on the edge (of the devil's backbone)

На следующий день перед лицом Оливера стояла гигантская чашка кофе. Он поднял голову и увидел покаянное выражение лица Фелисити. Мужчина просто не мог не улыбнуться. — Уау! — изумился босс. — Можно спросить? Почему моя кружка с кофе размером с Эйфелеву башню? — Я правда очень извиняюсь за вчерашнее. — выпалила Фелисити. — За многое. За то, что пришла в твой дом без приглашения, а еще за то, что сразу не отдала документы. И из-за того, что они оказались у тебя слишком поздно, ты скорее всего мало спал. — Следовательно, кофе? — Послушай, я не знаю, все ли я делаю верно, но я правда, правда хочу получить эту работу. И если оставить в стороне мою вчерашнюю неудачу, я действительно доказываю, что я хороший помощник, и мое увольнение посреди испытательного срока не лучший вариант для тебя. Потому что я приношу тебе кофе, а еще у меня фотографическая память. — Фелисити. — прервал её мужчина. — Фелисити, я не собираюсь тебя увольнять. Это казалось возымело эффект, рот девушки резко захлопнулся. После того, как она в течение нескольких секунд моргала своими огромными голубыми глазами, дар речи вернулся. — Это первый раз, когда ты назвал меня по имени. Бровь Оливера изогнулась. — И это плохо? — Нет, совсем нет. — она покачала головой. — Я просто… Я просто не знала, что мы перешли на такой уровень. — Ну, я не собираюсь тебя увольнять, если ты будешь называть меня Оливер. Её щеки окрасились в милый розовый оттенок, и Куин не мог сдержать улыбку. — Так что, спасибо за кофе, Фелисити. — Всегда пожалуйста, Оливер. — Оливер? Он поднял взгляд от бумаг, разбросанных на столе, чтобы увидеть свою помощницу, стоящую в дверях и держащую чехол для одежды на расстоянии вытянутой руки, как будто это была змея, готовящаяся к атаке. — Что это? — спросила Фелисити с самым очаровательным недоумением на лице, которое он когда-либо видел. — Это чехол с платьем. — ответил он немного игриво. — Ты собираешься одеть его сегодня на сбор средств для больницы. Челюсть мисс Смоук отвисла. — Ты не предупреждал меня, что я должна туда пойти. — Ох. Разве я забыл упомянуть об этом? Его насмешка вкупе с невинным взглядом, казалось, не обманула её, потому что глаза блондинки сузились. — Я не знала, что сопровождать президента на благотворительные вечеринки часть моей работы. Оливер усмехнулся. — Фелисити, ты нужна мне там, потому что там будут люди, которых я должен узнавать и помнить. И откровенно говоря, моя голова забита немного другим. — А моя нет? — Это не то, что я имел в виду. Я имел в виду, что в твоей голове помещается больше информации, чем в моей, вдобавок к фотографической памяти. Мне нужно, чтобы ты была рядом со мной, чтобы запоминать информацию для меня, учитывая, что я очень в этом плох. Фелисити вздохнула. — Знаешь, у меня были планы. — проворчала она, вытаскивая платье из мешка. — Ну и какие? — фыркнул Куин. — Смотреть фильмы, накопившиеся в твоем DVR? — Те, что до сих пор остаются в планах. — сжала челюсти девушка. — Я собиралась провести всю ночь в моих теплых и пушистых носках. Теперь, я должна нарядиться в платье от кутюр и высокие каблуки. У меня даже нет подходящих туфель к этому платью. — Под столом стоит коробка. — пробормотал Оливер. Фелисити резко выпустила воздух из горла, развернувшись на каблуках, и направилась в сторону своего кабинета. Позже вечером, автомобиль Оливера направлялся на благотворительную вечеринку. Как обычно, красная ковровая дорожка лежала в направлении от тротуара ко входной двери. По обе стороны ковра была веревочная лента, разделяющая простых людей и прессу от приглашенных на вечер. — Кстати. — раздался голос Диггла с водительского кресла. — Блад, как мы и думали, собирается появиться. Оливер застонал. — Я не собираюсь сегодня вдаваться в дела Братвы, Диг. Не здесь, не во время вечера для больных детей. Убедись, что все это понимают. — Просто дай знать Фелисити, и она сможет удержать его за бортом. — Кстати о Фелисити, где она? — Она уже здесь. — указал Джон. Оливер повернул голову, в направлении которое указывал советник. Сначала он её не узнал. Все, что он видел, это прекрасную женскую фигуру в красном платье, а-ля Джессика Рэббит*. Когда эта девушка повернулась, тогда он и понял, что это Фелисити. Не говоря ни слова Куин вышел из машины и подошел к ней. Блондинка стояла, немного сжимая плечи и со страхом смотрела на вспышки вокруг. — Фелисити. — позвал Оливер. Он нежно коснулся ладонью её обнаженного плеча, и она немного подпрыгнула. — Оу, Оливер. — выдохнула Смоук. — Прости, я тебя не заметила. — Фелисити, ты выглядишь чудесно. Она прикусила свою ярко-красную нижнюю губу. — Ты уверен? — посмотрела на свое платье помощница. — Я вообще-то очень волновалась, потому что платье немного вызывающее, и подумала, что прическа и макияж должны соответствовать. Но потом я вспомнила, как твоя мама сказала об отвлечении внимания от больных детей, и вспомнила то, что ты — Оливер Куин и можешь прийти одетым, например, в мешок… И все равно затмить больных детей. А я просто исполнительный помощник, которому необходимы… например, четыре кружки кофе, чтобы выглядеть близко к презентабельному, и я… — Фелисити. — прервал Оливер с улыбкой. — Фелисити, верь мне, когда я говорю, что ты выглядишь чудесно. Некоторая напряженность ушла из её плеч, и она ответила на улыбку. — Спасибо. — Всегда пожалуйста. После небольшого мгновения тишины мисс Смоук снова заговорила. — Итак, хм-м… что я должна сделать в первую очередь? Я не совсем понимаю, что от меня требуется. — Все просто. — Оливер мягко положил ладонь на спину девушки и повел её вперед. — Тут много людей, которые хотят моего внимания. Поэтому убедись, что можешь сдержать толпу. Тебе нужно напоминать мне о том, о чем я могу забыть. И если становится ясно, что я не понимаю с кем я разговариваю, мне понадобится твоя помощь, чтобы отвлечь их. — Из рода? Я должна прыгать и кричать кто я такая? — Да, именно так. И еще, пока я не забыл. Здесь есть человек, который хочет пообщаться со мной, а я определенно не жажду вступать с ним в контакт. Мне нужно, чтобы ты держала его подальше от меня, любой ценой. — Как его зовут? — Себастьян Блад. И он выглядит в точности, как будто его зовут Себастьян Блад*. Фелисити фыркнула. — Прекрасно. Её язвительный тон снова зажег улыбку на лице Куина. — Ты справишься. — Ради любопытства, почему же он так хочет поговорить с тобой? — По той же причине, по которой хотят все остальные. — парировал Оливер. — Он хочет залезть в твои штаны? — Чт-… нет! — опешил босс. — Что заставило тебя так подумать? — Ну, многие хотят поговорить с тобой именно ради этого. — пожала плечами девушка как ни в чем не бывало. — Я не осуждаю. Я имею в виду, я понимаю. Её глаза расширились от ужаса, когда она поняла, что сказала. — Я имею в виду я не понимаю. Я имею в виду, что это не то, что я имела в виду, когда сказала, что понимаю. То, что я имела в виду, что есть много людей, которые хотят поговорить с тобой, потому что они находят тебя привлекательным и это имеет для меня смысл. В чисто объективном и профессиональном смысле. Оливер разрывался от смешения чувств и реакций. Его сознание путалось, забавлялось, и одновременно смущалось. Не без усилий, он привел в порядок свои мысли, потому что они закончили подниматься вверх по ступенькам и подошли к сверкающим дверям. — Ладно, ладно. Подведем итог. Блад не хочет залезть в мои штаны. Он хочет, чтобы я поддержал его избирательную компанию в мэры Старлинг-Сити. — Получается, он вроде как хочет залезть в твои штаны? — Фелисити. — предостерег Оливер. — Хорошо, хорошо. Держать его подальше. Поняла. Куин подумал, что это конец беседы, но у помощницы был еще один вопрос. — А разве ты не хочешь, чтобы он стал мэром Старлинга? — она вопросительно наклонила голову. — Я не говорил этого. Я говорю, что я не хочу говорить о делах, во время мероприятия, организованного для помощи больным детям. — Правильно. — кивнула Фелисити. — Тогда я сделаю так, что не придется. — Спасибо. Попытки сработать в тандеме в начале вечера давались тяжело. Они выдержали два неудобных столкновения. Одно с начальником пожарного ведомства, другое с одним из дальних родственников Оливера, какого-то кузена, который определенно понял, что Куин его не помнит. После этого они разработали систему. Фелисити подходила и прерывала разговор, взяв Оливера за локоть, как только он тихо покашливал. Она вставляла какое-нибудь оправдание, если чувствовала, что разговор откланяется в сторону бизнеса или в сторону тем, которые босс хотел бы избежать. И уводила его прочь, к его большому облегчению. — Ты очень хорошо справляешься. — пробормотал Оливер, когда Фелисити в очередной раз прервала его беседу с президентом совета музея, который был в опасной близости от навязывания ему непонятных пожертвований. — Ну, я много практиковалась. — пожала плечами девушка, отправляя кусочек фрикадельки в рот. — Моя мама невероятно привлекательная женщина, поэтому, когда мы куда-нибудь ходили, за продуктами, например, за ней всегда приударял какой-нибудь слизняк. А так как она слишком добра, чтобы отказывать напрямую, мне всегда приходилось делать это за неё. История Фелисити оказалась неожиданностью для Оливера. — Сколько тебе было лет? Она задумчиво продолжала жевать. — Хм… в первый раз? Думаю, мне было восемь. Это повергло его еще в больший шок, потому что это звучало не совсем так, как он провел свое детство. Он провел все время своей юности (и подростковый период) убегая от ответственности, действуя ребячески и максимально беззаботно. Как трудно, должно быть, было Фелисити, взять на себя ответственность за взрослого человека в таком возрасте. Если бы ему пришлось начать работать в QC и стать частью Братвы в возрасте, в котором хотел этого Анатолий, то он был бы гораздо более жестоким и изнуренным. Оливер размышлял о детстве своей исполнительной помощницы, когда она сама толкнула его в бок. — Мать, четыре часа. — пробормотала она себе под нос. Быстро приклеив улыбку на лицо Оливер повернулся, чтобы поприветствовать подошедшую миссис. — Мама. — обнял её Куин. — Ты действительно переплюнула сама себя на этот раз. — Да, это ведь поможет страдающим детишкам. — хозяйская улыбка не сходила с лица женщины. — Нельзя потратить слишком много денег на больных ребят. Оливер пробормотал согласие. — Ну, мама, я хочу познакомить тебя с моим новым исполнительным помощником, Фелисити Смоук. Фелисити, это моя мать, Мойра Куин. — Приятно познакомиться, миссис Куин. — быстро проговорила девушка, протягивая руку. — О, да. Это ты прелестная молодая женщина, с которой я разговаривала по телефону всю неделю, потому что у моего сына нет на это времени, из-за того, что он слишком много работает? — Мойра взяла Фелисити за руку. — Очень приятно встретиться с вами лично. Глаза мисс Смоук расширились от слов матери Оливера, в то время как сам он поперхнулся шампанским. — Мама. — фальшиво улыбаясь, прервал сын. — Можем мы не начинать этого здесь, пожалуйста? — Прекрасно, прекрасно. — махнула рукой миссис Куин. — Иди гуляй и наслаждайся собой. — следом она наклонилась и прошептала. — Но знай, что Себастьян Блад приехал десять минут назад с кучкой головорезов. И думаю, он рассчитывает потревожить не только симпатичную блондинку под твоим боком, а потом улизнуть. Челюсть Оливера сжалась. — У меня все под контролем, мама. - пробормотал он, затем более громким голосом продолжил. — Иди и повеселись с остальными гостями. Я могу побыть на вечеринке и без держащей меня за ручку матери. Мойра чарующе рассмеялась. — Очень хорошо. Было так приятно встретиться с вами, Фелисити. Уверена, что мне удастся побеседовать с вами в скором времени. Женщина изящно развернулась на каблуках и пошла прочь, теряясь в сверкающей толпе. — Ничего себе! — выдохнула Фелисити. — Держу пари, твоя мама была балериной. Её слова застали Оливера врасплох. Прокрутив в уме фразу девушки еще раз, он засмеялся так громко, что стоящие вокруг люди в недоумении уставились на него. Щеки Фелисити окрасились в ярко-розовый цвет от внезапного внимания. Разум девушки витал где-то далеко, и Оливер задавался вопросом, что сейчас происходит в её душе. Думает ли она о различии их детских годов, как он несколько минут назад. Блондинка покачала головой, возвращая будничную и профессиональную улыбку. — Ладно. Мне нужно пойти в дамскую комнату и припудрить нос. Вернусь через секунду. Оливер наблюдал, как она уходит, потягивая шампанское. Пока он ждал свою помощницу, ему удалось урвать несколько закусок с разносов, проходящих мимо официантов. Пока его внимание не отвлек никто иной, как Себастьян Блад, слегка похлопав по плечу. — Оливер Куин, какое удовольствие видеть тебя. — лицемерно улыбаясь, прошипел политик. Черт возьми, подумал про себя Оливер, пожимая руку. Его мать не преувеличивала, когда говорила о кучке головорезов. Блад был окружен четырьмя неповоротливыми мужланами, по двое с каждой стороны. Если честно, то это было довольно самонадеянно. До предварительных выборов было еще девять месяцев, а гарантии того, что он будет основным кандидатом, никаких не было. — Себастьян. — поприветствовал Куин с пластиковой улыбкой. — Как поживаешь? — Я хорошо, мой друг, хорошо. Хотя, должен пожаловаться, что я расстроен из-за того, что ты не отвечал на мои звонки несколько недель. — О, ну ты же знаешь, как это бывает. Дела… дела. — Да, я знаю. — глаза Себастьяна зло блестели. — Ну теперь, когда мы здесь мне интересно… И четко в тот момент сбоку от Оливера возникла Фелисити, с мягкой и вежливой улыбкой на губах. — Здравствуйте. Извиняюсь, что прерываю вас, но мистер Куин, ваша мать хочет несколько фотографий со своим чадом. Все, кто внес пожертвования, ожидают именно вас. Прямо сейчас. Оливер почувствовал, как по его груди расползается облегчение, и был уверен, что оно отпечаталось на его физиономии. — Верно. Спасибо, мисс Смоук. Мне жаль, что наш разговор был таким коротким, Себастьян, но я не могу проигнорировать мать. — Конечно. — прорычал Блад с усмешкой. — Я уверен, что мы найдем время друг для друга в течении следующих нескольких недель. Как вы знаете, я очень настойчив. Это заставило Оливера повернуть на максимум свой самоконтроль, чтобы постараться не гримасничать. — Да, я знаю. Увидимся позже, Себастьян. Наслаждайтесь вечером. Как только они оказались вне пределов слышимости, Фелисити задрожала. — Господи, этот парень жуткий. Говорю, как абсолютно незаинтересованный наблюдатель, я бы не стала за него голосовать. Оливер усмехнулся. — Приму к сведению. Он последовал за своей помощницей в отдельное помещение, где Куин сфотографировался с другими гостями и некоторыми детьми. По завершении фотосессии все вернулись в главный зал и расселись на свои места для невзрачного ужина. Затем, Оливеру и всем гостям пришлось перенести самохвалебную речь Картера Боуэна (как любила называть его Тея — экстраординарное ничтожество). Когда Картер закончил говорить и ушел со сцены, на неё поднялась Мойра. Вдруг, все помещение превратилось в хаос. Все гости нырнули и спрятались под столами. Оливер вскочил со своего стула и повалил Фелисити на землю. — Ты в порядке?! — перекрикивал шум Куин. Её глаза выпучились в страхе, но девушка кивнула. Когда возникла пауза между выстрелами, Оливер потащил её наверх, прижимая к себе, используя свое тело, как щит. — Быстро найди Диггла и убирайтесь отсюда! — Но… — Просто иди! Мужчина отстранился от неё и бросился к постаменту на сцене, укрываясь каждый раз, когда слышал звуки выстрелов. Наконец он добрался до Мойры, которая лежала за стойкой. Она держалась за ногу. Оливер не видел этого, пока не подошел ближе. Тогда он понял, что её подстрелили. — Мама! — прокричал Куин и оказался рядом с ней в одно мгновение, поднимая женщину на руки. — Все хорошо. Я держу тебя. Мойра всхлипнула в руках сына, когда он побежал, морщась, когда каждый его шаг отдавался в её ране. Он стиснул зубы, полностью сосредоточившись на двери в нескольких метрах. Он был почти рядом, когда Мойра закричала. — ОЛИВЕР! СЗАДИ! Это произошло быстрее, чем он ожидал. Через долю секунды после предупреждения матери он готов был нанести удар, но что-то произошло. Он обернулся и увидел огромную человеческую тушу с закатанными глазами, падающую на землю. Оливер смотрел в шоке, как человек падает на пол с громким стуком, но это было ничто, по сравнению с тем, что он почувствовал, увидев Фелисити стоящую позади. В её руках было оружие в виде её туфли. Глаза блондинки были широко распахнуты, в них плескалось явное непонимание собственных действий. — Фелисити! — воскликнул её босс. — Я думал, я сказал тебе убираться отсюда! — Я не могла оставить тебя тут! — кричала в ответ девушка. Она все еще сжимала туфлю в поднятой руке. Её сжатые в тонкую линию губы показывали решительность, с которой она не колеблясь встала между ним и опасностью. Мойра схватила сына за ворот пиджака, чтобы привлечь его внимание. — Оливер. — простонала она и её лицо побелело. Напоминание того, что его мать истекала кровью в его руках, вернуло мужчину к реальности. Быстрым рывком он развернулся и побежал к выходу. Фелисити следовала за ним. Диггл был снаружи, встречая выбегающих людей. Когда телохранитель заметил Оливера, то тут же поспешил в его сторону. — Возьми мою мать. — отчеканил босс, передавая Мойру в массивные руки Джона. — Отвези её в особняк и вызови доктора Сноу. Скажи ей приехать немедленно. Мойра крепче сжала лацкан пиджака сына. — Ты должен поехать с нами. — требовала миссис Куин. — Мама, я должен выяснить что происходит. Я должен убедиться… — Оливер Джонас Куин! — выплюнула сквозь зубы женщина. — Я уже потеряла твоего отца. Я не позволю тебе стать очередной жертвой! Он не мог ответить на это. Отчаяние в её глазах и порыв, с которым она хватала его одежду пригвоздили его к месту. Вокруг был хаос и звуки выстрелов, но звук, который пугал его в данный момент, был очевидно различимый страх в голосе его матери. — Хорошо, мама. — успокаивающе проговорил Оливер. — Я еду с тобой.