Сладкий подарок

      — Мне надо выпить! Точнее бухнуть, — заявил Елисей, когда они наконец-то вышли из ворот парка.       — У меня дома только шампанское, водки не держу, — уныло отозвался Артур.       — Не люблю шампанское, от него изжога, — поделился «дед мороз». Воспрянул, увидев неподалеку круглосуточный магазин: — Пива хочу! Зайдем?       «Снегурка» пожал плечами. Пошли в магазин.       В круглосуточном супермаркете, небольшом и довольно тесном, но зато полном всякой всячины, из покупателей оказались только они двое. За кассой скучала сонная продавщица, между дверями и кассой шатался не совсем трезвый помятый охранник.       Ходили между рядов порознь, всё-таки не парочка. Артур кинул в свою корзинку что-то из еды, ведро мороженого. И еще на тапки залип: плюшевые, красно-праздничные со снеговиками из пушистых помпонов. Елисей поймал оценивающий взгляд, брошенный на его сапоги. Ясно, значит, для гостя выбрал. Елисей смутился и порадовался — не придется в носках по чужой квартире шлепать, а вдруг у него опять дырка на большом пальце проносилась? Случался у него такой конфуз, на всю жизнь потом запомнил.       В ответ «дед мороз» положил глаз на витрину с женскими домашними носками: яркой расцветки, то с помпончиками на резинке, то с веселыми разноцветными пальцами, то с забавными мультяшными рожицами. Для пустячного подарка в самый раз.       — Иди на кассу, я догоню, — кивнул Елисей закончившему с шопингом спутнику.       Всё-таки рука тянулась к красным носкам в снежинку, с бантиком и милыми кисточками...       Пока Артур стоял на кассе, а сонная продавщица вяло пробивала покупки, в магазин вошел грабитель. То, что этот мужик пришел не за пивом, говорила черная лыжная шапка, скрывавшая половину физиономии, и летние солнечные очки, непроглядно зеркальные. Кто ж ночью так нарядится, кроме злоумышленника?       Переглянувшись с охранником, моментально ушедшим в тень, грабитель вынул из кармана пуховика пистолет и навел на кассиршу:       — Эй, тетёха? Не моргай зенками, соображай! Гони все деньги из кассы!       — В-вам пакет нужен? — машинально выдала продавщица.       — А сама как думаешь? — хмыкнул грабитель.       Артур стоял с кошельком в руке, терпеливо ждал своих покупок.       Елисей выглянул из-за стеллажей и спрятался обратно, быстро набрал на мобильнике недавний номер, зашептал в трубку:       — Алё, Люсь? Проснулась? Ты всё еще там, при трамваях? Ага, отлично. Бери полицию и дуй через парк. Не обращайте внимания, там сатанисты черную мессу справляют. Вы дуйте дальше, к главному выходу. Тут магазин грабят. Ага, только ты шустрей давай!       Между тем продавщица открыла кассу и стала доставать из ящичка купюры.       — Чего время тянешь, дурында? — поторопил ее налетчик, помахал перед носом пистолетом. — Если красную кнопку жмешь под столом, то зря: у вас система охраны третий месяц не работает, гы-гы-гы!       Нахмурившись, продавщица истерично задрожавшим голосом объявила:       — Я сама знаю! Мне пересчитать деньги нужно, чтобы точно знать, сколько тебе отдала. Иначе, если дебит с кредитом не сойдется, эти деньги из моей зарплаты вычтут и меня уволят!       — Ну, считай, коли так, — разрешил грабитель. — Мы никуда не торопимся.       Он, чтобы дышалось легче, высунул из выреза лыжной шапки нос, похожий по цвету на отмороженную свеклу. И заухмылялся на ледяной взгляд Артура.       — Вы тогда на камеру слежения считайте, чтобы доказательство было, — подсказал продавщице Артур.       Плюнув, кассирша развернулась к невидимой камере другим боком и принялась пересчитывать деньги заново.       Грабитель оживился, завертел головой:       — Скрытая съемка, значит? Ну-ну! Не даром мне Петрович сказал эту придурошную шапку напялить! Молодец, Петрович, сообразил! Хы-гы-гы!..       Он оглянулся на слинявшего с лица охранника.       — Идиот, заткнись! — зашипел мужик, косясь кровавым от давления глазом на кассиршу, но та была слишком занята. — Чо гонишь? Я тебя не знаю! И вообще, хватит своим пистоном тут трясти, проваливай!       Грабитель поржал — и направил ствол в голову Артура, бросил охраннику:       — Сам заткнись! У меня тут заложник. А ты, дамочка, давай-ка сюда свой кошелек! Экая ты богатенькая... — Он сунул свой свекольный шнобель в портмоне, но не тут-то было.       — Как вы меня все достали сегодня! — вздохнул Артур.       Елисей, подкрадывавшийся сзади с тяжелой бутылкой шампанского наперевес, не успел глазом моргнуть, как всё разрешилось без его вмешательства: удар-удар, подсечка — и грабитель оказался лежащим на затоптанном полу, мордой в кафель. В загривок давил острый каблук, а рука с пистолетом оказалась высоко заломлена назад.       — Ах ты ж, трансвестит поганый!.. — заикнулся в возмущении охранник. Кинулся помогать подельнику, но на полпути тоже растянулся на полу, получив по макушке бутылкой.       — Зажигалка, ..., — выругался Артур на поддельное оружие.       — Пробейте нам покупки, пожалуйста, — попросил у кассирши Елисей. Та опасливо выглянула из-за прилавка, куда благоразумно спряталась в момент «боевых действий». — Очень выпить хочется.       — А вам исполнилось восемнадцать лет? — проблеяла продавщица, с облегчением возвращаясь к привычной деятельности.       — Обижаете, я же дедушка Мороз, мне тыщу лет в обед! — хрюкнул Елисей. Поправил накладную бороду для внушительности.       Кассирша захихикала.       — Носки не твоего размера, поменяй, — рассеянно заметил Артур, продолжая удерживать вяло рыпающегося грабителя.       — Пробивайте, всё нормально, — поторопил Елисей замешкавшуюся кассиршу. Та пожала плечами, сунула этикетку под сканер. — Не волнуйтесь, полиция скоро приедет. Они тут недалеко террориста брали.       — Да вы что? И это всё под Новый Год! Совсем народ сбрендил! — ахнула продавщица. Передав пакет, улыбнулась: — Спасибо за покупки, с вас пятьсот девяносто пять рублей. Приходите еще!       — Обязательно, — вздохнул Артур, расплатившись за обоих, махнул напарнику: — Некогда, потом отдашь. — Обратился к кассирше: — А у вас продают пластиковые стяжки? Ну такие длинные, с защелками.       — Я видела на складе, есть такие! — понятливо закивала продавщица.       — Мы бы этих вот связали, обоих, чтобы полежали тихонько в уголке. Нету сил полицию ждать, домой очень хочется. Они ведь неизвестно насколько задержаться могут, если в парке на сатанистов наткнутся.       — Минуточку, я сейчас найду! — прониклась сочувствием к симпатичному «снегурочке» кассирша.       ...Ало-синие огни осветили спящую улочку, когда «дед мороз» и «снегурка» успели отойти от магазина на порядочное расстояние.       — Ловко ты их скрутил! — не прекращал восхищаться Елисей. — Как лягушек распялил — ноги в руки: не квакнут, не подпрыгнут! Сразу видно опытного «бэдээсмэмщика»!       Артур устало улыбнулся в ответ:       — Куда разогнался? Сворачиваем, вон мой подъезд.       В подъезде сидела старушка-вахрушка. Увидав Артура с незнакомым парнем, закудахтала, высунувшись в окошечко своей комфортабельной конуры:       — Артур Александрович, что-то вы сегодня припозднились! А батюшки, неужто с мужиком сегодня? И с пивасиком, гляди ж ты, всё как положено, всё, как у людей!       — Тётя Маша, я домой, спокойной вам ночи!       — И вам сладких снов, ребятки! Хе-хе! Кхе-кхе!..       — Позитивная старушенция, — шепнул спутнику Елисей, пока ждали лифт.       — Классная, — кивнул Артур.       В конуре бубнил телевизор, кабельный канал.       — Ага, прикольная.       — Да нет, она была моей классной руководительницей, — пояснил Артур. Зашли в лифт, поехали. — Когда на пенсию вышла, здесь стала получать больше, чем в гимназии. И работа не в пример спокойнее. Да еще мама приплачивает, чтобы она за мной следила и ей докладывала.       — Живешь под колпаком? — ужаснулся Елисей.       Артур пожал плечами, мол, привык.       Перед дверью квартиры их ждал мужик в трениках и майке. Увидев вышедших из лифта, он прекратил остервенело жать на звонок, накинулся на Елисея:       — Это ты Артур? Ты меня залил, зараза! Уже два часа с потолка течет ручьем! Я только недавно ремонт сделал в ванной! Ты где шляешься, ...?!       — Артур — это я, — невозмутимо пояснил «снегурка», достал ключи, отпер дверь.       Мужик выпучил глаза, но, отдать должное, переварил и сопоставил быстро, несмотря на поздний час. Переключился с «деда мороза» на хозяина квартиры, продолжил ругаться, но заметно тише и без мата, неосознанно реагируя на женскую одежду. Увязался за ними в прихожую, сунул нос в ванную: и заткнулся.       В ванной у «снегурочки» был идеальный порядок и почти стерильная чистота. Только в углу на потолке расплывалось влажное пятно, но никаких утечек и плюющихся сорванных кранов не было в помине.       Артур прислушался к шуму от верхних соседей:       — Это Альбина наверняка. Она обожает засыпать в ванне. В панельных домах так бывает, надо посмотреть в подъезде.       Вышли на лестничную клетку, поднялись на пролет между этажами:       — Вот, я же говорил, — развел руками Артур на водопад, льющий по стене из щелей в стыке панелей. — Идемте к Альбине.       Сосед снизу, шумно пыхтя, больше не возникал, признав в «трансе» коллегу по потопу.       — Вы не волнуйтесь, она разгильдяйка, но не конфликтная, — заверил его Артур.       Дверь в квартире этажом выше распахнула откровенно нетрезвая и веселая женщина средних лет. Она была в лифчике и в юбке, криво натянутой поверх рваных колготок. Макияж размазан, волосы, с трудом сохранившие следы праздничной прически, всклокочены.       — Альбина где? — строго поинтересовался Артур.       — Ой, какие мальчики! — восторженно завопила дама, дыша духами и парами шампанского. — Девки, кто стриптизеров на дом догадался вызвать?! Тут и трансвестит на каблучищах, и дедушка Мороз, и атлет в трениках — ого, какой выбор!       Она резво затащила соседа и Елисея в квартиру, далее из прихожей в комнату к шумному девичнику. Артур уклонился и проскользнул прямиком в ванную. Елисей умудрился краем уха услышать, как он выговаривает соседке:       — Альбина! Ты опять устроила потоп! Сколько можно напиваться и почему обязательно нужно лезть пьяной в ванну? Не плещи на меня, дай краны закрыть!       — Это джа... ик! ...кузи! Артурчик! Ик! Я тебя обожаю, ты такой милашка! Ик! Пожалей меня, я опять брошенка! Ы-ы-ыы!.. Ик!       — Опять? Пятый мужик в этом году! Ты бы угомонилась, а?       — Прямо под Новый год! — ныла хозяйка ванны. — Он меня кинул, козёл! А ты такой зайка, Артурчик! Ик!       Между тем в комнате на стушевавшегося соседа и на «деда мороза» обрушилось всё хмельное внимание гуляющей компании из дюжины активных женщин.       — Дедушка Мороз, борода из ваты! Что ты нам принес?.. А дальше не помню стишок, ха-ха! Склероз!       — И правда — борода! Ух, какая мягкая да шелковистая! Я такие кудри себе пыталась делать на выпускной. Девки, оцените, у меня были длинные кудри, белые-белые, как эта борода! А потом они отвалились от перекиси и лака, хи-хи! Я ходила в институт в панамке, а-а! Упс, я оторвала резиночку у бороды. Ха-ха-ха!!!       — Пожалуйста, осторожнее, мне потом костюм возвращать, я его в аренду взял, — упрашивал Елисей, вежливо отбиваясь от лезущих под куртку и в штаны шаловливых рук.       Без бороды его опознали:       — Какой красавчик! Так и хочется поцеловать, ути-пуси!       — Девки, это же тот стриптизер! Ну, о котором я вам жужжала! У нас на корпоративке был вчера! Я его запомнила, он такой секси!       — Дедушка Мороз, а станцуй нам стриптиз? Ну позя-зя-я!       — Так ты стриптизер?       Елисей подпрыгнул, услышав сзади вкрадчивый голос.       — А что? — тупо спросил он.       — Ничего, — повел плечами Артур.       — Девки! — Их растолкала мокрыми плечами хозяйка квартиры, завернутая в полотенце, прошлёпала в комнату, плюхнулась на диван. Развела руками, рискуя потерять полотенце: — Девочки, знакомьтесь, это мой сосед Артурчик. Правда, он прелесть?       — Они все прелесть. Который?       — Вон тот, транс.       — А-а, Альбинка, можно, я перееду к тебе жить? Я тоже хочу такого соседа!!!       — Ни-зя! — выставила вверх палец хозяйка.       — Альбина, это твой сосед снизу, — представил Артур мужика. — Ты его залила.       — Матвей, — представился сосед.       — Матвей? Ты будешь снизу? — округлила шальные глаза Альбинка.       — Буду, — рискованно кивнул сосед.       Квартиру сотряс восторженный визг женского хора поддержки.       — Пошли скорей отсюда, — потянул Артур «деда мороза» за рукав.       — Погоди, моя борода...       — Завтра утром заберешь, ничего с ней не сделается, — отмахнулся Артур. Прищурился: — Или ты хочешь остаться и подработать стриптизом?       — Я неофициально не работаю, — насупился Елисей.       — А вы куда?!       Не успели сбежать, как их отступление засекли.       — Останьтесь с нами!       — Мы вас не отпустим!       — Мальчики, вы обязаны устроить для нас стриптиз! А мы станцуем для вас! Машка, включи Аллегрову!       — Тут Мадонна есть, Аллегрова треснула!       — То есть как?       — Ленка на диск задницей села!       — Во зараза!       — Я случайно, бабоньки, самой до соплей жалко!       Елисей, пользуясь смятением в бабских рядах, вызволил свою бороду. Однако ретироваться в прихожую им опять не позволили. Артур аж вскипел:       — Отстаньте уже! Это мой парень, не лапайте его!       — Артурчик, ты завел себе мужика?! — восхитилась Альбина, ради такой новости даже отлипла от осоловевшего Матвея. — Наконец-то! Девочки, это соитие... то есть, событие нужно отметить! Наливаем всем полные бокалы!       — А если он врет? — заподозрили некоторые гостьи, не желая выпускать красавчиков из рук. — Пусть докажет!       — Правильно! Пусть поцелуются!       — Целуйтесь! Целуйтесь! Горько! Горько!.. — заскандировали «болельщицы», замахали кто елочной потрепанной мишурой, кто лифчиками.       Елисея развернули к Артуру, обоих подпихнули под попы, чтобы встали теснее друг к другу.       — Не отвяжутся, — вздохнул Артур, нахмурившись и слегка зарозовев скулами.       — Подставляй губы, чо ж, — согласился Елисей.       — Не противно? — метнул взгляд из-под наклеенных ресниц «снегурка».       — Потерплю, — фыркнул «дед мороз».       Они осторожно, точно пробуя горячее, прикоснулись друг к другу. Елисей, распробовав фруктовый вкус блеска для губ, моментально втянулся в процесс. Впрочем, Артур тоже распалился мгновенно, не отставал в активном движении языком, заставляя «деда мороза» плавиться от непривычного напора.       Они не сразу сообразили, как тихо стало в квартире.       — Девчонки, — всхлипнула одна, — всё-таки геи такие нежные сволочи.       — И не говори — эгоисты! — согласились с ней. — Мы их рожаем, а они нам фиг с маслом — сами с собой трахаются. Паразиты!       — Валите отсюда, пока мы вас не раздели и не изнасиловали, — вздохнула старшая из компании. — Девчонки, у меня Аллегрова на флешке есть, избранное. Есть, куда воткнуть?              ______       ВНИМАНИЕ! Дальше будут пошлости. Кто читал ради джена, имейте в виду!              Влетев в свою квартиру, Артур трясущимися руками запер дверь. Махнул Елисею идти на кухню:       — Ставь воду под пельмени, там кастрюлька возле мойки. Я сейчас.       И закрылся в ванной.       Надолго.       Вода успела пойти мелкими пузырьками. Елисей, смущаясь, залез в холодильник, проверил наличие салатиков, истек слюной, позволил себе украсть кусочек колбасы, чтобы не завыть с голодухи. Потом всё-таки постучался в ванную:       — Вода закипает! Ты скоро?       — Пельмени на балконе, запускай.       Голос прозвучал слишком подозрительно.       — Ты там в порядке?       — Да... Нет. Наверное, мне нужно в больницу. Извини.       Елисей без спроса открыл дверь: «снегурка» стоял, уперев руки в бортик раковины, испепеляя самого себя ненавидящим взглядом через зеркало. Без шапки он оказался вихрастым блондином, пушистые непокорные локоны были пострижены неровно, слишком коротко для девичьей прически и довольно длинно для мальчиковой. Ему безумно шло. Даже без наклеенных ресниц и с полустёртым макияжем он выглядел мило, как рождественский ангел с коробкой шоколадных яиц.       — Ты не саб, ты паж эпохи барокко, — вырвалось у Елисея.       — Что? — не понял Артур, очнувшись от своих нерадостных мыслей. Смутился, стал было поправлять одежду, но понял, что и без суеты выглядит по-идиотски, опустил руки.       Елисей вспыхнул, поняв, в каком виде его застал: блузка наполовину расстегнута, юбка топорщится спереди и задрана сзади, колготки и белье спущены до колен.       — Что у тебя случилось? — напрягся Елисей. — Тебе плохо? Может, «скорую» вызвать?       — Если вызову, тетя Маша тут же доложит родителям, — кисло усмехнулся Артур. — Да и по такому поводу вызывать... А если в травмпункт... там тоже... О, боже... Сказать даже стыдно: у меня вибратор застрял. Пока бегали туда-сюда, ушел глубже. И включается каждые пятнадцать минут на автомате. Я уже не могу.       Елисей поперхнулся, уточнил:       — Достать пытался?       — Сам как думаешь? Пальцами не дотянуться.       — А поднатужиться и пу... выпихнуть?       Артур застонал в ответ.       Елисей вспомнил о кастрюльке с водой, сбегал на кухню, выключил, чтобы не выкипела. Вернулся:       — Как же тебя угораздило-то?       — Это было условие госпожи, чтобы я приходил на свидание в полной готовности, — пробормотал Артур. — Поэтому в юбке удобнее, чем в брюках.       — Вот же садистка, ... ! — не сдержался Елисей. — И всё это время он в тебе вибрировал?       — Угу. Он маленький, обычно вытаскивали быстро, сразу в кафе, в женском туалете. А еще это кольцо...       — Какое кольцо? — Елисей чувствовал, как волосы на голове дыбом поднимаются от всех этих штучек.       Вместо долгих объяснений брошенный саб покорно приподнял юбку спереди.       — ... ... ...! — смачно выругался Елисей, присев на колено. — Он же у тебя фиолетовый! Еще немного — отсохнет и отвалится. Ни хрена себе фокусы!       — Было еще терпимо, пока нас не заставили целоваться, — всхлипнул Артур, пряча лицо в ладонях.       — Так, не реви! Больно, но терпи, ты же саб, а не баба! — прикрикнул на него Елисей. Осмотрел страдающий орган, стараясь прикасаться как можно осторожнее, но Артур всё равно всхлипывал и шипел сквозь зубы. — Вот это кольцо? Ну и садизм! Погоди, силикон я без врачей срежу. Где у тебя кусачки, пассатижи или что-нибудь?       — Там, в шкафу в прихожей. А тебе... не противно? Всё это...       — Заткнись. Иди-ка в комнату, тут не развернуться.       — У тебя были парни? — не удержался от вопроса Артур. Послушно просеменил к дивану, по пути держась за стены. Со стоном лег, откинувшись на подушки, потому что сидеть было больно.       — Я же стриптизер, думаешь, не видел чужие пенисы? — хмыкнул Елисей, возвращаясь к несчастному с найденными кусачками. Помог избавиться от колготок и белья, чтобы не стреноживали. — И да, был у меня парень. Однажды. В школе. Он был хулиган, я ботаник. Я был снизу, мне не понравилось. После этого я стал ходить в спортзал.       — У меня была похожая ситуация, — вспомнил Артур, чтобы отвлечься от невыносимых манипуляций под юбкой. — Только я учился в элитной гимназии, там все родители друг друга знали. Так что меня прижимали к стенке старшеклассники, но против воли не насиловали, боялись моего папу. И охранника, который ждал меня после уроков. А добровольно я не давался.       — И кто у тебя отец? — спросил для поддержания разговора Елисей. Скользкое гадское кольцо никак не хотело поддаваться лезвиям кусачек.       — Если узнаешь, перестанешь меня уважать, — вздохнул Артур.       — Это ты стриптизеру говоришь? — фыркнул Елисей. Кольцо наконец-то удалось подцепить, осталось поднажать и перекусить. — Если отец терпит твои фокусы с переодеваниями, то его нельзя не уважать уже только за это. Есть! Получилось!       — О, боже! Спасибо! — с неописуемым облегчением вздохнул Артур. — Отец... он терпит, потому что я встречаюсь... встречался с девушками. Если бы я был настоящим трансом или геем, мне бы влетело.       Он приоткрыл зареванные глаза и встретился взглядом с низко нагнувшимся к нему Елисеем.       — Переворачивайся на живот, — усмехнулся тот. — Продолжим операцию по спасению. Попробую помочь тебе расслабиться, чтобы ты сам вытолкнул эту штуковину. Собрать снега на балконе в ведерко для шампанского?       — Ты же не любишь шампанское? — удивился Артур, послушно переворачиваясь. Сгорая от стыда, приподнял зад, чувствуя горячую ладонь на половинках, убирающую юбку повыше.       — Это чтобы ты свой агрегат несчастный в снежок сунул, для охлаждения, — хрюкнул Елисей.       — Нет уж, спасибо!