто подобное, Рон. Скорее всего там его планы по моему умерщвлению или других проказ. — Нет, вот серьёзно! Как так могло получиться, что вы братья, да ещё и двойняшки, можете быть настолько разными? Вот ты отличный парень, но твой брат полный говнюк! — Замолчи, Рон! – перебила его Гермиона. — Значит то, что Гарри с компанией ищет в библиотеке, точно должно быть в его дневнике? — Скорее всего, – просто кивнул Джо. — Значит нам нужно просто стащить его дневник! – Рон радовался возможности отомстить Гарри за все обиды. Если Гарри пишет в дневнике что-то, что никто не должен знать, как будет весело его этим шантажировать.       Джо хотел отвергнуть его предложение, но Гермиона его опередила, за что он был ей благодарен. — Нет! Мы не будем ничего тащить! Мы не воры! И дневник это личное! Мы узнаем всё сами.       Девушка была категорична. — И как интересно мы это сделаем? – всплеснул руками Рон. — Может подойдём и спросим? О, привет, Гарри! Мы знаем, ты нас терпеть не можешь, но, может, ты скажешь, что привлекает тебя в нашей школьной истории больше чем твоя Вейн? Кстати, может спросить Ромильду! — Он бы ей в жизни ничего не сказал. – покачал головой Джо. – Он не доверяет своим пассиям ничего, что может иметь хоть какую-то важность для него. Просто он точно знает, что не будет долго встречаться с любой из них. — Кажется, я знаю, как можно узнать всё, что мы хотим при этом не разговаривая с Гарри или кем-то ещё из его компании. – Гермиона улыбнулась. – У нас есть мантия-невидимка!

***

      И вот уже буквально на следующий день Рональд Уизли и Джозеф Поттер облачённые в мантию-невидимку, которая уже едва скрывала их ступни, находились, пожалуй, в своей самой нелюбимой части Хогвартса, в библиотеке. Вообще Джозеф планировал один скрыться под мантией и послушать о чём секретничает его непутёвый брат. Но Рон не желал упускать всё веселье, а то что будет весело, он не сомневался. И плевать он хотел, что из-за его довольно-таки высокого роста мантия постоянно задиралась, делая видимыми подошву их ботинок. Гермиона же, чтобы не привлекать внимание, заняла свою привычную позицию за читальным столом и обложившись книгами приготовилась к началу операции.        Гарри Поттер, Драко Малфой и Терри Бутт зашли в библиотеку, как и всегда, в восемь часов вечера.       Хоть время по ним сверяй - подумала Гермиона. — Мерлин мой, ещё чуть-чуть совсем чуть-чуть… - канючил Гарри, растирая руки, которые уже начали сохнуть и трескаться от его ежевечерних игр в золушку и злого профессора. — Мечтай! – усмехнулся Малфой. – Тебе тереть пробирки ещё целую неделю, без праздников и выходных. А ведь сам виноват, кретин! Радуйся, что дядя Северус ещё пожалел тебя! Между прочим, это всё мои связи тебе помогли! Не был бы знаком со мной и тёр бы эту гадость месяца три, будь уверен. — Мерлин мой, как же мне свезло! – притворно удивился Гарри. – А вообще ты прав! Я тебя завёл только из-за связей. Был бы ты просто Драко Малфой, я бы на тебя даже не посмотрел! А тут гляжу – конфетка!       Драко в ответ отвесил Поттеру смачный подзатыльник. Бутт и Малфой уселись за свой любимый стол, согнав от туда парочку первогодок. Гарри же пошёл доставать с полки нужные книги. — Ну-с что будем делать сегодня? – спросил Гарри, доставая из сумки чёрный дневник, в котором делал заметки.       Гарри, будучи человеком типа “сегодня помню, завтра нет”, скрупулёзно записывал всю найденную ими информацию в сие изобретение человечества. Благо дневник был заколдован на бесконечное количество страниц, и мог вместить всё, сколько бы он не написал.       Они не могли видеть, как в предвкушении замерли рядом с их столом Рон и Джо.       Терри ленивым взглядом пробежал по коркам учебников. — Если честно, я уже не знаю за что взяться. Мы перерыли горы книг, а информации получили минимум. Скоро последний день месяца, а это значит, что он снова убьёт. Вопрос только в том, кто это будет на этот раз? — Да какая разница, кто это будет? – Гарри запустил пятерню в волосы, ероша их. – Лично мне всё равно на этих маглокровых. Лично меня куда больше интересует причина по которой он убивает. Вряд ли он просто так проснулся утром и решил убить какого-нибудь маглорождённого. — Гарри… - позвал Терри странным голосом. – Хочу тебе напомнить, если ты вдруг запамятовал, твоя мать ведь тоже... – Что “тоже” Терри не договорил, хотя этого и не требовалось.       Джозеф под мантией напрягся. Он ждал реакции брата на эти слова. Он жаждал услышать ответ Гарри. В конце концов, как бы брат не позиционировал своё отношение к нечистой крови, Джо верил, что его неприязнь не распространяется на мать. — Если честно… - парень поднял задумчивый взгляд. – мне как-то всё равно. Ты прекрасно знаешь, какие у нас отношения. Возможно, я какой-то неправильный, дефектный, но у меня нет к ней какого-либа чувства привязанности… — И ты будешь счастлив, если её убьют? – спросил уже Драко.       Сказать, что Гарри не думал об этом, значит соврать. Мысли об этом часто возникали в его голове. Парень представлял, что одним утром откроет газету и увидит её имя среди убитых. Что он может почувствовать, если увидит её мёртвой или прочитает её имя в газете? Боль? Грусть? Печаль? Если быть честным с собой он не знал этого сам. Его мать, мамой ему и не являлась. Он давно понял и принял ту пропасть, что была между ними. Боль давно ушла, сменившись равнодушием. При слове “мать” Гарри не чувствовал ничего, так что, наверное, если её не станет он тоже ничего не почувствует. – Нет. – усмехнулся Гарри, и взглянув в глаза друга, сказал. – Мне будет всё равно. Что она есть, что её нет. Разницы для меня никакой. Да и с каких пор вас волнуют такие высокоморальные вопросы?        Джозеф, который стоял рядом почувствовал слабость в ногах. Он предполагал, какой будет ответ, но всё же услышать его из уст брата было для него не приятно. Гарри всё равно. Нужно ли это просто принять или попытаться что-то сделать? А возможно делать что-то было уже слишком поздно, и Гарри никогда не станет доверять своей собственной семье. — Давайте закроем тему! – Гарри махнул рукой и нечаянно зацепил локтём свой дневник, роняя его на пол. — Чёрт!       Гарри полез под стол за книжкой и тут его взгляд наткнулся на нечто странное. На полу, с другой стороны стола находились… чьи-то ботинки. Причём две пары. В начале Гарри подумал, что с его почти идеальным зрением случился какой-то конфуз, но позже здравый смысл подсказал парню, что тут что-то не так. И догадаться, что именно было не так сложно. Только у одного человека в замке в арсенале была мантия-невидимка и только у двоих идиотов в этом же замке хватило бы мозгов залезть под эту мантию вдвоём. Как они ещё Грейнджер под мантию не затащили. Кстати о Грейнджер. Поттер огляделся в поисках девушки, та сверлила глазами их стол, напрочь забыв о книге, которую якобы читала. — Поверить не могу, – простонал Гарри, вылезая из-под стола. — Во что? – удивился Драко.       Гарри думал как незаметно намекнуть друзьям, что за ними организована прослушка и наблюдение. — Да вот подумал внезапно, как было бы хорошо, если бы можно было стать невидимым… - глазами парень указал за спины друзей.       Послышалось еле сдерживаемое фырканье. Вероятно, стоявшего под мантией Рона эта фраза развеселила. И конечно же не услышать этот звук на таком близком расстоянии Терри и Драко просто не могли. Быстро сложив два и два, парни тоже стали искать глазами Грейнджер. Та усиленно делала вид, что поглощена чтением учебника. — Серьёзно что ли? – Драко закатил глаза силясь понять, что вообще в голове у этих людей. Но раз уж всё так сложилось, можно и принять правила игры. — Да, было бы конечно здорово. А тебе с какой целью? Опять хочешь братцу голову сушёную вместо подушки положить или опять Уизли червей в глотку напихать? – в привычной манере начал растягивать слова Малфой. Он не мог упустить возможность поглумиться над школьными врагами, при этом не получая колкостей в ответ.        Парни переглянулись. Они решили получить максимальное удовольствие от сложившейся ситуации. — Он их не в глотку ему напихал, а волосы в них превратил! Ты что, не помнишь? – возмутился Терри. — Точно! Мерлин, как я мог забыть! Это ведь был единственный раз, когда мне нравилось как выглядело это рыжее существо, – продолжал Малфой. За их спинами послышался тихий рык. Кажется, наблюдатели были в ярости. — Нет. В этот раз нужно что-нибудь поинтереснее придумать, – продолжил Гарри. – Может отлевитировать их кровати в подземелье, под дверь Снейпа? Устроить им "доброе утро"! Хотя нет, лучше нанести несмывающимися чернилами им тёмные метки на руки! Хах, родителей удар хватит! Особенно эту рыжую курицу миссис Уизли! Чёрт, мне плохо от одного воспоминания о этой тётке в цветастом переднике. Готов спорить, Уизли опять припрутся праздновать Рождество к моему "дражайшему" семейству, как всегда, в "узком семейном кругу"! Хотя какая мне разница. Я всё равно всегда праздную либо в школе, либо у Сириуса, а уж он, поверьте, знает толк в праздниках. — Зачем они вообще на каждый праздник едут к вам домой? У них, что нет своего? – недоумевал Терри. — Нет, – начал растягивать Драко. — Просто их дом – сарай, в который нормальный человек не решиться заглянуть. Держу пари, все их друзья сами не горят желанием навещать их. Да и дружба с знаменитым семейством Поттеров играет свою роль. Отец говорил, что старший Уизли уже раз пятый выходит сухим из воды благодаря Джеймсу Поттеру. Он придумывает законопроекты со смешными поправками, чтобы самому можно было беспрепятственно нарушать закон. Сам по себе он полнейший ноль и уже давно бы вылетел из Министерства, но его спасают его связи. Хотя на его зарплате это не отражается. Как был нищим, так нищим и останется. Рона Уизли в этот момент надо было просто видеть. Весь багровый от злости и ярости, он прилагал титанические усилия, чтобы не вырваться из-под мантии и не настучать всем троим. Казалось, что из ушей разъярённого Рона шёл дым. Джо, опасаясь расправы, крепко сжал руку рыжего парня. — Ещё меня жутко бесит эта Грейнджер! – проворчал Гарри, глядя на девушку в упор. Та же старалась этого взгляда не замечать. — Раздражающая выскочка, в планах которой забраться как можно выше по ступенькам Министерства. Она не понимает, что родившись бедным, но чистокровным, как Уизли, ещё можно как-то исправить положение, но родившись маглой, величия не добьёшься. Сколько бы она не сидела за книгами, веса в волшебном обществе ей всё равно не иметь.

***

— Гнусные, мерзкие, гадские уроды! – гриффиндорцы опять расположились в своей гостиной на излюбленном месте, у камина. Рон посылал оскорбления и проклятия в адрес “скользкой троицы”, неустанно ходя из угла в угол. Последние минуты разговора подслушанного в библиотеке были для Рона самыми мучительными. Троица ребят воспользовалась выпавшим шансом на славу. Они проехались всеми возможными оскорблениями по Рону, Джо и Гермионе. — Прибить их мало! Мы должны… мы должны отомстить! — Они знали, что мы были рядом и подслушивали их. – заключил Джо, задумчиво глядя на угли в камине. – Они говорили на одну тему, затем Гарри уронил книжку, и как только он поднял её, тема разговора сменилась. Скорее всего он увидел наши ноги! Чёрт, Рон! Я же говорил, что лучше мне идти одному!       Рон возмущённо засопел. — При чём тут я? Я, что ли виноват, что мантия такая маленькая! И вообще не смей называть эту скользкую змею по имени при мне! — Во-первых, кем бы он не был для тебя, мне он брат. Как хочу, так называю. Во-вторых он не на Слизерине, чтобы называться змеёй. — Тогда поганая ворона! Разницы не вижу. – Надувшись, Уизли упал в одно из кресел. — Значит, они ищут материал по этим жутким убийствам? – заговорила, молчавшая до этого Гермиона. – Но зачем им книги и альбомы из Истории Хогвартса?       На самом деле, Гриффиндорская троица тоже ломала голову над этими ужасными преступлениями, которые происходили в конце каждого месяца. Не в меру любопытные борцы за справедливость, всегда ищущие неприятности на причинное место, просто не могли обойти стороной эту ситуацию. Ребята рылись в библиотеке пытаясь понять, какое колдовство применяет убийца. Продвинуться далеко в этом вопросе им так и не удалось. Мир магии не знал подобных случаев в своей истории. В книгах, по крайней мере в тех, к которым имели доступ студенты, ответ не находился. Рон и Джо пытались ненавязчиво разузнать у родителей о деле, но те были непреклонны: "нечего совать нос в дела взрослых" - говорили они.       Гермиона, в свою очередь, анализировала всю информацию из газетных статей, но это тоже не давало результата . После череды неудач и невозможности найти информацию, которая могла помочь, ребята плавно забросили это дело. Всё реже происходили походы в библиотеку, да и сами ребята плавно теряли интерес. — Послушайте! Возможно, мы просто зашли не с того конца! – воскликнула Гермиона. — Что они могли искать в альбомах Хогвартса? Конечно же фотографии убитых и их однокурсников! Мне кажется, они уже узнали, что-то важное! — Я думаю, нужно стащить у Поттера его книжонку и мы всё узнаем! – С видом будто сказал что-то гениальное, предложил Рон. Девушка попыталась перебить парня, но тот был настроен решительно. — Гермиона, неужели ты не понимаешь?! Если причину смерти маглорожденных знают эти мерзавцы, то они никогда никому ничего не скажут. Они просто промолчат и убийства продолжаться. Не забывай, Джо, твоя мать тоже маглорождённная. А если причину узнаем мы, то мы всё сообщим твоему папе, Джо. И тогда убийц поймают и всё будет как прежде. Гермиона задумалась, в словах Рона была логика. Совершенно точно, что ребята не собираются делиться собранной ими информацией. Им это просто не зачем. Но если информация окажется в руках Золотой троицы, то они непременно поделятся ею со взрослыми, а те уж знают, что с ней делать. Конечно, воровство личных вещей это плохо, не по Гриффиндорски… но ведь, если они сделают это, смогут спасти много жизней невинных людей. Ради общего блага можно пойти и на небольшой проступок. В голове Джо происходило тоже самое. На одной чаше весов была совесть, а на другой жизнь и безопасность мамы и других маглорождённых. И перевешивала явно вторая. *** — Это же надо было додуматься! – негодовал Драко. — Переться в библиотеку в мантии-невидимке! Чёрт! Клянусь, когда-нибудь я сдам этих имбецилов Снейпу! Пусть он отберёт у них эту дурацкую штуку!       Терри согласно кивнув, его тоже поражала наглость подобной ситуации. — Зато, мы теперь точно знаем, что наши Гриффиндорские друзья настроены решительно… - пробормотал Гарри. — Интересно, что они хотели от нас услышать? — Как что? Наверняка хотели послушать, что мы планируем против их факультета ну или как мы занимаемся тёмной магией на худой конец. Мерлин их разберёт! Я поражаюсь! Они правда считают, что у нас дел других нет?       Конец месяца, как и ожидалось, принёс с собой очередное убийство. Медсестра Молли Харрис и, продавец волшебной лавки, Рич Томсон стали следующими. Убиты они были тем же способом, что и предыдущие жертвы. Рич Томсон был отцом третьекурсницы Гриффиндора Эммы Томсон. Та прочитала письмо матери в большом зале за завтраком, а следом дрожащими руками развернула свежий выпуск газеты с фотографиями жертв. Её рыдания казались особенно громкими в воцарившейся тишине огромного помещения. Девочка покинула Хогвартс сразу после завтрака.       Возможно, именно смерть отца Эммы, стала катализатором и отмела все сомнения у Золотой Троицы. Им был нужен дневник Гарри во что бы это не стало.