Пламя и кровь

Горблуц

Горблуц после разговора с Саруманом направился к себе. Его, если можно выразиться, штаб-квартира, представляла собой среднего размера двухэтажное здание, пристроенное ко внутренней крепостной стене Барад-Дура. Он зашел в здание. Первый этаж состоял из пяти комнат. Первая комната была прихожей. В комнате слева был своеобразный штаб: на стене висела карта Средиземья и Мордора, отдельно со всеми провинциями. На карте Мордора было нанесено все, вплоть до мелких деревушек. Около карт висело множество свертков карт, всех провинций и ключевых зданий Гондора, Рохана, Гундабада и много каких еще. В центре был большой грубо сделанный стол, с пятью стульями. Сразу за комнатой была оружейная, полная самого лучшего оружия, на которое только способен военный гений орков. Лучше оружие было только у Саурона и назгулов. В комнатах справа была столовая и спальня. Второй этаж был целиком занят под тренировочный зал. Горблуц остался в прихожей и громко крикнул. Послышались многочисленные шаги. Со второго этажа спустилась темная нуменорка Айзраэль. В черной кожаной броне, с повязкой на лице и капюшоне. Из-за этого было отчетливо видно только ее коротко подстриженные рыжие волосы и выразительные зеленые глаза. Заметив Горблуца, она облегченно вздохнула и сняла повязку. Повязка скрывала тонкие скулы, аккуратный курносый нос и тонкие губы. На поясе в ножнах покоился кинжал, а на спине был легкий ручной арбалет. На ляжках ног были сделаны карманы для метательных ножей. Из оружейной вышел орк. Старее и ниже чем Горблуц, если можно выразиться, с более человеческими чертами лица, чем он. Кожа у него была слегка красноватая, а за спиной красовались два ятагана. Звали его Янгуш. Когда они собрались, Горблуц сказал: — Сегодня нам поступило приказание от самого Саурона. Наша цель — Изенгард. А именно башня Ортханк. Оттуда мы должны выкрасть изобретения Сарумана, и вернуть их в Мордор, что-бы они не попали в руки не того, кому надо. — До Изенгарда месяц пути, не меньше, нам понадобятся лошади, значительные запасы провианта, кое-какое количество золота — сказал Янгуш. — С золотом у нас порядок — ответил Горблуц — Саурон дал нам аванс. Восемьсот золотых. — Солидно — подала голос нуменорка. Хоть она и считала себя черной нуменоркой, но по сути нуменорской крови в ней было поганая капля. Она вобрала в себя смесь харадцев, гондорцев, местных народов. Но гордо именовала себя черной нуменоркой, потому что ее прабабка по материнской линии была черной нуменоркой. — Нам надо отработать план. Ортханк это не задрипанная деревушка на окраине Нурна. Там стены пятнадцать метров высотой. — продолжил Янгуш. — Может для начала пройдем в штаб? — предложил Горблуц — Да кстати, где еще двое? — Покупают припасы — флегматично ответил Янгуш. — Но ты же этим заведуешь?! — удивился Горблуц. — Слухи они на рынках хотят пособирать, говорят, остроухие после Изенгарда на Дол-Гулдур зарятся. Посмотрел бы я, как они эти стены штурмовать будут. До осени ковыряться будут — фыркнул орк. — Во всяком случае, они вернутся через пару часов. Они прошли в штаб и расселись по стульям. — Но время сейчас не на нашей стороне. Изенгард взяли не так уж давно, но я не думаю, что эльфы оставили его. Они не смогли прорваться в Ортханк тогда, но это не значит, что они не прорвутся туда сейчас. Если Саруман оставил там магические печати, то у нас больше шансов. — А разве ты его об этом не спрашивал? — Он говорил про них, но в спешке не довел дело до конца. Они могут быть… Нестабильными. Поэтому, нам надо торопиться. Иначе, изобретения Сарумана могут обернуться против нас. — Как я уже говорил, вы туда доберетесь за месяц минимум. Это еще не учитывая того, что если вы не нарветесь на доблестных защитников Гондора, Рохана, или не дай Моргот на остроухих. Терпеть их не могу. — Хе — усмехнулась нуменорка — кто их любит? — Мы отвлеклись от дела — сказал Горблуц. — Так вот — продолжил Янгуш — как я уже говорил, мы не можем вот так туда ломануться. Нам нужен план. — Я предлагаю — сказала Айзраэль — под покровом темноты перебраться через стены, и незаметно пробраться к Ортханку. Там проникнуть в башню. Я проникну в башню, а Горблуц меня прикроет. А ты Янгуш останешься здесь. — Ага, только вот как — буркнул глава троицы. — У нас есть планы Ортханка? — спросила у Янгуша нуменорка. — Конечно. Покопавшись со свертками, через несколько минут перед ними предстал Изенгард. — Так, и что он из себя представляет, башня, окруженная стенами. Открытого пространства очень много, сомневаюсь, что нам удастся спрятаться. А что, если замаскироваться под роханцев? — предложил Горблуц. — Каковы еще предложения? — спросил Янгуш. — Можно подобраться со стороны гор, а к воротам.....Точно!!! Мы можем нанять дикарей, что бы они отвлекли эльфов. Конечно, шансов у них нет, но зато у нас будет время что-бы пробраться в башню. — предложила нуменорка. — Тогда решено — отозвался Горблуц. Янгуш согласно кивнул. — Тогда отправляемся завтра. Янгуш, ты знаешь что делать — сказал Горблуц. Янгуш кивнул и ушел. — Ну что же, в этой миссии провал невозможен. Иначе… Я боюсь даже думать, что сделает с нами Саурон.

Дейнерис

Тем временем Дени была в своих покоях. Хотя она еще была слаба, силы быстро возвращались к ней. Зимрафель сидела рядом и не уставала рассказывать о Нурне, о его закатах, о свежем морском воздухе, о стаях птиц и прочем. Газкулл был информирован обо всем, что случилось за его отсутствие. В том числе и какая судьба постигла ее брата. Дени отвлеклась и выглянула в окно. Рассказы о Нурне захватывали дух. Еще недавно она терпела побои от брата, но теперь… Теперь она нечто большее, чем разменная монета в лапах брата. Она королева. Ее уважают, а ее красоте завидуют. Она идеал красоты и величия. Ей не терпелось на новое место. Постоянные тучи и мрачность Мордора ей наскучили. Ей хотелось быть дальше от удушливого смога и дыма. Она душевно росла не по годам. Ей захотелось навестить, увидеть брата и направилась к Саурону, чтоб узнать, где он. Саурон тем временем сидел у себя в кабинете и никого не подпускал. План вторжения был готов и немного изменен. Армия была разделена на три части: первая должна двинуться на Лихолесье и гномов Эребора. Вторая на Гондор. А третья, погруженная на боевые суда, должна разграбить побережье Гондора и затем двинуться на Серую Гавань, а затем в Линдон. Оставалось только дождаться результатов от Горблуца. А пока в Гондор и Лихолесье было заслано множество шпионов и диверсантов. Тучи сгущались. Скоро на Средиземье обрушиться буря с востока. Спустя годы, уцелевшие скажут: оттуда началось падение Средиземья. Остроухие будут свидетелями последних дней. Средиземье сгорит в огне ненависти и зла. А затем, как феникс, воспрянет сильнее и крепче, чем когда-либо. А затем придет и черед заморскому Вестеросу. И его империя будет нерушима до скончания веков. Дени постучалась. Отвлеченный от своих размышлений, майа недовольно сказал: — Войдите. — Дени вошла — Ах, это ты, моя королева. И что же тебе нужно от меня? — голос его сразу смягчился. — Мне… Интересно, что случилось с моим братом? Я давно его не видела. Мне конечно хорошо без него, но все-таки интересно. — Он в катакомбах. Визерис стал слишком наглым. — А можно… Я встречусь с ним? — Конечно, тебе даже можно было не спрашивать. Иди, иди, конечно же. Дени спустилась в катакомбы. Было ужасное зрелище: в сырых, поросших мхом, сидели тощие, оголодавшие и обезумевшие от пыток пленники. Над ними измывались орки. Они молили о воде, еде, но их не слушали. Орки смеялись и не скупились на удары гибкого хлыста. Одного из них они вытащили, и не обращая внимания на мольбы зверски добили. Второму медленно выкручивали руки, третьему выламывали пальцы и выдергивали ногти. Дени испуганно искала своего брата. Она высматривала его, но не могла найти. Она спросила у надсмотрщика. Тот указал ей на клетку недалеко от входа. Визерис уже не был самим собой. Иссохший, со спутанными грязными волосами, не евший около недели. Дени не узнала его, подумав, что это какой-то эльф. — Сестра! — обрадовался он — Молю, дай то-нибудь поесть. — За что с тобой так? — Саурон обманщик, он получил тебя и не хочет исполнять условия договора.Он обманул нас. Обманщик, обманщик!!! Дени отшатнулась от него. Она чувствовала отвращение. — Ты боле не дракон, ты червь — гордо сказала она. Хотя она и испытывала сострадание, многие годы побоев и унижений, сыграли решающую роль. Она хотела чтоб он так мучился. Но остальные. Остальные. Это были эльфы, люди, гномы. Их пытали и мучили только потому что они были гномами и эльфами. Она почувствовала смесь презрения и отвращения, от этого ее чуть не вырвало. Она поспешила уйти, и она не скоро забудет ужасы подземелий Саурона.