В паутине

Кроуфорд сидел в кабинете с Ганнибалом Лектером и заметно нервничал. Как воспримет Лектера Миккельсон? Разозлится ли она на еще одного психиатра? Это же практически вызов её профессиональности. — Доктор Лектер, прошу вас, будьте покладисты. Карин очень не любит, когда ей перечат. — Я постараюсь,– улыбка мелькнула на губах доктора. Паук… Он ассоциировал себя с этим же животным. Чем Миккельсон заслужила это прозвище? Ещё не появившись, эта женщина уже интриговала его. Открылась дверь и она вошла. Ганнибал нахмурился: он не услышал её шагов, и тут же уставился на вновь прибывшую – она определённо была хороша. Грубый мужской костюм прятал фигуру, мужские ботинки придавали жёсткости, иссиня-черные волосы убраны в строгий пучок, открывающий лицо. Тёмно-зелёные, изумрудные глаза, пухлые вишнёвые губы, черные брови вразлёт. Она определённо была прекрасна, но всё портило выражение глаз. Холодный, резкий, будто скальпелем вскрывающий тебя и насквозь видящий все твои страхи взгляд быстро прошёлся по комнате, мазнул по Лектеру и остановился на Кроуфилде. Тот поспешил представить докторов друг другу: — Доктор Миккельсон, это доктор Ганнибал Лектер, он врач Уилла и помогает нам с расследованием,– цепкий взгляд остановился наконец на Лектере.– Ганнибал, это доктор Карин Миккельсон, профессор психиатрии из Оксфорда. — Приятно познакомиться,– хрипло выдавил Ганнибал, горло неожиданно свело от бесстрастного взора, а сердце застучало, отдаваясь в ушах. Впервые у него была подобная реакция на человека, тем более на представителя противоположного пола. «Все интереснее и интереснее,»– подумал он. — Будем знакомы,– с акцентом на первом слове произнесла она. Ганнибал был в восторге: низкий, грудной голос обволакивал и обещал немыслимые удовольствия. «Каков на вкус её язык,»– двусмысленная мысль промелькнула и оставила терпкое послевкусие. С красным вином и острыми специями решил он. Ооо… Из неё получатся прекрасные блюда, венцы его творения. Задумавшись об этом, он не сразу уловил смыл послания, а поняв, мысленно усмехнулся: она не считает их знакомство приятным, предпочитает подождать и лучше узнать человека прежде чем судить о подобном. «Умна,»– с ленцой всё так же мысленно протянул он. — Когда я увижу Уилла?– обратилась уже к Джеку Карин. — Завтра с утра. Ко скольки вам удобно? — В восемь подойдёт? — Как пожелаете. Только доктор Лектер будет сопровождать вас. Женщина смерила обоих недовольным взглядом. — Зачем? — Как лечащий врач Уилла он обязан там присутствовать. — В первый раз я согласна, но все последующие будут проходить без него. — Но…– только и успел произнести Кроуфорд, как Карин ушла, закрыв дверь. «Н-да», - протянул он и провёл по вспотевшему лбу рукой. — Как она вам, доктор? — Весьма любопытна…

***

Ганнибал стоял у входа в тюрьму и поглядывал на часы. Без трёх минут восемь. Где она? За минуту до восьми на парковку на большой скорости въехала чёрная Audi и, сделав крутой разворот, ровно встала на место. Дверь открылась и Ганнибал замер. Она выглядела так же как и вчера: неизменный мужской костюм, губы, неизменно накрашенные вишнёвой помадой, кривились в усмешке, волосы лежали мягкой волной, но Лектер сразу заметил лишнюю деталь – появились круги под глазами. Чем она занималась всю ночь? Не успел он задуматься, как Карин уже прошла мимо. Духи с запахом грейпфрута… «Ей подходит,»– снова отвлёкся мужчина. Карин уже прошла пост охраны, и Ганнибал поспешил за ней. Всю дорогу до камеры Уилла они молчали: Ганнибал внимательно наблюдал за ней, ожидая хоть малейшей реакции, но Карин с совершенно нечитаемым выражением лица анализировала события минувшей ночи... Привычно получив записку с адресом, Карин, не заезжая в отель, отправилась туда. Дом встретил её зловещей тишиной, но женщина невозмутимо открыла дверь и прошла сразу на второй этаж, оглядываясь в поисках спальни. Открыв дверь той, она на мгновение застыла на пороге. Жуткая сцена, представленная перед глазами, определённо что-то напоминала. Карин хлопнула себя по лбу: «Точно! Ангел смерти!». Действительно, увиденное напоминало картину Эмиля-Жан-Орас Верне. Труп мужчины, одетый в рубашку и накрытый сверху красным пледом, был связан так, что казалось, будто он молится. Тело девушки, облаченное в белое платье, с помощью практически невидимых лесок было приподнято над кроватью. Позади неё на стене кровью были нарисованы крылья. Не хватало лишь самого ангела смерти, её, Карин. Надев перчатки и бахилы, женщина внимательно осмотрела место убийства и, не найдя маломальских улик, хмыкнув, ушла. Когда-нибудь она найдет своего поклонника... Доктор пришла в себя за секунду до открытия дверей лифта и, заметив на себе внимательный взгляд Лектера, чуть заметно поморщилась: потеряла контроль на глазах у незнакомца! Хорошее же начало! На подходе к камере Уилла Карин сделала неопределённый жест рукой, и Ганнибал, правильно поняв его, отошел в сторону. Миккельсон же подошла вплотную к стеклу и произнесла: «Добрый день, Уилл Грэм.» Тот неверяще уставился на неё: она здесь, после стольких лет она вновь здесь. Но всё же не зря Уилл работал с ФБР, по официальному, сухому тону женщины он понял, что та хочет скрыть факт их знакомства. — С кем имею честь общаться?– с усмешкой спросил заключенный. — Доктор Миккельсон к вашим услугам. Так в чём проблема, мистер Грэм? Почему вы утверждаете, что не виновны? — Спросите доктора Лектера, мисс. Уверен, он много чего расскажет про мою болезнь,– шипя, сказал Уилл. Карин, сочувственно взглянув на него, прошептала, что придёт завтра и уже громче добавила, что ей нужно идти, но она с удовольствием пообщалась бы с мужчиной снова. Она прошла мимо Ганнибала в лифт, тот незамедлительно прошел за ней. Что же вы скрываете, доктор Лектер?

***

На выходе из тюрьмы женщину поджидал незнакомый мальчишка. Когда она подошла к нему, он отдал ей очередную записку и убежал. Карин даже не стала допрашивать ребёнка: Почитатель никогда так глупо не попадётся. Проигнорировав заинтригованный взор Ганнибала, Миккельсон села в машину и поехала осматривать новую сцену убийства.

***

Она снова стояла в спальне и отрешенно глядела на тела. Поклонник знал о её любви к искусству, и каждое его убийство являлось жуткой репродукцией на какую-либо знаменитую картину. На сей раз Карин была поражена: о своей тяге к русской классической литературе она не распространялась. Как давно Воздыхатель следит за ней? Доктор похолодела, узнав картину. «Демон и Тамара» Маковского, посвященная «Демону» Лермонтова. Её любимое произведение... Это финишная прямая, поняла Карин. Обошла комнату, внимательно цепляясь взглядом за каждую подозрительную мелочь, и... ничего не нашла. Тогда она надела перчатки и открыла рот девушке. Верно! Там лежал конверт, заглянув в который, Карин нашла билет на «Сон в летнюю ночь». Последнее действие...

***

Миккельсон вышла и поспешно уехала: надо было найти подходящее платье. И, разумеется, погруженная в свои мысли она не заметила доктора Лектера, проводившего её внимательным взглядом...

***

Карин была довольна: платье понравившееся ей с первого взгляда, близящийся финал игры с Почитателем. Давно она не чувствовала себя так легко. К камере Уилла женщина буквально летела, предвкушая встречу, без назойливых свидетелей со старым другом. — Кара! Ты пришла. — Разумеется, я же дала слово…– протянула та.– Что за мутная история?! Я же просила тебя не рисковать,– огорченно подняла взгляд женщина. — Прости, Кара. Я хотел помочь, а увяз по уши. — Ты же знаешь, Уилл, как хрупко наше равновесие. Наклонишься не в ту сторону и уже можешь не вернуться… Больше всего я обеспокоена твоим состоянием... Ты же трещишь по швам. — Я справлюсь… Карин, не доверяй Лектеру. Это он ввергнул меня пучину. Он наш маньяк!– следующие слова Уилла уже невозможно было разобрать. Он кричал, стучал по стеклу руками. Некогда прекрасное одухотворенное лицо скривилось в яростной маске ненависти. Карин со вздохом отошла и прислонилась гудящей головой к прохладной стене. Мимо пробежала тройка санитаров. Я верну тебя, Уилл. Я обещаю… Утренняя эйфория сменилась апатией. Женщина медленно пошла в сторону лифта, и ей было невдомёк, что в этот момент Ганнибал наблюдал за ней через камеры слежения. Ожесточившийся рот сжат, глаза гневно сверкают. Карин и Уилл знакомы, и ему совершенно не нравится как этот факт, так и взгляд Уилла на Карин, боготворящий, влюбленный… Только он имеет власть над Уиллом! Однако какая ирония: он ревнует двух людей друг к другу… Определенно, с Карин надо разобраться. Как жаль, что он не может сделать этого прямо сейчас: клиенты ждут.

***

Вечером того же дня Лектер постучал в дверь номера Карин. Она приоткрыла ту, внимательно уставившись на гостя, но его не впустила. — Чем обязана? — Добрый вечер, доктор Миккельсон. Я хотел бы пригласить вас на ужин. Завтра в семь,– с неизменной любезностью ответил Ганнибал. — К чему эти расшаркивания, доктор Лектер? Мягко говоря, я не нравлюсь вам, а вы не нравитесь мне. Так чего вы добиваетесь этим приглашением?– женщина криво усмехнулась. — Поверьте, на данный момент у меня нет злых умыслов. Так что, посетите ли вы логово демона?– при этих словах Карин похолодела. Как много он знает? — Какой грубый шантаж, доктор,– протянула женщина, хитро глядя на собеседника.– Я приду к шести. Дверь резко закрылась, едва не дав Лектеру по лицу. С характером...

***

Взбешенная женщина резким движением открыла ноутбук и прошипела: «Грязно играем, да, доктор? Ничего, у меня тоже есть пара тузов в рукаве…»

***

Ровно в шесть звук звонка раздался в оглушительной тишине дома. Лектер вытер руки о полотенце и, довольно улыбаясь, открыл дверь. Карин приятно удивила: она была в платье-футляр. Удовлетворённо проведя по ней взглядом и проигнорировав возмущение женщины, Ганнибал провёл её в столовую и помог сесть. «Джентльмен,»– фыркнула про себя Карин. — Сегодня в меню: салат с клубникой, авокадо, горгонзолой и прошутто, язык под винным соусом с паштетом из сердца и овощным гарниром, а на десерт – тирамису. — Я смотрю, вы хорошо подготовились,– несколько раздосадованно проговорила женщина. Всё же некрасиво получать удовольствие, находясь в гостях у врага. — Хотел, чтобы вам было максимально комфортно. Это Совиньон 1978 года,– немного отвлёкся Ганнибал.– Вы ответите на пару моих вопросов? — Надеетесь превратить ужин в сеанс?–усмехнулась Миккельсон.– Что ж, око за око, доктор Лектер. — Согласен с вами. Кстати, могу я перейти на ты? — Ну, рискните. Ганнибал разложил блюда и сел за стол, напротив женщины. —Знаешь, Карин,– смакуя каждую букву, произнёс он.– Не могу решить с чего начать. Кстати, сколько тебе лет? — Двадцать девять,– горько усмехнулась та, думая о своём прошлом.– Может, я сама вкратце расскажу?– и, получив утвердительный кивок, продолжила.– Как заметил дядюшка Фрейд, все наши проблемы родом из детства. Так сложилось, что мой отец не обращал на семью ровным счётом никакого внимания, а мать всю свою любовь направила на мою младшую сестру, Аннабель. И я, никем не видимая, с детства стала очень самостоятельной, а утешение находила в своей подруге: её имя было Джанетт, но все звали малышку Дженной. Она была такой солнечной и романтичной, мы дружили с трёх лет. Дженс была той, кому я буквально вверила свою душу… Я вовремя не заметила, лишь потом сложила два плюс два и поняла,– медленно выдохнула Карин.– Когда мы перешли, она сразу же влюбилась в самого популярного мальчика школы. Мэйсон был старше нас на два года, Когда Дженне было шестнадцать, он обратил на неё своё внимание. Подруга была так счастлива… Но это длилось недолго: она очень скоро увидела, каков он на самом деле. Он… он её изнасиловал. Дженна была очень хрупкой и ранимой, она сломалась. Спустя неделю нашли её тело: повесилась. А Мэйсону ничего не сделали: его отец работал в администрации города. — И что с ним сейчас? — Он мёртв,– с абсолютно невозмутимым лицом сказала Карин, и лишь злорадный блеск, мелькнувший в глубине её глаз, намекнул Лектеру на истинное положение вещей. — Я так понимаю, убийцу не нашли? — Верно понимаете. Ваша очередь, Ганнибал,– Миккельсон впервые назвала его имя, и то, как она это сделала, определённо, понравилось мужчине. — У моей семьи был загородный дом в глуши. Однажды из окружной тюрьмы сбежали люди, посаженные за национализм и террористические акты… Они убили моих родителей, а Мишу, сестрёнку, спустя неделю, когда закончилась провизия, съели. Я сбежал, и меня нашла полиция. Но, когда они приехали в дом, преступники уже сбежали,– несмотря на спокойный, холодный тон, которым всё это было сказано, прошлое Лектера поражало жестокостью и кровавостью.

***

Остаток ужина прошёл за дружеской беседой: они обсуждали обычные для себя вещи: последние статьи в психологических журналах, работу небезызвестного учёного о типах криминальной личности: он разделил всех преступников на нарциссов, садистов, социопатов и шизоидов.* Время пролетело незаметно. В десять Карин случайно провела взглядом по часам и ахнула. «Как ни жаль прерывать наше общение, но мне пора идти, Ганнибал,»– вставая, сказала женщина. В прихожей Лектер помог ей надеть пальто и, открывая дверь, услышал тихое: «Всё же приятно было познакомиться». Мужчина довольно усмехнулся. Ты тоже не разочаровала меня, Карин. Буду ждать тебя снова.