Наруто. Ты всегда в моем сердце.

Обычно сырое, холодное утро встретило Учиху теплом и уютом. С трудом разлепив глаза, парень заметил, что укрыт походным одеялом, коего изначально у него не было. — Проснулся-таки? — раздалось откуда-то сверху. Брюнет резко вскочил и поднял голову вверх, встретившись с пристальным взглядом голубых глаз. Наруто сидел на ветке старого дуба в двух метрах от своего товарища и, свесив одну ногу вниз, крутил на пальце кунай. — Я помню, что ты сильно мёрзнешь, поэтому и укрыл тебя своим одеялом, — больше не смотря на брюнета, произнёс он. Взгляд блондина был устремлён куда-то вдаль, и казалось, что мыслями тот уже давно не здесь. Лёгкий осенний ветер играл с его светлыми волосами, от чего Саске захотелось почувствовать, какие они на ощупь. Наверняка мягкие и тёплые… Взгляд опустился чуть ниже, на губы. Невольно коснувшись пальцами своих губ, брюнет усмехнулся, вспомнив их недавний поцелуй. «Наруто, что же ты со мной делаешь?..» — задал свой немой вопрос он. Дыхание участилось и стало непривычно жарко. «Что это со мной? Чёрт! Чёрт! Чёрт!» — мысленно ругал себя Учиха. Взять себя в руки всё же удалось, благо сыграла учиховская кровь, которая не раз спасала её носителей от всплеска эмоций и неконтролируемых действий (правда, именно она, в свою очередь, и сводила людей с ума, делая из них мстительных и жестоких тварей). Поймав себя на мысли, что уже достаточно долго разглядывает своего друга, парень затолкал все противоречивые эмоции в самый дальний уголок своего сознания (как он обычно и делал, когда речь шла о Наруто), и, с лицом, не выражающим никаких эмоций, изрёк: — Что ты тут делаешь, Наруто? Ответ не заставил себя долго ждать. В мгновение ока оказавшись около Саске, блондин слегка улыбнулся и сказал: — Я же обещал, что больше не оставлю тебя одного! Учихе понадобилось несколько секунд, чтобы перевести дух и унять вновь всплывшие на поверхность чувства. — А как же твое обучение? Или ты настолько туп, что Ирука-сенсей сдался и махнул на тебя рукой? — в своей обычной манере съязвил он. — А-а-а… — ещё шире улыбнувшись и прищурив глаза, протянул «прогульщик». — Я оставил в Конохе парочку клонов, а когда техника развеется, то все наработанные ими знания перейдут ко мне, — на этих словах Наруто провёл рукой по волосам, взлохматив их на затылке. Так парень обычно делал, когда смущался или о чём-то переживал. Учиха удивлялся, как в считанные секунды из серьезного и взрослого юноши его друг превращался в глупого мальчишку, которым был в детстве. Такой наивный и непредсказуемый. И пусть его улыбка казалась беззаботной, а поступки зачастую импульсивными и безрассудными, глаза всегда говорили правду. В них читалась безграничная любовь к каждой живой душе и одновременно вселенская скорбь по тем, кого не удалось спасти. Любые трудности и преграды на пути этого ниндзя обращались в прах, а каменные сердца недругов давали трещину. «Что ты за человек, Узумаки Наруто? Кто ты? И откуда в тебе столько жизненной силы и энергии? Почему ты не можешь пройти мимо? Почему, несмотря на неудачи, ты продолжаешь пытаться?» — этот беззвучный вопрос Саске задавал неоднократно, однажды осмелившись задать его в слух. — Почему ты не сдашься и просто не дашь мне тебя убить? — надрывая горло, кричал тогда Учиха. — Потому что ты мой друг, — слышалось в ответ. — Почему, зная, что это бессмысленно, ты все равно пытаешься вернуть меня? — Потому что ты мой друг, — неустанно повторял он. — Тогда мне придётся убить тебя, чтобы свершить свою месть! — отчаянное заявление. — Тогда мы умрём вместе, и я заберу твою боль себе, — на полном серьезе отвечали ему. Тогда Саске наивно полагал, что это всего лишь юношеская бравада, и Наруто кидает слова на ветер, но вскоре понял, что был не прав. Этот парень потратил годы на тренировки, чтобы догнать и превзойти его, чтобы были силы уберечь и остановить, чтобы быть признанным им, Саске Учихой. Узумаки пожертвовал в той битве своей правой рукой, и, зная его, ни разу не пожалел о случившемся. А теперь он стоит здесь, так близко, на расстоянии вытянутой руки, такой красивый и родной, с ног до головы искрящийся безграничной любовью и чистотой. «Мой первый и единственный друг…» — усмехнувшись, подумал Учиха. «Я всерьез подумываю изменить статус наших отношений, Наруто. Как бы там ни было, но я сделаю тебя своим!».

***

— А куда, собственно говоря, мы идём? — покусывая веточку пахучей травы, обратился к другу блондин. Он был искренне счастлив, так как ему удалось удрать от пристального внимания Какаши и Сакуры, и провести время с тем, с кем обещал всегда быть рядом. Узумаки прекрасно помнил горящие глаза друга, когда тот увидел его. Тогда, сидя на широкой ветке старого дуба, джинчурики наблюдал за мирно спящим Учихой, не в силах отвести взгляд. Было в этом парне что-то особенное, то, из-за чего сердце Наруто стучало сильнее, а земля уходила из-под ног. Саске хотелось защищать и оберегать, но вовсе не от врагов, с которыми тот мог и сам легко справиться, а от самого себя, от мстительной учиховской натуры, от повторения ошибок. Именно поэтому он здесь, рядом с ним, и теперь его не оставит, что бы ни произошло. — В ближайший город или деревню. Нам нужно нормально помыться и отдохнуть, — задумчиво отозвался Саске. Его мысли были смешаны, и всё, чего ему сейчас хотелось — это как следует выспаться. Остальное же не имело значения, ведь рядом с ним был Наруто, что дорогого стоило. — И поесть, — весело добавил блондин. Уж что-что, а с бездонным желудком этого паренька даже сама Кагуя ничего бы не смогла сделать. — И поесть, — улыбнулся Учиха. Путь оказался недолгим, и совсем скоро двух ниндзя встретило небольшое поселение, ландшафт которого был усеян хиганбаной*. Эти необычайной красоты цветы, внешне напоминающие искры жаркого пламени, простирались на десятки метров вокруг деревни, и казалось, что кроме них здесь больше не было никакой растительности. Растение, словно пламя, сожгло всё, к чему прикоснулось. — Какая красота… — очарованный алой россыпью осенних цветов, протянул Узумаки. Почему-то они напомнили ему его кьюби, покрывающая аура которого была сродни огню. — Странно… — Что странно? — оторвавшись от созерцания дикого чуда природы, уточнил Наруто. — Эти цветы довольно-таки ядовиты. Обычно они растут на кладбищах или же на поле прошедшего сражения, а сажают их лишь на рисовых плантациях. Здесь же цветы повсюду, но ни захоронений, ни риса я не вижу. Да и аура этого места весьма необычная. Ты не чувствуешь? Наруто моментально вошёл в «режим отшельника», так как всегда имел в запасе теневого клона, наполняющего чакру природной энергией. — Ты прав. Это место словно окутано коконом, но злой энергии я не чувствую. Парни прошлись вдоль улиц, но никого, кроме детей возрастом примерно тринадцати лет, не обнаружили. Девочки и мальчики сновали по улицам, лазали по деревьям и вели себя вполне обыденно. Настораживало только одно — их было слишком много. — Сколько же их здесь? — теребя волосы на затылке, протянул Узумаки, разглядывая переполненные детворой улицы. — Где ваши родители? — остановил он пробегающего мимо мальца. — Мне почём знать? — кинул паренёк и продолжил свой путь. — А это тебе не кажется странным? — обратился Наруто к Саске. — Думаю, нам стоит тут всё осмотреть, — всё так же незаинтересованно ответил брюнет, хотя, признаться честно, увиденное его зацепило. Но это можно было оставить и на потом, а сейчас он жаждал разрядки и морального успокоения. Не успели парни и шага дальше ступить, как неожиданно оказались втиснуты в тугое кольцо зардевшихся девчонок того же возраста, что и вся детвора в округе. «Какие красавчики!» — послышались тоненькие девчачьи голоса. «Мне больше блондин нравится!» «А мне тот черненький в плаще!» Наруто растерянно улыбнулся и не знал, куда себя деть. В последнее время он не испытывал недостатка в поклонницах, но к их вниманию всё ещё не был готов. Саске же напротив оставался как всегда холоден и, судя по всему, ещё немного раздражён. — Пойдём, — в своей обычной манере произнёс Учиха и потянул блондина за руку. — Поищем комнату. Пробившись сквозь толпу, ниндзя Листа направились к самому большому зданию в деревне, которым, как им показалось, и оказалась гостиница. Прошествовав внутрь помещения, им снова предстали только толпы детей, на что Саске лишь скептически хмыкнул. — Есть предположения, куда делись все взрослые? — всё же решил озвучить немой вопрос Учиха, поставив на возможные способности Наруто. — Кроме детей я больше здесь никого не ощущаю… — Я тоже, — вздохнул Саске, ожидав подобного ответа. Собственно, а на что он вообще надеялся? — Что ж, так или иначе, но с проблемой этой деревни мы разберёмся позже, а сейчас у нас есть дела и поважнее. Ниндзя оставили на кассе деньги и, взяв свободный ключ, отправились в номер. Поиски продлились недолго, и вот Узумаки уже попытался пару раз выбить дверь, когда до крайней степени раздражённый Учиха не повернул ручку в другую сторону, войдя в комнату. — Иди в душ, а я пока что-нибудь приготовлю, — скомандовал Саске и отправился на предполагаемую кухню. Там, обыскав все потаённые углы, на полках парень обнаружил множество разнообразных овощей, место с залежами сушёной лапши и какие-то специи, пока в холодильнике не оказалась свежая курица. Вспоминая способы готовки, Учиха почистил и опустил сырую птицу в холодную воду в кастрюле, поставив её на плиту, и, доведя до кипения, убавил огонь. Когда мясо было достаточно хорошо проварено, он ссыпал овощи и специи, а после того, как бульон прокипел еще минут пять — снял с плиты. Теперь пришло время лапши, но с ней всё было куда проще. В оставшееся время Саске делал какие-то побочные приготовления, мастерски орудуя ножом. — Я всё. Можешь идти купаться, — донеслось со второго этажа как раз в тот момент, как ужин уже был готов. Довольный собой Учиха запечатал плод своих трудов в свиток и поднялся наверх. — Наруто, в твоём свитке есть ещё одно полотенце? — зайдя в комнату, спросил он, пока его взгляд не скользнул по голому телу блондина. Все ещё влажное, подтянутое тело друга, по которому стекали мелкие капельки воды, заставило парня напрячься. Его ноги словно приросли к полу, а веки налились свинцом. В ушах оглушительно стучал пульс, когда к лицу прилила кровь. От окончательного смущения парня с риннеганом спасло только полотенце, закрученное вокруг бёдер Узумаки. «Как же опрометчиво с моей стороны так врываться… Мы, конечно, парни и много раз видели друг друга раздетыми, но смотрю ведь я на него не как на друга, а как на мужчину, который мне нравится! Прости меня, Наруто, я не знаю, сколько еще выдержу!..». — Думаю, да, — не оборачиваясь, ответил Наруто и начал пересматривать свои походные свитки в поисках искомого. Как же сильно он был смущен, ведь отчетливо ощущал ауру цвета кармина**, исходящую от Саске! Парень всё ещё плохо разбирался в природе и значении данной энергии, но она влияла на него, заставляя краснеть. — Прости, Саске, но нового нет, только моё, — виновато произнес джинчурики. — Но оно чистое, правда. Блондин достал из свитка ярко-оранжевое полотенце и протянул Учихе, стараясь не смотреть ему в глаза. — Сойдёт, — как всегда холодно отозвался тот. Знал бы Наруто, каких усилий стоило Саске взять себя в руки и не выдать волнения. Горячая вода тонкими струйками стекала на грудь и плечи, успокаивая и расслабляя. Как же давно Учиха не принимал душ… Саске никак не мог свыкнуться с мыслью, что Наруто теперь рядом с ним, так близко, на расстоянии вытянутой руки, такой родной и такой свой. Пусть они и были лучшими друзьями, пусть вечно ссорились и дрались, зато теперь вместо соперничества их объединяла взаимная привязанность. Саске не отрицал, что испытывает к Узумаки нечто большее, нежели дружеские чувства, но вот что испытывает к нему сам Наруто? Тогда блондин поцеловал его хоть и неуклюже, хоть и по-детски, но это был осознанный поцелуй, а не случайное столкновение как в детстве. Но, тем не менее, Узумаки прославился, как самый непредсказуемый ниндзя, поэтому по его поступками мало что можно было сказать. Никогда не знаешь, что у того в голове, да и сам джинчурики, наверное, этого не знал. Любовь к голубоглазому чуду, которую Учиха осознал совсем недавно, жила в сердце уже долгие годы, просто парень не придавал этому чувству особого значения, заглушая его жаждой мести и ненавистью. Как бы там ни было, а он всегда ощущал присутствие Наруто, даже когда тот был за сотни миль. Саске ощущал то тепло, что исходило из сердца друга, и именно оно не давало его сердцу окончательно зачерстветь. «Друг»… Как много было вложено в это слово, но Учихе и этого было мало, ему всегда было мало. Да, он был эгоистом и никогда этого не отрицал, но сейчас думал не только о себе, но и о Наруто. Теперь главная цель Саске — стать счастливым и сделать счастливым ЕГО. Брюнет не знал, сколько времени простоял под душем, но, услышав настырный стук в дверь, вернулся к реальности. — Ты скоро? Я голодный! — капризно протянул Узумаки. — Сейчас. Схватив с полки оранжевое полотенце, парень прислонил его к лицу и замер, больше не в силах пошевелиться. Какой приятный и нежный аромат исходил от этого куска материи. От него веяло теплом, как и от Наруто. «Чем же ты его стираешь? Словно пригретое солнцем», — подумал Саске и, опоясавшись им, вышел из ванной. — Где ты спрятал наш ужин? — бегая по комнате, ворчал голодный джинчурики. — Он в свитке, — всё ещё стоя в дверях, ответил Учиха. Наруто уже было хотел что-то возразить, но взгляд его приклеился к оранжевому полотенцу на бёдрах Саске. Парень громко глотнул и, густо покраснев, отвернулся. «Его реакция… Может, не всё ещё потеряно?» — сразу же пронеслось в голове у брюнета, хоть шансы на подобный исход и были критически малы. Неловкость момента разрушило голодное пение живота Узумаки. — Вот, держи, — фыркнул Учиха, кинув в руки Наруто свиток. — А я пока оденусь. — Угу, — растерянно кивнул парень и пошёл к столу. Нет, джинчурики покраснел вовсе не от лицезрения полуголого Учихи. Узумаки бросило в жар от осознания того, что сейчас его любимое полотенце было обмотано вокруг бёдер Саске. «Сомневаюсь, что теперь когда-либо смогу его нормально использовать… Как после такого вообще можно всё ещё думать о Саске, как о друге?.. Блин, ну как же так? Почему мне в голову лезут пошлые мысли? Я ведь традиционной ориентации, мне ведь нравятся девушки!» — то ли успокаивал, то ли корил себя Наруто. «Эро-санин, никогда бы не подумал, что когда-то скажу это, но сейчас мне бы твои лекции не помешали.» — Старик знал толк в женщинах, так что сомневаюсь, что он помог бы тебе с чувствами к мужчине, — саркастический голос Курамы вернул парня в реальность. — А ты знаешь? — откровенно издеваясь, спросил Наруто. — Кхм… — обиженно засопела рыжая морда и больше никак себя не проявляла. — Ты чего копаешься? — возмутился подошедший Учиха. — Ааа… Прости… Задумался. — Ладно, садись. Я открою свиток. Тут же на столе появились две небольшие кастрюльки, тарелки и пара палочек. — Мммм… как вкусно пахнет… — пропел Узумаки, на что его живот издал одобрительный звук. — Держи, — придвинул к другу тарелку Учиха. — Это рамен? — возликовал он. — Это куриный суп с лапшой. Ешь, чувствую, силы нам ещё пригодятся. Блондина не стоило просить дважды, так что тот сразу накинулся на тарелку с едой и, причмокивая, протянул: — Как вкусно! Когда ты научился так готовить? — После смерти родителей я жил один и готовил себе сам, вот и подучил разных рецептов. — Ясно. А я только так, по мелочи. Рыбу пожарить или лапшу заварить. — Ну, значит теперь я буду нам готовить. Главное — это правильное и здоровое питание, — с умным видом заключил Саске. — Ладно, пора спать. Завтра нам предстоит тяжелый день. Наруто был не против, так как в действительности сильно устал. Сразу же, как его голова коснулась подушки, блондин уснул. Но вот к Саске сон так и не пришел. Его беспокоил голубоглазый ниндзя, который, свернувшись калачиком, мирно спал на своей кровати, находящейся всего в паре метров от кровати Учихи. Всё тело брюнета было натянуто как струна, а в паху отдавало мелкой пульсацией. «Это невыносимо!» — прорычал он, и, отвернувшись к стенке, постарался уснуть. Кровать Узумаки скрипнула, а после горячее дыхание обожгло щеку парня. — Саске… — хрипло позвал светловолосый. — Ты не спишь, Саске? — снова мурлыкнул он, и тут же его рука скользнула по бедру остолбеневшего Учихи. Саске весь напрягся от нахлынувших на него чувств. Да тут даже Санта-Барбара отдыхает. «Что происходит? » — неустанно крутилось в голове. — Наруто… — простонал Учиха, когда рука блондина забралась глубже под одеяло и легла на явно выраженную эрекцию. — Я хочу тебя, Саске… — голодный рык, и вот уже парень с риннеганом лежит на спине, а над ним нависает Узумаки, в глазах которого играет доселе невиданное желание. — Очень хочу! Горячий язык прошёлся по приоткрытым губам, а после требовательно вошёл в рот, изучая, исследуя, и, поймав неумелый язык брюнета, кружа его в страстном танце. Тем временем руки освобождали Саске от одежды и нежно ласкали бледную бархатную кожу. Учиха даже не успел ничего сообразить, и, если честно, не особо и хотел заморачиваться, ведь главное то, что здесь и сейчас, а уже завтра, возможно, он пожалеет о случившемся. Но то будет завтра.  — Ты очень красивый, — прошептал джинчурики, когда его язык прошёлся по тонкой шее брюнета, от чего тот выгнулся, и, закрыв глаза, томно застонал. — Пожалуйста, не останавливайся… — в его голосе читалась мольба. — Не остановлюсь…