Последний шанс на первую возможность

      Я сидела на диване и смотрела, как секундная стрелка медленно ползет по циферблату часов. Терпеть и ждать… Почти всю жизнь я только и делала, что терпела… И ждала. Неизвестно чего, но ждала. Я перевела взгляд на таз с водой, который так и не удосужилась убрать. Вода в нем, наверное, уже давно остыла… Сколько уже прошло времени? Вроде меньше часа… Минут сорок скорее всего. Чёрт, как всё-таки медленно тянется время. Ещё один полный круг секундной стрелки.       Я поднялась с дивана и начала мерить комнату шагами. Каждый шаг отдавался в теле легким покалыванием. Зачем? Зачем я согласилась на этот эксперимент? Я кажется сошла с ума. Нет, даже не кажется… Я определенно сошла. Психушка по мне плачет.       Ну где же она? Я пошла в прихожую и посмотрела в дверной глазок. Как будто я бы не почувствовала её приближения. Идиотка. Вот с чего мне так нервничать, как школьница перед первым свиданием, ей-богу!       Оу… Это что-то новенькое… Я не сразу поняла, что постепенно, капля за каплей, напряжение покидало меня. И даже боль утихла… Было в этом состоянии что-то неуловимо знакомое, что-то такое…       Резкая трель дверного звонка заставила меня вздрогнуть и оторваться от внутреннего диалога. Я пошла открывать, недоуменно соображая — кто же это мог быть.       Мда… Этого я точно не ожидала.       — Привет. — Смущенная улыбка и знакомые карие глаза. — Может пропустишь?       А я застыла как каменное изваяние и только хлопала глазами… Хлоп-хлоп…       — Эээ…       Я, наконец-то, отмерла и подвинулась в сторону, пропуская гостью. Ната еле слышно хмыкнула и, скинув с ног кеды, прошла на кухню. Всё ещё ничего не понимая, я проследовала за гостьей.       — Эээ… — Мда, я сегодня просто мастер вести переговоры.       — Что, не ожидала? — хихикнула девушка и плюхнулась за стол.       — Ожидала… Но не ожидала… — объяснила я. Зажмурившись, медленно досчитала до пяти и открыла глаза. Нет, она точно тут. Я включила чайник и села напротив.       — Угу, я тоже малость «в шоке». — Ната склонила голову на бок и с хитринкой разглядывала меня.       — Ничего не понимаю. Как так? Почему?       — Почемучка, — улыбнулась девушка. — Я не знаю. Я знаю лишь одно: во время нашего разговора, у меня возникло смутное ощущение, что я должна быть рядом с тобой. Зачем, почему? Не знаю. Просто знаю, что так оно должно было быть. А когда я шла сюда…       Девушка надолго замолчала, оглядываясь по сторонам. Я лихорадочно соображала. Почему я ничего не почувствовала? Все, абсолютно все наши предыдущие встречи для меня были похожи на инквизиторскую пытку. Хотя нет, намного хуже. Испанский сапожок отдыхает. А сейчас ничего!!! Абсолютно ничего. Кажется я точно сошла с ума.       — Ты что-нибудь чувствуешь? — Спросила Ната, в который раз отвлекая меня от самоанализа.       — Ничего, — качнула я головой. — Это странно.       — Да уж… — Она ненадолго замолчала, но затем начала быстро говорить, как будто боялась, что я её остановлю, и она потеряет свою мысль.       — Знаешь, с нашей первой встречи, нет, не в автобусе — тогда мы просто оказались слишком близко друг к другу и ты смогла меня почувствовать. Мой «дар» работает немного по-другому… Ну, во-первых, мне не надо настолько близкого контакта. А во-вторых, иногда случается так, что я вижу людей, с которыми вообще, в принципе, никогда не пересекалась. Хотя ты — это явное исключение из всех правил. Интересно, почему?       Она задумчиво переводила взгляд с одного моего зрачка на другой, как будто выискивала ответ на свой вопрос где-то в глубине моих глаз.       — Поч-чему исключение? — спросила я.       — С нашей первой встречи у меня сложилось ощущение, что какая-то высшая сила играет нами. Как будто мы — фигуры в бесконечной шахматной партии. Я могу предвидеть, — на этом слове она смешно сморщила нос, — что случится с человеком в ближайшие пару минут. С любым человеком. А тебя я не вижу. Вернее — я не вижу твоего будущего. Странно, да?       — Но как же… — начала было я, но Ната меня перебила.       — У меня есть свои маленькие хитрости, — улыбнулась она и подмигнула мне. А потом, увидев мою непонимающую мордашку, всё-таки сжалилась и объяснила. — Но других людей я же вижу. К слову, я видела, как твой сосед выбивает дверь квартиры на четвертом этаже, и видела, что ты находишься рядом. Но для меня самое странное — это то, что несмотря на то, что я не знаю, что случится с тобой в следующую секунду, я ВСЕГДА, — она выделила голосом это слово, — знаю что ты делаешь в данный момент.       Да уж… Этого я точно не ожидала. Это получается, что она следит за мной? Мурашки пробежались по моей коже… Неприятное ощущение, знать что кто-то знает о тебе всё. Ну или почти всё.       — Ой… — кажется до неё дошло, в чём именно она только что призналась. Ната виновато посмотрела на меня. — Я не слежу за тобой. Я просто не могу ничего сделать с этим.       — Проехали… — сквозь зубы произнесла я. — Зачем ты пришла?       — Меня тянуло сюда. — Она на секундочку задумалась и продолжила. — Знаешь, пока я шла к тебе… Я заметила кое-что странное. Чем ближе я подходила я к твоему дому, тем слабее видела. Около твоего подъезда от моего «дара» остался только серый туман… Ничего конкретного. А сейчас даже он пропал… Я не понимаю!       — Думаешь я что-то понимаю во всей этой чертовщине? — не выдержала я и взорвалась. — ТЫ!!! Это все ты виновата! Зачем ты появилась в моей жизни? Я уже почти привыкла жить так, как живу. Я привыкла к боли, привыкла к одиночеству. Я даже привыкла к своему бессилию что-либо изменить. А ты сперва перевернула мою жизнь с ног на голову, заставила пройти все муки ада, а потом… Ты как хирург-садист, который сделал операцию, а обезболивающее дал только на третий день. Ты…       Я уже не находила слов, чтобы выразить всё то, что я о ней думаю… Во мне бушевала такая палитра эмоций, какую я никогда до этого не ощущала… Тут были и красные всполохи гнева, и желтое раздражение, и сине-фиолетовая злость…       И зеленая… Надежда?       Я резко замолчала, пытаясь в конце концов понять, что именно я чувствую к этой странной девушке. Где-то в глубине души, я смутно осознавала, что слабо верю в ее помощь, и что она поможет мне «исцелиться».       — Эй… — Ната смотрела на меня широко распахнутыми глазами, в которых я ясно видела понимание и сожаление. Не жалость, а именно сожаление. — Не плачь…       Я нервно провела ладонью по лицу, мысленно отмечая что щеки действительно мокрые.       — Я устала… — прошептала я, уронив голову на стол, и затряслась в беззвучном плаче.       — Я знаю… Я понимаю…       Её тихий голос, казалось, обволакивал меня, смывая боль и обиду, раздражение и гнев. Я почувствовала, как её тёплая ладонь прикоснулась к моему плечу, и вздрогнула. Но не от боли, нет… Почему-то, я была уверена, что Ната никогда не причинит мне боль. Я почувствовала, что-то совершенно новое, что-то тёплое в её прикосновении, но никак не связанное с теплом её тела. Что-то, без чего в дальнейшем я вряд ли смогу обойтись.