Печальный обмен

Вообрази, если можешь, двор - Целый океан цветущих фиалок, Alex Clare – When Doves Cry

От цветочного запаха хочется чихать и кружиться, кружиться, кружиться, чтобы подол платья развевался на ветру, а смех ударялся о стены. Нежно-сиреневые фиалки, вплетенные в копну рыжих волос, делают Сансу похожей на нимфу, которой приносили жертвы где-то в рощах Эллады, ей и самой хочется плясать и улыбаться, отражаясь в прозрачной ручейковой воде. На её улыбку невозможно не ответить — мастер, что сделала ей прическу, не сдерживается и хихикает вместе с ней. Санса глядит в огромное зеркало до потолка и не может поверить, что видит себя. Девушка в отражении просто не может быть ею. Она вспоминает, как мать вплетала ей цветы в косички, когда они отдыхали у озера, пока отец показывал Арье и мальчишкам, как правильно рыбачить. Эти светлые моменты с полевыми цветами, нежными руками матери и гомоном голосов и заставили её выбрать цветы вместо традиционной фаты. Она смотрит и понимает, почему ей всегда говорили, что она больше похожа на мать — когда она улыбается, то становится копией Кейтилин в юности. Она видела фото и знает. Ей грустно, что отец не поведет её под венец, а мать не стоит сейчас рядом и не помогает в предсвадебных хлопотах, но Санса напоминает себе, что теперь у неё есть Петир — главная опора и поддержка, и она больше не одна. В начале декабря обильные ноябрьские дожди только усиливаются, и Лондон погружен в вездесущий туман. В городе сложнее справиться с осадками, по крайней мере, ей. Она привыкла к жизни в пригороде, к небольшой школе, куда возил их отец, к особняку и стуку капель по крыше. Тихий уклад сменяется суетой, и она постоянно куда-то торопится и бежит, подгоняя стрелку часов и листы календаря. Она упрашивает Петира украсить дом — Старки всегда занимались этим в начале декабря, стоило зиме только ступить на порог, и Санса не собирается отказываться от этой традиции. К её удивлению, Бейлиш приносит коробку со старыми игрушками, каждая из которых аккуратно упакована в мягкий материал, и они вместе наряжают небольшую ёлку в гостиной. Она замечает, как его пальцы задерживаются на некоторых шарах и стеклянных фигурках, очерчивая линии, а перстни со звоном ударяются о стекло. Петир рассказывает ей о матери, которая умерла, когда ему было пять, и о том, как он смутно помнит её бережное отношение к ёлочным украшением, которых в доме было не так много. Санса слушает жадно, проводит ладошкой по его плечам, утыкается носом в волосы и не задаёт лишних вопросов, давая ему выговориться. Она улыбается больше, чем за весь год жизни у Ланнистеров, и это замечают окружающие. От них так же не укрывается факт того, что на её пальце появилось аккуратное кольцо из белого золота. Оно блестит зеленью камней на свету, и Санса только заправляет волосы за ухо и скромно отвечает на вопросы одногруппниц — ей привычна роль скромницы, которая была её натурой до того, как трагедия семьи заставила быть жестче. Роз, похоже, ненавидит её, и Санса только сладко ей улыбается. — Мистер Бейлиш занят, — цедит секретарша, сверля её взглядом. Пожав плечами, Санса демонстративно оглядывает офис, замечая скупое украшение в виде серебристой гирлянды и кислую мину Роз, а после выдыхает, похлопав ресницами для эффекта: — Тогда я прогуляюсь. Она бы не отказалась от легкого перекуса, а в офисах частенько ставят автоматы с шоколадками и водой, так что Санса ставит себе целью найти такой. Всё равно, ей нужно скоротать время, пока Петир освободится (её визит — спонтанное решение, блажь из-за радостного настроения). Она вышагивает по темно-серому ковровому покрытию, вспоминая, как когда-то приносила отцу обед в офис. Хмурит брови, скользя взглядом по дверям с прозрачными стеклами, а после вдруг улавливает знакомый голос. Старые привычки умирают с трудом, и она с любопытством подходит ближе к звуку, так, что может услышать обрывки разговора. — … убьют. А какой им от неё толк? Джоффри со дня на день загремит в тюрьму, и мамочка уже точно его не отмажет. Ты сам знаешь, что она с катушек слетит из-за любимого сыночка. — Я и сам это прекрасно понимаю, не нужно разъяснять мне истины, как ребенку. — Мизинец, только не говори, что размяк. Арья Старк — лишние проблемы, и надо припрятать этот козырь до лучших времен. Санса сильнее хмурит брови, услышав имя сестры. Прикусывает губу, вслушиваясь в разговор. — Я разберусь. Мои люди объяснят ей, что лучше тут не появляться. Нельзя упускать её из виду. Голос Петира совсем не похож на теплый тембр, которым он шепчет ей на ухо. Этот тон холодный и расчетливый. Он без труда подпишет смертный приговор любому, кто встанет на пути, и Санса делает шаг назад, осознавая две вещи: Арья где-то близко и Петир скрывал это от неё. Она почти бежит из офиса компании, дыхание сбивается, а ладони потеют, и Санса останавливается в парке, чтобы сесть на лавочку и решить, что делать дальше. Видеть Бейлиша не хочется, не сейчас, она не готова услышать ответы на свои вопросы. Санса достает из кармана мобильный, с пару минут вертит его в руках, а после набирает смс:

Среда, 21 декабря Я переночую сегодня у Мирцеллы [18:46] Готовим вместе проект [18:48]

Когда она садится в такси и называет адрес съемной квартиры Мирцеллы и Тристана, на экране всплывает оповещение:

Постарайтесь не задерживаться допоздна [19:01] Хорошие девочки ложатся спать рано [19:02]

Этим вечером они с Целлой лежат на полу с бутылкой вина, и Санса не может остановиться — она говорит о семье, об Арье, пока глаза не начинают слипаться, а слова путаться. Мирцелла сжимает её руку, и они позволяют себе потеряться в воспоминаниях.

***

Джендри говорит ей быть осторожней каждый чертов день, он начинает с этой фразы утро и произносит её вместо «спокойной ночи». Ей нравится его забота (хотя, конечно, гордость не позволит признать это вслух), но дотошность, с которой он повторяет одни и те же слова, бесит. Она бьёт его в грудь и кусает губы, но он продолжает согревать её в медвежьих объятиях. Они скрываются вместе — она от призраков прошлого, он от туманного будущего. Может, ему просто нужно было о ком-то заботиться, найти якорь, Арья не против, правда. Ей теплее от того, что он обрабатывает сбитые костяшки пальцев антисептиком и учит её первой помощи (кажется, он когда-то мечтал стать врачом). Игра в прятки с детства ей удавалась лучше других. Она затолкнула чувства глубоко, но вот ей восемнадцать, и она пробралась в город, где убили её семью, потому что совесть напомнила о брошенной сестре и брате. Она знает, Санса не оставит Рикона, и будет защищать его, но кто защитит её? Арья прижимается к Джендри, дышит его запахом, пока он спит, и сжимает сильнее глаза, будто так чувство вины отойдет на второй план. Она решает хотя бы убедиться, что у Сансы, её занозы и боли в заднице, идеальной девочки, всё в порядке. Сначала Арья не понимает ничего: ни мужчины рядом с сестрой, ни самой сестры, ни того, что за чёрт творится, но чем больше наблюдает (всегда из-за угла, постоянно в тени), тем сильнее убеждается, что плакса Санса стала другой. Она кажется жестче, сильнее, и… счастливее. Арья не верит своим глазам, видя сестру, сжимающую руку Мизинца, седьмое пекло, его улыбки, их поцелуи. Она надеется, что Санса знает, что делает.