De dos caras: Renacimiento

Он смывается в унитаз, не успевая обдумать, что должен чувствовать при этом. Его синий костюм остается чистым. Движения такие же непринужденные — он это отработал. Министр Магии — довольно пожилой волшебник. Кажется, его зовут Дэньел Уэльсон, и он сравнительно недавно на этой должности. Но какая разница? Человек минует многочисленные этажи и коридоры, и вот он у нужной двери. Аккуратный стук в дверь, вежливая интонация: — Здравствуйте, мистер Уэльсон. Я очень рад, что вы нашли для меня время. — Что вы! Проходите же. Я очень рад, что вы почтили нас своим присутствием, — торопливо откликается Министр. Любезности кажутся человеку в синем костюме излишне слащавыми и совершенно ненужными. Ему вообще многое в этом материальном мире кажется ненужным. Но он принимает фарфоровую чашку с дымящимся чаем из рук Министра. — Я не займу у вас много времени, — приступает к делу человек, — у меня важное поручение. Я не могу раскрыть личность своего хозяина, это совершенно секретная информация. Министр кивает. Ему сообщили о важной персоне, неком посланнике от волшебника, чье имя остается загадкой. Но этот загадочный волшебник так кстати передал вместе с посланием шикарную бутылку виски. И сейчас Министр вполне готов выслушать главное предложение. Человек продолжает: — Мой хозяин просит у вас разрешения выкупить Вашу должность. — Что?! — Я напишу сумму на вашей салфетке. А вы решите, достаточна ли она для вас, если нет, я припишу еще ноль. — Да что вы…?! Как бы возмущен ни был Министр, сумма его впечатляет. Ее бы хватило на все. Абсолютно на все. — Но кто вы такой?! — с изумлением восклицает Уэльсон. — Я новый Министр Магии, — отвечает человек в синем и улыбается. Улыбка больше походит на оскал, но лучшего добиться не выходит. Тонкие губы еле заметно шевелятся, испускают тонкую струю дыма. Она тут же достигает цели — ноздрей Министра. Тот вдыхает и закашливается. Помимо изумления, Дэньела охватывает чувство тревоги, а затем и страха. Что, если он не согласится? Кто этот хозяин, и откуда такие деньги?! Учитывая свою не слишком успешную деятельность на новой должности и нарастающее желание получить деньги и скрыться, Министр лишь коротко кивает и приписывает еще один ноль. Мужчина в синем тут же пишет ему адрес и время, где и когда тот получит обещанное. А также подготавливает все документы, позволяющие законно занять пост Министра Магии. — Все будет подписано сразу после того, как вы получите деньги. А пока расскажите всем о своем внезапном ухудшении здоровья и подаче на увольнение. — Д-да… И не успевает Уэльсон моргнуть, как человека уже нет в кабинете. Оставленные для достоверности дорогостоящие камни красного и белого цвета заманчиво мерцают на его рабочем столе. Дэньел жадно их хватает и распихивает по карманам. Он будет невероятно богат! С этой мыслью Министр встает из-за стола, готовясь сыграть хворающего старого пожилого мужчину.

* * *

Тяжелые стрелки на белых часах, кажется, назло всему идут медленно. Малфой в очередной раз переводит взгляд на Грейнджер, а затем на Поттера. Изучать карту ему не представляется интересным. Он все равно не собирается в этом участвовать. Он не привык спасать мир, в отличие от них. Сведенные брови и сосредоточенность в глазах Гермионы забавляют. Неужели она считает, что достаточно умна, чтобы разгадывать тайные знаки, возраст которых примерно вечность? Поттер же выглядит измученным. Кажется, он уже запутался в этой бесконечной карте. Уже начало четвертого. Уже совсем скоро утро. — Вы всегда так долго над чем-то думаете? Это не всегда полезно, — пытается заговорить с ними Драко. — Не мешай, Малфой, — Гермиона вытирает выступивший пот на лбу, ей довольно сложно сконцентрироваться. Карта огромна, и искать в каждой черточке потайной смысл спустя четыре часа подряд кажется издевательством. — Я серьезно. Вам стоит отвлечься. Давайте что-нибудь поедим. Поттер бросает на него хмурый взгляд: — Ты действительно сейчас больше мешаешь, чем помогаешь. Малфой удивленно вскидывает брови. — Да что ты, Поттер, — со смешком отвечает он. — А мне кажется, ты уже совсем ничего не соображаешь. Поттер с таким же хмурым видом отворачивается. — Гермиона, наверное, стоит передохнуть. Малфой прав, я уже с полчаса как ничего не соображаю, — шепчет он на ухо Грейнджер. Драко смеется — в комнате слишком тихо, и шепот Поттера прекрасно слышен. — Хорошо, — соглашается Грейнджер. Ей и самой сложно сосредотачиваться, особенно когда за ней постоянно следит взгляд серых глаз. — Мерлин, Гарри! Я же ничего не успела сказать толком дома, а меня всю ночь не было! — спохватывается Грейнждер — Хочешь, я тебя приведу обратно? — с улыбкой спрашивает Малфой. — Что за бред?— возмущается она. — Он так шутит, не обращай внимания, — Поттер бережно сворачивает карту и кладет предметы обратно в шкатулку. — Они, наверное, обыскали весь Лондон, но этот дом им не найти. Поттеру совсем не хочется придумывать предлоги отсутствия подруги. — Я не знаю, Гермиона. Я сделаю бутербродов, — и Гарри поспешно удаляется на кухню. Малфой некоторое время молчит, затем тоже поднимается. Кажется, ноги затекли и сейчас неприятно, даже болезненно, покалывают. — Скажи, что было плохо, и осталась на ночь на сохранении у врача, — советует Малфой и следует хромой походкой за Гарри. — Да, это хорошая причина… — девушка откидывается назад, разминая шею. «Хорошая причина? А она обязательно должна быть? Словно я на привязи у Уизли…» — пролетают мысли в уставшей голове. Гермиона встает со стула и ложится на диван рядом с часами. Ее глаза прикрываются, почти мгновенно наваливается липкий сон, словно кто-то затягивает в иную реальность: быстро пролетает настоящее… Ее живот вырос — и вот она уже рожает ребенка. Это красивая девочка. Белокурая и сероглазая. Раздается крик. Поттер и Малфой тут же прибегают. — Что такое? — Гарри подходит ближе, осматривает Гермиону. — Н-ничего, я просто… я… Что-то приснилось. — Кошмар? Но и десяти минут не прошло. — Как десять? Я спала минимум часа два! — удивляется она, после тихо добавляет. — Или полжизни… — Что тебе приснилось? — это Малфой. Он садится ближе, отчего Грейнджер отодвигается, ощущая укол раздражения. — Неважно, — коротко отвечает она. — Нет, важно, — настаивает он. Гермиона отрицательно качает головой. — Я не помню. — Не ври мне. Поттер молча наблюдает, ощущая себя почему-то лишним. — Просто кошмар. Какая тебе разница? — Мне это важно. Она хмурится: — Отчего такой интерес? — А к чему скрывать? — Нечего мне скрывать, оставь меня в покое, Малфой, — отворачивается она. Он касается ее плеча: — Что тебе снилось? — Настолько интересно, может, потому, что сам в этом виноват? -спрашивает со злостью она, не находя иного объяснения подобного видения. — Что? — искренне удивляется Драко. — Мне только что привиделся мой ребенок, как какая-то картина из будущего. И представляешь, мой ребенок был твоей точной копией! — Не смешно, Грейнджер. — Вот именно, Малфой! И это странное ощущение… — Гермионе сложно говорить о своих вспышках влечения к нему, поэтому она сдерживается, но подобные видения уже слишком. — Очень странное ощущение, будто ты меня пытаешься… приворожить! Малфой складывает руки на груди. На ум приходит недавний сон. Кажется, скоро прояснится, для чего он снился — вот уже первые обвинения в его адрес. И весьма нелепые. — Не неси ерунды, Грейнджер. Если ты меня решила вывести из себя — ничего не получится. Гермиона метает жалобный взгляд на Поттера. Тот в растерянности думает, как свернуть эту ссору. — Это нормально, Малфой. И, Гермиона, ты тоже не переживай… такое бывает с беременными… Пойдем, я заварил твой любимый ромашковый чай, — Гарри уводит Гермиону, надеясь, что это ее успокоит. Малфой ощущает прилив злости, но сдерживается. Раздается лишь еле слышный хлопок аппарации. Как только Малфой уходит, Гермиона выглядывает из-за угла кухни, удостоверяется в его отсутствии и, наконец, расслабляется. Она позволяет себе рассказать все Гарри. — Это было ужасно…. Я сидела на кровати в его Имении весь день до позднего вечера, представляя, как он…как… — ее щеки краснеют пуще прежнего, и она прячется за кружкой. Поттер тяжело вздыхает. Услышанное приводит его в ступор. — Но ты же не могла внезапно влюбиться в него. Это стресс… — Нет, Гарри, это не похоже на стресс. Я стала почти ненавидеть Рона и всех Уизли вместе взятых. И временами это так сильно меня накрывает, что я все чаще от них куда-то ухожу. И все чаще к Малфою! Гарри нервно сглатывает. — Я… хочешь, позовем Умелого? Или, может, тебе стоит показаться колдомедику? — Да… стоит показаться… но… — Я отправлю ему сову, и Рону тоже, — перебивает Поттер. -Не переживай, все будет хорошо,— и он оставляет ее одну, скрывая свою панику за нервной улыбкой. «Она не должна узнать! Не сейчас!»

* * *

Малфой возвращается в Имение, но не находит себе места. — Да что она о себе возомнила! Обвинять меня в каком-то жульничестве и привороте! На такое если кто и способен, то только ее муж, жалкий Уизли, но никак не я! — Угомонитесь, мистер Малфой, — прерывает его монолог внезапно появившийся за спиной Умелый. Драко резко разворачивается: — А с тобой я еще поговорю! Кажется, кое-кто забыл, что он всего лишь слуга?! — Это ваш ребенок, — Умелый не собирался это сообщать сейчас. И вообще не собирался. Но Умелый не любит, когда на него кричат. Даже если это его собственный хозяин.— Она забеременела той ночью, когда вы ее спасли, — продолжает он раздражающе спокойным тоном. — А сейчас позвольте мне заняться своими обязанностями: сад требует ухода. И он оставляет Малфоя одного, застывшего на месте, с выражением полного ужаса на лице. И тут появляется Поттер. Он что-то быстро говорит, жестикулирует и ждет ответа. Но Малфой его не слышит. Это ведь полная катастрофа. Он совершил грубейшую ошибку. Предал свой род. Зачал ребенка с грязно… Малфой кашляет, его передергивает, и тут он замечает, что не один. — Поттер, ты тут, — безразлично замечает он. — Да, черт побери, я тут! Ты слышал, что я тебе говорил? — Нет. — У меня к тебе важный разговор! — Она не должна узнать, — перебивает Драко. — Ни под каким предлогом. И мы это исправим. Этот ребенок не должен появиться на свет. Гарри ошарашено на него смотрит. — Так ты знал? — Только что узнал. От Умелого. И я не стану оправдываться. Что случилось, то случилось. Я сожалею и все исправлю. — Это каким же образом, позволь узнать? Малфой немного медлит, но затем уверенно произносит: — Зелье Умертвления. Гарри не сдерживается. Удар приходится Малфою в живот. — Только попробуй к ней прикоснуться, я тебя задушу собственными руками, — шипит Поттер. — Ты сам во всем признаешься, а она решит, что делать дальше. И будь уверен, растить твоего ребенка вряд ли будет ее решением, — Гарри удерживается от порыва пнуть ногой свернувшегося от боли Малфоя и уходит. К хозяину возвращается его верный слуга. — Я принес вам обезболивающего, — пищит он. — Иди к черту, — Малфой поднимается, сплевывает на пол и аппарирует.

* * *

Грейнджер решает отправиться домой. Рассказывать колдомедику Малфоя о своем влечении к его хозяину абсурдно, а с беременностью все в порядке, она как колдомедик и так знает. Она найдет другого врача. А сейчас теплое покрывало и чашка чая ее успокоят. Грейнджер отмахивается ото всех родственников, встречающихся ей на пути к спальне, и закрывается там, не реагируя на настойчивый стук и просьбы выйти. «Могут они хоть на секунду оставить меня одну?» — с раздражением думает она и закрывает глаза, пытаясь расслабиться.

* * *

Этот двухэтажный дом ему знаком. Но в тот день он был лишь серой тенью себя. Раздается звонок в дверь. Довольно быстро ее открывают. «Кто это? Должно быть, один из близнецов». — Здравствуй. Я Драко Малфой, — решает представиться он. — Будь я тобой, я бы сюда не совался, — отвечает Джордж. Малфой пропускает это мимо ушей. — Мне нужна Грейнджер и срочно. Джордж с интересом рассматривает гостя. — Заходи, — внезапно произносит он. Наверняка после их приема Малфою расхочется так нагло врываться в их дом. Малфой заходит. Молли в растерянности на него смотрит, роняет из рук разноцветную подушку. Джинни с крошкой на руках заходит в зал, и даже ребенок, как кажется Драко, с неподдельным удивлением на него уставился. — Будете сразу бить или дадите поздороваться? На лице Молли появляется суровое выражение, которое в семье видели крайне редко. — Излагайте, зачем пришли, и побыстрее. Рональд скоро вернется, и я вам не обещаю гостеприимства. — Я должен испугаться? Можете не отвечать. Мне лишь нужно срочно поговорить с Грейнджер. — Ей нездоровится. — Как раз поэтому и срочность, — с нажимом отвечает Малфой. Минуту Молли колеблется. Но Гермиона вернулась совсем бледная и не пожелала никого видеть. До сих пор никому не удалось уговорить ее выйти из комнаты. — Хорошо. Так и быть, проходите. Но если что-то случится с Гермионой… — Мне уже хватило угроз. Не утруждайтесь, — Малфой быстро поднимается по лестницам, куда указала Молли. К его раздражению, все следуют за ним. Он стучится в деревянную дверь, ощущая прикованные к его руке взгляды. — Я же сказала, мне ничего не нужно! — Открой, это я, Малфой. Все за его спиной затаивают дыхание, и он в том числе. Спустя минуту дверь открывается. Драко заходит вовнутрь и как можно быстрее захлопывает дверь. Гермиона действительно выглядит плохо. — Ты уже была у колдомедика? — Да, — врет она, не желая разговаривать, но раз Малфой дошел до ее комнаты, значит, дело действительно срочное. — Что ты хотел? — Нам нужно поговорить. Гермиона кивает. Драко мельком оглядывает ее комнату, останавливая взгляд на кровати, которая его отвращает. «Значит, там она спит с Уизли». Эта мысль почти заставляет его уйти. — Не тяни. — Хорошо. Дело в том, что… это состояние, о котором ты говорила, оно не просто так возникло… это из-за того, что ты… — Малфой понимает, что тянет время, но сказать ей правду, как собирался, он уже не сможет. — Ты все еще моя собственность. Мой раб, — с уверенностью заканчивает он. — Раб? — переспрашивает она, почти об этом позабыв. — Да, именно так. Поэтому и твой ребенок считается моей собственностью, и беременность будет протекать таким вот сложным образом, — Драко поражается, как легко он выдумывает весь этот бред. — Ах вот оно что… — меняется в лице Грейнджер. — Прости, я столько наговорила. — Ничего, забудем об этом. Как насчет встречи сегодня у меня? Нам стоит продолжить изучение карты, — он сам не знает, зачем ее приглашает. Но ее нездоровый вид пробуждает в нем желание заботиться. «Кто из этого зверинца сможет оказать ей правильную помощь?». — Да, я приду. Нужно продолжить, это действительно важно. Малфой кивает и уходит. У двери толпа родственников с трудом дает пройти, и Драко подавляет желание растолкать их локтями. — Всего доброго, — выдавливает он под конец и аппарирует.

* * *