Заключим пари, леди?

      «Жан-Жак Лерой, главный претендент на победу…», именно с этих слов Плисецкий обозначил для себя новую цель. Цель, что надо обойти. Юрию не раз приходилось слышать его имя. Однако подающий большие надежды канадский фигурист с не менее большим потенциалом начал бесить его ещё на Скейт Канада. Самовлюблённый, напыщенный кретин, строящий из себя звезду вселенского уровня. А его высокомерное отношение ко всему, что дышит, выводило из себя напрочь. Первое же его появление в зоне видимости вызывало у Юрия дикое желание врезать по его роже и стереть эту самодовольную ухмылку. Его остановил лишь рассудок и понимание того, что если он набросится на него, то из этого раздуют нешуточный скандал, и обвинят в нём, непосредственно, его самого. Сейчас же, в Москве, Лерой продолжал бесить Юрия. И канадец прекрасно об этом знал, но продолжал выводить его из себя снова и снова. Каждый раз находясь с ним в одном помещении, Юрий ощущал, что тот пялится на него. Всегда и везде, чёрт возьми! Плисецкий искренне надеялся, что канадец его не раздевает взглядом. Иначе он плюнет на рассудительность и здравый смысл и расцарапает ему морду. Порой Жан-Жак не ограничивался взглядами. Он кидал плоские шуточки в его сторону и пытался как бы «случайно» прикоснуться, на что получал лишь сердитый взгляд и волну негодований в виде отборного мата. Да и вообще почему этот индюк клеится именно к нему? Это потому что есть вероятность, что он не дотянется до его лица, когда будет бить? Или это из-за того, что изначально Джей-Джей перепутал Юру с девчонкой? Но ведь он уже не раз понятно и доходчиво объяснял ему, что он парень. Конечно же, изначально Юра ссылал всё на самое обычное недопонимание, из-за языкового барьера. Теперь же он окончательно понял, что Лерой просто непробиваемый баран и тот ещё кретин. *** — Эй, леди! — Юрия окликнул знакомый голос. Но оборачиваться он не собирался. Нет, ни за что. «Просто игнорируй его. Просто игнорируй», — чего грустная такая? — Лерой подошел к нему со спины, закидывая руку на плечо и наклоняясь ближе к уху. Канадец проследил за взглядом парня, что смотрел в одну точку. Центром его внимания стал японский фигурист? Нет, его новоиспеченный тренер - Виктор Никифоров. Джей-Джей лукаво улыбнулся, шепча ему на ухо, — понял-понял. Кому-то больно видеть свой предмет воздыхания в компании с другим… — Иди нахуй! — Юрий вырвался из цепкой хватки и отбежал на приличное расстояние. — Ой-ой. Леди не стоит так выражаться~ Или… Настолько неприятно слышать правду от постороннего человека? — он продолжал играть с его выдержкой, лукаво улыбаясь. — Отъебись! — лишь выплюнул Юрий, не желая более вести разговор на эту тему. *** На следующий день они снова встретились. Однако на сей раз у Плисецкого не было тактики к отступлению. Ибо встреча произошла, как по закону подлости, в лифте. Когда Жан-Жак завёл разговор, Юрий пожалел о том, что не выскочил из лифта, как только тот зашел. — Леди, ты меня слушаешь? — Нет. — Твоя честность когда-нибудь добьёт меня. Но всё же, могу я поинтересоваться чем заняты твои мысли? Или, может, кем? — Не твоё собачье дело! — процедил сквозь зубы Юрий, выделяя каждое слово. — Давай договоримся. Если я с первого раза угадаю имя этого человека, ты расскажешь мне всё. — С чего это вдруг я должен… — Ссыкуешь? — Ладно. Говори. — Виктор Никифоров, — немного подумав, выпалил Лерой. По тому как расширились глаза Юрия, Жан-Жак понял, что он не промахнулся. — Я жду твоего рассказа. — Нет. — Уговор дороже денег, леди! — Я не обещал тебе всё рассказывать! — Это достаточно подло с твоей стороны… — Единственная подлость — это лезть в чужую жизнь! — выкрикнул Юрий, когда двери лифта открылись, и немедля выскочил из него. *** На сей раз, когда они остались в раздевалке после отката короткой программы, Юрий задумался, действительно ли все их «случайные» встречи настолько случайны. Или ему просто чертовски везёт? Оставаться наедине с этой раздражающей личностью не казалось ему столь радужной перспективой. Поэтому он торопился, желая избавиться от этого сверлящего взгляда. Канадец уже давно собрался, поэтому мог бы свалить восвояси, но нет же. Он в наглую стоял, облокотившись о шкафчики и пялясь на Плисецкого. — Что тебе надо? — Юрий не выдержал, повернувшись к канадцу. — Ты бы мог выступить лучше. Из-за мыслей о нём ты не можешь сосредоточиться на выступлении, — на сей раз Лерой был серьёзен, что заставило парня насторожиться. — Не понимаю о чём ты, — строить из себя дурачка - лучший выход из данной ситуации. — Я могу помочь. — И с чем же? — Помочь забыть тебе твою безответную любовь. — И какая тебе с этого выгода? Если я оправлюсь, то ты полетишь со своего пьедестала кубарем вниз, — Плисецкий усмехнулся. Со стороны Жан-Жака ответа не последовало, — ладно, допустим мне интересно это. И что ты собираешься делать? Насильно затащишь меня в постель? Или что? — Затащу. Но ты сделаешь это добровольно… — Тогда это дурацкий план! — И почему же? — Даже под страхом смерти я не собираюсь этого делать! — Семь дней. — Что? — Ровно через семь дней ты заберёшь свои слова обратно и запрыгнешь ко мне в койку как миленький, — канадец выглядел не то что серьёзно, а даже несколько устрашающе. — Знаешь… Звучит точь-в-точь как фраза из фильма «Звонок». Теперь позвони мне по телефону и скажи голосом той тёлки. Точно похоже будет! — Ахаха, леди, я говорю на полном серьёзе, а ты… — Лерой залился смехом, полностью убрав с лица всю серьёзность, — ну так что? Заключим пари? — отсмеявшись, канадец выпрямился и протянул парню руку. Плисецкий утвердительно кивнул, полностью уверенный в своей победе. Жан-Жак же напротив, был убеждён, что парень сдастся даже раньше положенного срока. В эту же секунду, не разрывая рукопожатия, Лерой притянул к себе парня, впиваясь в губы поцелуем. После, самодовольно расплываясь в улыбке, произнёс: — Отсчёт пошёл, — и быстро, насколько это было возможно, скрылся за дверью, пока Юрий не опомнился и не зашвырнул в него чем-нибудь тяжёлым. *** Тем же вечером в номере Плисецкого был обнаружен букет алых роз. Он конечно же догадывался, что Лерой не пропустит мимо ушей «конфетно-букетный» период, но Юрия взбесил сей жест. — Я тебе не баба! — выкрикнул Плисецкий, когда фигурист открыл ему дверь. Он замахнулся букетом, заехав и без того ошеломленному Джей-Джею по лицу, а после бросив несчастные цветы тому в руки. Парень, гордо вскинув голову, отправился восвояси. — Как же хорошо, что я попросил убрать шипы… — Лерой нервно сглотнул, посмотрев на букет в своих руках, и представил, что бы было с его лицом, не сделай бы он этого. Следующие четыре дня в номер Плисецкого, как по расписанию, три раза в день, приносили подарки. Всё, что только можно было, начиная от цветов и заканчивая плюшевыми игрушками. И самым странным парню казалось как раз-таки не то с какой частотой обновлялась его «коллекция», а то как канадец умудрялся предугадывать его вкусы. Из 12 подарков он ошибся лишь с двумя. Чистое везение или какая-то хитрость? Неважно. Юрий закрывал глаза на все его знаки внимания, а желание запрыгнуть к нему в койку так и не появилось. А ведь сроки уже начинали наступать на пятки. Плисецкий продолжал терпеть из-за чисто детского желания «позырить», что же будет делать канадец в дальнейшем. Да, наблюдение за его жалкими попытками вызывало у Юрия лишь неподдельное садистское удовольствие…