Пламя и кровь

Сайта

19 ноября. Погода была отвратная. Листва почти опала с деревьев, остались лишь черные стволы со скрюченными ветками. Небо было застлано тучами, дул противный холодный ветер. Дороги превратились в грязные, топкие ворота, в которых только и застревают возы. Он подъехал к воротам Дол-Гулдура. По слухам, он смог разграбить столицу эльфов Лихолесья, но партизанская война, нехватка продовольствия и бунт отдельных частей не позволили им захватить весь лесной массив. — Стой, кто идет? — машинально спросил привратник. — А ты не видишь, кто перед тобой, пехтура? — Извините, милорд назгул, сейчас откроют дверь. Ферумор перебрался сюда, как удалось ему узнать. Сайта уже и план разработал, по его убийству. Все начнется с невинной беседы, а затем… Клинок сделает свое дело. Стража почтительно пропустила посланника самого Саурона. Ферумор сидел удивительно спокойно, не выказывая признаков страха, или хотя бы беспокойства. — Назгул. Какая честь встретить вас, самого приближенного к нашему господину Саурону — Рунец встал и распростер руки в знак приветствия. — Впредь называйте меня Сайтой. Мне немного оскорбительно слышать это из ваших уст. — Неужели? Вы бессмертны, вам не нужна еда, сон, отдых. Вы не чувствуете эмоций и привязанностей. Истинные орудия убийства. — Ферумор улыбнулся краем губ. «Что этот сопляк себе позволяет. Ну ничего, скоро я сотру его самодовольную улыбку с его лица.» Ферумору было всего лишь тридцать пять, смуглый, с острыми чертами лица, вьющимися черными волосами, выразительными карими глазами. Сайта привык, что назгулов боятся и трепетно выказывают им почтение и верность, ибо они — правосудие, они — проводники воли воли Саурона. — Я слышал, что ваша кампания в Лихолесье немного пошла не так, как вы рассчитывали. — вкрадчиво сказал назгул. Ферумор однако не потерял лица и нашел чем парировать. — Я слышал, что в очередной битве за Осгилиат, наш хозяин потерпел крах. К чему прелюдии, Сайта? Я разочаровал Саурона, так вы думаете. Однако — Ферумор достал мешочек. Из него он вытащил кольцо невероятно тонкой работы. — Каким-то кольцом ты хочешь купить себе жизнь? — усмехнулся назгул — как это низко. — Вам легко рассуждать о смерти, Сайта. Но это кольцо не обычное. Это — одно из эльфийских колец власти. Которое раньше принадлежало владычице Галадриэль. — Лжешь, лжешь! — далее последовало ругательство из морского сленга моряков. — Я бы за версту почуял кольцо, выкованное Господином. Единое кольцо, кольцо гномов, да хотя бы мое. — Сердолик назгула блеснул в затемненном помещении. — Загвоздка в том, что он и не ковал их. Вернее, в них нет его силы, оттого вы его и не чувствуете. — Лжешь! Ты обрек на смерть своих людей! Твоя самоуверенность зашла слишком далеко! Обмануть Саурона! Это уже слишком. Ты умрешь. — Что же, давай. Я приму смерть. И возьму ее в руки, словно она моя невеста. Меч вскоре был вытащен из ножен. Ни одного мускула не дрогнуло на его лице. Когда лезвие вонзилось в него, он не выразил боли. Слишком низко это было для его гордости. Завершив свое дело, Сайта взял кольцо, и повелел вызвать к нему заместителя Ферумора. На правах проводника воли Саурона, он назначил его командиром рунцев. — Что вы будете делать теперь? — спросил Сайта, перед дорогой обратно в Рун. — Наверное, распущу армию. Войска потеряли всякое расположение духа. Они хотят вернуться домой, к семьям. — Понимаю. Но боюсь, без приказа Саурона это пока невозможно. Как только я прибуду к Саурону, я непременно расскажу ему об этом.

Саурон

24 января За окном медленно падал снег. Зима пришла в Мордор. Мелкий снежок припорошил убранные поля и голые деревья. Здесь, в Нурне, зима мягкая, не такая суровая, чем на севере. Крестьяне давно уже сидят сложа руки, латая порванную одежду, мастеря новые орудия труда и слушая у очага легенды и сказания Мордора. Горожане теперь реже выходят на улицы, по крайней мере люди. Трещали дрова в камине. Саурон, расслабившись сидел около камина, около него дремала Дени. — Если бы ты знал, как быстро растут драконы. Особенно Анкалагон. — Лучше бы ты назвала его Балерионом. Ему до Анкалагона не вырасти. Тот был выращен при помощи темной магии Моргота. — А сколько был по размеру, предыдущий Анкалагон? — Если Балерион мог затмить собой город, то Анкалагон мог своей тенью накрыть гору. — Пусть уже будет, как есть. Они быстро растут. Они уже размером с большую собаку. Знаешь, я на них смотрю, и меня немного одолевает грусть, они станут лишь орудием войны. — Если не хочешь, то и не используй их. — Сколько жизней они могут спасти. Ведь, когда они вырастут, они будут стоить целой армии. — Повисло долгое молчание. Лень было говорить. Слишком уютно было, что бы что-то изменять. — Знаешь, какой сегодня у нас день? — спросил он. — Нет. — Как? — притворно удивился он. Саурон знал, Дени кокетничала. — День твоего прибытия в Мордор. И нам приготовили подарки. — Хлопнув, слуги торопливо внесли на красном бархате корону и диадему. Диадема была выполнена из серебра, к ним в комплекте шли две подвески из драгоценного сапфира и не менее дорогих яшмы и оникса. На диадеме были тонко выгравированы эльфийские письмена: «Королева Дейнерис» Корона была выполнена из черного железа, добываемого в Мордоре и больше напоминала ободок с острыми, устремленными вверх зубьями, подобно тем, которые были у покойного ангмарца. Каждый зубец был инкрустирован рубином ромбовидной формы, на нем были выгравированы на эльфийском: «Владыка Средиземья, хозяин Огня и повелитель всего сущего» — О, Саурон! Это великолепно! — Дейнерис примерила диадему. Она подходила идеально. — Теперь, ты воистину королева. И в этом ты будешь, когда взойдешь на Железный Трон. — Милорд — их покой потревожил Сайта — Ты не мог найти времени получше? — раздраженно сказал Саурон. — Господин. Это требует вашего неотлагательного вмешательства. Ферумор перед смертью сказал, что это кольцо — одно из трех эльфийских колец власти. — Невозможно. Немыслимо. Он не мог продвинуться так далеко. С его-то потерями. — И все, же, вдруг он был прав. Я право, в этом сомневаюсь. — Сайта вытащил мешочек и развернул его. Саурон встал и пристально разглядел кольцо со всех сторон. — Это не оно — Откуда ты знаешь? Может это и оно? Ты не видел их несколько тысячелетий. — Там нет знака Келибримбора. Маленькая гравюрка на оборотной стороне, символизирующая герб эльфов Эриадора. Подделка. Весьма искусная. — Оставь ее, Саурон. Может, она еще пригодится. — Интересно зачем? — Что бы в случае чего ввести врага в заблуждение — Саурон флегматично хмыкнул: — Если уж так хочешь, забирай. Но уверен, в сокровищнице есть кольца и получше этой безделушки. — Сайта удалился. — Что теперь? — спросила Дени. — Пока что — ничего. Зима. Какая к Морготу война. Снабжение, пополнение. Зимой все гораздо сложнее. — Опять отсиживаться. Ты мне уже год Железный трон обещаешь — вздохнула она. — Война — вещь не быстрая. Особенно, если ты хочешь, что бы не только захватить, но и удержать земли. — Может ты еще и в Эссос подашься? — саркастично проворчала она. Саурон округлил глаза и поднял бровь. — Клянусь Морготом, ни за какие сокровища Нуменора я бы в ту степь не подался. И в Вольные города тоже нет. Я обещал тебе только Вестерос. — А план? У тебя есть план следующей кампании? — Разгром Гондора. Разведка Вестероса. Но самое главное — кольцо Галадриэль. Я скоро разработаю план. Но знаю сразу. Армией туда идти — самоубийство. Лучше всего — небольшой элитный отряд, верхом на крабанах. И я там буду. Это слишком ответственное дело, что бы поручить его только одним назгулам.