Её голос приносит в сердце весну

— Люси, можно с тобой поговорить? – подошла на перемене Скарлетт. — Да, конечно, – отозвалась она с улыбкой, но грустное и в то же время серьёзно лицо Алой заставило улыбку испариться,– Что-то случилось? — Я понимаю, что не должна спрашивать, но что ты чувствуешь к Грею, Нацу? Хартфелия опешила от такого вопроса. — Они мои друзья, как и ты, Эльза. А что? — решила она утаить факт того, что теперь часто заглядывается на брюнета. — Я хочу помочь Дождии. Мне жаль видеть её неудачные попытки. Можешь мне помочь? — Конечно! Ради подруги я хоть что сделаю! – улыбнулась златовласка, хотя сердце внезапно потяжелело. — Я знала, что могу на тебя положиться,– наконец улыбнулась Эльза,– Помнишь про выходные? Начнем оттуда. Позволим Дождии быть с ним наедине. Сделаем обстановку такую, чтоб он не смог отказать ей,– В глазах подруги заплясали звёздочки. — А Нацу нам поможет? А остальные? — Увы, Леви с Гажилом не смогут. Леви будет подтягивать своего обормота. А вот Нацу и Жерар уже подключены. — А что мы там будем делать? — Завтра и узнаешь… — Не понимаю, почему в лоб не сказать? – сидя в машине с Эльзой, Люси и Жераром, спросил розоволосый, надувая губы, когда предложение споить Фулбастера было грубо отклонено. — Я бы сказала через музыку о своих чувствах, – протянула Люси, глядя в окно усталым взглядом. Она так и не смогла уснуть, думая как свести эту парочку, очень подходящую друг другу, но сердце разрывалось от этой мысли,– Дожди, кстати, прекрасно играет на фортепиано. — До ледышки всё равно не дошло бы. Он же тупой, – пробубнил Нацу. — Поэтому мы и аккуратно это сделаем, чтоб всё получилось! – объяснила Алая. — А вы хотя бы спрашивали его? Может он уже влюблен? – подал голос Фернандес, ведя машину. Как только ему стукнуло восемнадцать, сразу получил права, поэтому и возит своих друзей. — Не может быть такого! – чуть не подавился паренек с зелеными глазами, мельком направляя взгляд на рядом сидевшую девушку. — Это сложно понять. Хоть мы дружим с начальных классов, я до сих пор иногда не понимаю, что у него на уме. А если спросить, то он выкрутится и не скажет,– ответила Скарлетт любимому. Всю дорогу девушка с золотыми волосами, заколотые лишь одной заколкой, напоминающую красивую палочку, молча смотрела на мелькающий пейзаж за окном. Солнце скрылось за тучами с самого утра, хмурилось и упрямо отказывалось улыбнуться людям. Друзья смотрели на неё с волнением, однако Люси была где-то далеко, где её сердце искало ответы. Четвёрка подъехала к высоким воротам, за которыми скрывался небольшой лес, ведущий широкой дорогой к особняку светло-бежевого кирпича. Дом у Фулбастеров оказался из двух этажей. Выглядел он богато. Окружали его сады и фонтаны, покрытые снегом, но девушка вдруг очнулась, заметив вдалеке статую. «Похожа на могилу…» – пронеслось в голове, и все её раздумья вылетели из головы. — Ну, наконец! Земля! – выпал из машины Нацу весь зеленый. — Нацу, ты как? – протянула Люси руку и улыбнулась. — Твоя улыбка сразу подняла мой дух. Спасибо, – засиял ей в ответ друг, поднимаясь, держа Хартфелию за руку. — Что ты... – засмущалась она в ответ, – Идем… — А вы хорошо смотритесь, – возникла из неоткуда голубоглазая девушка в пуховике синем,– как парочка. — Дождия? Давно ты тут? – спросила Люси, одарив улыбкой синевласую подругу. — Да, я помогала Грею-саме. Я часто у него бываю, ведь наши родители дружат, – она перевела взгляд на Нацу,– Нацу-сан, ты чего такой розовый? — А? Я? Разве? — У тебя случайно нет температуры? – Люси прижала свой лоб ко лбу друга,– Горячий. Хорошо себя чувствуешь? – она смотрела в зеленые глаза, чьи зрачки дергались слегка. Его щеки вспыхнули ярче, – Пошли в дом? — Ага… — Странный ты, Нацу, – проговорила девушка и направилась за Дождей, что открыла дверь в особняк. Как только Люси вошла внутрь, её нос уловил слабый запах лаванды и корицы. Непонятно почему, но эти травы грели сердце, вызывали ностальгию, хоть Хартфелия впервые в этом доме. Как и снаружи, здание было теплых оттенков внутри. Светлые пастельные желтоватые тона, окружили гостей. Локсар проводила их в гостиную, которая оказалась пуста на наличие хозяина дома, однако долго ждать он не заставил. Холодный взгляд брюнета почувствовался на спине Люси. Та обернулась и встретилась с этими непредсказуемыми глазами. Сердце невольно чуть ускорило темп, но златовласка не подала вида. «Так, Люси, соберись. Сегодня ты помогаешь Дождии...» – подумала она и ужаснулась мысли, желающей провала. — Привет, Грей, – улыбнулась девушка. — Да, – как всегда коротко ответил он и сел на диван. Эльза выключила свет в комнате и включила телевизор. Грея прижали к Дождии Алая и Фернандес, чтобы уместиться на одной мебели. Хотя всё-таки не получилось. Нацу отправился на пол. День начался с романтичного фильма. Все кроме Фулбастера смотрели этот фильм. Люси впервые видела эту мелодраму, от которой щипало глаза. К моменту поцелуя каждый отлучился, оставив пару наедине. — Эльза, ну что? – шепотом спросила Люси. — Ничего не происходит. А нет. Дождия прижалась к Грею и смотрит на него. Блин, Фулбастер! – шипела Скарлетт,– Что ж ты такой тупой?! На такой сцене вы должны повторить! — Значит, подчасть не удалась. Следовательно, берем мой вариант. — Какой? – спросил Драгнил, который всё это время был подозрительно тихим. — Ужастик, – ухмыльнулась Хартфелия. — Ужастик? — Именно. Дождия – пугливая девушка. А Грей должен её успокоить. Так они станут ближе. И я выбрала самый резкий и страшный! Так что посмотрим, – ответила Люси и потянула друзей обратно в комнату, досмотреть и начать новый. На этот раз Хартфелия села рядом с Нацу. Признаться честно, она до жути не любит ужастики. Да, она трусишка. А лучший друг внушал доверие. Да и место там мало, поэтому для двух пар как раз, но не для трёх. С каждым резким отрывком златовласка дергалась. А подруга, которой она помогала вопила и бросалась на шею Грею. Люси лишь грустно смотрела на то, как нежно парень гладит по синеватой макушке, продолжая смотреть фильм. Вдруг рука почувствовала чьё-то тепло. Это заставило повернуть голову в другую сторону. Розоволосый паренёк улыбался подруге, держа за руку. Хартфелии больше не было страшно, поэтому она подарила ему в ответ признательную улыбку. Всё это время Фернандес и Скарлетт переводили взгляд то с Грея и Дождии, то на Хартфелию с Драгнилом. Эльза улыбалась, думая, что создает в одно и то же время аж две пары. Она не так хороша, как её соперница, Мира, по сведению людей, но видно, что дело пошло. И всё благодаря идейке Люси в невзначай. Фильм закончился. — Тааак, ребят, я пойду готовить обед, а вы развлекайтесь. Жерар ты со мной помогать,– произнесла Эльза. — Люси, пойдём . Мне кое-что нужно сказать тебе,– не выпуская руку подруги, повёл прочь из гостиной Нацу. — Грей- сама… — Прости, Дождия, но я отлучусь, – сказал Фулбастер и направился за друзьями. Локсар все же свостиком за ним. Нацу вёл девушку по коридорам, зная этот дом как свои пять пальцев. Может и не скажешь, но Фулбастеры и Драгнилы хорошие друзья, а их наследники всего лишь притворяются соперниками. В детстве они также дурачились и устраивали драки. Только среди них всегда была третья сторона. Разнимающая этих оболтусов. Это была девочка с короткими волосами. Столько времени прошло. Лицо этой особы уже не вспомнить Драгнилу, но он помнил, как любил её улыбку. После её исчезновения он связался с Лисс. Сначала всё было хорошо. Мягкая девушка была ангелочком в его глазах, пока его буквально не заставили открыть глаза и взглянуть на «любимую». Увиденного он не ожидал. Нацу любил, однако понял, что ошибся, хоть отношения не разорвал, пока не полюбил нужную, как тот считал, девушку. Сейчас, нежно сжимая запястье белоснежной кожи, розоволосый хотел всё сказать. Всё. Он помнил, слова подруги, поэтому верил. Верил, что его не отвергнут. Сердце долго пугалось. Целую неделю. Нацу это надоело. Даже когда они зашли в тихую звуконепроницаемую комнату, где стоял по середине одиноко рояль, он не отпускал руку. Вместо этого зеленые глаза посмотрели в шоколадные полные недоумения очи. Говорить о чувствах всегда было трудно, но сейчас еще труднее, когда внимание отвлекали персиковые губы. — Нацу, что ты хотел сказать? – прервала тишину Люси, чувствуя подвох, чувствуя... романтику. — А? Это…Ну знаешь, Люсь…Я это… – всё же попытался сказать парень. Не очень получалось. Девушка молча наблюдала, как глаза друга метаются по комнате, а щёки вспыхнули еще ярче. — Всё же тебе плохо? – спросила она, дотрагиваясь ладонью до лба. Однако они так и не коснулись намеченного. Друг перехватил руку и потянул девушку к себе, накрывая губы, сводившие его с ума, своими. Хартфелия остолбенела. Мозг отказывался понимать, что происходит. Постепенно до нее дошло, о чём хотел сказать друг, но она не хочет что-либо менять, но и в то же время причинять дорогому другу боль. — На-цу… Я не понимаю,– соврала Люси. Она прекрасно всё поняла. — Люси, я тебя люблю, – в губы прошептал паренек. Теперь слова сорвались сами. В свободном полёте полетели они,– Я влюбился в тебя. Люблю. И уже не смогу вернуться к обычной дружбе. Прости. — Нацу, – её холодные пальцы коснулись алой щеки,– Дай мне время. Я просто не ожидала. — Я знаю. Да, конечно, я буду ждать,– поцеловал он руку любимой и вышел. Грей схватился за свою чёрную футболку. С силой сжались кулаки до побеления. Дождия видела это. Фулбастер, не знал, от чего так больно. Он всего лишь увидел поцелуй. Поцелуй головешки и…и Люси. Всего лишь. Но этого хватило, чтоб причинить огромную боль. Он уже ничего не замечал. Не замечал как мимо прошёл с победной улыбкой Драгнил, как к блондинке зашла Локсар и начала интересный разговор. — Люси-сан, как ты относишься к Грею-саме?– прямо в лоб спросила Дождия. — Что? – опешила Люси от такой прямолинейности. — Кто он для тебя? Люси не знала, что ответить. Дождия всегда с ней хорошо общалась в музыкалке. Все знали о ее любви к Фулбастеру. Люси тоже знала. Она хотела ей помочь, не хотела потерять эту дружбу. Да, Грей нравился и ей, хотя она упорно отрицала и пытается до сих пор, прекрасно понимая, что ее саму без согласия тянет к нему. Да, у них были моменты, был поцелуй, который не изменил ничего. Они продолжали пересекаться взглядами, когда компания собиралась вместе, но никаких шагов более. Может она игрушка? От обиды сжались связки. Она смотрела на Дождию, что ждала ответа. Ее синие глаза горели горечью, а сердце так и кричало: " Скажи, что не любишь. Скажи, что он не важен для тебя..." — Я даже не знаю. Друзьями нас сложно назвать, ведь он холодно относиться ко мне. Разговор максимум на приветствии. Так что... друг друзей? Наверное... — Лю-си. А если бы он любил тебя? — Чего?! – ошарашено воскликнула Хартфелия,– Да быть такого не может, —отвернулась она, боясь, что ее ложь увидят, — Мы как зима и лето. Такие разные. Вот вы подходите друг другу. Я бы никогда не стала вам мешать, никогда бы не полюбила его. Ни за что. Грей мне никто! Я просто не смогу понять его,– продолжала Люси, чувствуя невыносимую боль, что душила за горло, разрывая что-то в груди, – Он меня не интересует как мужчина. Вот… – хотела она продолжить, как по спине пробежалось стадо мурашек. Он слышал. Люси обернулась в страхе. Ей хотелось прикусить свой язык. Свой лгущий язык. — Жаль, блонди, что ты меня даже за друга не считаешь,– холодно произнес Грей и ушел. Девушка упала на колени, в мыслях прося прощения. — Люси, ты как? – спросила Дождия. — Иди за ним,– прошептала та в ответ. — Чего?–не расслышала она. — Иди за ним!– выкрикнула Хартфелия,– Вот твой шанс! Иди же. Сейчас же! И Локсар послушалась. Дверь хлопнула. Слёзы покатились из глаз горького шоколада. — Прости… Но так будет лучше всем. Лучше страдать самой. Она утешала себя тем, что он лишь игрался, что лишь у нее возникли эти чувства. Он так холодно взглянул. Будто растоптал последний осколок от хрупкой вазы, что она разбила ради подруги. Слезы высохнут, а она забудет все теплое, связанное с ним. Попытается...