Бестиарий Грейвза

The Neighbourhood, "Afraid"

07 апреля, 1927 г. Аппарировав на обочину тихой дороги, усыпанной мелким гравием, Грейвз приземлился в лужу грязи, влажно чавкнувшей под подошвами дорогих ботинок. Весна вступала в свои права. Над головой висела яркая полная луна, свет которой пробивался сквозь ветви деревьев, покрывшихся ароматными почками, которые распустятся не сегодня-завтра. Ночь оборотней. Сегодня дежурили Вайс и Кэмэрин Фишер. Он всегда ставил их в полнолуние. Кто справится с оборотнями лучше, чем дочь одного из них? Почувствовав, как вездесущая грязь затекла внутрь ботинок, Грейвз решил, что пора перестать любоваться ночным небом. Он всегда любил эти пять минут, которые требовались, чтобы добраться от края антиаппарационной границы до крыльца фамильного особняка Грейвзов. Они были наполнены прекрасными пейзажами, тишиной и полным отсутствием людей. Особняк был построен в восемнадцатом веке одним из предков Грейвза. Старинное трёхэтажное здание с двумя крылами, не рассыпающееся от мертвенного дыхания веков только благодаря магии. Оно было окружено небольшим ухоженным садом, высаженным ещё матерью Грейвза, и акрами леса, которыми Стэйтен-Айленд славился и сегодня. Райское местечко. С наслаждением вдыхая полные лёгкие пьянящего воздуха, насыщенного ароматами просыпающихся от зимней спячки растений, Грейвз невольно вспомнил тот самый вечер чуть более месяца назад.

***

21 февраля, 1927 г. После двух месяцев заточения в лечебнице Грейвз, воспользовавшись сетью летучего пороха, первым делом явился на работу. День выдался насыщенным и нервным. Вечером, аппарировав на подъездную дорожку, ведущую к кованым узорчатым воротам, за которыми располагалась территория фамильного особняка Грейвзов, он надеялся на тихий спокойный вечер, лишённый переживаний и потрясений. И не получил ни того ни другого. Под ногами хрустел липкий снег. Поднявшийся зябкий ветер забирался под тонкое пальто, пробирая до костей. Не совсем оправившийся от лечения, которому его подвергали колдомедики-изуверы, Грейвз ощущал себя непростительно слабым. Поэтому, вместо традиционной неспешной прогулки, он добрался до парадного входа быстрым бодрым шагом, едва не срываясь на бег. Закрыв за собой дверь он надеялся, что отрезал себя от всех треволнений сегодняшнего дня. Уткнулся лбом о прохладную поверхность деревянной двери, постоял так пару мгновений, собираясь с мыслями, и с опаской обернулся. Он боялся, что дом встретит его теми же следами бесцеремонного обыска, как и кабинет в Вулворт-билдинг. Грин-де-Вальд должен был где-то жить и, скорее всего, этим местом было семейное гнездо Грейвзов. Но, как ни странно, всё было не так плохо, как он ожидал. Одно то, что вокруг территории висели стандартные чары авроров, говорило о том, что обыск был проведён. Но разгрома, слава Морриган, не было. Разумеется, часть вещей, которую его бравые подчинённые посчитали вещдоком по делу Грин-де-Вальда, пропала. Сейчас они, тщательно изученные и описанные, лежали в хранилище в Аврорате. Оставшиеся вещи, почти все, находились не там, где их привык видеть Грейвз. Малахитовая пепельница отца, которую некурящий Грейвз вытаскивал только тогда, когда в доме были курящие гости, гордо стояла посреди массивного журнального столика в гостиной. Зато фигурка золотого сниджета, которую он часто вертел в руках в моменты сильной задумчивости, была убрана в самый дальний угол самого дальнего стеллажа кабинета. Грейвз в её поисках перерыл все полки, боясь, что скульптурку забрали как вещдок. Все горизонтальные поверхности были покрыты толстым слоем липкой пыли, хлопьями взлетавшей при малейшем колебании воздуха. Дом, милый дом. Сжимая искусно отлитую из золота птичку как трофей, Грейвз принялся искать флакон с умиротворяющим бальзамом. Было необходимо расслабиться, и алкоголь, как подозревал Грейвз, сегодня в этом помочь не мог. Нужно было что-то посильнее. Наконец, стеклянный пузырёк, наполненный прозрачной жидкостью, отливающей розовым в свете магического шара, был извлечён из недр шкафа. Грейвз вылил всё содержимое в стакан для огневиски, уселся в кресло у письменного стола, поприветствовавшее хозяина облаком пыли, и остановил взгляд на сниджете. Каждое пёрышко, складочка на лапках, гладкость клюва – всё было создано мастером с такой любовью, что казалось, что отлитое из металла создание вот-вот взмахнёт крыльями и вылетит в открытое окно кабинета. Мать отдала его маленькому Персивалю вечером накануне его первого отъезда в Ильверморни. Золотой сниджет был гербовым символом семьи Джексон*, к которой мать принадлежала до замужества. Внутреннее напряжение начало отпускать. Тишина абсолютно пустого особняка действовала умиротворяюще. Абсолютно пустого… Грейвз так и замер, не донеся до губ стакана с зельем. - Мистер Шепард! – крикнул он так громко, что сам вздрогнул. Особняк отозвался мёртвой тишиной. Грейвз вскочил на ноги, поставив на стол сниджета и стакан с так и не тронутым зельем. Внутренности скрутило дурное предчувствие. «Нет, нет, нет, только не это» - билась единственная мысль в голове. Как и во всех старинных благородных семьях волшебников, в семье Грейвзов был свой домовой эльф. Звали его мистер Шепард. Нет, на самом деле изначально его звали совсем не так. У него было имя, одно из тех, которые волшебники давали эльфам. Имя, больше подходящее домашнему животному, чем разумному, мыслящему и говорящему существу. Но Грейвз его не знал. Мать Персиваля, придя в дом новоиспечённой миссис Грейвз, сразу подружилась с ворчливым и добродушным эльфом. Мистер Шепард очень любил читать нравоучительные наставления, но лишь из искренней заботы о членах вверенной ему в заботу семьи, а не из зловредности. За что и был наречён лёгкой характером молодой хозяйкой мистером Шепардом**. Так его стали звать и остальные члены семьи. К моменту рождения Персиваля настоящее имя эльфа было забыто. Лучшей няньки для новорождённого было не найти. Мистер Шепард был для Грейвза таким же членом семьи, как отец и мать. - Мистер Шепард! – продолжал звать Грейвз, отчаянно надеясь, что эльф отзовётся. Но в глубине души знал – в особняке его нет. Мистер Шепард был очень стар, но никогда не позволил бы мебели покрыться пылью. Он всегда встречал заходящих в дом, как заправский дворецкий, принимая верхнюю одежду. Он обязательно встретил бы хозяина готовым ужином. Первый этаж был пуст. Даже на кухне, где эльф проводил большую часть дня, Грейвз не обнаружил ни малейшего признака его присутствия. Второй и третий этажи особняка встретили его той же тишиной. В отчаянии Грейвз выбежал на крыльцо. - Мистер Шепард! – крикнул он в тишину ночи, сложив ладони рупором. Тишина промолчала в ответ. Сад вокруг дома зарос мурлокомлем. В почти замёрзших розовых кустах, взращённых заботливой рукой матери, прошмыгнул гном, напуганный криком. Мистер Шепард никогда бы не допустил подобного. Грейвз зажмурился и с болью признал: эльф, скорее всего, мёртв. Грин-де-Вальд не стал бы оставлять подобного свидетеля в живых. Остатки сил будто разом покинули его тело. Каждое движение давалось с трудом. Грейвз уселся на холодные, как могильные плиты, мраморные ступени и уткнулся лицом в ладони. Нет отца, нет матери. Теперь и мистера Шепарда. Он и раньше чувствовал себя одиноким, но теперь это ощущение, наряду с горем о погибшем друге, накрыло его с головой, топя в чёрных водах отчаяния. Да раздери вас ругару, чванливые благородные волшебники, считающие домовых эльфов третьесортными созданиями. Мистер Шепард был его другом. Его семьёй. Пиквери знала, что в особняке Грейвзов есть эльф. Она должна была искать его, как важного свидетеля по делу Грин-де-Вальда. Она ничего не сказала ему о его пропаже, хоть и подозревала, с каким трепетом Грейвз относится к существу. Почему? Неужели традиционное пренебрежительное отношение волшебников к домовым эльфам было в ней так сильно? Наконец, окончательно замёрзнув, Грейвз встал на ноги. Нечего сидеть тут, жалеть себя и попусту горевать о погибшем друге. Ведь, покусай его шишуга, мистер Шепард не обязательно должен быть мёртв. Грейвз знал, что отчаянно хватается за последнюю надежду, но не мог ничего с собой поделать. Ворчливый старичок был умён и мог сбежать из дома до того, как тёмный маг его убьёт. Первым делом Грейвз с помощью магии обыскал всю территорию, принадлежавшую его семье. Но кроме садовых гномов, да поселившегося у пруда болотника, никого живого подходящих размеров не наблюдалось. Грейвз сделал себе мысленную пометку позже вытравить всех этих паразитов с территории особняка и направился в сторону жилых районов. Даже если мистер Шепард сбежал из дома, он не мог уйти далеко. В близлежащих районах было не так уж и много волшебных заведений, куда мог податься лишившийся семьи (читай - опозоренный) эльф. Клуб любителей игры в плюй-камни был закрыт и сонный охранник, встревоженный колотящимся в дверь Грейвзом, не очень любезно ответил, что никаких старых эльфов у них нет. Почти то же самое сказали в магазине волшебных сладостей, лавке зельевара и танцевальном зале мадам Дюбуа. Оставался лишь подпольный бар «Сытый вендиго» в конце Клей-Пит-роуд. Грейвз кивнул нарисованному на стене монстру, с чьих острых зубов стекала до жути реалистично нарисованная кровь (несомненно, человеческая). Вендиго*** с прищуром, придирчиво оглядел аврора с ног до головы, затем кивнул, впуская в заполненный сигаретным дымом и парами алкоголя душный зал. В отличие от «Слепой свиньи», пристанища всех криминальных личностей Нью-Йорка, «Сытый вендиго» был обычным баром, куда после долгого рабочего дня приходили пропустить стаканчик-другой обычные, добропорядочные волшебники. Поэтому появление в помещении аврора не вызвало ажиотажа среди посетителей. Грейвз внимательно оглядывался, стараясь разглядеть сквозь клубы дыма знакомую фигуру. Не преуспев, двинулся к барной стойке, за которой ловко левитировал стаканы и бутылки с веселящей водой молодой эльф-бармен. - Что будете, сэр? – поинтересовался он у подошедшего Грейвза. - Я тут кое-кого ищу, - сразу перешёл к делу Грейвз. – Старого эльфа, мистера Шепарда. Эльф молча кивнул в сторону служебной двери, располагающейся за стойкой. Сердце Грейвза забилось быстрее. Неужели? Но он запретил себе радоваться раньше времени. Чистого воздуха за дверью было намного больше, да и видимость стала в разы лучше, чем в зале. Это помещение оказалось небольшой кухней - чистой и опрятной. В ней трудилось около десятка домовых эльфов. Грейвз громко прокашлялся, привлекая к себе их внимание. - Я ищу эльфа, мистера Шепарда. Эльфы переглянулись и затем дружно, словно по чьей-то безмолвной команде, уставились в дальний угол. - Мастер Персиваль? – донёсся до Грейвза тихий удивлённый голос, шелестящий, словно сухие осенние листья на ветру. Грейвз вначале не поверил своим ушам, а затем и глазам. Это был тот самый эльф, который в детстве волшебника заговаривал раны на его ободранных при очередном падении коленках. Читавший длинные и нудные нравоучения, когда Грейвз гонялся за садовыми гномами и один из них больно укусил его за палец. Тайком кормил вечно голодного растущего мальчика тыквенными пирожными, заготовленными для празднества. - Мистер Шепард? – Голос внезапно осип, отказываясь выговаривать некоторые согласные. Эльфы с удивлением смотрели на солидного волшебника, стискивавшего в объятьях старого домового эльфа и старавшегося не пустить скупую мужскую слезу от избытка чувств.

***

22 февраля, 1927 г. - Что я должен им сказать, мастер Персиваль? – спросил мистер Шепард у Грейвза, нервничая, когда волшебник привёл его на следующий день в Конгресс на дачу показаний по делу Грин-де-Вальда. - Правду, - ободряюще сжал худую кисть эльфа Грейвз. И мистер Шепард рассказал. В среду, восьмого декабря****, в час пополудни, мастер Персиваль пришёл домой в крайне взбудораженном состоянии, отдал ему, мистеру Шепарду, свою рубашку и, не слушая никаких уговоров эльфа, велел ему немедленно покинуть особняк. Да, мастер Персиваль вёл себя в последнее время очень странно, надолго исчезая из дома. Нет, никаких посторонних волшебников в особняке Грейвзов не появлялось. Да, рубашку эльфу отдал именно мастер Персиваль. «Спасибо и вам, сэр. Удачного дня». В среду, восьмого декабря, авроры при помощи британского волшебника Ньюта Скамандера и бывшего аврора Порпентины Голдштейн поймали опасного тёмного волшебника, находившегося в международном розыске, Геллерта Грин-де-Вальда. Но случилось это в шесть утра. И да, эльфы обладают очень сильной магией, которая позволила бы мистеру Шепарду распознать чужого мага, позаимствовавшего личину хозяина. Мистер Шепард был уверен, что хозяин никогда никуда не исчезал. Персиваль Грейвз чувствовал, как невидимая петля медленно затягивается на его шее.

***

07 апреля, 1927 г. Слава Мерлину, сегодняшний вечер был не похож на тот. Стоило Грейвзу переступить порог особняка, как перед ним с громким хлопком возник мистер Шепард. - Доброй ночи, мастер Персиваль, - с лёгким, почти незаметным неодобрением в голосе поприветствовал его эльф. «Вы слишком много работаете» - слышалось осуждение. - Доброй, - с едва заметной усмешкой ответил Грейвз, отдавая ему плащ. Эльф тут же очистил и разгладил его. - Как прошёл день? – с искренним интересом спросил мистер Шепард. Утренний разговор с Пиквери, самоубийство контрабандиста, допрос гоблина, письмо Тине от Скамандера, миссис Эбернетти с её кофе, покусанная веретенницами Тина, собрание, вечерний разговор с Пиквери, воспоминания с допросами Грин-де-Вальда. - Весьма… насыщенно, - после небольшой заминки ответил Грейвз, заклинанием высушивая мокрые носки. - Ужин уже давно ждёт вас, - внимательно вглядываясь в усталое лицо вверенного его заботам большого ребёнка, уведомил эльф. Только сейчас Грейвз понял, что кроме отравленного миссис Эбернетти кофе, он сегодня ничего не ел и не пил. - Это замечательно, - улыбнулся он эльфу. Грейвз с аппетитом съел всё, что разложил по тарелкам эльф, под неодобрительные взгляды последнего. «Джентльмены не должны есть быстро, как вечно голодающие оборванцы», - часто выговаривал ему мистер Шепард. Но не сегодня. С тех пор, как Грейвз лишился родителей, они с мистером Шепардом всегда завтракали, обедали или ужинали в особняке за одним столом. Вначале эльф согласился на это порочащее имя образцового домового эльфа мероприятие только для того, чтобы оказать убитому горем молодому хозяину моральную поддержку. Потом это стало обыденностью. Сегодня Грейвз так сильно устал, что не стал, против обычая, рассказывать о произошедших за день событиях. Эльф, чувствуя настроение хозяина, больше не спрашивал. Он с радостью согласился вернуться обратно в особняк, хоть теперь по всем правилам и был свободным эльфом, получившим одежду. Но рубашку не снял. Обрезал и аккуратно обшил края рукавов по длине и подпоясался полоской ткани, отрезанной от низа рубашки. Она сидела на нём мешком, но всегда была чистой и отглаженной. И, кажется, нравилась эльфу куда больше предыдущего облачения. Грейвз, не раздеваясь, рухнул лицом вниз на подушку, обнял её и мгновенно уснул. Завтра ему предстоял тяжёлый день. Завтра он встретится с Грин-де-Вальдом лицом к лицу.

***

08 апреля, 1927 г. Ранним утром Грейвз решил, что ему просто необходимо отыскать отцовские застёжки на воротник в виде скорпионов. Именно сегодня их обязательно нужно надеть. Но их нигде не было. Ни там, куда он обычно их клал. Ни в вещах отца. Ни даже в шкатулке с украшениями матери, куда аврор полез от отчаяния. Мать любила серебро. Цепочки, браслеты, кулоны, кольца, серьги – всё потемнело от времени, давно не чищенное, и издавало тяжёлый дух окисленного металла. Грейвз закрыл резную крышку массивной деревянной шкатулки и собрался искать скорпионов в другом месте, но тут натренированное внимание аврора заметило одну любопытную деталь. Пропало мамино обручальное кольцо. Из поколения в поколение золотое колечко, украшенное кровавым рубином, передавалось старшими сыновьями Грейвзов их невестам. Умирая, мать отдала его Персивалю, посетовав, что не застала избранницу сына. Грейвз принялся методично обыскивать все полочки туалетного столика матери. В одном из них он нашёл новенькую, но уже успевшую покрыться слоем пыли бархатную коробочку для украшений. Он затаил дыхание, открывая её. Красный рубин подмигнул, отразив луч рассветного солнца, пробивавшегося сквозь лёгкие шторы спальни почившей миссис Грейвз. Кольцо было тщательно вычищено и сверкало золотым ободком как новое. Какого драного низзла? - Мистер Шепард! – позвал Грейвз эльфа. Голос гулко отразился в утренней тишине, растворяясь во влажном весеннем воздухе. Посреди комнаты с хлопком появился потирающий сонные глаза эльф. Грейвз молча протянул ему коробочку. Эльф так же молча принял её, вопросительно глядя на хозяина. - Почему оно лежит отдельно от украшений матери? Почему оно вычищено? - Мастер Персиваль, но вы сами велели мне найти и почистить обручальное кольцо вашей матушки. Сказали, что скоро я, наконец, перестану называть вас мастером. Это была их старая шутка. После смерти отца Персиваль стал новым мистером Грейвзом, но старый эльф продолжал звать его «мастером Персивалем». Грейвз поинтересовался, когда же он станет для эльфа «мистером Грейвзом», на что эльф ответил, что только тогда, когда молодой хозяин приведёт в дом свою миссис Грейвз. - Приготовлю вам завтрак, - прервал затянувшееся молчание мистер Шепард, возвращая Грейвзу коробочку. Аврор рассеянно кивнул. Кажется, он собирался жениться. У него отобрали и эти воспоминания. Где его невеста? Она ещё жива? Грейвз надеялся, что тёмные маги не тронули её, кем бы она ни была. Кажется, мотивов вспомнить забытое становилось всё больше. Вернув коробочку на место, он отправился искать скорпионов дальше. Последнее возможное место, где они могли оказаться – шкаф с одеждой. Может остались на воротнике одной из рубашек? Грейвз осмотрел каждую рубашку, затем, не преуспев в поисках, полез в карманы пиджаков и брюк. Пусто. И тут, когда он в отчаянии встряхнул одну из пар брюк, на пол с глухим металлическим стуком вывалилось нечто. Не отцовские скорпионы. От предмета исходили волны почти выветрившейся от времени мощной магии. Тёмной магии. Аврор осторожно склонился над предметом. Это был какой-то кулон. Грейвз не мог разглядеть его из-за скрутившейся поверх него цепочки, состоящей из мелких овальных звеньев. Взяв со стола перо, он осторожно отодвинул звенья в сторону кончиком. Грейвз был достаточно опытен, чтобы не брать предмет тёмной магии в руки. Треугольник, круг и линия. Этот символ преследовал его. ________________________________________ *В моей истории предком матери Грейвза был Иосия Джексон - первый президент МАКУСА. Соответсвенно сам Грейвз - потомок одного из первых авроров и первого президента. Элитный джентльмен по всем фронтам ;)) **Насколько мне известно, английская фамилия Шепард (Shep(p)ard, Shephard, Shepherd) берёт свои корни от слова "пастырь", "пастор" (shepherd) - христианского служителя, в чьи обязанности входит чтение проповедей. ***Вендиго - дух-каннибал в мифах североамериканских племён. Вендиго никогда не перестаёт охотится и всегда голоден. ****Результатом проведённого мною исследования явилась дата прибытия Ньюта Скамандера в Нью-Йорк - 6 декабря 1926 г. На это указывают несколько источников на английском, русском и пикчи газет - реквизитов фильма, которые мы видим в первых сценах, на которых напечатана именно эта дата. Так как события фильма оканчиваются ранним утром третьего дня от прибытия героя, этой датой считаю 8 декабря. Но совсем не уверена в своих выводах. Просьба всем, кто располагает другими сведениями, отозваться. Разумеется, с обоснуем))