Начало, или случай, изменивший жизнь
2 декабря 2016 г., 16:03
Примечания:
Начала глобальное редактирование глав фанфика. Качество написанного в главах бедет разница - по мере свободного времени буду переписывать текст.
Алеющий горизонт затянуло плотным покрывалом свинцовых туч. Ветер безжалостно терзал деревья, срывая зеленую листву и мелкие ветви, завлекая их в бесконечный танец над землей. Желтая молния, сыпля яркими, слепящими ответвлениями, разрезала небо на две половины. Глухо зарокотал запоздалый гром.
Игнорируя хаос, творящийся вокруг, Мадара, закинув руки за голову и свесив ноги вниз, удобнее устроился на массивной ветви дерева. Он не хотел возвращаться домой. Да и то место домом не назовешь. Кроме младшего брата, упорно цепляющегося за отцовское внимание, его никто не ждал.
Мелкая изморозь, упорно пробивающаяся сквозь раскидистую крону, усиливалась. Длинные дорожки воды стекали по волосам, затекая под плотную ткань кимоно, и Учиха резким движением смахнул холодные капли с лица. Он был уверен, стоит ему переступить порог, как вновь придётся смотреть в глаза Фууме. Женщина являлась дочерью родственника главы клана и, после гибели матери в очередном сражении с Сенджу, Таджима воспользовался возможностью стать ближе к заполученною желаемого титула.
Мадара устало вздохнул. Зажмурился, подставляясь под холодящие капли дождя.
Странные ценности взрослых удивляли.
Воцарившееся умиротворение нарушил отдаленный взрыв. Шиноби поднялся и прищурился. Над лесом поднимался столб белого дыма. Далеко, за пределами границы клана. Всё творящееся на границах — работа патрульных отрядов. Вновь устроившись на ветке, Мадара вернулся к своему прежнему занятию.
Время текло незаметно. Погрузившись в иллюзию спокойствия и тишины, он не сразу услышал громкие крики. Учиха недовольно поморщился, оценивая окружающую обстановку.
— Сенджу, — прошипел обладатель шарингана, спрыгивая вниз. Оставалось только гадать чем занимались соклановцы на границе, раз врагу удалось проникнуть в самую глубь их территории.
Мадара легко спрыгнул на землю. Нырнул в кусты, бесшумно ступая по сырой траве. Не имея под рукой кунай или катану, брюнет по пути подхватил пару камней.
Незаметной тенью Учиха пересёк поляну, заходя противнику за спину. Ощущение незнакомой чакры вызывало ненавязчивое любопытство. Неужели, новые союзники Сенджу?
Осторожно раздвинув ветви куста, его взор упал на невысокую девочку, отважно отбивающуюся от двух мужчин. Ночная тьма мешала разглядеть её лицо. Странно. Зачем им понадобился ребёнок?
— Сдавайся, — произнёс один из шиноби, когда девочка споткнулась и упала. Мадара зло скрипнул зубами. Достаточно с него детских смертей.
Вся злость и ненависть, накопившиеся за последние дни, обжигающими языками пламени разгоралась внутри. Благо, появились те, на кого можно обрушить лавину негативных чувств.
Учиха крепче сжал в ладони небольшой камень. Плавным и мощным движением запустил его, целясь в висок Сенджу. Элемент неожиданности сработал: глухой хруст и хрип, переполненный болью. Мужчина неуклюже повалился на землю, вызывая неподдельное удивление второго. Мадара довольно ухмыльнулся и, блеснув шаринганом, покинул своё укрытие.
— Что вы делаете на территории клана Учиха?
— Ты… — враг немного растерялся, но это стоило ему жизни. Шиноби сорвался с места, попутно подхватив катану, выпавшего из рук поверженного противника. В один прыжок преодолев разделяющее их расстояние, сын Таджимы резким выпадом отбил несколько кунаев и вонзил клинок в грудь Сенджу.
Ослабив хватку и отпустив рукоять катаны, Мадара перевёл дыхание. Поднялся. Взгляд наткнулся на сгорбленную фигуру девочки, сидящей в нескольких метрах от него.
— Спасибо за помощь.
— Рано меня благодаришь. Думаешь, перейти границу моего клана и легко отделаться? — Учиха оценивающе осмотрел её. Усмехнулся и задумчиво протянул, — хотя, ты не похожа на шпиона. Жалко выглядишь.
Лицо куноичи скривилось, но она сдержалась. Правильно. Не в том положении, чтобы огрызаться.
— Зачем ты понадобилась Сенджу?
— Не знаю. Они напали на мою деревню.
Мадара приблизился к ней. Темное пятно девичьего силуэта превратилось в хрупкую и слабенькую фигуру с узкими плечами и острыми углами. Взлохмаченные розовые волосы слиплись от крови. О какой же нелепый цвет! Но, шиноби подавил смешок, вспоминая клан с подобным типом внешности. На кимоно красовался белый круг, и он решил уточнить:
— Интересно. Твой клан…
— Харуно, — перебила куноичи, поднимая голову вверх. Мадара невольно замер. На него смотрели большие зеленые глаза, обрамлённые пушистыми ресницами. И он был готов покляться, что при свете дня они бы сверкали подобно двум изумрудам, — Сакура Харуно. Ты ведь Учиха? Я не хотела пересекать границу. Даже не заметила, скрываясь от погони…
Слова Харуно оборвались громким кашлем. Она приложила ладонь к правому боку и скривилась от боли. Шиноби, ожидавший иной реакции, поразился её хладнокровию. Отточенными движениями Сакура, совершенно не смущаясь, сняла юкату, оставаясь в обтягивающем топе, и внимательно осмотрела кровоточащую рваную рану.
— Плохо, — покачал головой Учиха, зная, что при таких ранениях долго не живут.
— Ничего, — ладонь куноичи окутала зеленоватая чакра, — мне хватит сил залечить её.
— Ты медик? — ненавязчиво поинтересовался обладатель шарингана. Если да — то его усилия пропадут не зря. Пусть и из чужого клана, шиноби, владеющий медицинскими техниками, может пригодиться.
— Не совсем. Этому меня обучила мать, — ответила Харуно, не видя смысла что-то скрывать. Ей не нравился пристальный взгляд Учихи. Но, приходилось мириться с допросом. Постепенно кровь остановилась, и на коже осталась белая полоса шрама.
— Здесь оставаться нельзя, — произнёс Мадара, усиленно размышляя, что делать с Сакурой. Привести куноичи в клан без ведома главы и даже семьи — не вариант. Хотя… Наверное, только он и поможет Харуно избежать длительных допросов или смерти.
— Я очень устала, — прошептала она. Не жаловалась. Просто констатировала факт. Ноги предательски дрожали. Ей с трудом удавалось держаться на грани и не потерять сознание.
Учиха раздраженно вздохнул и бесцеремонно подхватил её на руки. Сакура болезненно ойкнула, удивлённо заморгав. Она предполагала, что для него всего лишь ценный источник информации. А смерть — вопрос времени. Но организм требовал отдых. Сопротивляться было бесполезно.
Мадара поспешил в деревню. Перепрыгивая по веткам деревьев, шиноби думал, каким образом скроет присутствие куноичи. Он был уверен, что патрульные отряды обязательно найдут два трупа Сенджу. Как и следы чакры Харуно.
Обойти охрану не составило труда. Минуя многолюдные места стороной, Учиха добрался до дома. Ставни окна со двора оказались открыты. Оставалось мысленно благодарить Изуну.
Бесшумно ступая по холодному бревенчатому полу, он обошёл футон брата и сгрузил куноичи на свой, так же подготовленный для него младшим братом.
— Мадара? — сонно пробормотал Изуна, — ты вернулся…
— Тихо, — прошептал брюнет. Сакура заснула по дороге. Отлично. Ему же меньше проблем.
Младший Учиха торопливо поднялся. Зажёг свечу и спросил:
— Кто это?
Тусклая полоска света осветила бледное лицо куноичи. Застывшее выражение покоя позабавило Мадару. Но, судя по её состоянию, пережила она немало.
— Я спас Харуно от Сенджу. Не говори родителям и присмотри за ней. Мне нужно договориться с Ичиро и завтра вечером незаметно вывести её из деревни.
— Ага, — запоздало прошептал Изуна. Ему было непонятно зачем он помог незнакомой куноичи, возможно даже из враждебного клана. Но, благополучно промолчал, ведь привык доверять старшему брату. Тот, подмечая напряжённый взгляд, добавил:
— Не волнуйся. Всё будет хорошо…
***
Сакура пошевелилась во сне и перевернулась на раненый бок. Пульсирующая боль неприятно кольнула под рёбрами и она, закусив губу, открыла глаза. Техника залечила поверхностно, позволила срастить ткани и остановить кровь. На большее не хватило чакры. Боль будет её спутником ещё несколько дней или даже недель. Широко зевнув, Харуно осмотрелась. Мягкий солнечный свет пробивался сквозь бумагу седзи, пятнами гуляя по стенам, укрытым резными деревянными панелями. Рядом на низком столике лежало несколько онигири и стоял пузатый чайник, на боках которого были изображены танцующие журавли. Харуно провела ладонью по лицу, зарываясь пальцами в волосах. События вчерашнего вечера казались ужасным кошмаром. Может это действительно сон? Куноичи приподнялась на локтях, попутно ощутив ноющую боль в мышцах. Тихо застонав, повалилась обратно, сжимая кулаки. — Уже проснулась? — Сакура удивлённо изогнула брови и, откинув край одеяла, увидела дремлющего на краю футона Учиху. Черные взъерошенные волосы небрежно разметались лицу шиноби. Широкие плечи скрыва синяя юката, а беззаботное выражение лица даже немного позабавило её, вызвав едва уловимую улыбку, — я всю ночь следил за твоим самочувствием, дай поспать. — Серьёзно? — Не веришь? — фыркнул Мадара и перекатился на бок, уставившись ониксовыми глазами на неё. Сакура скрестила руки на груди, попутно замечая широкие бинты и новую, чистую одежду. — Ты переодел меня? — задыхаясь от чужой наглости, прошептала куноичи. — Предпочитаешь быть в своей юкате, которую даже одеждой назвать нельзя? — иронично поинтересовался тот. Реакция Харуно, особенно её покрасневшие щёки, веселили шиноби. — Чего я там не видел… — пробубнил он, поворачиваясь к ней спиной. Но очень болезненный пинок в спину оказался для него неожиданностью и ему стоило огромных усилий, дабы сохранить равновесие. — Вместо слов благодарности, хочешь убить меня, — проворчал Мадара, потирая место ушиба. А силы ей не занимать. Сакура недовольно фыркнула и отвернулась. Учиха уже подбирал едкие словечки для продолжения, как раздались негромкие шаги и сёдзи стремительно распахнулись, впуская внутрь тёплой летнего дня: — Вы чего тут гремите? — на пороге стоял недовольный Изуна. Младший брат и так был недоволен неразумным поведением старшего, предвкушая очередной неприятный разговор с отцом. И не только с ним. Укрывать куноичи чужого клана — очень опасно. — Мы не специально, — процедил обладатель шарингана, косясь на розоволосую. — Тебе повезло, что родителей нету. С самого утра в деревне царит переполох. Говорят прошлой ночью поизошло маштабное сражение…— Изуна осёкся, постепенно осозновая кем могла быть куноичи, — Мадара! —Не волнуйся, — отрезал тот и поднялся, — оставайся с Сакурой. Пойду на разведку. Уверен, они усилили охрану… Учиха выразительно покосился на Харуно. Вывести её незаметной не получается. Даже с помощью Ичиро. Его слова остались без ответа. Изуна засопел, скрестив руки на груди, но не стал возражать. Куноичи устало вздохнула и вновь потёрла глаза. Она была реалистом и сомневалась, что кто-то выжил. Её клан не имел особых и мощных техник. Сенджу же, наоборот. Сакура отличалась от многих сверстниц, которые даже и не думали становиться шиноби. Отец дал своей единственной дочери выбор, и Харуно выбрала свой путь. Поэтому, ей нельзя предаваться эмоциям и попытаться выжить. Остаток дня прошел в глубокой тишине, не считая пары дежурных фраз. Оба считали неуместным вести разговор, боясь сболтнуть лишнего. Куноичи лежала на футоне, бессмысленным взглядом уставившись в потолок. Отдыхала, пока была возможность. Даже в какой-то момент заснула, пока грубый мужской голос не прервал её сон…***
От вчерашней бури не осталось и следа. Солнце стояло в зените и Мадара невольно посетовал на воцарившуюся жару. Как ни странно, на улице было многолюдно. Деревня Учих — небольшое поселение, окружённое выской стеной. Хотя, такая это не преграда на пути шиноби. Но, порой именно хорошая защита давала фору жителям укрыться в безопасности. Небольшие дома и не широкие улочки извилистыми змеями рассекали деревню, для незваных гостей превращаясь в лабиринт. Запахи жареной рыбы и мяса не на шутку разыграли аппетит Мадары, у которого уже сутки во рту не было и кусочка еды. Ичиро ждал его в обговоренном месте. Парень задолжал ему одну услугу, поэтому не мог отказать в помощи, несмотря на скверный характер. Оказалось, не только вся деревня стоит на ушах. Объявление тревоги означало полную мобилизацию шиноби. Мадару и его брата она не затронул потому что они вчерашним утром вернулись с задания, однако и их записали в вечерние патрули. Замечательные новости. Ичиро замолвил слово, чтобы именно его назначили главным в один из отрядов. Доверенные им шиноби не проболтаются, если количество людей в отряде станет на одного больше. Это единственный шанс покинуть деревню, и Мадара согласился. Иного выбора он не видел. Уже на пути домой, Учиха испытывал небывалое волнение. Интуиция предрекала нечто плохое. Брюнет торопился и буквально замер на пороге своей комнаты, остервенело вцепившись в седзи. Помещение пустовало. Сдерживая ругательства, Мадара инстинктивно ощутил чакры родителей, брата и Харуно. Не стоило оставлять её с ним. Учиха решительно направился на подмогу Изуне и Сакуре. Стоило ему спуститься вниз, в общую комнату, сразу же наткнулся на строгий взгляд отца. Сидя за низким столиком, Таджима с отрешенным видом, будто и не существовало былых разногласий с сыном, отложил в сторону кисть. Поднялся и сделал несколько шагов в сторону, повернувшись спиной к сыну. — Вчера Сенджу атаковали немногочисленный клан Харуно, тем самым, присвоив их территории себе. — И? Каким образом это относится к Учиха? — Глава очень долго добивался лояльноти их клана. Пусть он и немногочисленный, но достаточно сильный. Учиха нанимали их в качестве шпионов. Наш союз не дал бы Сенджу продвинуться на запад, к морю. Если они объединяться с Узумаки, превзойдут нас численностью. Мадара нахмурился. — Я знаю, — старший Учиха сдержался от гневных реплик. Он не верил, что Таджима терпеливо ждал до утра, чтобы поговорить. Впервые, шиноби не представлял, что от него ожидать, — мне стоит похвалить тебя. Хотя, излишнее сострадание вредит шиноби. И видя изумленное лицо сына, пояснил: — Сакура Харуно — дочь главы. Не последняя фигура в политики страны Огня. По слухам она унаследовала многие техники главной ветви клана, которые заключается в создании барьеров. Мы с Фуумой будем заняты в ближайшие несколько дней, поэтому забота о Харуно на тебе. Я уже оповестил главу. Он разделяет мои взгляды. Ты молодец, она выгодно послужит нашему клану. Мадара сдержал очередной порыв гнева. Отчего-то ему не понравилось выражение «выгодно послужит нашему клану». Использовать гендзютцу и подавить волю человека — отвратительно и равноценно убийству. Но, Учиха резко отдернул это мысли. Почему его волнует её судьба? Он наоборот должен радоваться, избавишься от лишнего балласта. Озадаченный этими мыслями, Мадара молча развернулся и стремительно вылетел на улицу. Ему требовалось побыть наедине с собственными мыслями и избрать верный путь. Запрыгнув на крышу, Учиха закрыл глаза, проведя остаток ночи в длительной медитации…
