Защитницы для Избранного

В Хогвартсе опять стали радоваться солнцу. Нападений больше не было, настроение у всех поднималось, оживала в сердце надежда, что сгустившиеся было тучи пройдут стороной. Мадам Помфри радостно докладывала, что мандрагоры становятся нервными и замкнутыми, а это значит, что они вступают в переходный возраст. — Вот юношеские прыщи сойдут, и мы снова их пересадим, — случайно услышал Гарри, как она добродушно делилась новостями с Филчем. — А после этого нарежем и приготовим настойку. Так что в скором времени Миссис Норрис будет опять с вами… Возможно, таинственный преступник, кто бы он ни был, растерял решимость, думалось Гарри. Должно быть, становится все рискованней открывать Тайную комнату, ведь вся школа настороже. Да и чудище, наверное, решило погрузиться в спячку на ближайшие пятьдесят лет… Златопуст Локонс, похоже, считал прекращение нападений своей личной заслугой. Гарри как-то подслушал его разглагольствования о собственных доблестях. МакГонагалл вела гриффиндорцев первокурсников на урок трансфигурации, Локонс шел рядом. Сидя на лавочке под деревом, слизеринец отчетливо слышал бахвальство шарлатана. — Думаю, Минерва, что жертв больше не будет, — говорил Локонс, подмигивая и постукивая себя пальцем по носу. — Полагаю, Комната на этот раз закрыта окончательно. Преступник осознал, что я изобличу его, это лишь дело времени. С его стороны весьма разумно именно сейчас прекратить злодеяния, пока я не взялся за него основательно. Да, между прочим, вы ведь тоже понимаете, школе нужен сейчас какой-то праздник, который поднял бы моральный дух. Долой воспоминания о бедах прошлого семестра! Сейчас я не могу сказать больше, прибавлю только, что знаю, какой дорогой нужно идти… Он еще раз изящно постучал себя по носу и зашагал прочь. Представление Локонса о празднике воплотилось в жизнь в Валентинов день, четырнадцатого февраля. Стены зала были сплошь увиты пышными, ядовито-розовыми цветами, с бледно-голубого потолка сыпались конфетти в форме сердечек. Увидя это убожество, Гарри сразу же возненавидел этот глупый праздник. Когда же Поттер посмотрел на профессорский стол и увидел самодовольную рожу Локонса, слизеринцу резко захотелось запустить в это ничтожество Круциатусом. Однако мальчик быстро успокоился и принялся есть. Локонс, в омерзительной розовой мантии в тон цветам, жестом требовал тишины. Преподаватели по обе стороны от него сидели с каменными лицами. Гарри со своего места видел, как дергается щека у профессора МакГонагалл. Моргана и Беллатриса скривились в отвращении. Две черноволосые волшебницы сидели рядом и уже успели начать налаживать друг с другом общение. Но вот действия светловолосого шарлатана двух брюнеток сильно раздражали. Бывший декан Слизерина но еще пока действующий школьный зельевар сидел с самого края профессорского стола и довольно мрачно смотрел на разворачивающееся действие.   — С Днем святого Валентина! — возгласил Локонс. — Для начала позвольте поблагодарить всех — а их сорок шесть человек, — кто прислал мне к этому дню поздравительные открытки! Я взял на себя смелость устроить для вас этот маленький сюрприз. Но это еще не все! Локонс хлопнул в ладони, и в зал вошла процессия мрачного вида гномов. Правда, это были не обычные гномы: у каждого в руке была арфа, а за спиной — золотые крылышки. — Представляю вам моих любезных купидончиков, специальных валентинских почтальонов— лучезарно и самодовольно улыбался Локонс, выйдя чуть вперед, после недолгого молчания — Сегодня они будут ходить по школе и разносить валентинки. Веселье только начинается! Я уверен, и мои коллеги захотят внести лепту в наш праздник! Давайте попросим профессора Снейпа, пусть он покажет нам, как сварить Любовный напиток! А профессор Флитвик в этот праздник пламенеющих сердец мог бы рассказать кое-что о Приворотных средствах. Он знает о них, старый проказник, больше любого чародея! Профессор Флитвик спрятал лицо в ладонях. Взгляд Снейпа говорил, что он силой вольет стакан яда в глотку первого, кто обратится к нему за Любовным напитком. На протяжении всего дня гномы с валентинками бесцеремонно сновали из класса в класс, к вящему раздражению преподавателей. После обеда у дверей кабинета заклинаний один из них, особенно уродливый, поймал Гарри. — Эй, ты, Гайи Поттей! — проскрипел он, расталкивая учеников. Слизеринец офигел от такой наглости. Какая то дура, не будем показывать пальцем на эту рыжеволосую личность, решила таким способом признаться ему в любви.  — Тебе музыкальное послание, Гайи Поттей, самолично, — объявил гном, неумолимо забренчав арфой. Его глаза зеленей, чем чародея жаба, А волосы его черней тоски, Чернее классной грифельной доски. О, Божество, хочу, чтоб сердце мне отдал, Герой, что с Темным Лордом совладал! Стоило гному закончить, как Гарри быстро достал волшебную палочку и испарил его. Оглядев собравшихся яростным взглядом, Поттер произнес: — Не знаю, что за дура написала это послание и знать это не хочу, но сразу же скажу, что автор данного послания не в моем вкусе. Сказав это Гарри резко развернулся и ушел, не заметив как при этом со слезами на глазах убежала Джинни Уизли. Вернувшись после занятий в свою комнату, Поттер решил разобраться с дневником. Гарри сел на постель и перелистал чистые страницы — нигде не было и следа красных чернил. Тогда он взял из прикроватного шкафчика новый пузырек чернил, обмакнул в него перо и посадил кляксу на первую страницу. Секунду чернила ярко выделялись на белом листе, и тут же, будто всосавшись в бумагу, исчезли. Гарри, не на шутку взволнованный, окунул перо еще раз и написал: «Меня зовут Гарри Поттер». Слова на мгновение отчетливо проступили и опять бесследно пропали. И тут наконец-то что-то произошло. Его собственные чернила как бы вытекли из бумаги, образовав фразу, которую Гарри никогда не писал: «Привет, Гарри Поттер. Меня зовут Том Реддл. Как к тебе попал мой дневник?» Эта надпись тоже сгинула, но не раньше, чем Гарри начал поспешно писать ответ: «Кто-то выбросил его в унитаз». Новое сообщение Реддла не заставило себя ждать. «Хорошо, что я записал воспоминания не чернилами, а более надежным, способом. Я ведь знал, что есть люди, которые не хотят, чтобы мои записи были прочитаны». «Что это значит?» — Гарри был в таком возбуждении, что перо спотыкалось и сажало кляксы. «Этот дневник хранит записи об ужасных событиях, окутанных покровом тайны. Они произошли много лет назад в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». «Я как раз здесь и нахожусь, — быстро писал Гарри. — В Хогвартсе опять творятся ужасные вещи. Тебе что-нибудь известно про Тайную комнату?» Сердце у него громко стучало. Реддл не замедлил ответить, почерк у него стал беспорядочным, словно собеседник торопился высказать свои мысли. «Разумеется, известно. В мое время нам говорили, что это легенда, что ее нет, но это была ложь. На пятом году моего обучения Комнату открыли, монстр вырвался на свободу, напал на студентов и убил одного. Я поймал человека, открывшего Комнату, и его исключили. Директор школы, профессор Диппет, очень стыдился, что подобное могло произойти в Хогвартсе, и запретил мне говорить об этом правду. Дело представили так, будто девушка погибла из-за несчастного случая. А меня наградили красивой доской с гравировкой и велели впредь держать язык за зубами. Но я-то знаю, это может опять повториться — ведь монстр еще жив, а тот, кто способен освободить его, по-прежнему на свободе». Гарри чуть не опрокинул пузырек с чернилами, так спешил написать ответ. «Это опять происходит. Было три нападения, и неизвестно, кто главный виновник. А кто это был в прошлый раз?» «Я могу тебе его показать, если хочешь, — откликнулся Реддл. — Одних моих слов недостаточно. Но я мог бы ввести тебя в свою память на ту ночь, когда я его поймал». Гарри терзали сомнения. Перо замерло над дневником. Что значат слова Реддла? Как можно попасть к кому-то в память? Он бросил тревожный взгляд на дверь спальни. В комнате сгущался мрак Он снова обратил взор на дневник Там стояли слова: «Позволь же ввести тебя в мою память» Гарри помедлил еще долю секунды и написал всего две буквы: «ОК» Страницы дневника замелькали, словно подхваченные сильным ветром, и остановились на середине июня. Открыв рот, Гарри наблюдал, как страничка тринадцатого июня превратилась в крохотный телевизионный экран. Дрожащими руками он поднес дневник поближе к глазам, миниатюрное окно внезапно расширилось, его туда потянуло, Гарри почувствовал, как тело оторвалось от кровати, и он головой вперед вьшел сквозь открытую страницу в водоворот красок и теней. Ноги стукнулись о твердую почву; тряхануло, но он устоял, и размытые очертания окружающего стали отчетливы. Гарри сразу понял, где он находится. Круглая комната с дремлющими на стенах портретами — кабинет директора. Но за знакомым столом сидит не Дамблдор. Высохший, болезненного вида волшебник, лысый, если не считать нескольких клочков седых волос, читает письмо, освещенное пламенем свечи. Гарри никогда раньше этого человека не видел. — Прошу прощения, — произнес Гарри неуверенно. — Я не хотел так врываться… Но волшебник даже не поднял глаз. Он продолжал читать, хмуря брови. Гарри подошел поближе к столу и, запинаясь, спросил: — Гм… Я, наверное, пойду? Волшебник по-прежнему не замечал его. Кажется, он ничего и не слышал. Решив, что тот глуховат, Гарри повысил голос: — Простите за беспокойство, я ухожу! Волшебник со вздохом сложил письмо, поднялся, прошел мимо Гарри и принялся задергивать шторы на окне. Небо за окном было рубиново-красным — видимо, день уже клонился к закату. Волшебник вернулся к столу, сел и, соединив кончики пальцев, стал большими крутить, глядя на дверь. Гарри осмотрелся. Феникса нет, как нет и жужжащих серебряных штуковин. Это был Хогвартс, каким его знал Реддл, и, значит, директором был этот неизвестный волшебник, а сам Гарри — не более чем фантом, невидимый для людей, живших пятьдесят лет назад. В дверь постучали. — Войдите, — произнес старик слабым голосом. Снимая островерхую шляпу, вошел юноша лет шестнадцати. На его груди сверкнул серебряный значок старосты. Он был значительно выше Гарри, но волосы у него были такие же черные и блестящие. — А, Реддл, — сказал директор. — Вы хотели меня видеть, профессор Диппет? — Реддл явно нервничал. — Садись, — предложил Диппет. — Я только что прочитал твое письмо. Реддл со вздохом сел и крепко сжал руки. — Мой дорогой мальчик, — с мягкостью в голосе заговорил Диппет, — я просто не могу разрешить тебе остаться на лето в школе. Ведь, наверное, тебе хочется побывать дома на каникулах? — Нет, — сразу же ответил Реддл. — Я предпочел бы остаться в Хогвартсе, чем возвращаться к этим… к этим… — Ты всегда жил на каникулах в магловском приюте для сирот, я полагаю? — В голосе Диппета звучал искренний интерес. — Да, сэр. — Реддл слегка покраснел. — Ты магглорожденный? — Полукровка, сэр. Отец магл, мать колдунья. — Что с твоими родителями? — Моя мать умерла сразу после моего рождения, сэр. В приюте мне говорили, что она только успела дать мне имя — Том в честь отца, Марволо в честь деда. Диппет сочувственно вздохнул. — Принимая во внимание особые обстоятельства, можно было бы пойти тебе навстречу, но в школе сейчас такая ситуация… — Вы имеете в виду нападения, сэр? — спросил Реддл, — Именно, — ответил директор. — Мой милый мальчик, ты должен понять, сколь неразумно было бы позволить тебе остаться в замке после окончания семестра — особенно в свете последней трагедии… смерти этой несчастной девочки… Тебе будет гораздо безопаснее далеко отсюда, в твоем приюте. В Министерстве магии идет разговор о закрытии школы. Ведь мы пока, увы, ни на йоту не приблизились к установлению… причины этих неприятностей… Глаза у Реддла расширились. — Сэр… Но если этот человек будет схвачен… Если все это прекратится… — Что ты хочешь сказать? — Голос у Диппета сорвался на фальцет, директор подскочил в кресле. — Реддл, тебе что-то известно об этих нападениях? — Нет, сэр, — поспешно отозвался Реддл. Но Гарри было ясно: это «нет» точно того же свойства, что и «нет», сказанное им самим Дамблдору. Диппет, слегка растерянный, упал обратно в кресло: — Можешь идти, Том… Реддл соскользнул с высокого стула и вышел из комнаты. Гарри последовал за ним. Они спустились по винтовой лестнице и вышли в полутемный коридор к гаргулье. Реддл остановился — было видно, что он о чем-то напряженно размышляет: он покусывал губу, на лбу залегла морщина. Потом, словно придя к какому-то решению, Реддл бросился прочь. Гарри неслышно помчался вслед. По дороге им не встретилось ни одной живой души, и только в холле рослый волшебник с громадной копной рыжеватых волос и такой же бородой окликнул Реддла с мраморной лестницы: — Том, что это ты блуждаешь в такую поздноту? Гарри изумленно уставился на него. Перед ним стоял не кто иной, как Дамблдор, только на пятьдесят лет моложе. — Я был у директора, сэр, — сказал Реддл. — Ладно, иди скорее спать. — Дамблдор кинул на него тот самый пронизывающий взгляд, который был так хорошо знаком Гарри. — Лучше сейчас не гулять по коридорам — с тех пор, как… Он тяжело вздохнул, пожелал Реддлу спокойной ночи и пошел дальше. Том дождался, пока тот скрылся из виду, и со всей быстротой поспешил вниз, по каменным ступеням в подземные помещения. Гарри следовал за ним по пятам. Но, увы, Реддл повел его отнюдь не в хитроумно замаскированный проход или секретный тоннель, а в тот кабинет, где Снейп учил их варить зелья. Факелы не горели, Том прикрыл дверь, оставив узкую щелку, и Гарри видел только его одного, неподвижно приникшего к двери и наблюдающего за коридором. Гарри показалось, что они стояли так чуть ли не час. Том Реддл всматривался в узкую щель, обратившись в каменное изваяние. И как раз тогда, когда Гарри совсем отчаялся и уже хотел поискать возможности возвратиться в настоящее, с той стороны двери послышались чьи-то шаги. Гарри отчетливо уловил, как человек миновал дверь, за которой они стояли. Реддл беззвучно, как тень, выскользнул в коридор и двинулся следом; Гарри на цыпочках — за ним, забыв о том, что уж его-то никак нельзя услышать. Минут пять они крались за таинственными шагами — пока Реддл вдруг не замер на месте и не повернул голову в направлении каких-то новых звуков. Совсем рядом, где-то за углом, раздался скрип отворяемой двери, и кто-то заговорил хриплым шепотом: — Ну иди… Давай… Иди сюда, ко мне… Вот так… Теперь в коробку… Голос было явно знакомый. Реддл неожиданно вышел из-за угла. Гарри тоже сделал два-три шага и остановился сзади. Ему стал виден силуэт здоровенного парня, присевшего напротив открытой двери, у которой находился громадный ящик. — Добрый вечер, Рубеус, — громко произнес Реддл. Великан захлопнул дверь и выпрямился. — Что ты делаешь здесь, внизу, Том? Реддл подступил ближе: — Все кончено, Рубеус. Я все о тебе расскажу. Ведь если нападения не прекратятся, школу закроют. — Ты это что… — Я думаю, ты никого не замышлял убить. Но из чудовища мирного домашнего зверька не сделаешь. Ты выпустил его просто для разминки, чтобы он немного побыл на свободе…  — Он никогда никого не убивал! — закричал высокий парень, придавив спиной закрытую дверь. Из-за нее доносилось странное шуршание и пощелкивание. — Слушай, Рубеус. — Реддл подошел ближе. — Завтра приедут родители погибшей девочки. Самое меньшее, что Хогвартс может сделать для них, — убедить, что тварь, убившая их дочь, уничтожена…  — Это не он убил! — загремел парень. Его голос громким эхом прокатился по темному коридору. — Он… нет, он никогда… он не может! — Отойди в сторону, — приказал Реддл, вытаскивая волшебную палочку. Заклинание осветило подземелье яркой вспышкой огня. Дверь за спиной верзилы распахнулась с такой силой, что его отбросило к противоположной стене. И глазам Гарри предстало чудовище, при виде которого Гарри вскрикнул, но, к счастью, беззвучно. Огромное, приземистое, мохнатое тело, неразбериха бесчисленных черных ног, мерцание множества глаз и пара острых как бритвы жвал — не то скорпион, не то паук огромных размеров. Реддл снова поднял волшебную палочку, но опоздал. Спасаясь бегством, чудище перекатилось через него, пронеслось по коридору и пропало из глаз. Реддл с трудом поднялся на ноги, глядя ему вслед, опять взялся за палочку, но великан прыгнул на него, вырвал палочку и, швырнув Реддла на пол, дико заорал: «Не-е-е-т!» Происходящее закружилось в глазах Гарри, и сейчас же упала тьма, Гарри куда-то провалился и плашмя шлепнулся к себе на постель. Увиденное воспоминание заставило Поттера серьезно призадуматься. Несмотря на то, что Гарри мало контактировал со школьным лесничим, Поттер сразу понял, что показанное Реддлом воспоминание о том, что Хагрид является виновником открытия Тайной комнаты, ложно. Во первых, Хагрид не являлся наследником Слизерина, а именно это было главным условием необходимым, чтобы найти и открыть Тайную комнату, а во вторых распросив Невилла и Гермиону, которые очень часто ходили в домик к лесничему, Гарри сделал вывод, что Хагрид не способен на такую подлость. «Значит, этот Реддл специально показал мне это лживое воспоминание, но для чего? " Что-то здесь не так " -размышлял Гарри. Одни загадки и никаких ответов. Понимая, что сам он не справиться, Гарри встал с постели и быстро одевшись покинул спальню. Но перед тем как уйти мальчик бросил дневник в свою сумку. Применив чары маскировки, второкурсник незаметно вышел из факультетской гостиной и направился в сторону директорской башни. Оглядываясь по сторонам, Гарри шел по коридорам Хогвартса, крепко удерживая свою сумку в которой лежал дневник. Но то что Реддл показал ему никак не уходило из головы Гарри. Второкурсник был сильно озадачен. Свернув к нужной двери и открыв ее, Поттер вошел в коридор ведущий прямо к башне директора. Поднявшись по каменной лестнице, Гарри снова оказался в очередном коридоре и дойдя до горгульи закрывавшей проход в кабинет директора не надолго остановился. Не которое время мальчик не решался произнести нужный пароль. Гарри явно собирался с духом. — Изумруд — после длительного молчания, Поттер все же произнес пароль и как только горгулья отъехала в сторону, открывая проход ведущий на винтовую лестницу, второкурсник неспешно пошел. Поднявшись на первую ступеньку, Гарри встал и стал ждать пока лестница сама не поднимется вверх. Оказавшись перед деревянной дверью, мальчик снова заколебался. Из-за закрытой двери были слышны голоса Морганы, Беллы и Хелы. Трое дам уже успели наладить между собой общение. Гарри почувствовал как ветерок пробежался по его спине. Наконец собравшись с мыслями, второкурсник постучал в дверь и дождавшись разрешения, вошел в кабинет директрисы. — А, Гарри, что тебя привело так поздно в мой кабинет — прервав общение с Беллой и Хелой, которые с улыбками на лице смотрели на вошедшего мальчика, произнесла Моргана. — Я кое что обнаружил на днях и решил показать вам это — уняв волнение в голосе, произнес второкурсник сев в мягкое кресло. — Ну что же, показывай — мягко обратилась к нему, черноволосая волшебница, слегка постукивая пальчиками по своему рабочему столу. Гарри немного поколебавшись вытащил из сумки старый дневник Тома Реддла. Однако стоило Поттеру положить свою находку на край стола, как стоявшая неподалеку Хела быстро подбежала и выхватила проклятую книжицу. — Гарри, где ты нашел эту мерзость?! — в голосе черноволосой богини смерти отчетливо слышалось отвращение к предмету в её руках. Моргана и Беллатриса с обеспокоенностью смотрели на богиню, как в прочем и Поттер. — В туалете на втором этаже, несколько дней назад. А что? — Надеюсь ты не открывал этот артефакт и не писал в нем? — нервно из стороны в сторону расхаживала Хела.  — Ну я… — слегка заколебался Гарри, но стоило ему посмотреть в глаза Хелы и нервно сглотнуть, закончил свою фразу — Да — Недоумок!!!!! Да я тебя ща выпору розгами!!!!! — тот час вскричала черноволосая богиня смерти, угрожающе нависнув над мальчиком. — Хела, объясни в чем дело? — одновременно произнесли Моргана и Белла. — Это крестраж — размахивая дневником несколько мгновений, прокричала Хела. — Что?! — хором ответили две волшебницы искушенные в темных искусствах и весьма красноречиво посмотрели на притихшего Гарри. — От этой мерзости так и фонит черной магией, если применить специальное заклинание анализа, которое ты изучал под руководством Морганы. Но нет, ты этого не сделал, ведь тебе было любопытно что в этом дневнике, малолетний дебил!!! — совершенно не сдерживаясь орала Хела. Стоявшие неподалеку от мальчика Моргана и Белла тоже не скрывали своего разочарования с Гарри. — Ты хоть понимаешь что крестраж это тебе не обычная тетрадь или дневник. Он мог бы подчинить твой разум?! — продолжала возмущаться Хела. — Значит так, за сильнейшую беспечность, я лишаю факультет Слизерин 50 баллов и в течении следующих месяцев ты Гарри будешь ходить на отработки ко мне или к своей крестной. Это мы еще решим чуть позже — произнесла Моргана как и Белла с разочарованием смотря на молчавшего мальчика. — Так а я прям сейчас его накажу если позволите, Моргана мы можем воспользоваться твоими покоями? — подняв Гарри с кресла, обратилась к директрисе, Хела — Конечно — ответила та, смотря на то как черноволосая богиня смерти уводит второкурсника в спальню. И спустя несколько мгновений оттуда раздался звук хлыста. Хела как и обещала хорошенько выпорола Гарри при помощи наколдованной плети. — Будешь знать как пренебрегать чарами безопасности и подбирать опасные артефакты — кричала взбешенная Хела, нанося удары по ягодицам мальчика. В течении нескольких минут экзекуция продолжалась, пока ягодицы Гарри не стали совершенно красными. Сидеть мальчик явно не сможет в течении пары дней. Отбросив плеть и подождав пока Гарри наденет штаны, Хела тот час же притянула его к себе и заключила в объятья. — Ты хоть понимаешь какой опасности ты себя подверг, Гарри мы же для тебя не посторонние люди — уняв свое неудовольствие шептала Хела, прижав второкурсника к своей мягкой груди. — Прости, но я не мог сдержать свое любопытство — прошептал Гарри. — Дурачок, ты же мне, Моргане и твоей крестной небезразличен. Но если ты еще раз проявишь такую беспечность, то эта порка покажется тебе мелкими укусами, дорогой — потрепав слегка волосы мальчика, решительно произнесла Хела. — Так, а теперь расскажи мне все то что ты узнал в этом дневнике — после недолгого молчания, вновь заговорила богиня смерти. <…> Вернувшись из спальни директрисы, Хела подошла к Моргане и Белле и поведала все то что о чем узнала со слов Гарри. Пока дамы шептались второкурсник стоял возле стеллажа с книгами и рассматривал их. — Я думаю нам стоит проверить этот туалет, так как не спроста дневник оказался там — после долгих размышлений произнесла Моргана. — Гарри я думаю тебе стоит лучше уйти в гостиную своего факультета — обратилась к нему, Беллатриса. — Но я хочу пойти с вами и помочь..... — Нет, иди в спальню живо — дамы были непреклонны Второкурснику ничего не оставалось как покинуть кабинет директрисы, но Поттер все же не стал возвращаться в гостиную, а укрывшись чарами невидимости направился в сторону туалета, опередив Моргану, крестную и Хелу. Оказавшись раньше дам в заброшенном женском туалете на втором этаже, Гарри стал осматриваться по сторонам. Через несколько минут осмотра второкурсник на центральной раковине обнаружил изображение змеи и решил попробовать открыть проход. Прошипев на парселтанге, Гарри увидел как раковины отъехали в сторону и открыли проход вниз. В этот момент в туалет ворвались Хела, Моргана и Беллатриса. Брюнетки были явно не довольны самовольством мальчика. — Гарри стой — выйдя вперед, произнесла директриса не дав Хеле снова устроить взбучку мальчику. — Так, ладно. Однако этим летом ни какой поездки за границу. Я с тебя с тренировок не слезу — пообещала Хела, скрестив руки на груди. Наколдовав при помощи чар лестницу, дамы вместе с Гарри спустились вниз и оказавшись в длинном подземном коридоре, исследователи направились вперед активно применяя чары для ориентации в пространстве дабы не заблудиться. Через некоторое время отряд вышел к огромной железной двери со змеями. Гарри снова прошипел на змеином языке и дверь открылась зайдя в огромное пространство, мальчик со своими спутницами увидели несколько десятков статуй змей и огромное каменное лицо Салазара Слизерина. Чуть отойдя от своих сопровождающих которые внимательно изучали пространство Тайной комнаты, Гарри подошел к краю огромного бассейна, но стоило ему это сделать как раздалось громкое шипение. — Кто здесссь? — Гарри а ну живо отойди оттуда — прокричала Белла. Однако шипение продолжалось. — Я чую васссс, двуногие. Кто вы? — А ты кто? — прошипел Гарри — Покажисссь И спустя несколько мгновений из-под воды вылезла гигантская змея с величественными рожками на голове. Василиск поднялся на несколько метров и уставился на мальчика. — Гарри назад и не смотри ему в глаза — прокричала Моргана, закрываясь специальным магическим щитом как впрочем и остальные дамы. — Не бойссся говорящщщий я не причиню тебе вреда — прошипел василиск. — Как твое имя? — произнес Поттер — Хозяин Салазар назвал меня, Хешассс — прошипела самка василиска Опустившись на пол гигантская змея стала ползать вокруг мальчика судя по всему внимательно изучая его. — Предыдущщщий посетитель Комнаты принудил меня совершшшать нападения, но ты лучшшше его. Дааасс. Твоя магия гораззздо сильнееее. Я могу стать твоим фамильяром если ты этого захочешшшь. Тебе нужно только положить ладонь на мою голову  — кружась вокруг Гарри василиск оценивала мальчика. Некоторое время Поттер молча стоял и обдумывал что ему делать, но хорошенько поразмыслив второкурсник решил принять предложение Хешасс. Стоило Гарри слегка коснуться ладонью гребешка на голове гигантской змеи как его и василиска охватило яркое свечение. Связь фамильяра между василиском и второкурсником вскоре установилась. Обессиленный Гарри упал на пол и к нему тот час же подбежали его дамы. — Значит так Гарри, мы немедленно уходим. Но сюда без меня или Хелы, либо Беллы ты не приходишь уяснил? — решительно произнесла Моргана, после того как змея уползла обратно в воду. — Да — ответил мальчик, после чего при помощи Хелы поднялся на ноги и с остальными дамами направился к выходу из Тайной комнаты.