No Featherbed for Me

Даже в семьдесят лет Эшара Дейн оставалась одной из красивейших женщин из всех, кого Арья когда-либо встречала. Ее темные волосы стали серебряными, черт лица явно коснулось дорнийское солнце, и двигалась она намного медленнее из-за артрита, сковавшего суставы. Когда Арья помогла ей присесть в саду, Эшаре пришлось изо всех сил вцепиться в ее руку, чтобы устоять. Она вспомнила их последнюю встречу около трех лет назад, тогда Эшара была все еще активна и жизнерадостна. Когда она успела постареть? - Не смотри на меня так, - с укором произнесла Эшара, словно прочитав ее мысли. - Я не немощная. Может, мое тело и ослабло, но не ум. Хватит смотреть на меня так, словно я одной ногой в могиле. - Как скажете, миледи, - ответила она, засмеявшись, когда Эшара замахнулась на нее здоровой рукой. Стояла невыносимо жаркая погода, предвещающая конец лета. Аромат цветов наполнял воздух, и Арья чувствовала капли пота, стекающие по ее шее. Если Эшаре и было не комфортно, виду она не подавала. Арье не довелось побывать в Дорне летом, но, судя по тому, как Алисанна издевалась над Брандоном за ужином, там было значительно теплее. - Алисанна рассказала, что ты провела несколько месяцев в Солнечном копье. Эшара кивнула. - Они с сыном принца Тристана очень сблизились. Дом Мартеллов заинтересован в этой помолвке, но Мирцелла категорически против. - Кривая улыбка заиграла на губах Эшары, когда она добавила: - Она явно невысокого мнения о тебе и Эйгоне. - В это трудно поверить, учитывая, что Эйгон отнял у ее семьи трон, обезглавил ее дядю и деда и заточил ее мать в Кастерли рок. - А что насчет тебя? - О, мои грехи неисчислимы, и ты была свидетельницей большинства. - Не всех. - Сделав глоток охлажденного медового молока, принесенного слугой, она сказала: - Он хороший мальчик, твой Брандон. Арья часто получала подобные комплименты с момента прибытия Брандона ко двору. Несмотря на сходство с Джендри, слухи, касающиеся Брандона Таргариена, редко затрагивали его корни. Брандон был харизматичным, шумным, но с хорошим характером, и вел себя с лордами так же, как и с простолюдинами, тем самым быстро завоевав их расположение. Арью постоянно удивляло, как же Брандон изменился за шесть лет: тихий мальчик превратился в мужчину, на фоне которого сам Ренли казался сдержанным. Сегодня утром Арья смотрела, как он сражается с одним из Тиреллов во дворе, и была искренне потрясена, увидев множество перешептывающихся юных леди, красневших каждый раз, стоило Брандону улыбнуться в их сторону. - Его вряд ли можно назвать мальчиком. У меня такое чувство, что однажды я уснула, а когда проснулась, мои дети уже выросли. - Не все. Арья покраснела, признав свою ошибку. - Ты поняла меня. - Я чувствую то же самое, когда вижу тебя или Эйгона. Время многое может изменить. - Полагаю, это так. Они сидели в тишине несколько минут, слушая приглушенное пение где-то вдалеке. Арья знала мелодию, но не помнила слов. Санса бы точно знала и то, и другое, и даже запела бы сама. Наконец, Арья спросила: - Ты знала, что Эймон покинул Цитадель? Эшара тяжело вздохнула. - Они с Брандоном оба прибыли в Звездопад, прежде чем он уехал. Я не знаю, что говорилось в письме Рэйнис, но они трое провели несколько часов в Белокаменной башне, и, когда вернулись, лицо Эймона было разбито, Брандон был в ярости, и Алисанна тоже была вне себя. Я никогда не видела ее настолько опустошенной, но, когда спросила ее в чем дело, она ничего не ответила. - Почему ты не написала мне? - Я думала, что ты знаешь. Вы с Эймоном всегда были близки, и он всегда был самым разумным. Я и не подозревала, что он покинет Вестерос, не сказав и слова. - А Рэйнис? - Я не знаю, что произошло в Даре, правда. Рэйнис писала в Звездопад лишь Алисанне, и я не читала эти письма. Полтора года назад я получила письмо от Иллирио, в котором говорилось, что Рэйнис пришла к нему сразу после прибытия в Пентос. Балериона с ней не было, и она не сказала ему о местонахождении дракона. Ей нужно было золото для покупки корабля, которое Иллирио ей предоставил. К тому моменту, как я получила письмо, Рэйнис уже была на полпути к Асшаю. - Почему Иллирио написал тебе, а не Эйгону? - Я давно уже оставила попытки понять ход мыслей Иллирио. - Но что ей могло понадобиться в Асшае? Почему она послала за своими братьями и сестрой? Эшара улыбнулась. - О, мотивация Рэйнис предельно ясна. Чего она всегда желала? - Думаешь, в Вольных городах есть что-то, что приблизит ее к Железному трону? - Нет. - Она сделала очередной глоток молока. - Но если и есть, могу гарантировать, что Рэйнис найдет это.

_____________________

При виде Джендри и Брандона, смеющихся за столом в ее солярии, у Арьи перехватило дыхание. Несмотря на то, что седина тронула черные волосы Джендри, он все еще держался, словно юноша, иногда даже сражаясь со своими племянниками во дворе. Арья с легкостью могла признать, что все еще считает Джендри красивым. Труднее ей было признать, что Брандон теперь знал обо всем, что они совершили, - все их лживые слова, людей, которых они предали, клятвы, которые нарушили, - и каждый раз, встречаясь с сыном взглядом, она хотела объяснить ему все. - Что смешного? - спросила она, постаравшись взять себя в руки. - Дядя Джендри рассказывал о том, как впервые встретил тебя, и как ты пыталась подкупить его золотом, чтобы незаметно пробраться в свою комнату, - ответил Брандон. Так много времени прошло с тех пор, как Роберт прибыл со своим двором в Винтерфелл, что, казалось, это была жизнь кого-то другого. Они все были так молоды, так уверенны и глупы. - Это лишь малая часть истории. - Так всегда и бывает, разве нет? Джендри поднялся, грустно улыбаясь. - Что ж, мне пора идти. Спасибо за внимание к рассказам старика, Брандон. - Я бы послушал еще, если вы не против. - На мгновение Арья увидела маленького мальчика, просившего ее рассказать о своем отце, в серых глазах Брандона. - Возможно, я, вы и Ренли могли бы покататься вместе верхом завтра. - С удовольствием. - Джендри улыбнулся ей. - С позволения Ее Величества, разумеется. - О, заткнись! Удаляющийся смех Джендри заставил ее улыбнуться. Арья не помнила, когда в последний раз слышала его смех, когда они в последний раз разговаривали как друзья. - Он мне нравится, - сказал Брандон, когда она заняла место Джендри, наполнив свою чашу вином. - Я знала, что так и будет. - Кто полюбил его первой - ты или тетя Санса? Арья оцепенела, абсолютно не готовая к тому, что Брандон обратится к этой теме напрямик. Даже Визерис, которого никак нельзя было назвать понимающим и чутким, никогда не спрашивал ее о Джендри напрямую. В этом заключался кодекс вежливости при дворе - отрицать печальную истину, дабы снискать благосклонность короля. Эйгон признал Брандона своим законным сыном, и никто не смел спорить с королем, несмотря на то, насколько вопиющей и очевидной была эта ложь. Когда к Арье наконец вернулся дар речи, она осторожно ответила: - Это зависит от того, кого спрашивать. - Но ты любила его? - Да. - Больше, чем Эйгона? - Не так, как Эйгона. - Он знал, что я не его сын, или это было уловкой, чтобы король признал меня? Отобрав у Брандона бурдюк, когда тот начал вновь наполнять свою чашу, Арья отрезала: - Эйгон дал тебе свое имя, потому что любит тебя. Брандон фыркнул. - Любит меня? Он едва может смотреть на меня, или ты не заметила? Он каждый день обедает с моими братом и сестрой, но не со мной. Видимо, маленький мальчик, который следует за ним, словно он возрожденный Воин, ему был больше по нраву, чем мужчина, напоминающий о том, что он - обманутый муж? - Брандон... - Он не сообщил тебе радостную весть? - Не дожидаясь ответа, он продолжил: - Король Эйгон дал согласие на то, чтобы Ренли назвал меня своим наследником, лордом Штормового предела. Малый совет даже настаивал на этом. Отныне я больше не Брандон Таргариен, принц Летнего замка, Я - лорд Брандон Баратеон, наследник лорда Ренли Баратеона, и официально лишен права престолонаследия. - Что? Он... Он сделал это? - Тебя не должно это удивлять. С того момента, как я вошел в замок, когда все своими глазами увидели, что я не истинный дракон, я знал, что совет заставит его сделать это. Мне все равно. Я все равно никогда не хотел этот чертов трон. Оставлю эту борьбу своему безумному маленькому братцу и алчным сестрам. - Не говори так о них. Брандон снова фыркнул. Когда он встал на ноги, слегка покачиваясь, Арья поняла, что он пьян. - Почему нет? Девочки Джессы больше ничего не значат для меня. Дейна лишь марионетка, а Дэйрон - Визерис в миниатюре. Эймон с Рэйнис могут лететь на своих драконах хоть в седьмое пекло, мне плевать. Только Алисанна чего-то стоит, но они губят и ее. - Брандон, ты выпил слишком много вина. Ты сам не знаешь, что говоришь... - Знаю! - прокричал он, и его голос дрогнул, когда слезы заблестели в серых глазах. - Знаешь, почему я не отправился в Вольные города? Знаешь!? Потому что я не разбудил дракона! Я их брат, их стая, а они оставили меня! Я бы отдал за них жизнь, но не достоин этого, потому что я их брат-бастард! Эмоции сдавили Арье горло. - Брандон... - Я их брат. - Сердито утерев лицо, он прорычал: - Что ж, к черту их всех - короля, его королеву, принцесс, принцев. Они не нужны мне, а я не нужен им. - Это не так. - Шагнув вперед, она обхватила лицо Брандона ладонями и сказала: - Вы нуждаетесь друг в друге, чтобы оставаться сильными. Вот, что значит стая. - Только вот они не волки, они драконы. - Оттолкнув мать от себя, он подошел к окну, глядя на Королевскую гавань. - Мы - единственные оставшиеся здесь волки, мама. Наша стая покинула нас. От его слов тело Арьи сковал холод, доставший до самых костей.

_____________________

- Зачем Рэйнис отправилась в Асшай? Алисанна подняла глаза от своей вышивки, мило улыбнувшись. - Мама! Я как раз делала... - Оставьте нас, - приказала Арья небольшой свите из Звездопада, прислуживающей Алисанне. Когда в комнате остались лишь они вдвоем, она повторила: - Зачем Рэйнис отправилась в Асшай? - Я не знаю... - Не лги мне! Я не твой отец, и не надо строить из себя дурочку передо мной. Кивнув, Алисанна отложила свою работу, обращая все свое внимание на мать. Она мягко вздохнула, заправив прядь серебристых волос за ухо, прежде чем проговорить: - Она отправилась туда, чтобы найти красного жреца. - Зачем ей понадобился красный жрец? И для чего ей нужны были вы с Эймоном? - Рэйнис заболела на третий год в Даре, и дядя Джон настоял, чтобы она осталась в Черном замке до выздоровления. Все это время она читала книги мейстера Сэма и нашла там кое-что. Пророчество. Она стала одержима им. В пророчестве говорится об обещанном принце, и, по какой-то причине, она считает, что это она. Рэйнис хотела, чтобы все мы отправились в Асшай к красному жрецу, чтобы подтвердить это. - И что потом? Алисанна пожала плечами. - Я не знаю. Она написала мне одно бессвязное письмо о том, чтобы отправиться в Валирию, найти другие яйца и доказать, что мы достойны трона, как сделали Эйгон и его сестры. Рэйнис не хочет забрать трон себе, она хочет, чтобы мы втроем правили все вместе. Обещанный принц или нет, она не понимает, почему никто не признал нас наследниками, если мы пробудили драконов. - Но я отправила ее к Мансу, чтобы у нее было то, чего она хочет... - Она хочет править, мама. Чего хорошего в свободе, если она не может принести тебе того, чего ты больше всего желаешь? - И Эймон верит в это? - Эймон верит в Рэйнис. - А ты - нет? - Мы с Рэйнис всегда были разными людьми, которые хотят разных вещей. - Пригладив юбку она пояснила: - В пророчестве говорилось о кровавой звезде, как в ночь моего рождения. Я пробудила дракона из камня. Я подхожу под пророчество не меньше, чем она, но для Рэйнис немыслимо, чтобы кто-то вроде меня смог стать избранным воином. Даже если у нее все получится, что дальше? Мы обе выйдем за Эймона и возродим традицию, о которой лучше не вспоминать? Я не хочу этого. - Из-за этого Эймон и Брандон подрались в Звездопаде? Она с сожалением покачала головой. - Брандон предложил поехать тоже, чтобы помочь им, но Эймон отказался. Он сказал, что это путешествие слишком опасно для того, в ком не течет драконья кровь. Брандона это очень обидело. Не думаю, что он хотел ударить Эймона, но узнать, что все это было спланировано без его участия... - Я не понимаю. Я дала всем вам шанс избежать этого, не быть связанными с Железным троном... - Мы были связаны с ним со дня нашего рождения. - Алисанна грациозно встала, и впервые Арья увидела в своей дочери женщину, которой она стала, а не девочку, которая прижималась к ней, когда они расставались. - Раз тебе так противна власть, я никак не могу понять, почему ты решила иметь детей от королей. - Что произойдет, когда Рэйнис и Эймон прибудут в Летний замок? - То, что всегда происходит: Рэйнис останется разочарованной, Эймон будет пытаться утешить ее потрепанное эго, а я буду улыбаться, чтобы никто не узнал, что что-то не так. - Ее улыбка стала еще более болезненной. - Наши роли были распределены уже давно, мама. Ты не сможешь вечно нас защищать. Арья не была уверена, что вообще когда-либо была в состоянии защитить своих детей.

_____________________

Арья проснулась посреди ночи оттого, что кто-то касался ее лица. Резко выпрямившись и запутавшись в одеяле, она с удивлением обнаружила Дэйрона, стоящего подле ее постели. Его таргариеновское лицо было красным от слез, а губы надулись. Она могла по пальцам одной руки сосчитать моменты, когда Дэйрон искал ее по ночам. В последний раз он сделал это, когда был еще совсем малышом, сохранившим остатки нежности. - Что не так, дорогой? - Монстры, - пробормотал он, показавшись таким маленьким и жалким. Арья подняла простыни, позволяя Дэйрону забраться к себе, и его тело инстинктивно свернулось около нее. Он хныкал, прижавшись личиком к ее ночной рубашке, и она чувствовала дрожь в его теле, когда его ручки вцепились в нее. - Все хорошо, любовь моя. Никто не обидит тебя, пока я здесь. - Огонь, - бессвязно шептал он, закрыв глаза и проваливаясь в сон. - Огонь не может сжечь дракона. Не стоит бояться его. Утром он снова станет капризным ребенком, и она сделает ему полдюжины замечаний, думая о том, как же он не похож на своих братьев и сестер. Но сейчас, окруженный темнотой, Дэйрон был лишь маленьким мальчиком, нуждавшимся в своей матери.