Вы ненавидите меня так страстно

      Мун находилась в состоянии полного непонимания происходящего. Она сидела на кровати, пустым взглядом впившись в пространство перед собой, и слушала гул в своей голове. Принцесса осознавала, что в этой комнате, где-то справа, в ее кресле, сидел Тоффи, но смотреть в его сторону очень не хотелось. Трещинки на сухих светло-розовых губах горели огнем. Этот жар разгорелся из-за одного тихого-тихого слова, сорвавшегося с дрожащим вздохом: оставайся.       Она разрешила.       Она позволила.       И он остался. Остался, и это не удивляло первые несколько секунд.       А затем Флай захотелось закричать от осознания, что же она натворила. Она — принцесса Мьюни — будет ночевать в одной комнате с монстром. Это явно выходило за рамки нормального и ненормального.       Богиня, как же ты это допустила? — Ты не очень гостеприимная, да? — Лизерд подпер морду рукой.       Заговорил впервые после ее разрешения. — Да. — Я думал, тебе нужно уметь хорошо обращаться с гостями на ваших вечерах. — Но мы-то не на вечере, — Баттерфляй переплела пальцы в замок, больше не совершая никаких телодвижений. Даже дышать пыталась как-то поскромнее.       Наступила небольшая пауза. И теперь Мун не могла определиться, что для нее хуже — молчать с ним или говорить. С одной стороны, молчание несло неопределенность, и можно теряться в многочисленных теориях о возможных размышлениях Тоффи. С другой, говорить с ним сейчас было слишком неловко. Неловко даже для всех тех многочисленных неловкостей между ними. — Если я тебе так противен, зачем разрешила остаться? — ящер говорил совершенно будничным, спокойным тоном. Казалось, он и вовсе завел ничего не значащий разговор о погоде. — Просто понадеялась, что после этой услуги ты наконец решишь оставить меня в покое, — прошипела принцесска, хоть пару секунд назад и сама не могла объяснить причину своего поступка. — Так дело не в том, что тебе стало меня жаль, ты увидела во мне собрата по несчастью или что-то такое? — монстр даже не пытался скрыть своей иронии. — Конечно нет, — фыркнула Флай и замерла. Медленно повернулась в сторону Тоффи, меняясь в лице. — Ты... Ты сказал весь этот бред специально? — девушка поднялась с кровати. — Пытался надавить на мое сочувствие? — Конечно нет! — Лизерд передразнил принцесску, театрально вскинув руки.       Всю сонливость как рукой сняло. Он обманул ее. Он. Посмел. Обмануть. Ее. Ложь вдруг показалась слишком большим оскорблением в сторону принцессы. Она могла принимать все эти едкие словечки, вульгарные намеки, насмешки, в общем, всякие попытки задеть ее в открытую. Ведь в своей ненависти друг к другу они были искренни.       По крайней мере, в это верила Баттерфляй до этого дня. Ведь Лизерд сам просил ее не скрывать своего истинного отношения к нему. Ведь именно поэтому Флай посмела честно признаться, что испытывает к нему не просто банальную неприязнь, а ненависть.       В такой вражде был смысл. Эта открытость и искренность придавала Мун и Тоффи некоего достоинства, подобно рыцарям, сражавшимся на турнирах ради дамы сердца.       Мун стало и обидно, и смешно. Она, дурочка такая, идеализировала свои чувства к монстру. А оказалось, что между ними лишь грязный комок неопределенностей и стереотипов, навязаных с детства.       Обидно.       И смешно.       Но обидно-таки больше. — А может, сейчас я тебя обманываю, для того, чтобы ты решила, что те мои слова — ложь? — Лизерд, сам того не зная, прервал только зарождающуюся бурю в душе девушки.       Прежде, чем она успела полностью осознать слова ящера, Тоффи продолжил. — Или же мой обман в том, что на самом деле я таки соврал тебе в первый раз, и все это лишь для того, чтобы ты меня не выгнала? — можно было точно сказать, что монстру нравилась эта игра. Он даже не старался скрыть этого. Быть может, это была очередная уловка или скрывать эмоции было бессмысленно? Флай не знала. Теперь она совсем ничего не знала и могла только удивленно таращиться на парня. — Богиня, тебе совсем нечем заняться? — кое-как справившись со своим возмущением, принцесса вновь смогла говорить. — И поэтому целыми днями ты планируешь, как свести меня с ума? — Ох, нет, — Тоффи покачал головой. — Поверь, план у меня уже давно составлен.       И вот вновь начинается очередная замысловатая игра. Баттерфляй поняла это по его усмешке, которую он попытался скрыть за лапами. — Это. Уже. Не. Смешно, — девушке начало это надоедать.       Объяснения этому поведению Лизерда не находилось. Разве что наивное «ну, это же он». Ведь ящеру всегда была свойственна загадочность и желание подпортить ей жизнь. Но в последнее время Тоффи начал действовать иначе. Баттерфляй пока не могла понять, что именно изменилось, но эти изменения были. В его интонации, шутках, наклонах головы, попытках к ней прикоснуться. — Я тебя совсем не понимаю, — призналась Мун, совсем уже успокоившись. — Вот и чудно. Я бы расстроился, если бы ты так быстро раскусила меня, — монстр откинулся на спинку кресла, сложив руки под голову. Выглядел он слишком расслабленным. Либо пытался казаться таким, чтобы в очередной раз запутать Баттерфляй. — Ох, с меня хватит, — Баттерфляй потянулась за своей волшебной палочкой, заметно шокировав монстра. Девушка в начале не поняла, что вызвало такую бурную реакцию, но перевела взгляд на семейную реликвию в руках и все поняла. — Не переживай ты так. Я просто хочу расстелить кровать. — С помощью... магии? — Тоффи недоумевал. — Да, — и с этими словами принцесса направила луч на свою кровать. Тут же подушка взбилась, одеяло растелилось, а простынь заправилась. Покончив с приготовлениями, Флай спрятала палочку под подушку и отряхнула руки, будто только что покончила с пыльной работенкой. — Вот и все. — Я думал, такие, как ты, не тратят волшебство впустую, — монстр решил, что ему тоже пора готовиться ко сну. Мун выделила ему для этого целое кресло и чистое постельное белье. — Я и не трачу его впустую, — девушка залезла под одеяло. — Как мне еще было справиться с этим? — Вручную? — усмехнулся Тоффи, наглядно демонстрируя, как же с этим можно было «справиться». Управился монстр довольно быстро, а самое главное, его постель выглядела весьма аккуратно.       Мун оставалось лишь удивленно наблюдать. Слово «вручную» ее правда удивляло. Во дворце всеми этими вещами занималась прислуга, а в новой квартире Баттерфляй полностью положилась на волшебную палочку, даже не думая, что могла бы обойтись без нее. Это же так... не по-королевски. — А что насчет готовки? — монстр принялся раздеваться. — Магия, конечно же, — хмыкнула Мун, отвернувшись к стенке. Конечно, не потому что ее смущал обнаженный торс парня. Нет-нет. Чего ей смущаться? Просто принцесса видела его без верхней одежды и так уже слишком часто, как для существа, которого она ненавидела. Пора уже с этим завязывать.       Пора завязывать с ним. — Так наша принцесска не умеет делать самые обыденные вещи? — кресло заскрипело, но хриплый смешок Лизерда это не скрыло. — Мне некогда заниматься этими глупостями, — зашипела девушка, натягивая одеяло повыше, мол, все, я сплю уже. — Подумать только, наша маленькая мисс Идеальность не такая уж и идеальная, да? — не отступал Тоффи, он уж совсем не устал за сегодняшний день, а издевки над Баттерфляй еще больше его подпитывали. — И почему ты тогда не умер, — застонала Мун, уткнувшись носом в подушку. Может, хоть себя удастся придушить. — Ты что-то сказала? — Говорю: «спокойной ночи»! — уже погромче произнесла принцесса.       Конечно, она могла бы продолжить их словесную перепалку, но ни сил, ни желания уже не было. У них всегда найдется возможность и причина перегрызть друг другу глотки, но сейчас девушке хотелось наконец погрузиться в сладкие сновидения и позволить своему телу отдохнуть. С помощью магии Флай выключила свет и, наконец, прикрыла глаза. — Спокойной ночи, милая, — проворковал Лизерд. — Просто заткнись.       И наконец тишина. Долгожданная. Уже не неловкая, а столь необходимая и желанная. Баттерфляй облегченно выдохнула и поудобнее устроилась в своей теплой кровати. Даже присутствие Тоффи больше не напрягало. Девушка так и не поняла, какая ложь ящера была настоящей, но и это уже не важно. Она позволила ему остаться. А завтра он уйдет. И все. Они просто забудут об этом. — Эй, знаешь, я рад, что ты не воспринимаешь мои шутки всерьез, — правда, монстр молчал недолго. — Было бы неловко, если бы ты вдруг решила, что между нами может быть что-то. — Между нами сейчас будет мое копье, если ты не дашь мне поспать, — резко отчеканила Мун, даже приподнявшись в кровати.       Тоффи тихо засмеялся. — Ладно-ладно. Спокойной ночи, принцесска.       Флай опустила голову обратно на подушку. Сквозь пальцы пропустила серебряные пряди, задумчиво их разглядывая. Нервно поджала губы. Фыркнула. И закрыла глаза.       Вот еще! Что-то, да между ними? Она никогда в жизни бы об этом не подумала.

***

      С кухни доносился аромат чего-то вкусного. Мун, все еще сонная, отметила то, что кресло вновь было собрано, а постельное белье аккуратно сложено. Прошла в соседнюю комнату, уже придумывая едкие фразочки для монстра. Она выспалась и готова была цапаться с Тоффи хоть целый день. Но на кухне принцессу встретила лишь тарелка с блинчиками и чашка с еще горячим какао. На спинке стула висел фартук, к которому Флай ни разу так и не прикоснулась. Воображение тут же нарисовало образ Лизерда, хлопотавшего по кухне в этом милом розовом фартучке. Мун села за стол, решив, что неплохо бы позавтракать и вдруг поняла, что она улыбается.       Улыбается, потому что думает о Тоффи?...       Баттерфляй отрезала кусочек блинчика и отправила его себе в рот.       Просто это смешно. Все эти попытки Тоффи смешны. И сам он смешон. Ничего такого.       Но самым смешным этим утром оказался пиджак Лизерда, благополучно забытый в коридоре. И почему-то Мун казалось, что это совсем не случайно.