No Featherbed for Me

К тому моменту, как Арья и Джендри вернулись в Королевскую гавань, живот Алисанны уже немного округлился под платьем. И если она лишь с вежливой улыбкой принимала поздравления Джендри, то Эймон улыбался им во весь рот, тут же пустившись в рассказы о своих планах на этого ребенка. Лишь несколько минут спустя Арья обнаружила отсутствие Рэйнис и Брандона. - Ей сейчас тяжело, - это все, что сказал Эймон, когда Арья упомянула его старшую сестру, но его улыбка тут же померкла, и она поняла: что-то было не так. Как Арья и предполагала, Рэйнис обнаружилась в конюшне, ухаживая за своей лошадью. Вместо замысловатых платьев, которые она была обязана носить после коронации, ее дочь была одета в кожаные штаны для верховой езды и старую рубашку, а темные волосы ее были заплетены в беспорядочную косу. Заметив Арью, Рэйнис на мгновение остановилась прежде чем отрезать: - Не смей смотреть на меня с такой жалостью. - Это не жалость, - мягко возразила Арья. - Это забота. - О чем тебе заботиться? Дом Таргариенов расцветает. Через пять месяцев появится новый наследник. - Рэйнис расчесывала гриву лошади, с силой вцепившись в гребень. - Да благословят Боги королеву Алисанну. Что бы мы без нее делали? - Я знаю, что ты не этого хотела... - Я хотела!? - взорвалась Рэйнис, бросив гребень на пол. - Она забрала у меня все! Все, что у меня было постоянного в этой жизни - это любовь Эймона, и даже его Алисанна забрала одной своей беременностью! - Это не так. У тебя всегда были... - Нет, не было! Папа любил нас лишь тогда, когда это было ему удобно, а ты постоянно разбиралась то с отцом, то с Джендри, то с тетей Сансой! Единственным, кто обо мне заботился, был Эймон, и ты прекрасно знаешь это! Арья съежилась от едкого замечания дочери. Она знала, что, возможно, проводила с Рэйнис меньше времени, чем нужно было, что слишком часто полагалась на ее самостоятельность, но она не могла поверить, что ее дочь чувствовала себя брошенной. - Рэйнис, мне жаль... - Я должна была стать королевой! Я нашла способ пробудить драконов, я постоянно работала, чтобы узнать все, что только возможно о них, я обеспечила союз с одичалыми на случай, если нам понадобится их помощь, я учила языки, чтобы стать образованной королевой, но, в конце концов, это не имеет никакого значения! Алисанна не сделала ничего, она лишь строила из себя паиньку и заигрывала со всеми подряд, но теперь она всегда будет стоять выше меня только потому, что первая родила чертового наследника! - Ты же знаешь, что Алисанна не такая. Это несправедливо... - О да, пожалуйста, расскажи мне о том, как нужно обращаться с моей сестрой, только что вернувшись с каникул, которые ты провела с мужем своей! - прорычала Рэйнис. Арья глубоко вздохнула, отчаянно пытаясь не потерять над собой контроль. - Я знаю, что ты разочарована... - Нет, мама, я в ярости. Я делала все, что должна делать хорошая королева. Я делала все, чтобы осуществить все то, что мы с Эймоном планировали еще на Драконьем камне. И теперь я поняла, что он нуждался не во мне. Он не собирался править королевствами вместе со мной. Он с самого начала настаивал на том, чтобы Алисанна тоже вышла за него, и теперь я понимаю, почему. - Слеза покатилась по ее щеке, но Рэйнис тут же смахнула ее. - Он любит ее. На самом деле. Он приходит ко мне раз в месяц, но проводит каждую ночь с ней. Было странно слышать от Рэйнис подобные слова об их браке. С одной стороны, Арье была противна одна лишь мысль о том, что ее дети спят друг с другом, но с другой стороны, Арья прекрасно понимала, как тяжело справиться с тройным браком, как трудно справиться с ревностью, зная, что твой муж спит с другой женщиной. Она хотела сказать об этом Рэйнис, хотела уверить ее что Эймон просто слишком похож на отца и со временем все изменится, но не могла. Было очевидно, что Рэйнис не нуждается в ее словах. - Рэйнис... - Все всегда любили ее больше, - заявила Рэйнис, вытирая слезы, которые была не в состоянии больше сдерживать. - Я продала душу Неведомому, чтобы обеспечить выживание нашей семье, и теперь Эймон наказывает меня за это. Мы принимали решения вместе, но лишь мне приходится жить с их последствиями. В эту секунду Арья осознала, о чем говорила Рэйнис. Образ Дэйрона и Дейны, лежащих в своих кроватках с Летнем замке встал перед ее глазами, а к горлу подкатил ком. Она не могла даже смотреть на Рэйнис, не хотела больше видеть Эймона. Арья не хотела верить в то, что ее дети виновны во всем этом ужасе, и, когда она сделала шаг назад, то увидела панику на лице Рэйнис. - Мы не знали! - Рэйнис подалась вперед и схватила Арью за руку, пытаясь удержать. - Огонь не навредил нам. Мы думали, что так же будет и с близнецами и с отцом, даже с Оленной и Элией. Мы думали, что он их не тронет. Эймон был уверен, что они не будут пытаться сделать это в замке. Мы лишь хотели доказать, что дочери Джессы - не настоящие драконы... - Хватит... - Не такие как мы, не такие... - Хватит! - закричала Арья, заставив Рэйнис замолчать. Вырвав свои руки из цепкой хватки дочери, она бросилась прочь. Голова кружилась так сильно, что Арье казалось, будто она сейчас лишится чувств. Как они могли сделать это? Как они могут жить с этим? Это было цареубийство. Лишь гнуснейшие из людей способны на такое. Она послала ворона в ту же секунду, как вернулась в замок, запечатав его лютоволком и подождав, пока птица не скрылась в небесах, прежде чем вернуться в свои покои. Около часа Арья плакала в одиночестве от разочарования и скорби, плакала обо всех невинных, погибших из-за махинаций ее детей, и осознала, что абсолютно не знает, что ей делать дальше. Знали ли Алисанна и Брандон о том, что на самом деле произошло? Участвовали ли они во всем этом? За ужином Арья с трудом могла смотреть на своих старших детей, изо всех сил стараясь не отвлекаться от беседы. Ближе к концу трапезы она объявила о своих планах. - Я собираюсь навестить Сансу в Кастерли Рок. - Ты никогда ездила в Западные земли, - заметила Алисанна. - Я чувствую себя неспокойно. Арья заметила, как Рэйнис с Эймоном обменялись взглядами, но, прежде чем она успела обратить на это внимание, Алисанна сказала: - Может, мне поехать с тобой? Я никогда не видела Запад, и я скучаю по кузинам. - Нет, - тут же возразил Эймон, - ни в коем случае. В западных землях Таргариенам не рады... - Тогда Брандон может поехать со мной в качестве личного защитника, - разумно предложила она. Ее улыбка излучала чистейшую невинность, когда она наклонилась к Эймону и коснулась его руки. - Это моя последняя возможность до рождения нашего сына. Ты же знаешь, Брандон не позволит никому мне навредить, и ты можешь отправить со мной еще людей, если тебя это успокоит. Пожалуйста, Эймон. Увидев, насколько мастерски Алисанна управляет Эймоном, Арья задумалась о том, кого из ее дочерей стоило опасаться больше. Учитывая их различия, вместе они были бы просто непобедимы. Эта мысль казалась ей вдохновляющей, но в то же время пугающей. - Ты не против, если на обратном пути мы остановимся в Хайгардене, чтобы навестить Элию? - поинтересовалась Алисанна двумя неделями позже, забираясь в повозку, которая отвезет из на утес Кастерли. - Я связала для нее новый шарф, чтобы обвязывать вокруг головы. - Я бы тоже хотел повидать ее, - вставил Брандон, помогая Арье забраться в повозку. Арья не могла поверить, что ее младшие дети участвовали в том, что произошло тогда в Летнем замке. Это бы разбило ее сердце окончательно.

_____________________

Они провели в Кастерли Рок около недели, когда Арья впервые увидела Серсею Ланнистер за двадцать лет. Бывшая королева оставалась красивой, но ее золотые когда-то волосы, собранные рубиновыми заколками, полностью поседели. Ее платье было в исправном состоянии, хотя материал несколько поблек, а обувь выглядела потертой. Женщина перед ней разительно отличалась от той, что когда-то наслаждалась тем, как Арья смиренно благодарила Роберта за его доброту тогда в Штормовом пределе. Годы не пощадили Серсею, но вся жалость, что Арья была в состоянии к ней испытывать, тут же улетучилась, стоило ей бросить взгляд изумрудных глаз на Брандона и прошипеть: - Ты, должно быть, тот бастард моего сына. - Оставь его в покое, - яростно приказала ей Арья, сделав шаг вперед, но Серсея лишь усмехнулась, вытянув шею, чтобы лучше разглядеть Брандона. - Баратеон в белом плаще, - рассмеялась она. - А я думала, что Баратеоны горазды лишь пить и трахаться без остановки. Брандон не ответил, безэмоционально глядя на Серсею. - Твой двоюродный дед носил белый плащ. Он тоже был Лордом-командующим. Может, ты и выглядишь как Роберт, но сражаешься ты как Джейме. - Серсея подняла руку, словно чтобы коснуться лица Брандона, но резко отдернула ее. - О нет, от Баратеонов и Старков не мог родиться кто-то такой одаренный, как Джейме. Арья открыла рот, готовая обрушить на Серсею все, что накопилось в ней за всю жизнь, но, опередив ее, Брандон сказал: - Приятно встретиться с вами, бабушка. Серсея исчезла в темноте коридора, бурча что-то себе под нос, и Арья удивленно посмотрела на Брандона. - Она не расстроила тебя? Брандон покачал головой. - Нет, Джендри предупреждал меня об этом. Он сказал, что я должен быть добр к ней. - Добр? Зачем? - Потому что для нее это редкость. Арья никогда не думала о Серсее, как о человеке, заслуживающем жалости. Но когда она увидела падшую королеву, пытающуюся задеть Брандона, лишь чтобы получить в ответ его доброту, Арья поняла, что жалость - это все, что она теперь испытывала к матери Джендри. Должно быть, это ужасно: остаться совсем одной, наблюдать казни всех дорогих тебе людей, и постоянно находиться рядом с теми, кто тебя предал. Арья надеялась, что не доживет до того, чтобы понять это.

_____________________

- Сегодня произошло кое-что интересное, - сказала Санса, когда они с Арьей прогуливались по пляжу спустя два месяца, после их приезда. День выдался на удивление теплым, и Арье хотелось вновь стать молодой, чтобы искупаться в море. - Интересное? - Алисанна спросила меня, можно ли ей остаться до самого рождения ребенка. - Она объяснила, почему? - Она сказала, что скучает по морю, что Черноводная - это совсем другое, и что ей хочется провести свою беременность в месте, где она счастлива. Я сказала ей, что все в порядке, и что нам только в радость ее присутствие, но не думаю, что Эймону понравится эта новость. - Не понравится. Она не говорила об этом раньше. Не думаю, что все так просто. Санса молчала некоторое время, очевидно обдумывая, стоит ли продолжать. Наконец, она сказала: - Я думаю, что Алисанне нравится быть свободной от Эймона и Рэйнис. - Она что-то говорила? - Нет, по крайней мере не мне или Элинор. Это скорее... Просто понаблюдай за ней, когда кто-то произносит их имена. Ей становится так грустно от мыслей о возвращении. Я думаю, титул королевы тяготит ее. Вечером Арья пыталась поговорить об этом с Алисанной, но та лишь повторила все то, что сказала Сансе: ей хочется остаться у моря. Санса поручила своему мейстеру отправить Эймону ворона, чтобы сообщить, что для Алисанны будет небезопасно путешествовать по Королевскому тракту в ее состоянии, и Алисанна от себя добавила, что Эймону не стоит приезжать сюда и отвлекаться от дел в Королевской гавани. Арья думала, что Эймон все-такие приедет с целой свитой, но вместо этого он присылал Алисанне подарки и книги, чтобы она не скучала. - Кажется, он очень ждет этого ребенка, - сказала Арья, когда Алисанна сидела, подняв отекшие ноги. - Да, - ответила она, поглаживая живот. Роды Алисанны начались в самую жаркую из ночей, что помнили Западные земли. Летняя буря бесновалась снаружи, волны Закатного моря бились о скалы, и ее крики заглушали раскаты грома. Арья никогда не присутствовала на родах в качестве наблюдателя, и была напугана открывшимся зрелищем. Все было по-другому, когда она сама рожала своих детей. Тогда она могла думать лишь о боли и о своей цели - родить здорового ребенка, и никогда она не задумывалась о том, как все это выглядело со стороны, как опасно было это на самом деле. Как и всегда, Сансе успешно удалось подготовить Алисанну к родам. Пока слуги и мейстер заканчивали последние приготовления, Санса спокойно объясняла ей, что будет дальше. Алисанна, покрывшаяся потом, лишь кивала ей в ответ, и Арья могла думать лишь о том, что ее дочь слишком юна, чтобы самой становиться матерью. Санса держала левую руку Алисанны, а Арья - правую, пока она тужилась. Прошло целых пять часов, прежде чем истошный крик сорвался с ее губ, и Брандон ворвался в комнату, схватившись за рукоятку меча. Слуги пытались увести его, уверяя, что все будет в порядке, но Алисанна крикнула: "Нет, пожалуйста, позвольте ему остаться", и Арья знала, что целая армия не сможет сдвинуть Брандона с места. Ее сын казался напуганным, наблюдая за мучительными попытками Алисанны произвести на свет наследника Железного трона. Ему было только шестнадцать, и выражение его лица было таким же, как и в детстве. Арья вздрогнула от боли в ладони, когда Алисанна с силой сжала ее, и звук, вырвавшийся из ее груди, прежде чем она наконец расслабилась, напоминал рык. На мгновение воцарилась тишина, прежде чем ее нарушил возмущенный крик новорожденного младенца. - Это мальчик, Ваша Светлость! - объявил мейстер, обрезав пуповину, и передал его Сансе, чтобы обмыть и запеленать дитя. Алисанна вздохнула, падая на подушки, и Брандон встал на колени рядом с ней, перехватив освободившуюся ладонь и поцеловав ее. - Он похож на меня? - слабо спросила Алисанна сорванным от криков голосом. Ее вопрос удивил Арью. Хоть Алисанна и унаследовала черты Старков, они с Эймоном все же сильно походили друг на друга. Было бы странно, если бы их ребенок не был на них похож. Санса подошла к постели, держа на руках новорожденного внука Арьи. Она едва ли могла поверить, что стала бабушкой, и, хотя ей все еще претила мысль о том, что у ее детей есть общий ребенок, она потянулась с младенцу, ощущая невероятную радость. Но когда ребенок открыл глаза, Арья увидела, что они были чистейшего синего цвета Баратеонов. - Ох, он унаследовал глаза Талли, - сказала Санса, передав малыша Алисанне и спокойно улыбаясь. - Прямо как Дейна. - Прямо как Дейна, - мягко повторила Алисанна, повернув дитя так, чтобы Брандон мог увидеть его лицо. На мгновение Арья задумалась, действительно ли Санса верила в то, что у ребенка глаза его матери, но затем сестра посмотрела на нее, сжав губы, и понимающе кивнула. В этот момент она поняла, что Санса не скажет ни слова об истинном происхождении малыша. Арья почувствовала себя глупо, допустив, что Санса не узнает глаза ее мужа и всех ее детей. - Как ты назовешь его? - спросила Арья, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. - Бэйлор, - ответила она. - Эймон хотел, чтобы его звали Бэйлор. Тогда Арья поняла, почему Алисанна решила остаться в Кастерли Рок, почему хотела быть ближе к морю и зачем организовала все так, чтобы Брандон поехал с ними. Если бы Бэйлор полностью унаследовал внешность Брандона, им бы пришлось незамедлительно покинуть Вестерос, чтобы избежать наказания за измену. Несколько дней спустя, Арья сидела в покоях Алисанны, которая держала на руках спящего Бэйлора, и сказала: - Ты пошла на серьезный риск. Алисанна улыбнулась ребенку в своих руках. - Безумие или величие, мама. Это было бы слишком большим риском. Она вздохнула, почувствовав усталость. - Я понимаю, что ваши с Брандоном... чувства друг к другу сильны, но так рисковать своими жизнями... - Нам больше не придется этого делать. Бэйлор теперь наследник Эймона. Ему ничего не грозит. Он вырастет и станет королем, этого достаточно. - Ты не можешь гарантировать это. - Могу. - Алисанна подняла глаза, и Арья увидела себя в ее полном решимости взгляде. - Не вини в этом Брандона. Я умоляла его сделать это. Баратеоны - хорошие люди. Я должна была позаботиться о том, чтобы Бэйлор стал хорошим человеком. - Арья ничего не ответила, но Алисанна продолжила: - В происхождении Бэйлора не больше греха, чем в происхождении Брандона. Эймон никогда не узнает праву. Он будет любить его также. Разумеется, Алисанна была права. Когда они вернулись в Королевскую гавань, Эймон ждал их, и счастье переполняло его. Когда он взял Бэйлора на руки, то заявил: - Ты подарила мне такого красивого сына. Рэйнис отвернулась, и ее лицо скривилось от боли. Как и лицо Брандона.

_____________________

Прошли первые именины Бэйлора, когда письмо со Стены дошло до Красного замка. Лето медленно заканчивалось, а холодные ветры наступающей осени предвещали лютую зиму. Арья несла Бэйлора по коридорам замка, когда один из членов Королевской Гвардии нашел ее. - Вы срочно нужны королю. Арья передала Бэйлора его кормилице и поспешила в покои Эймона, где уже собрались ее дети, Бран и Дэйнерис, вернувшаяся с Драконьего камня. Бран протянул ей письмо, и Арья мгновенно напряглась, увидев печать Ночного Дозора и ровный почерк Джона. Некоторое время она не могла понять, что именно читает. Наконец, она решилась спросить: - Белые ходоки? Это шутка? - Не шутка, - со всей серьезностью ответила Рэйнис. - Я видела их своими глазами, как и все, кто был за Стеной. Джону нужна наша помощь. - В борьбе против Белых ходоков? - Арья посмотрела на Брана, чье мрачное выражение лица ее совсем не успокоило. - Как против них вообще можно сражаться? - Огнем, - сказал Эймон. - Драконье стекло и пламя. Их слишком много, чтобы Джон и остальные могли с ними справиться в одиночку. Даже если дядя Робб поднимает знамена на защиту Стены, они не выстоят. Мы должны это сделать. У нас есть шанс. - Но путь до Стены займет не меньше месяца... - Мы не пойдем пешком, - перебила ее Алисанна, и Арья поняла, почему Брандон выглядел таким раздавленным все это время. - Вы собираетесь направить драконов на Стену. - Если настала Долгая Ночь, то у нас нет выбора. В том, что мы пробудили драконов, была причина. Вот она. - Алисанна попыталась улыбнуться. - Что с нами может случиться верхом на драконах? Разве Таргариены когда-нибудь падали с них? Арья знала, что не имеет права на какие-либо аргументы. Она слушала Эймона, который говорил, что Бран поскачет в Винтерфелл и присоединится к северным войскам, а Дэйнерис займет место десницы в его отсутствие. Они оставят Бэйлора с Арьей, и, если все трое падут на поле битвы, она станет королевой-регентом до совершеннолетия наследника. Все происходит слишком быстро, думала Арья, пока они обсуждали остальные детали: воронов, которых нужно отправить, и провизию, которую нужно доставить на север. Арья успела позабыть, как стремительно все меняется c приходом войны.

Конец одиннадцатой части.