No Featherbed for Me

- Ты знаешь своих детей? Санса отвлеклась от своей вышивки и удивленно посмотрела на Арью. - Да, я с ними знакома. - Нет, я не это имею в виду. Ты знаешь их? Думаешь, ты знаешь о них все, все их секреты? - О чем ты, Арья? Снова насчет тех слухов? Я уже говорила тебе, что не верю, что Рэйнис... - Нет, дело не в Рэйнис. - Арья вздохнула, опасаясь озвучить свои страхи и боясь реакции Сансы. Вместо этого она спросила: - Ты в курсе их... развлечений? Мальчиков, с которыми они целовались и их любовных интрижках? - Я... я не знаю. Я слышала, что у Роуз было что-то с одним из сыновей Марбранда, но, даже если это так, она была удивительно сдержана. Элинор всегда была такой правильной, я уверена, что она вышла замуж невинной. Алиса же всегда была такой эмоциональной, что вряд ли смогла бы сохранить это в тайне. А что? Думаешь, у кого-то из двоих девочек роман? - Я знаю, что Рэйнис давно не невинна. Рэйго позаботился об этом. Эшара говорила что-то про Алисанну и одного из сыновей Мирцеллы, но я не... - Арья фыркнула, окончательно запутавшись. - Я думала, что с возрастом жизнь становится проще, но все стало лишь сложнее. Санса рассмеялась. - Мама однажды сказала мне, что невозможно перестать волноваться за своих детей. Пока тебя не было, она зажгла тысячи свечей в надежде, что ты вернешься в целости и сохранности. Чем дети меньше, тем проще все исправить. Пораненное колено, боль - все это можно излечить объятьями и поцелуями. Но теперь... Как мне помочь Элинор теперь, когда она стала вдовой? Как уговорить Роуз выйти замуж? Как дать Алисе понять, что мы с Джендри не предпочитаем ей ее сестер? - Но это правда. - Нет! - возразила Санса, посмотрев на Арью с тем же раздражением, с каким смотрела на нее в детстве. - Я просто хочу сказать, что когда они начинают принимать собственные решения и совершать собственные ошибки, все выходит из под твоего контроля. - Мне кажется, ничто никогда не было под моим контролем. - О, Арья, я бы убила за то, чтобы иметь столько власти над своей жизнью, сколько было у тебя. - Отложив шитье в сторону, она спросила: - Что, как тебе кажется, ты не можешь контролировать? - Ты слышала о... брачных планах Эймона? - О том, что он намерен жениться на Рэйнис по обычаям Таргариенов? Да. Большинство придворных ожидают объявления об этом со дня на день. - Я не так их растила. Я не учила их тому, что это правильно, что так и должно быть. Я растила их как Старков. Как они могли принять это решение? - Возможно, у них это в крови. Они пробудили драконов из камня, Арья. В них явно больше от Таргариенов, чем от Старков. - Мне дурно лишь от одной мысли об этом... - Арья поднялась на ноги и начала расхаживать по комнате. - Мне кажется, все еще хуже, чем я думаю. Мне кажется, что я закрывала глаза на все, что я была настолько поглощена нашими с Эйгоном проблемами, что даже не осознавала, что происходило у меня прямо под носом. - Арья, я знаю, что ты не любишь принимать чьих-либо советов, особенно моих, но иногда единственным решением проблемы является осознание того, что решения нет. - Нет решения? И это твой совет? Санса усмехнулась и вновь взялась за вышивку. - Я не сказала, что это хороший совет. Иногда Арье казалось, что Санса нравилась ей больше до того, как обзавелась чувством юмора.

_____________________

Арья никогда не переставала удивляться тому, что в их с Аллирией Дейн жилах текла одна кровь. Ее восхищение красотой Сансы прошло еще в детстве, ведь трудно пребывать в непрерывном восторге от человека, которого видишь каждый день, и с которым неразрывно связан. С Аллирией все обстояло иначе, и, казалось, этому восхищению не было конца. Хотя Алисанна и была единственной, кому Арья раскрыла всю правду, она часто задавалась вопросом, видит ли еще кто-нибудь в Аллирии черты Старков? Замечают ли то, как она закусывает губу, как и Арья, и выражение ее лица, так похожее на Брана, когда она о чем-то раздумывает? Узнают ли они проблески характера, напоминающие Робба и Рикона? Арья сомневалась в этом. Аллирия была так похожа на Эшару, - темноволосая и с прекрасными лиловыми глазами - что вряд ли эта тайна когда-нибудь раскроется. Этим утром Аллирия сидела в солярии Арьи, и ее темные кудри спадали ей на плечи. Она выглядела гораздо младше своих лет, и Арье даже казалось, что она выглядит моложе ее самой. Арья никогда не считала себя такой уж дурнушкой, но было невыносимо сравнивать себя с Аллирией, привыкшей к собственному великолепию. Она носила свою красоту с той же грацией, что Санса и Рэйнис, словно это обстоятельство было лишь незначительной деталью, от которой они уже порядком подустали. Пока Аллирия рассказывала об одной из своих дочерей, Арья пыталась решиться задать вопрос, долгое время тяготивший её. - Клянусь, я бы продала душу Неведомому за то, чтобы она была так же разумна, как Алисанна. - Насчет Алисанны... В Звездопаде у нее были какие-нибудь... романы? Аллирия ухмыльнулась. - Ты имеешь ввиду легкий флирт с Лендоном Мартеллом? Думаю, намерения с его стороны были гораздо серьезнее, чем со стороны Алисанны. Думаю, они лишь держались за руки, не больше. А что, ты подыскиваешь ей мужа? Арья фыркнула. - О Боги, нет. Я поинтересовалась лишь потому, что она кажется такой... незаинтересованной во всем этом. Стараясь сохранить повседневный тон, она спросила: - Брандон часто приезжал в Звездопад? Женщина задумалась на несколько секунд. - Ренли привозил его где-то раз в год, вроде бы. И Эшара брала Алисанну с собой в Шторомовой Предел полдюжины раз. А что? - Я просто...Ты когда-нибудь...Подозревала... - Что Алисанна и Брандон любят друг друга, как Таргариены? - сухо предположила Аллирия. - Я никогда не думала об этом. - Черты ее лица смягчились, когда она протянула свою руку через стол, чтобы накрыть ладонь Арьи своей. - Они хорошие дети, Арья. Их любовь друг к другу чиста. Арья кивнула, почувствовав некоторое облегчение. Я беспокоюсь по пустякам, думала она. У Алисанны должен быть любовник, и она всего лишь была опечалена тем, что Брандона используют. Это все. Она искренне надеялась, что ей больше не придется об этом думать.

_____________________

Большую часть времени Арья не думала о драконах. Отреставрированные ямы держали тварей подальше от ее глаз, и, хотя иногда их крики были слышны и в замке, Арья научилась не обращать на них внимания. Нимерия и Леди ненавидели их, клацая челюстями каждый раз, когда один из драконов кричал слишком громко, и Арья понимала, что горожане никогда о них не забывают. Десятки раз, возомнившие себя храбрецами мальчишки пытались посмотреть на драконов, и каждая из таких вылазок заканчивалась обугленной плотью и смертью. Если Вхагар с Мираксесом и находились взаперти, Балерион всерьез волновал Арью. Рэйнис до сих пор отказывалась говорить, где находится огромный черный дракон, и Арья боялась, что однажды это чудовище прилетит и уничтожит их всех. Из-за того, что часто забывала о драконах, Арья не смогла тут же опознать звук барабанов, пронесшийся через двор. Лишь когда один из рыцарей Королевской Гвардии подбежал к ней и с криками попросил вернуться в замок, Арья вспомнила, что означают барабаны. Драконы на свободе. Она услышала хлопанье крыльев за секунду до того, как ее втянули внутрь, так что ей не удалось разглядеть, какой же из драконов собирается опустошить город. - Это Вхагар! - ахнула Алисанна, когда люди внутри замка начали собирать лучников. - Я смогу успокоить его! - Успокоить дракона? Алисанна... - Ты предпочитаешь позволить Брандону умереть, пытаясь сделать это? - отрезала она в ответ, и Арья не смогла ей возразить, не желая терять еще одного ребенка таким отвратительным образом. Она наблюдала, как Алисанна пробежала мимо Рэйнис, схватила Эймона за руку и начала торопливо объяснять ему что-то. Рэйнис, очевидно, ее идея не понравилась, однако Эймон кивнул, обозначив свое согласие. - Что вы собираетесь делать? - спросила Арья их обоих, но Эймон проигнорировал ее, приказав доставить ее в твердыню Мэйгора с остальными женщинами и детьми. Арья ненавидела подобное отношение к себе, но услышала, как Санса выкрикивает ее имя и настойчиво тянет за руку. Это были самые длинные и мучительные несколько часов в жизни Арьи. Когда Брандон и еще один белогвардеец позволили им выйти, Арья увидела Рэйнис, которая напоминала разочарованного ребенка. Брандон объявил, что Вхагара удалось заковать вновь, на этот раз новыми цепями. Насчитывалось около 20 погибших, большинство из которых оказались посетителями пивной, канувшей в драконьем пламени. - Ты бы видела Алисанну, мама, - с неподдельным восхищением сказал Брандон. - Казалось, она была единым целым с драконом, как ты с Нимерией. Она забралась прямо ему на спину и отвела в яму без особых усилий. Представляешь? - Нет, - ответила Арья. - Не представляю. Алисанна, укротившая дракона, стала самым обсуждаемым событием в королевствах. Когда они с Эймоном вернулись в замок, платье Алисанны было испачкано сажей, ее туфли пропали, волосы растрепались, и ее вид напомнил Арье одну из иллюстраций в толстом фолианте мейстера Эймона. Ее старший брат выглядел таким же грязным, и на его лбу виднелся порез, но он буквально сиял от гордости, на ходу воспевая триумф Алисанны. Эймон заявил, что в честь неё необходимо устроить пир, и народ, казалось, жаждал отметить успешное спасение Королевской Гавани. Лишь заметив озадаченное выражения лица Рэйнис, Арья поняла - что-то было не так. - Я оседлала дракона, и весь мир боялся меня, - сказала Рэйнис, и в ее голосе не звучало ни единой эмоции. - Она оседлала дракона и стала героиней. Почему они так любят ее, но ненавидят меня? - Тебя не ненавидят, Рэйнис. - Но это так. Они всегда будут любить ее больше, несмотря ни на что. - Рэйнис подняла на нее свои темные глаза, опухшие от боли и слез, и Арья впервые осознала, что Рэйнис не была и вполовину такой жесткой, какой пыталась казаться. - Как я могу соперничать с ней? - Вы не должны соперничать. В этом нет нужды. Но когда Эймон объявил на пиру, что он женится на обеих своих сестрах, как Эйгон Завоеватель, Арья поняла, что Рэйнис была права. Между ее дочерьми существовала конкуренция, и Арья боялась предположить, каковы были ставки.

_____________________

Если коронация Эймона была событием мрачным, то свадьба была абсолютно иной. Прошел год после пожара в Летнем Замке, раны затянулись и подозрения начали утихать. Может, люди и не жаловали Рэйнис, но Эймона и Алисанну народ очень любил. Год процветания пошел всем на пользу, и, как и предсказывал Эймон, Бран на своем посту успешно обеспечивал Королевствам спокойную жизнь. Эймон настоял на том, чтобы на свадьбу не жалели никаких средств. Платья для Рэйнис и Алисанны пошили из лучшего мирийского кружева и шелка с Летних островов, и даже плащи, которыми Эймон накроет их плечи, были невероятной красоты. Лишь одно пиршество обошлось дороже, чем Арья могла представить, но Эймон настаивал, что королевствам нужна причина для праздника. - А что может быть лучше, чем отпраздновать любовь? Арья не сомневалась в том, что ее дети любят друг друга. Видят Боги, она растила их именно так, но не желала принимать тот факт, их любят они так, как любят друг друга муж с женой. Приводя в порядок волосы Алисанны, Арья подозревала, что ее дочь думает также. Лицо Алисанны казалось бледным, и Арья наблюдала за тем, как она придает себе здоровый вид с помощью румян. Ее платье было цвета черного дерева с замысловатым узором из ярко-красного бисера на груди. Арья знала, что платье Рэйнис было таким же, но алого цвета с черным бисером. Она настояла на том, что сама управится с прической, но Алисанна попросила ее о помощи, и Арье казалось, что это как-то связано с ужасом, написанным на ее лице. - Ты не обязана делать это, - прошептала Арья, неуклюже пытаясь вплести черные ленты в корону, заплетенную из волос Алисанны. - Обязана. - Эймон бы понял, если бы ты выбрала иной путь. - Я выбираю этот путь не потому, что Эймон попросил меня. - Алисанна вздохнула, расправив шелковую юбку. - Хотя, думаю, он уверен, что я люблю его, как жена мужа. Мне кажется, он действительно хочет этого. - У него есть Рэйнис. - Нет. Эймон и Рэйнис... это лишь расчет. Их любовь такая же, как у вас с дядей Браном. Они делают это лишь для того, чтобы Рэйнис стала королевой, и Эймону не пришлось править. - Тогда почему он не отречется от... - Потому что никто не последует за Рэйнис. Она нуждается в нем, а не наоборот. - Если это так, то почему ты делаешь это? Чтобы остаться в Королевской Гавани? Потому что ты... - Она не должна быть королевой, мама. Ты знаешь это не хуже меня. Теперь Эймон слушает меня и доверяет мне. - Тогда ты можешь быть его советником. Ты не обязана быть его женой. - А если у Рэйнис родится ребенок? Ее дети станут наследниками, они будут новой династией Таргариенов, и что тогда? Я люблю ее. Знаю, ты в этом сомневаешься, но это так. Она моя сестра, и я умру, защищая ее. Но в ней слишком много безумия, паранойи и страха. Как ты думаешь, что с ней будет через 20 лет? Чему, ты думаешь, она научит своих детей? Арья почувствовала нарастающий в горле комок, осознав, что имеет ввиду Алисанна. - Ты выходишь за Эймона, чтобы первой родить наследника. Ты хочешь, чтобы твой сын стал королем. - Я не хочу, чтобы он стал королем, но это лучше, чем видеть Рэйнис у власти. Это для блага королевств. - Ты не должна жертвовать своим счастьем ради королевств. Это никогда не заканчивается так, как ты думаешь. - Эймон хороший человек. Возможно, даже слишком хороший для таких игр. Мне мог достаться муж и похуже. Он будет хорошо относиться ко мне и моим детям. Этого вполне достаточно. - Но он твой брат. - И мы - это все, что у нас есть, так что ничего не изменится. - Алисанна вновь вздохнула, повернувшись к Арье. - Я не прошу тебя понять. Я не прошу тебя принять все это. Я прошу лишь попытаться признать, что мы - не обычные люди, несмотря на все твои попытки убедить нас в обратном. - А что насчет Брандона? - выпалила Арья, сама не осознавая, почему старые страхи вновь просочились наружу именно сейчас, но, судя по выражению лица Алисанны, Арья поняла, что дело было отнюдь не в ее богатом воображении. - Брандон сделал свой выбор задолго до того, как я сделала свой. - Значит, это правда. Ты и Брандон... - Когда мне было семь, Рикард сказал мне, что однажды мне придется выйти за Брандона, что так поступали все Таргариены. Он сказал, что Рэйнис выйдет за Эймона, а я за Брандона. Мы планировали это. С самого детства мы думали, что помолвлены. Почему, ты думаешь, я отказывала каждому папиному претенденту? Когда объявили о помолвке Оленны, и отец призвал нас обратно, мы были уверены, что о наших помолвках также будет объявлено. Я говорила ему, что хочу этого, и поэтому он сделал Брандона лордом Штормового Предела. Разве отец не говорил тебе? - Нет, - прошептала Арья, ее голова кружилась. - Он не говорил мне. Алисанна вздохнула и вновь повернулась к зеркалу. Гордо выпрямив спину, она заявила: - Я стану королевой Эймона, а Брандон - его щитом. Каждый из нас сделал свой выбор. - Ты не понимаешь, насколько все может измениться от одного лишь решения. Алисанна усмехнулась. - Вся моя жизнь состояла из последствий ваших с отцом решений. Если я смогла научиться жить с ними, то уж точно смогу и теперь. - Алисанна... - Просто помоги мне с прической, мама. - Ее голос дрогнул, и слезы навернулись на ее глаза, когда она добавила: - Пожалуйста. Сидя в Великой Септе Бэйлора, Арья могла признать, что ее дочери были невероятно красивыми невестами. Улыбка Рэйнис была искренней, когда Эймон обернул ее плечи плащом, и Арья задумалась, заметил ли кто-нибудь, какой натянутой была улыбка Алисанны. Когда Верховный Септон объявил о состоявшемся браке, и Эймон поцеловал обеих своих сестер, Арья взглянула на Брандона, взгляд которого был направлен в пол, а челюсть крепко сжата. Арья очень хорошо помнила это выражение лица. Оно было точно таким же, что появлялось на лице Джендри каждый раз, когда Эйгон прикасался к ней.