Печальный обмен

Шепчу, шепчу, шепчу, шепчу, Падая сквозь ивовые ветви. Alex Clare - Whispering

Тридцатое декабря встречает обманчиво-теплым солнцем, но когда Санса идёт по Оксфорд Стрит, начинается дождь. Она шипит под нос проклятья, забегает в ближайшее кафе и звонит Мирцелле, чтобы та не искала её на улице. На душе тревожно и не покидает ощущение, что кто-то следит за каждым движением, но Санса отмахивается от него, как от назойливой мухи. Она думает, что это Петир внушил ей это состояние — он после встречи с Арьей сам не свой, и множество раз сказал ей быть осторожной, но после новости о том, что Джоффри за решеткой, ей дышится легче. Санса безмятежна и готова простить Бейлиша за ложь, ведь Арья жива и в порядке. Конечно, она уже не в Лондоне, потому что опасность никуда не делась. Она не одна, это радует. У неё есть надежный и влюбленный по уши парнишка, судя по всему умеющий обращаться с оружием (Санса видела пушку на столе). Санса помнит, как менялось лицо сестры при имени «Джендри», словно спотыкалось на девчачьем «бойфренд» и ей так не хватало их пикировок, что она смеялась почти до слёз. Нужно потерять, чтобы понять, как дорог тебе человек, вот уж точно. От Арьи пахнет мылом, немного пылью, сладкой жвачкой и домом. Когда они прощаются, обе знают, что не навсегда. Зима уже наступила, и скоро они смогут воссоединиться, не боясь. Это лучший подарок на Новый год за последние несколько лет. Ей хочется обмануться мыслью, что Петир тот самый, если не принц, то рыцарь, который спасает её от Ланнистеров и угроз мира. Он — её учитель, и у неё нет других вариантов — только верить ему. Когда Мирцелла садится напротив, то Санса уже успела согреть руки чашкой латте с корицей. Она выныривает из омута воспоминаний и робко улыбается подруге, которая разматывает зеленый шарф. — Как ты? И всё же, Джоффри был её братом. Санса не может представить, каково иметь такого брата, как он, и она благодарна судьбе за Джона и Робба. Их больше нет, но в сложные моменты она зажмуривается и думает, какими сильными и храбрыми они были. Ради памяти о них она готова бороться. — Мне… легче. Это ужасно говорить так, когда мама так разбита, а дядя Тирион вообще куда-то испарился, и вокруг такая разруха, но… — Мирцелла выдыхает, собираясь с силами, стискивает салфетку, а потом отпускает её. — Я теперь не боюсь приходить домой. Только маму жаль, она такого не заслужила… Санса протягивает руку, сжимает холодную ладошку Целлы и пытается передать ей частичку своего понимания. — Он нехороший человек, мы обе это знаем. Может, в тюрьме его исправят, — это ложь, но Мирцелла кивает, и на пару минут воцаряется молчание. Дождь бьет по стеклу, на мгновение Сансе кажется, что на той стороне дороге мужчина выглядит подозрительно, но потом она приходит к выводу, что если каждого прохожего подозревать в шпионаже, то легко сойти с ума. Она делает глоток всё ещё теплого кофе, пока Мирцелла делает заказ. У неё волосы от влаги вьются на концах, и Санса вспоминает, как её брат когда-то заметил это, чем вызвал бурю восторга у юной Целлы. Интересно, что бы сказал Робб, будь он сейчас здесь. Санса ведет плечами и едва не пропускает вопрос подруги. — Как у вас с Бейлишем? — Мы вроде как поссорились. Видя искреннее недоумение на милом лице Мирцеллы, она вздыхает, начиная водить кончиком пальца по ободку кружки. — Я поймала его на лжи, если быть точной. — Он изменил тебе? — Нет, нет, ничего такого. Просто... всё было так идеально, и я была в нём уверена, а тут… не знаю, как теперь ему доверять. Она не должна рассказывать никому об Арье, как бы не хотелось. Если Мирцелла и обращает внимание на избежание подробностей, то не спорит. Она слегка тянет уголки губ вверх, глядя на Сансу ласково-нежно. Её спокойствие и умиротворение всегда поражали, особенно в контрасте с характером матери и брата. — Отношения — это не только постоянное взаимопонимание. Особенно в вашей ситуации. Не думаю, что он соврал тебе во вред. Уверена, он желал лучшего. По крайней мере тебе. Не сказать, что я, хм, верю ему, разные слухи ходят, но в отношении тебя он кажется… надёжным. — Спасибо. Правда, Мир, ты чудо. Она снова подносит чашку к губам и выдыхает. На душе становится спокойнее.

***

Все чувства бьют тревогу, хотя на его лице не отражается ни единой из всего спектра эмоции. За много лет Петир научился играть и надевать маски, проблемой было только не потеряться в их разнообразии. Он с приклеенной усмешкой слушает, как Серсея шипит, что все Старки поплатятся, не уточняя за что. Она выглядит почти безумной, меряет шагами офис и делает кучу звонков. В этот раз её связи не работают. Она забывает или просто думает, что ему плевать, говоря о своей ненависти к северному семейству, и Бейлиш раздумывает, как незаметно достать телефон и написать Сансе, просто чтобы проверить, что она в порядке. Ему не нравится ситуация, хотя он и предвидел такой исход. — Ты знал, ты знал, что эта маленькая сучка Старк была в городе? — она подходит к нему вплотную, обдавая запахом вина и сигарет. Довольно интересно наблюдать, как одна из самых привлекательных женщин города, превращается в блеклую тень самой себя. Петир не любит портить красивые вещи без необходимости. — Если бы я знал, я бы тут же решил эту проблему, — он делает вид, что обижен её комментарием. На самом деле, взвешивает, настолько катастрофичен ущерб, и корит за безрассудство. — А вот твоя невеста знала. Не можешь держать её на коротком поводке? — Уверен, что это недоразумение. Санса не могла знать, она бы мне сказала. — Как мило, что у вас такие доверительные отношения, — шипит Серсея и разворачивается на высоких каблуках, чтобы тут же пройти к своему столу и взять в руки мобильный. — Можешь быть свободен, Мизинец, у меня есть дела поважнее, чем пустой трёп с тобой. Выходя за двери кабинета, он набирает номер Сансы и с облегчением выдыхает, когда она берет трубку со второго гудка. — Где ты? — Привет. Что-то случилось? Я в кафе с Мирцеллой. — Когда будешь возвращаться, нигде не задерживайся и напиши мне, я пришлю за тобой водителя. — Что не так? Ты можешь сказать? — Ничего, милая, просто хочу перестраховаться, не волнуйся. Отдыхайте там с мисс Ланнистер. Нужно бы приставить к ней кому-нибудь для охраны. Мало ли на что способна львица в таком состоянии. Бейлиш определенно не хочет рисковать, когда ставки так высоки. Приходится задержаться, потому что всем вдруг понадобилось его присутствие, начиная Джейме и заканчивая сотрудниками низшего звена. В итоге, Петир заходит в дом на три часа позже, чем рассчитывал первоначально, раздраженный и встревоженный. Он сбрасывает пальто и пиджак, закатывая рукава рубашки, и проходит в кухню, чтобы налить себе выпить. После долгого дня глоток чего-то крепкого ему необходим. Санса, вероятно, уже спит, судя по гнетущей тишине. Бейлиш бросает взгляд на часы и хмурит брови. 21:44. Для неё это рано. Обычно она не ложится раньше десяти, и это в лучшем случае. Они часто проводят время в центре после его работы, и приходят ближе к полуночи, и на следующее утро она бодра и свежа. Стакан с характерным звуком приземляется на столешницу, и Петир идёт в спальню. Её мнительность бьёт все рекорды в последние дни, и он уже не может дождаться свадебного путешествия где-нибудь на теплом побережье. Они с женой будут просыпаться ближе к обеду, лениво изучая тела друг друга, а после гулять, дыша соленым воздухом и зарываясь ногами в золотистый песок. Сансы в спальне нет. Как нет её и в ванной. Петир набирает её номер несколько раз, слушая долгие гудки. — Чёрт.