Когда размер не имеет значения

ЭТО У ТЕБЯ В КРОВИ! (с) Нолвен Кэтрин повиновалась, обмирая от желания и ожидания скорого наслаждения. Торин спешил избавить её от одежды, чтобы восстановить равенство между ними. В эту ночь размер вновь не имел никакого значения. На запотевшем окне, слабо потрескивая, догорала свеча, но её слабое пламя было ничем не сравнимо с тем пожаром, что с каждым новым прикосновением разгорался в груди у Кэт. Наконец, будущий король-под-горой с наслаждением повалил её на кровать, пристроившись сзади. Его сильные руки с упоением блуждали по её гладкому обнаженному телу, лишь на мгновения задерживаясь на особо чувствительных местах. Брюнетка сладко стонала, прижимаясь к нему спиной. Его вновь подстриженная аккуратная борода смешно шекотала ей шею, а горячее сбивчивое дыхание заставляло кожу покрываться мурашками. Он хотел её, хотел как всегда целиком и полностью, но не спешил с дальнейшими действиями. Он хотел наказать её за непослушание, за её безрассудные выходки в Лихолесье, за вечное щеголяние в эльфийских одеждах, за её новый возбуждающий аромат, окутывающий их обоих словно тонкое покрывало. Отныне она принадлежала ему и, как он того ни хотел, он всё-таки был в ответсвенности за неё. А она все время ускользала от этой ответственности, дразнила его, задирала его своими горячими, человеческими выходками. Он, наследный принц Эребора, должен был выбрать себе в невесты гномью женщину из своего рода, а вместо этого решил сочетаться браком с простой девушкой из другого мира. Но таковы были законы его народа, да и других народов Средиземья, не считая, опять же, людей: королю, да и любому другому подданному было принято любить один раз в жизни, да и жениться - тоже однажды. А она подарила ему свою невинность. И он взял её. Неужели это не являлось знаком свыше? И кто знает, что судьба уготовила им обоим: суровому потомку Дурина и страстной брюнетке из Заокраинного Запада... Тяжелая мужская рука удивительно нежно и легко скользнула к тёмному треугольнику между её ног. Слегка прикусив мягкую кожу на её плече, Торин начал спускаться ниже, чтобы легче проникнуть в неё пальцами. Вскоре он уже дышал ей в спину чуть ниже лопаток. Запустив руку между её ног, он начал медленно ласкать сразу тремя пальцами, бессовестно усиливая стимуляцию. Кэтрин судорожно втянула ртом воздух и, выгнувшись, призывно развела ноги настолько, насколько это было возможно в её положении на боку. Восприняв это как верный знак, Торин, недолго думая, запустил два пальца между её лепестков, медленно погружаясь в её горячее, истекающее влагой лоно. Этого брюнетка не выдержала и со стоном, полным не то обречения, не то желания, сама начала насаживаться на его руку. - Торин... - выдохнула она голосом, полным одновременно и недовольства и обожания. - Ммм? - приглушенно протянул он, скользнув сухими губами по её влажной от пота коже. Кэтрин отчаянно запрокинула голову назад, и гном неожиданно требовательно перехватил её свободной рукой за талию, тем самым остановив её собственные движения. Раздвинув длинные ноги девушки еще шире, он сам начал вколачиваться рукой в её возбужденную плоть. Короткий вскрик застрял в горле, внизу живота сворачивался тугой узел, белая простынь медленно пропитывалась её прозрачной влагой. Торин трахал её своей рукой, просто и безыскусно. И эта грубая, местами чувственная ласка окончательно сводила её с ума. - Торин, подожди, всё, что угодно... - лепетала она, пытаясь хоть как-то восстановить душевное равновесие. - Тебе не нравится? - с улыбкой в голосе мурлыкал гном, слегка прикусывая и посасывая кожу на её спине. - Я не хочу, - стонала она, путаясь в собственных мыслях и желаниях. - Не хочешь чего? - теперь в его голосе сквозило удивление. И на секунду Кэтрин забыла обо всех приличиях и предубеждениях, легко перепрыгнув их последний с Торином рубеж. Она перестала быть просто наивной девочкой, глупой любовницей, юной совершеннолетней соблазнительницей. Она претендовала на возлюбленную, на невесту, на будущую жену. И она сказала то, что он на самом деле хотел услышать: - Я не хочу кончать без тебя! - на одном дыхании выпалила она. - Я хочу быть на тебе, ощущать тебя в себе и чувствовать, как ты изливаешься в меня, - скороговоркой проговорила она, а затем, смутившись, тихо добавила. - Я прошу слишком много, да? - пробормотала она, чувствуя как сердце рухнуло куда-то вниз в трепетном ожидании судьбоносного ответа. - Нет, не много, - прошептал за её спиной Торин и вытащил пальцы из её саднящего от безумного возбуждения лона, перекатившись на спину. Его собственное желание накрывало его с головой и, прикрыв глаза, мужчина со вздохом дотронулся до своего вставшего естества. - Но я все еще сердит на тебя, Кэтрин! - не открывая глаз, с лукавой улыбкой на устах молвил он. - Сердит за твое безрассудное поведение, сердит за твое беспробудное пьянство у эльфов! - Но я выпила всего лишь один бокал! - начала было оправдываться Кэтрин, а потом резко замолчала. Торин смерил её ехидным взглядом и она утонула в бирюзе его глаз. Краснея до кончиков ушей, она вдруг с ясностью осознала, что именно хочет сделать - и тем самым вновь вогнать любимого гнома в полнейший шок. Недолго думая, перевернувшись на живот, девушка в считаные секунды оказалась между ног гнома и игриво провела языком по алеющему твёрдому члену. Торин был, мягко говоря, ошеломлен её поведением. Казалось, он забыл, как дышать, когда брюнетка неумело, но уверенно начала обслуживать его ртом. Забывшись, он вцепился обеими руками в её волосы, пропуская меж пальцев тёмный шелк её гладких прядей. Кэтрин шумно вздохнула и почти целиком взяла его в рот. Будущий король-под-горой отчянно застонал, едва сдерживаясь, чтобы не задавать ритм. Отпустив её волосы, он усилием воли заставил себя положить руки обратно на одеяло. Почуствовав свободу, девушка начала страстно скользить по горячему фаллосу языком, иногда слегка касаясь губами. Сильные руки Дубощита сжались в кулаки. Крепко зажмурившись, он мысленно приказывал себе не сдаваться. Теперь наказывала его уже она, но он не собирался забрызгивать её лицо своим семенем. Кэтрин почувствовала, как с каждым новым движением её страстный возлюбленный становился всё твёрже и твёрже. Было смешно наблюдать за его перекошенным от наслаждения лицом, маленькой складочкой между лохматых бровей. Обхватив ртом его головку, девушка начала смачно посасывать чуть солоноватую плоть. Тут Торин не выдержал. - Кэт, не надо... - хриплым, срывающимся голосом молвил он. - Думаю, тебе стоит прекратить, иначе я кончу тебе прямо в рот, - простонал он, и Кэтрин послушно отпустила его. - Иди лучше ко мне, - позвал её Дубощит и, не смея поднять на него глаза от смущения и лёгкого чувства стыда, Кэт медленно опустилась на него сверху. Издав гортанный рык, Торин грубо вцепился крепкими пальцами в её узкие бёдра, поздно спохватившись о том, что может причинить своей невесте боль. Поерзав немного на нем, Кэтрин начала медленно подниматься и опускаться на его набухшем от сумасшедшего возбуждения члене. Но долго управлять ситуацией ей не дали. Торин начал извиваться под ней и приглушенно стонать, а после стал сам задавать правильный темп, яростно работая бедрами. В глазах у Кэтрин потемнело. В очередной раз высоко подпрыгнув на гноме, она до боли сжалась вокруг него, забилась в долгой и столь необходимой судороге. Дубощит с победным криком взорвался внутри неё, мощными струями проливая стойкое семя Дурина в её горящем лоне. Обхватив его тело ногами, она безвольно упала ему на грудь, захлебываясь волнами оргазма. Оба наслаждались теплом друг друга, а Торин совсем нежно гладил её по волосам, будто боясь обидеть этим почти отческим жестом. - Моя... - хрипло прошептал он ей на ушко, укрывая обоих одеялом. - Твоя... - тихо улыбнулась она ему в ответ, а на подоконнике, тихо всхлипнув, погасла одинокая свеча.