теплое.

Снусмумрик прислушался и ждал. Пять тактов не приходили. Он продолжал ждать, вовсе не волнуясь, потому что знал, как бывает с мелодией. Но ничего, кроме слабого шороха дождя и журчания водяных струй, не слышал. Вот стало совсем темно. Снусмумрик взял свою гармошку и положил ее обратно в мешок. Он понял, что пять тактов остались в Муми-доле и он найдет их, лишь когда вернется туда. Туве Янссон На борту давно погасили основное освещение. Рената, задумчиво кусая указательный палец, обвела взглядом абсолютно пустой салон бизнес-класса, останавливаясь на спящей у иллюминатора Земфире. Вспоминалось такое далекое прошлое, что было даже немного страшно, что это всё когда-то происходило на самом деле. Как будто тот отрезок жизни был покрыт плотной пеленой, а потом появилась Она и вырвала из тумана. И все дороги открыты сразу. И сердце бьется. Улыбнулась, осторожно касаясь спавшего пледа с плеча певицы и поправила мягкую ткань. Тихий сонный вздох неожиданно заставил остановиться. Несколько мгновений на принятие безумного решения и рука невесомо скользнула ниже, расстегивая пуговицу. Не сводя глаз с лица, глубоко вдохнула и потянула молнию вниз. Так не хотелось быть разоблаченной сразу. Чуть нахмурилась, сожалея о том, что левая рука слушается хуже, но иначе было бы откровенно невозможно. Решаясь, пропустила пальцы под тонкое белье. Рамазанова открыла глаза, щурясь и поворачивая голову в сторону блондинки. Рената умоляюще заглянула в самую душу и, почувствовав разрешение в жесте плавно разошедшихся в стороны колен, придвинулась еще ближе. Певица вновь закрыла глаза и запрокинула голову, облизывая и без того пересохшие губы. С каждым движением пальцев сдерживать себя становилось всё сложнее. Вскрикнула лишь раз, когда первый по-настоящему глубокий толчок совпал с воздушной ямой, напрочь отключая сознание от возможности контроля. Желанная судорога нежно потонула в шуме турбин. Рената так же осторожно на ощупь застегнула джинсы и достала руку из-под пледа. Певица перехватила горячую ладонь, коротко целуя и едва скользя языком, смазывая остатки минувшей похоти. Относительно восстановив дыхание, переглянулась и не говоря ни слова, поменялись местами. Литвинова, зная себя, крепко прижала ладонь к лицу, закрывая рот и наслаждаясь едва уловимым запахом, завораживающим и манящим. Чуть приподнялась, давая возможность сразу войти. Сердце отдавалось глухими ударами где-то в области горла. Принадлежала только Ей. Сейчас. Всегда. Дамы и господа! Наш самолет совершил посадку в аэропорту Шереметьево города Москва. Местное время четыре часа двадцать пять минут. За бортом минус семнадцать градусов. Капитан корабля и экипаж благодарит вас за выбор нашей компании. Просим вас оставаться на своих местах до полной остановки двигателя. Ladies and Gentlemen…