Бестиарий Грейвза

Hurts, "Evelyn"

05 апреля, 1927 г. В Академии Авроров Вененологию* преподавал старенький сморщенный старичок - профессор Чепмен**. Несмотря на преклонный возраст, ум его оставался острым и пытливым, а характер – чрезвычайно вредным. Сколько мучений перенёс Грейвз, прежде чем сдал его экзамены – страшно вспомнить. Но знания, которые он получил от старого профессора, были бесценны и в работе оказывались нужны, к сожалению, весьма часто. Впрочем, сейчас они ничем не могли помочь. «Яд докси обладает мощным нейропаралитическим действием***», - как сквозь сон вспомнил он слова профессора. Старый скрипучий голос, воспроизведённый его памятью, будто насмехался над беспомощностью аврора. «Если вы будете настолько глупы и нерасторопны, что дадите этой твари укусить себя, смерть ваша будет длительна, мучительна и заслужена». «Первым пострадает зрение». Ботинки подбежавшей к нему Тины казались парой тёмно-коричневых пятен без чётких границ. Веки тяжело опустились, и не было никаких сил, способных поднять их. - Мистер Грейвз?! – В голосе опытного аврора, единственной на данный момент его надежды, проскальзывали отчётливые нотки начинающейся истерики. Это совсем не вселяло уверенность. – Сэр?! «В больницу», - хотел скомандовать ей Грейвз, но с губ сорвался лишь полузадушенный хрип. «Появятся нарушения речи и глотания. Вы будете не способны даже позвать на помощь», - ехидно вещал Чепмен. По его довольному виду можно было уверенно сказать – большей половине студентов он желает именно такой смерти. «Прогрессирующая мышечная слабость заставит вас лежать бревном. Паралич начинается с мышц шеи и распространяется сверху вниз». Травинки, колышущиеся от его рваного дыхания, щекотали нос. Тина, натужно пыхтя, с большим трудом перевернула Грейвза с живота на спину. Дышать стало чуть легче. - Мобиликорпус! – наставила она на его безвольное тело палочку, и оно, послушно заклинанию, мягко оторвалось от сырой ночной травы. – Держитесь, сэр, - тяжело дыша, срывающимся от волнения голосом велела Тина. Обхватив тонкими руками туловище начальника поперёк талии, она направила его к куполу, прочь от антиаппарационных чар. Грейвз насладился бы интимностью прикосновений взмокших от волнения ладоней к своей пояснице и лёгких щекочущих движений кончиков её волос по его лицу и шее, если бы не ускользающее от нехватки кислорода сознание. «Когда общий паралич мышц доберётся до самой важной для вас в этот момент мышцы – диафрагмы, вы перестанете дышать. Ваше сознание будет знать, что вы умираете, но ничего с этим поделать не сможет. Яд докси отключит тело, и ваш маленький никчёмный мозг умрёт. Впрочем, судя по результатам прошедшей зачётной работы, мёртв он уже очень давно…» Дыхание становилось всё более поверхностным и рваным. Тина сделала натужный рывок и вытолкнула тело Грейвза за барьер, выскользнула следом, и, крепко обняв парализованного мужчину, с негромким хлопком аппарировала. Воздух, маленькими толчками проникавший в постепенно перестающие работать лёгкие, стал более спёртым и дурно пахнущим городскими дымами. К ним примешивалась тонкая нотка знакомого до ужаса запаха дикой смеси зелий. - На помощь! - отчаянно крикнула Тина прямо над его ухом. Если бы Грейвз мог - вздрогнул бы от неожиданности. – Он почти не дышит! Тёплое кольцо рук девушки разжалось. «Карпе ретрактум», - шепнула она, и его тело поплыло по воздуху вслед за спешащей куда-то Тиной. «Яд докси по составу достаточно примитивен, и нейтрализовать его может даже сваренное третьекурсником противоядие от магических ядов. Но, скорее всего, вы просто не доживёте до момента, когда кто-нибудь догадается, что оно вам необходимо». В кабинете Грейвза, за стеклянной дверцей стеллажа, как раз хранилась парочка склянок этого замечательного противоядия. Но глава Аврората так привык полагаться на свою реакцию и боевые навыки, что перестал носить его с собой. Как оказалось, зря. До уплывающего туда, откуда не возвращаются, сознания Грейвза донёсся приглушенный топот нескольких пар ног. - Помогите! – В мольбе Тины было столько отчаяния, что Грейвз усилием заставил отказывающие мышцы сделать ещё пару неровных вдохов. Лишь бы продержаться. Помощь совсем близко – судя по звукам и запахам Тина аппарировала к лечебнице Пэвэти, и в данный момент колдомедики левитировали его внутрь, на ходу шепча диагностические заклятья. - Что произошло? – потребовал у Тины ответа сухой голос, напряжённый от осознания, что пациент уходит. - Докси, - ответил запыхавшийся голос Тины, старающейся не отставать от бегущих колдомедиков. – Его укусил докси. - Сколько? – В голосе колдомедика слышалось лёгкое удивление и замешательство. - Один… Кажется один, - неуверенно ответила аврор. Глава Аврората, выживший после многомесячного, а может даже многолетнего плена у опаснейшего волшебника современности, умрёт от одного-единственного укуса докси. Пиквери лопнет от смеха. Не зря она всё то время, что они провели в школе, твердила, что Грейвза при рождении поцеловала Лечуса****. Ведь, несмотря на то, что в чём-то он добивался успеха, в другом его катастрофически преследовали неудачи. В личной жизни, например. Теперь вот в карьере. Грейвз был уверен, что если выживет, уже завтра весь Конгресс будет судачить об очередном его промахе. Скорее всего, Пиквери под нажимом советников придётся попросить его уйти в отставку. Авторитет мадам Президент и так находился в цугцванге из-за действий Грин-де-Вальда. Тело Грейвза плавно опустилось на жёсткую кушетку. Вокруг слышались короткие приказы, звон стеклянных флаконов, шёпот заклятий. - Отойдите, - велел жёсткий женский голос. – Вы теперь ничем ему не поможете. Не мешайтесь, пожалуйста. Тину выдворили за дверь. - Дыши, Персиваль, - обратился к нему тот же властный женский голос, и Грейвз послушно сделал последний судорожный вдох, на который был способен. Ноздри, рот, легкие заполнили мельчайшие капельки горьковатого противоядия. Грейвз тут же закашлялся – эффект оказался мгновенным. - Дыши! – чьи-то тонкие острые пальцы впились в его плечо, слегка встряхивая. – Иначе будешь лежать у меня тут ещё два месяца, чтоб наверняка! Угроза показалось Грейвзу серьёзной, и он сделал ещё вдох. Зелье, волшебством распылённое над его лицом туманом, проникло в лёгкие ещё глубже, смешиваясь с кровью, растекаясь по сосудам и нейтрализуя яд докси. Третий вдох дался ему ещё легче. Четвёртый, пятый - и вот он уже может приоткрыть налитые свинцом веки. Над ним склонился смутный образ, состоящий из длинных смоляных волос и смуглого лица. Пара секунд – и глаза начали различать детали. Гладкая молодая кожа с единственной портящей образ деталью – глубокой складкой меж нахмуренных бровей. Бездонные, как пропасть, чёрные глаза, в которых, как Грейвз ни старался, никак не мог найти зрачка. - Матоака*****, - облегчённо улыбнулся аврор, жутко хрипя. Вместо улыбки получился оскал - мимические мышцы ещё плохо подчинялись ему. - Для вас, мистер Грейвз, доктор Рольф, - сурово ответила всё ещё хмурящаяся женщина, внимательно осматривая пациента, светя палочкой ему в глаза, коля заклятьями кончики пальцев и пристально вглядываясь в свечение сосудов тела. Наконец, облегченно выдохнув, взглянула на всё ещё бледного Грейвза и улыбнулась. – Докси? Серьёзно? - Ну, что сказать, - хрипло усмехнулся Грейвз. – Я защищал даму. - Твоё обещание больше не возвращаться в наши гостеприимные стены недолго держалось, - продолжала улыбаться колдомедик. - Я больше и не вернусь, док, - заявил Грейвз, всё ещё не способный пошевелить конечностями. - Смотри же, в следующий раз не буду тебя лечить, - пригрозила ему слишком молодая колдомедик, усмехаясь. – Откажусь! От таких пациентов, как ты, одни неприятности. Помогать вам – себе во вред. - Да ладно, док, - хрипя и срываясь на кашель, рассмеялся Грейвз. – В прошлый раз я был не таким уж ужасным пациентом. Почти всё время спокойно пролежал под сонными зельями. - Потому что мы вынуждены были поить тебя ими, - нахмурила женщина брови, будто вспоминая о чём-то крайне неприятном, попутно распыляя над лицом Грейвза содержимое ещё одной склянки с зельем. – Иначе ты буйствовал и срывал все лечебные и сигнальные заклятья. - Я знаю, ты всё равно без ума от меня, - заплетающимся языком пробормотал Грейвз, засыпая от начинающего действовать зелья. - Безусловно, - покладисто согласилась колдомедик, держа руку на пульсе аврора. – Сейчас я позову даму, рыцарь, а ты прекрати влипать в неприятности. - Не могу обещать, - на границе между сном и явью шепнул Грейвз.

***

06 апреля, 1927 г. Когда он снова пришёл в себя, то первое, что ощутил – ледяные пальчики, сжимающие его правую руку. Не открывая глаз, он сжал пальцы в ответ. - Грейвз? – сиплый от длительного молчания голос тут же разорвал благостную тишину больничной палаты. – Как вы? Грейвз лишь нахмурился в ответ. Высокий женский голос больно бил по ушам и мозгу, всё ещё затуманенному зельями. - Тише, Тина, - взмолился он, - ни к чему говорить так громко. Я прекрасно слышу вас. Глаза открывать не хотелось. Судя по свету, просвечивающему сквозь плотно закрытые веки, был уже полдень. Звуки причиняли ему боль, а полуденное солнце – тем более. Безопасней пока полежать так. - Извините, - грустно прошептал упавший голос. Грейвз молча наслаждался тишиной, свежим весенним воздухом, дувшим из приоткрытой фрамуги, ощущением чистого, пусть и больничного белья, окутывавшего со всех сторон, и женской руки, участливо поглаживающей старые шрамы на его кисти. Безмятежное состояние аврора было прервано ощущением упавшей на руку тёплой капли. Капля медленно поползла вниз по ладони, постепенно остывая. Рядом с первой каплей шлёпнулась вторая, на этот раз горячая до такой степени, что тело аврора будто прошил заряд высоковольтного тока. Он распахнул глаза в недоумении. Свет ожидаемо ударил по всё ещё страдающим нервам, заставляя его зажмуриться. Но Грейвз упрямо сморгнул навернувшуюся влагу и воззрился на девушку. Плачущую девушку. Всё закончилось хорошо, он жив, она тоже вроде не пострадала. Отчего же она сидит, глотая слёзы, будто кто-то умер? - Тина? – неуверенно окликнул её аврор, ощущая диссонанс оттого, что не понимал, что, Салем его забери, сейчас происходит? - Извините меня, сэр, - прошептала аврор, смотря на их переплетённые пальцы, но ничего не видя перед собой из-за застилавших взор слёз. - Тина, вы конечно прокляли меня вчера, чтобы меня укусил докси, но это же было просто выражение, - немного растерянно ответил ей Грейвз, не уверенный, что разобрался в причине слёз. – Это произошло не из-за вас. Неожиданно Тина нервно рассмеялась сквозь слёзы, утирая мокрые дорожки с щёк. - А ведь и вправду, - сквозь смех проговорила она, - я вчера пожелала, чтобы вас укусил докси. - Да, Тина, - неуверенно улыбнулся Грейвз, глядя на подчинённую, - вы страшная женщина. Смех девушки показался ему не очень здоровым, но он молча смотрел, как она утирает слёзы рукавами своей ещё вчера белоснежной рубашки и делает это так по-детски. - Я… я не совсем про это, - сипло прошептала она, отсмеявшись и отчего-то избегая смотреть ему в глаза. – Я про то, как вела себя с тех пор… С тех пор как вы вернулись. Грейвз молчал. Почему-то совсем не хотелось знать, что она скажет. Ни к чему. Отболело. Но Тина всё равно продолжала говорить. - Он делал всё так, как сделали бы вы. И я думала – казнь… Вы бы поступили так же? Взгляд девушки был полон слёз и ожидания его ответа. А Грейвз молчал. От удивления все слова забылись, разлетелись по сторонам, оставив его один на один с этими глазами. Он мог только смотреть на неё в ответ, всё сильнее и сильнее удивляясь. Тина Голдштейн знала его куда хуже, чем он надеялся. Иначе эта странная мысль просто не пришла бы ей на ум. - Конечно же нет, Тина, - наконец сухо ответил он. – Мой штаб авроров и так пуст больше, чем наполовину, чтобы я мог позволить себе роскошь разбрасываться кадрами. Она неуверенно улыбнулась ему. Грейвз молча высвободил свою ладонь из её холодных пальцев. Пиквери права, Лечуса точно не прошла мимо него при рождении. ________________________________________ *Вененология (от лат. venenum - яд) - как ещё назвать предмет, изучающий яды и противоядия? )) Токсикология звучит слишком... современно и не волшебно ;)) **Чепмен - отсылка к Джорджу Чепмену, серийному убийце-отравителю, которому приписывали убийства, совершённые Джеком Потрошителем. Кому ещё учить студентов ядам? ;D ***Несколько утрированно описывается действие на человеческий организм ботулотоксина, сильнейшего органического яда. Потому что нигде не описано, чем же именно страшен яд докси )) ****Лечуса - ведьма-оборотень в латиноамериканском фольклоре, криком предвещающая несчастья и скорую смерть услышавшему. В каком-то роде родственница ирландской Банши. *****Матоака - настоящее имя дочери индейского вождя Поухатана, более известной как Покахонтас, жены британского плантатора Джона Рольфа. Отсылка к фильму "Новый мир", в котором Фаррел сыграл роль Джона Смита *_* <3