Вырос рано.

      Сознание возвращалось к нему неохотно. Было такое чувство, словно он уже вот-вот очнется, но кто-то в последний момент как будто отбрасывал его назад во тьму. Через сомкнутые веки проступал какой-то странный холодный свет, а тело будто бы что-то стискивало.       Гарри медленно открыл глаза, в голове все неимоверно кружилось и болело, ему казалось, что его вырвет. Он сглотнул вязкую слюну и проморгался, стараясь вернуть фокус зрению. Он находился в большой и просторной зале с высокими потолками, но без окон. Единственным освещением, которое разгоняло тьму по углам, служили четыре высоких канделябра, которые стояли в форме большого квадрата и пылали синим огнем. В их центре находился довольно большой постамент, в центре которого располагался прозрачный гроб. Он как будто сиял изнутри мягким голубоватым светом. Через стекло было ясно видно, что внутри кто-то лежал...       Гарри напряг зрение, пытаясь разглядеть тело, и с некой ноткой ужаса осознал, что перед ним мертвая Руида Бёрк. Её труп не тронуло разложение. Он ни грамма не отличался от ее призрачного обличия, разве что одежды были другие. На ней было надето белое с мелким цветочком платье, которое стало ее саваном, каштановые волосы лежали по ее плечам, а на голове был ободок из настоящих ромашек, изломанные руки и ноги были спрятаны под легкую белую вуаль, но на правой все так же блестел серебряный браслет. Она выглядела как ангел с маггловских фарфоровых статуэток, такой же хрупкой и изящной. Только вот ангел был сломан... Словно красивую фигурку нечаянно кто-то разбил, уронив ее на пол, а потом не слишком умело склеил. — Она прекрасна, не правда ли? — внезапно спросил голос за его спиной.       Гарри резко дернулся и попытался оглянуться, но только тут понял, что был связан по рукам и ногам и крепко примотан к шаткому стулу. Из темноты за его спиной, заложив руки за спину, медленно вышел Томас МакКей. Взгляд мужчины был прикован к стеклянному гробу, и казалось, он не обращает никакого внимания на связанного парня и просто говорит сам с собой. — Как ты думаешь, мистер Поттер? — еще раз спросил он, подойдя поближе к гробу и положив ладонь на его крышку. — Она была прекрасной девочкой. — Вы же Арчибальд? — спросил Гарри, заглядывая мужчине прямо в глаза. — Арчибальд Бёрк, брат Руиды.       Мужчина мягко улыбнулся. — И все же я в тебе не ошибся, Гарри. Ты и правда очень умный и сообразительный. Могу я спросить, как ты узнал? — Ну хотя бы потому, что я сейчас сижу связанный перед вами, — не смог удержаться Гарри.       Арчибальд усмехнулся. — Ну да, это вполне логично... Хотя я уже так давно не слышал этого имени, что уже ничего и не чувствую, когда его произносят. Я уехал в другую страну сразу после смерти сестры... Хотел полностью забыть прошлое, даже сменил имя, но судьба все равно привела меня домой. Я не слышал его двадцать пять лет, но теперь я надеюсь, что буду слышать чаще. — Он с нежностью посмотрел на тело внутри гроба. Это было жутко... — Ты спутал мне все карты своим появлением, Гарри. — продолжил мужчина, наконец обернувшись. — Я бы мог тебя убить, мог бы стереть тебе память, чтобы ты думать забыл о Ру и мне, тогда бы проблем не было, но, к сожалению, я не успел. Но хорошо, что при тебе была вот эта штучка, — он достал из кармана сквозное зеркало. — И весь Аврорат в отражении. Теперь ты мой заложник, Гарри.       Поттер покрутился в веревках, проверяя, насколько они крепко его держат. — Если вы взяли меня в заложники, значит, выдвинули какие-то условия? — кивнул он. — Конечно. — Безразлично кинул Арчибальд. — Я прекрасно понимаю, что после того, как ты объявил всему Аврорату мое имя, нас с Ру не оставят в покое. Поэтому я предложил прийти ко мне только твоему отцу Джеймсу Поттеру, а в обмен пообещал твою жизнь и мое признание. — И вы уверены, что он придет один? — с некоторым сомнением протянул парень. — Я не наивен, Гарри. Конечно, я всё предусмотрел. Сюда сможет попасть только твой отец. Я жду ответа на мое предложение с минуты на минуту. — Он отошел от гроба и, повернувшись лицом к Поттеру, вдруг спросил: — Ты боишься меня? — Есть некий тремор, признаю. — Кивнул Поттер. — Ведь вы убили множество людей, предварительно пытая их. — Чтобы ты обо мне ни думал, я не плохой человек, Гарри. Я никогда не был плохим человеком. — С какой-то странной интонацией сказал Арчибальд. — Знаешь, мои родители долго хотели ребенка, не из-за того, что они любили детей, совсем нет. Им нужен был наследник, чтобы чистокровный род не угас, но мама болела, и у них ничего не получалось. Она лечилась, принимала зелья и пилюли. Они уже были в преклонном возрасте, когда на свет появился я. Родители после долгого ожидания и тяжелого лечения наконец получили то, что хотели, и поэтому относились ко мне с особенным трепетом. Но вот незадача, всего через год без всякого лечения мама поняла, что снова ждет ребенка. Он был неожиданным и оттого не слишком желанным. И вот на свет раньше положенного срока появилась Ру. — Он кинул нежный взгляд на мертвую сестру. — Она была очень маленькой и слабой, но она своими ручонками крепко держалась за жизнь. Родителей не обрадовало ее рождение. Наш род нищал, а тут второй ребенок, да еще и девочка, которой нужно приданное на свадьбу. Потянуть двоих было тяжелее, да и кроме того, и нужно было поддерживать свой высокий статус в обществе. Но они смирились, пока в два года дочь не заболела. Малышка Ру месяц пролежала с температурой в бреду, пока колдомедики боролись за ее жизнь. В конце концов болезнь отступила, но вместе с тем она забрала магию, что бежала потоком в маленьком тельце. Так дочь стала для родителей самым презренным существом на свете — сквибом. Ты не представляешь, как волшебники относятся к семьям, где родился сквиб. Родителей в какой-то мере можно понять. Некогда уважаемые люди теперь были вынуждены склонять головы перед теми, кто раньше сам ходил к ним на поклон, а тут еще и дочь начала чудить. Ее развитие остановилось на семилетнем возрасте, и хоть тело росло, разум оставался детским. Она была наивной маленькой девочкой, которую все ненавидели. У нее был только я. Я любил ее безмерно. — Вы забрали ее с собой в школу? — вспомнил Гарри слова Сириуса. — Естественно, забрал. Когда я закончил первый курс и приехал домой, то пришел в ужас от того, что учудили мои родители. Они хотели пробудить в ней магию шоковыми заклятиями, а когда ничего не вышло, выгнали ее из дома. Взяли и в чем была подкинули в магловский приют в самые морозы, чтобы она жила среди равных ей. Мне кое-как удалось уговорить их вернуть Ру домой. Но больше так продолжаться не могло. Я понял, что, пока я в школе вдали от семьи, они могли сделать с ней все, что только может взбрести им в голову. Я принялся писать письма Дамблдору, и он, не очень скоро, согласился выделить ей комнату в замке, а позже принять на обучение. На лето я нашел небольшую работу и за плату помогал подготавливать ингредиенты в волшебной аптеке. Больше двенадцатилетнего мальчика никуда не брали. Конечно, дома были скандалы, а в школе шепотки и пересуды, когда Ру приехала вместе со мной на учебу, но все достаточно быстро привыкли к ней, проблем она не доставляла. Просто гуляла по замку, ходила к Хагриду смотреть зверушек и все. Ко времени ее официального поступления в Хогвартс мне удалось накопить достаточную сумму, чтобы купить ей все необходимое. Ее лицо так сияло, когда она в форме ехала вместе со мной в купе. — Его губу тронула нежная улыбка. — Конечно, она не могла ходить на уроки вместе с другими детьми, но ей позволяли заботиться о волшебных животных и под присмотром мадам Стебль ухаживать за растениями в теплицах. Я думал, у нас все будет хорошо, уж я бы об этом позаботился. Сделал бы все, чтобы она ни в чем не нуждалась. Я учился как проклятый, чтобы получить блестящие оценки. В планах было закончить школу и с превосходными баллами поступить в министерство. Тогда бы я забрал из школы сестру, и мы бы жили вместе. Но эти ублюдки... все растоптали. — Его голос плавно сошел на нет, и на какое-то время в комнате воцарилось молчание. — Арчибальд! — вдруг послышался из его кармана голос Джеймса Поттера, и мужчина вынул сквозное зеркало на свет. — Я согласен на твои условия. Как мне тебя найти? — Всё просто, Джеймс. — Улыбнулся Бёрк в отражение. — В моем кабинете в столе лежит маленький белый мячик, сожми его и скажи «домой». Сразу скажу, что ты не сможешь привести собой кого-то еще, портал рассчитан на одного человека, и отследить его твои коллеги тоже не смогут. Мы с Гарри будем ждать тебя.       Разговор прекратился, и мужчина снова сунул зеркальце в карман. — Мы ведь не в школе? — решил уточнить Гарри. Конечно, он уже давно понял, что это не Хогвартс, но он хотел узнать подробности своего похищения. — Нет. — Кивнул Арчибальд. — Я переместил нас в дом моих родителей. — Но как вас никто не заметил? Как мы покинули школу? — Недоумевал Поттер. — Ты еще не знаешь, Гарри, но в Отделе Тайн, куда ты так стремишься попасть, и правда много всего интересного. Там есть специальный артефакт, который создает помехи в противотрансгрессивном куполе, так я и смог перенести нас сюда. Как ни странно это осознавать, но все совпало совсем неплохо... Если бы я в этот день не решил прийти за душой Ру, ты бы успел всё разболтать Аврорату, и, скорее всего, меня бы схватили прямо в Министерстве, когда я пришел бы на работу ничего не подозревая. — Вы забрали ее призрак? Но как? Они ведь привязаны к месту, где погибли? — снова спросил парень. — Душу, а не призрак. — поправил его мужчина. — Да, они действительно привязаны к месту, поэтому мне пришлось забрать целый кусок пола из угла, где она всегда сидела. И она последовала за ним. — Он кивнул на большой сундук, который стоял прямо под постаментом.       Вдруг резко раздался треск, и посреди комнаты материализовался Джеймс Поттер. Он бегло огляделся и сразу наставил свою палочку на Бёрка, тот в ответ подбежал к Гарри и, оттянув голову парня за волосы назад, приставил ему палочку прямо к горлу. — Опусти это, Джеймс, — потребовал он, и аврор медленно опустил палочку. — Вот и хорошо, мы тут как раз разговаривали с твоим сыном. А он намного сообразительнее тебя. Быстрее, чем ты, догадался, а ведь он не работает главой аврората. Присоединишься к нам? — Гарри, ты в порядке? — обеспокоенно спросил отец, вглядываясь в сына, но и стараясь не упускать из вида Бёрка. — Нормально. — Ответил Гарри, стараясь не обращать внимания на ноющую шею. — Зачем ты делаешь всё это, Арчибальд? — спросил Джеймс, предостерегающе глядя на него.       Внутри аврора всё кипело. Он отчаянно желал кинуться в драку с человеком, который сначала похитил и пытал его жену, а теперь добрался и до сына. Он не хотел чувствовать беспомощность, находясь перед лицом этого убийцы, не хотел показывать слабости при сыне, но боялся, что если дернется, то Бёрк просто перережет Гарри горло, а он ничем помочь не сможет, да и просто не успеет. Поэтому было необходимо держать себя в руках и действовать аккуратно. — «Зачем»? — переспросил мужчина, зло усмехаясь, и взбешенно добавил: — Потому что я не могу примириться с тем, что моя сестра мертва, а ублюдки, которые ее убили, гуляют на свободе! — Он медленно выдохнул, прогоняя гнев, и продолжил: — Я всё расскажу и признаюсь, но для начала откинь свою палочку, Джеймс.       Бёрк подтянул Гарри поближе, угрожая применить к нему заклятие. Аврору ничего не оставалось, как откинуть палочку на пол, и мужчина тут же парализовал и на всякий случай связал его. Он отлевитировал аврора к сыну и усадил на сотворенный из воздуха стул. — Я был глуп и наивен в пятнадцать лет, Джеймс, — обратился он к аврору, подбирая с пола его палочку и убирая ее в карман мантии. — Настолько глуп, что поверил, будто моя сестра была неосторожна и сама упала с лестницы. Но что тут скажешь, я был всего лишь ребенком. Получив ее тело, я сбежал. Но я не похоронил ее, как видишь, оставил тело под чарами стазиса. Ру была для меня всем. Мой дом был там, где была она. Я переехал в другую страну, закончил образование, сменил имя, и вот, казалось, уже ничего не связывало меня с моим прошлым. Я вернулся в Англию, когда подумал, что оставил всё позади, и все так и было на протяжении многих лет, но видимо у судьбы были другие планы. В прошлом году я встретил Рудольфа Глэдиса в одном баре, в котором часто снимал напряжение после работы. И тут я заметил у него браслет. Браслет, который я подарил Ру на тринадцатилетие. Он переделал надпись на просто «Ру», а когда я его спросил, он сказал, что, мол, это сокращение от его имени Рудольф. Вот только таких совпадений быть не может. Я вытащил его из бара и хорошенько покопался у него в мозгах. Знаешь, что они сделали с ней, Джеймс? — Руида умерла от падения с лестницы, Арчибальд, — сухо возразил старший Поттер, мысленно прикидывая возможности освобождения от пут. — Тебе нужно с этим смириться. Прошло уже столько лет. И в чем же твой повод убивать маглорожденных? — С лестницы, Джеймс? — Было видно, как Бёрк старается держать себя в руках. — Ты так до сих пор ничего и не понял? Вот твой сын достаточно во всём разобрался, и именно поэтому он сейчас здесь. Что ж, давайте я покажу вам небольшое кино о том, что действительно тогда произошло!       Он взмахнул волшебной палочкой, и из темноты прямо к нему в руки вылетели две стеклянные колбы. Они были наполнены чем-то серебристым, с виду не газ и не жидкость. Это были воспоминания. Арчибальд вытянул их из колбы и подошел к Поттерам. — Это память Джека Эмиша и Натана Льюиса. Посмотрите, а потом скажите, с какой лестницы она упала. — Он приблизился и по очереди вложил воспоминания к ним в головы, не обращая внимания на сопротивление.       Перед глазами Гарри замелькали картинки, которые не имели никакого отношения к его собственной памяти. Они заполонили его сознание, и он как будто выпал из реальности и перенесся в чужое тело. Он видел всё глазами того человека, в чьи воспоминания его погрузили, но ничего сделать он не мог.       Он шел по коридору вместе с каким-то парнем лет четырнадцати на вид. На его спутнике была форма Пуффендуя, а на именной бирке значилось «Натан Льюис». Гарри мгновенно узнал коридор, по которому они шли, он сам много раз ходил к этой картине с фруктами, за которой находилась кухня. И, судя по тому, что их руки были заняты свертками с едой, они уже возвращались оттуда. — В этом году экзамены были ужасные! Хорошо, что Рудольф организовал нам сабантуй. — Слегка пьяным голосом сказал Натан. — Вот серьезно, если у него получится баллотироваться в Министры Магии, я буду за него голосовать!       Гарри как будто был не властен над своим телом, он видел все от лица Джека Эмиша так, как будто это был он сам. Они уже подходили к концу коридора, и наконец стали появляться окна. За ними было темно, а в школе пустынно. Вероятно, время отбоя уже прошло. — Не ори на весь замок. — Услышал Поттер незнакомый голос, но говорил определенно он сам. — Если нас поймают, то мало того что баллов лишимся, так еще и клуб под угрозу поставим. Рудольф нас за это по головке не погладит. — Да ладно тебе. — Закатил глаза Льюис. — Сейчас в коридорах никого, да и, кроме того, мы знаем все обходные пути. Лучше представь, в следующем году мы уже не будем на побегушках! Мы будем отправлять младших с поручениями. Вот будет красота. — Он мечтательно улыбнулся и покрепче перехватил свертки с едой. — А после школы присоединимся к Рудольфу и заживем! Вот увидишь, мы всем докажем, что чистокровные ничем не лучше нас. Представь, я займу место начальника, а у меня в подчинении будет Лестрейндж, к примеру. Вот я ему задам, за все наши стычки в школе отыграюсь! — Да сделай ты голос потише! — прошипел Эмиш. — Если наткнемся на Пивза или Филча, то просто так не отделаемся, а тут еще ты трезвонишь на весь коридор. — Они повернули за угол к Холлу и Джек резко замолчал. — Эй, смотри.       Перед ними шла невысокая фигурка в форме Пуффендуя, на ее голове был венок из свежих ромашек. Она озиралась по сторонам, как будто потерялась и не знала, куда идти. В ее руках тоже был букет с какими-то мелкими синими цветочками. Она повернулась в их сторону, и Поттер узнал Руиду. Девочка ярко улыбнулась и поспешила к ним. — Это же та свихнутая сквибка с моего факультета. — Сказал Натан, обращаясь к нему. — Она нас видела! Что теперь делать? Она же сдаст нас. — Заткнись! — Шикнул Эмиш.       Руида уже подошла к ним и наконец заговорила каким-то совершенно детским и наивным голосом. — Здравствуйте. Вы не видели Арчи? У него сегодня день рождения, но я не могла с ним увидеться из-за экзаменов. Я приготовила подарок! — Она показала им букет и заговорщически прошептала. — Я сама ухаживала за этими цветочками.       Парни переглянулись между собой. — Да-да, — сказал Джек, немного нервничая, и быстро осмотрелся, чтобы убедиться, что в коридоре кроме них никого нет. — Тебе не следует гулять ночью по школе, давай мы отведем тебя в гостинную твоего факультета, а подарок вручишь завтра?       Девочка насупилась, надула губы и упрямо посмотрела на Эмиша. — Нет! — Она топнула ногой и громко сказала. — Цветочки до завтра завянут, мне надо вручить их сегодня.       Эхо от её голоса разнеслось по пустым темным коридорам, и Натан в ужасе зашикал на нее. — Тихо! Замолчи! — зашипел Льюис. — Ты что, не понимаешь? Сейчас прибежит Филч, и мы все получим наказание!       Лицо Руиды просияло, и она восторженно вскрикнула: — Точно! Меня сможет проводить мистер Филч! Он ведь такой добрый, мы с ним часто пьем чай, и он разрешает мне играть с миссис Норрис. Он точно поможет!       Тут уж Натан не выдержал. Он еще не умел накладывать заклинание немоты, поэтому, вывалив на пол свертки с едой, подскочил к девчонке и зажал ей рот ладонью, чтобы не голосила на всю школу, но та взвизгнула и укусила его руку. Парень зашипел от боли и сильно толкнул ее, так что девочка упала на пол и выронила букет. В глазах ее появились слезы, и она громко всхлипнула. — Руида, тише, не плачь, — опустился к ней Эмиш и помог ей подняться и отряхнуться. — Не нужно звать Филча. Мы сами проводим тебя к брату. Мы как раз сами идем к нему, правда, Натан?       Льюис зло тряс укушенной рукой, но, услышав слова друга, в шоке застыл. Он непонимающе глянул на Джека, но, решив, что у того есть какой-то план, активно закивал. — Натан не хотел тебя обидеть, Руида. Ты просто слишком громко кричишь. Мы сюрпризом идем на день рождения к твоему брату. Видишь, даже угощения несем, но если нас увидит Филч, у нас всех, в том числе и у твоего брата, будут большие неприятности. Ты же этого не хочешь? Девочка отрицательно замотала головой и вытерла глаза рукавом мантии. — Идем с нами, мы тебя проводим. — Улыбнулся Джек.       Девочка счастливо улыбнулась и без всяких сомнений кивнула. Ей очень понравилась идея, что она сюрпризом придет на праздник к брату. — Что ты задумал? — спросил Натан, пока Руида подбирала цветы с пола. — Уведем ее к Рудольфу, пусть разберется. Он умеет стирать память, а мы сейчас сами ничего сделать не можем.       Руида всю дорогу болтала о зверушках, которых показал ей Хагрид, и как она собирала эти цветы, но сожалела, что забыла их название. — А если Рудольфу это не понравится? — зашептал Натан Джеку. — Какая уже теперь разница. Мы уже почти пришли. Сотрет ей память, и дело с концом. — ответил тот.       Они спустились в подземелья и повернули к коридору за портретом. Но тут Руида резко остановилась и довольно серьезно сказала: — Туда нельзя ходить. Арчи сказал, что в подземелья ходить нельзя.       Двое парней немного нервно переглянулись. — Он там. Я же сказал тебе, что мы сделаем ему сюрприз. Он пришел отметить с нами свой день рождения и окончание экзаменов. — Быстро сказал Джек.       Девочка все еще подозрительно смотрела на них, но все же кивнула, и они пошли дальше. Они вошли в коридор за пустой картиной, и комната, в которой Руида стала призраком, становилась все ближе. Гарри понимал, что больше она из этой комнаты не выйдет... — Чего вы так долго? — пьяно спросил какой-то взрослый парень, когда они вошли. Он был без форменной мантии, поэтому его имя осталось неизвестным.       Гарри имел возможность наблюдать, как выглядела эта комната в первоначальном ее виде. Она, как и большинство классов в подземельях, не имела окон, ее освещали несколько настенных факелов. Стеллажи были заполнены книгами о чистоте крови, на некоторых полках пачкой лежали исписанные листы пергамента. Целая доска объявлений была сдвинута в угол, на ней были прикреплены плакат с названием клуба, объявление о походе в Хогсмид и... клятва с целым списком имен. Гарри перечитал его и понял, что это буквально весь список жертв убийцы.       В самом центре комнаты стоял огромный стол, а вокруг него расположились большие диваны и только одно кресло во главе стола. В помещении было не протолкнуться, там было много школьников разных возрастов и с разных факультетов. Среди них было несколько девчонок, но подавляющее большинство — парни. Стол был завален бутылками огневиски, рома и остатками от каких-то закусок. — Да, мы встретили кое-кого. — неловко начал Натан, а потом обратился к парню, который сидел во главе стола. — Рудольф, она нас видела, и мы решили отвести ее к тебе, чтобы ты стер память.       Рудольф Глэдис вальяжно развалился в кресле, закинув ногу на ногу, и крутил в ладони бокал с виски. Он был довольно высок и красив, все его движения были изящны, а на лице застыло выражение надменности и превосходства. Он выглядел как самый настоящий чистокровный аристократ и у Гарри в голове не укладывалось, что он магглорожденный. Было видно, что он здесь главный, и другие студенты с некоторым раболепием смотрели на него. Он был одет в форму Когтеврана из дорогих материалов, на лацкане которой Гарри, похолодев, заметил тот самый значок футбольного клуба «Вест Хэм Юнайтед». — Дебилы, — холодно процедил он, глядя на парней и девчонку. — Вы притащили ее сюда после того, как встретили? Надо было отвести эту сквибку к ее выскочке-брату, а вместо этого вы решили подставить клуб? За такое вас вообще следует изгнать из нашего общества.       Он говорил надменно, будто общался с людьми, которые были не больше чем грязь из-под ногтя. Глэдис встал и, немного пошатываясь, подошел к сжавшейся в комочек Руиде, она опустила взгляд и смотрела в пол, но тем не менее сделала несколько маленьких неуверенных шагов спиной к двери. — Прости нас, Рудольф! — обратился к нему Натан. — Она видела нас, и мы запаниковали... Думали, она сдаст нас своему брату или еще кому... Решили, что безопаснее стереть ей память.       Рудольф склонился прямо к лицу Руиды и растянул губы в презрительной усмешке. — Да она же тупая и про это все знают. Какой дурак поверит ее словам. — Он подцепил пальцем её подбородок и, приподняв лицо так, чтобы видеть глаза, сказал. — Знаешь, как я ненавижу твоего брата, а? Он безмозглый выскочка, которого признают только за то, что он чистокровен. Но надо же, он такой нищий, что вынужден сам работать. Ну кому вот он интересен? Будь он хоть трижды чистокровен и умен, он всего лишь нищий кретин. И меня это бесит. Я, у кого семья является одной из самых богатых в Лондоне, считаюсь ниже его. Как думаешь, это справедливо? — его пьяный голос выражал глубокую ненависть, а глаза горели безумием.       Руида старалась не смотреть не него, ее слегка трясло. — Ой, я и забыл, что ты сумасшедшая сквибка. — зло усмехнулся Рудольф. — Но знаешь, в чем соль, даже такая, как ты, в магическом мире считается лучше, чем все в этой комнате.       Толпа за его спиной одобрительно загудела и заулюлюкала. Руида, кажется, еще больше сжалась. — Но что ты можешь, а? — Прошипел парень, ободренный возгласами толпы, и вдруг рявкнул: — Что ты можешь, а?! Чем ты лучше меня?! — Он наотмашь ударил ее по лицу. Руида отлетела к шкафу и упала. Она подняла на него взгляд, полный ужаса. — Что ты можешь, проклятая сквибка? Что ты мне сделаешь?! Пожалуешься своему брату? Давай, вперед! — Рудольф подлетел к ней и начал пинать куда придется. — Не надо! Пожалуйста, не надо! — плакала Руида.       Девочка вся сжалась от боли, но тем не менее она прижимала к себе букет голубых цветочков, которые приготовила для брата. Рудольф тяжело задышал и отошел от нее, пыхтя от ярости. Руида слегка приподнялась и быстро кинулась к выходу, но ее схватила за шиворот девушка, которая стояла в компании подружек с бутылкой огневиски возле двери. — Куда ты собралась, сквибка? — весело сказала она, швырнув ее под ноги Рудольфу. — Тебя отсюда еще никто не отпускал.       Рудольф схватил со стола бутылку огневиски и залпом ополовинил ее. Его осоловелый взгляд снова уперся в девочку у него под ногами. — А знаете что? — зловеще усмехнулся Глэдис, обращаясь к толпе. — А она ведь весьма симпатична, даром что сквибка. Быть может, вы просто хотели преподнести мне подарок по случаю сдачи ЖАБА и на выпускной? — он посмотрел на Джека и Натана, но те потупили взгляд. — А что? Мне весьма любопытно, какая сквибка на вкус. Кто еще хочет попробовать? — он оглядел толпу и заметил, что некоторые парни ободряюще улыбнулись и заулюлюкали.       Рудольф накинулся на нее, как будто у него внезапно отказали тормоза. Он несколько раз ударил девочку по лицу и принялся рвать на ней одежду. Руида сопротивлялась, она выпустила из рук букет, и его тут же истоптала собравшаяся вокруг толпа. Она закричала и принялась отбиваться, хватая парня за мантию и отталкивая, но силы были не равны. В какой-то момент она схватила и сорвала с мантии Глэдиса значок. Он упал, и кто-то ботинком отпихнул его под шкаф. — Эх ты, мордерова сквибка! — вскричал Рудольф, когда Руида поцарапала его лицо. Он со всей силы ударил ее по рукам и в ярости зарычал. — Арчи! Арчи! Помоги, Арчи! — безумно громко закричала она, отбиваясь. — Заткнись! Сейчас же заткнись! Силенцио!       Губы Руиды тут же плотно сомкнулись, она не издавала ни звука. По ее щекам тихо бежали слезы, перемешиваясь с кровью на губах. Она старалась сопротивляться, но семикурсник явно был сильнее... Рудольф схватил ее руку, которой она пыталась его поцарапать, и откинул на пол, на пальцы тут же кто-то наступил. Послышался неприятный хруст, ломающихся костей. — «Моей Ру»? — насмешливо спросил парень, заметив браслет на ее руке. Он уже стягивал с себя штаны. — Это тебе твой «Арчи» подарил? Что ж, Ру, — передразнивая, заканючил он. — Когда увидишь его, передай, что ты теперь не только его.       Дальше началось то, на что Гарри не мог спокойно смотреть, но и сделать что-либо он тоже не мог. Его мутило, хотелось отвернуться и хорошенького проблеваться. Однако толпа, судя по крикам, была другого мнения. Парни свистели и что-то одобрительно выкрикивали, некоторые, кто явно еще даже девушку за руку не держал, возбужденно поправляли свои штаны, не отрывая взгляда от нового для них зрелища. Девушки же, скривив лица, сказали свое «фи», попрощались и просто ушли. Ни одна из них не попыталась вступиться.       Когда Рудольф закончил, он натянул штаны и вернулся на свое кресло во главе стола, словно занимал ВИП-место в кинотеатре. Достав из кармана мантии сигареты, он с наслаждением затянулся и предложил другим парням тоже «попробовать скибку на вкус». Те чуть ли не толпой накинулись на девочку. Они явно чувствовали вседозволенность. Алкоголь и опьяняющее чувство власти срывали все моральные тормоза. Они избивали ее, плевали ей в лицо и насиловали. Гарри всеми силами хотел вырваться из воспоминаний Джека, но не мог. Они с Натаном не присоединились, только пару раз за компанию плюнули в сторону девчонки, чтобы их не сочли слабаками.       Гарри не знал, сколько это продолжалось. В конце концов Руиду оставили в покое. Парни снова сели за стол и продолжили пить, на все лады оскорбляя девочку и вспоминая, как им было хорошо.       Руида приподнялась и, тихонько глотая слезы, поползла в угол за шкаф, подальше от пьяной компании. Венок с ее волос давно слетел, белоснежные лепестки были испачканы кровью и разбросаны по всему полу вперемешку с маленькими голубыми цветами. Она заползла в угол и затихла, стараясь не привлекать внимание. Было видно, как ей больно, но она даже боялась всхлипнуть. Изломанными пальцами она старалась поплотнее запахнуть мантию, ее колотила жуткая дрожь. Безумные глаза, в которых уже не было той болтливой девочки, в ужасе шарили по комнате и наконец уставились на браслет. Она начала буравить его взглядом, будто находило в нем какое-то успокоение. Ее глаза начали закрываться, как будто она очень устала и хотела спать. Вскоре ее тело обмякло.