Romance love. Продолжение: Надежда не умирает.

POV Megan

      Я в который раз накалываю на вилку жёлтый перец, но не съедаю его. Я снова заливаюсь смехом, все присутствующие оборачиваются в мою сторону и смотрят, как на сумасшедшую. — Ну что, приняла их? — мама подошла ко мне и иронично улыбнулась. — Почему ты не объяснила, что принимать их уже поздно? — она расхохоталась. — Ты сама сказала, что знаешь, что это, — я нахмурилась. — Послушай, если бы ты оказалась беременной, то давно бы узнала об этом. А эти таблетки не помогли бы. Сама же биологию изучала. Тогда мне было обидно, что она прикольнулась надо мной, но теперь мне смешно от этой ситуации. Я смеюсь над своей же глупостью. Оглядываюсь: сейчас людей в столовой намного больше, чем обычно. Неужели снова прибыли новенькие? Сейчас в столовой только одиннадцатая параллель — нас освободили от некоторых уроков, якобы нужно готовиться к предстоящим экзаменам и всё такое, но никто, как видите, не готовится. Все прячутся здесь. Даже я. Странно, что в одиннадцатый класс прибыли новенькие, обычно после десятого все уходят из школы, а не приходят. Я не вижу знакомых лиц. — Здесь не занято? — я оборачиваюсь на высокий голос. Я мотаю головой. Волосы этой девушки отливают серебром, скулы ярко выражены (можно подумать, что она анорексичка), большие голубые глаза исследуют меня, а я снова накалываю салат на вилку и подношу её ко рту. Мне надоело рассматривать эту девушку. — Меня зовут Амелия, — она протягивает руку, мне приходится снова обратить на неё внимание. — Меган, — я робко сжимаю её руку и отмечаю, что её ладонь очень холодная, пальцы костлявые. Теперь я точно думаю, что она анорексичка. — Приятно познакомиться. Слушай, ты на каком факультете? Просто я думала, что может быть ты мне покажешь школу. Я никого не знаю здесь, — банальный сценарий. Ох, как я устала от этого. — Лингвист-класс, — коротко отвечаю я и отпиваю из стакана. — О! Так мы в одном классе! Супер! — она улыбается. Её верхняя губа оголяет десну и крупные зубы. Мне не по себе. — Я слышала, что старшеклассников освободили от уроков. Ты от каких освобождена? — А не слишком ли много вопросов? — я наклоняю голову вбок и отвожу взгляд. — Прости, — Амелия опускает голову вниз и перебирает пальцами ручку сумки; скорее всего она с цепочкой, потому что я слышу звон. — Так ты покажешь мне школу? — и эта девушка снова засверкала. Позитивная однако. Я вздыхаю и наклоняю голову вниз. — Ладно, — облизываю верхнюю губу. Хочу свалить отсюда, поэтому поспешно встаю, повесив сумку на правое плечо; моя ладонь сжимает контейнер, он похрустывает. Бросаю его в мусорное ведро. — А…уже идём, что ли? — девушка очнулась. Я подзываю её рукой, и мы идём к выходу. Амелия оглядывается по сторонам, изучая шкафчики, скамейки и стенды. — Тебе уже восемнадцать? — Снова вопросы? — я свожу брови к переносице. — Нет, мне шестнадцать. А тебе сколько? — Семнадцать. Не думала, что ты младше меня. — Ну…вот так вот, — тем временем я подошла к своему шкафчику и взяла пару книг. — Я пошла в первый класс в пять лет. — Так рано… — Амелия закатила глаза и сложила бледные губы трубочкой. Я пожала плечами и направилась в сороковой кабинет, эта новенькая побежала за мной. — Когда у нас было распределение, — она начала рассказ. — Нам сказали, что мы будем освобождены от таких же предметов, от каких освобождён весь класс. Почему нам так сказали, не знаешь? — я помотала головой. — Не знаю. Ну, по идее администрация школы не может освобождать нас от всех занятий, потому что у каждого человека своё расписание, но в большинстве случаев оно схоже с одноклассниками. Вот например, у нас с тобой общие десять предметов, а остальные восемь различные. Ты можешь попасть в класс на урок, где сидят люди вообще из Мат-класса. — Сложная система, — протянула серебрянка (мне нравится это прозвище, хех). — В принципе хорошо, что большинство предметов я буду отсиживать в компании с тобой, — а вот это настораживает. — Отсиживать? — я поёжилась. — Ну да. Толку то сидеть на этих предметах, если ты ничего не смыслишь. — Кто отсиживает, а кто учится. И нет, — я возразила, когда она уже хотела ответить что-то, — я не ботаник. Только посмей так подумать обо мне! — я оскалилась. — Поэтому говорю сразу: не мешай мне учиться. Ладно? — Да без вопросов! — девушка подняла худые руки вверх. Чем-то она мне Фелицию напоминает. Я услышала звонок и зашла в кабинет, в котором творился какой-то ужас. Я сразу засмеялась, а новенькая зашла в полном недоумении. — Так вот ты где! — сквозь шум я услышала голос Гарасских. — Привет! — она полезла обниматься, но я оттолкнула её. Мне не приятно обниматься с бывшей девушкой. До мурашек неприятно. Это не правильно. — Я тоже рада видеть тебя, — я улыбнулась и заметила, как Фели уже во всю рассматривает рядом стоящую девушку. — Это натуральный цвет? — Гарасских взяла двумя пальцами длинную прядь волос Амелии. Та ошарашенно покосилась на неё. — Нет. Это мелирование. Сплошное. — Мне нравится! — взвизгнула Фелиция. — Может представишь нас? — теперь её тёмно-карие глаза смотрели на меня. — А? Да. Это Амелия, — я указала на новенькую. — Фелиция, Амелия, — как скучно-о-о. — Можно просто Мия, — поправляет новенькая. — Мило, — и я снова не заметила, как Гарасских увела из-под носа серебрянку. Я начинаю ревновать. Что-о? Так, прекрати делать это, Меган! Моё лицо озарила улыбка, когда он появился в поле зрения. — Привет, — я продолжала смотреть на него. — Хей? Ты в порядке? — М? Да, — я засмеялась. — Да. Я задумалась просто. — Звучит интересно, — он потянул меня на верхние ряды, где, как раз, расположилась Гарасских с новенькой.

***

POV Jade

      Джейд, привет! Слушай, может сходим погулять сегодня куда-нибудь? Кафе, кафетерий, парк…

Виктория

<JadeWw☆> Нет, Тори. На самом деле мне было трудно напечатать даже эти два слова.       Но почему?

Виктория

Я заскулила. <JadeWw☆> Потому что у меня высокая температура. И мне трудно даже встать с дивана, чтобы налить себе чаю.       Оу, а Меган или Бэк тебе помогают? Митон в крайнем случае?..

Виктория

<JadeWw☆> Тори, ты понимаешь, что мне тяжело отвечать тебе?       Я приеду тогда к тебе. Расскажешь.

Виктория

Хм, ну хорошо. И ей не трудно? JadeWw☆ набирает сообщение…       Нет-нет. Не пиши ничего!

Виктория

      Я улыбнулась и положила телефон рядом с собой. Тело ломает, а к горлу снова подкатывает тошнота. Смотрю на градусник: 39.7 — отлично! Я так мечтала увидеть эти цифры! Дрожащей рукой нащупываю кружку с горячим чаем. Я могла бы сейчас лежать в кровати наверху, но тогда бы я не смогла каждый раз спускаться за чашкой чая. Проваливаюсь в дремоту, подмяв под себя и без того жёсткую диванную подушку. Мне снится какой-то бред, от которого я хочу сбежать поскорее. Не могу проснуться. Я брежу. Ненавижу это состояние. Вообще ненавижу болеть. От того момента, когда я снова просыпаюсь в этой беседке на берегу реки и оглядываюсь, а вокруг меня туман, меня отвлекает сигнализация. Приложив ладонь ко лбу, я с трудом поднимаюсь с дивана, а мою поясницу пронзает ужасная боль, отключаю сигнализацию и открываю дверь. Холодный ветер проникает в дом, я съёживаюсь и отшатываюсь назад. — Привет, — лицо Виктории озаряет улыбка, но когда она видит меня, сразу куксится и робко входит в дом, захлопнув дверь. — Ты действительно ужасно выглядишь. Я усмехаюсь и плюхаюсь на диван, натянув на себя плед. — Меня знобит и тошнит. Лучше состояния не бывает! — с сарказмом произношу я и беру в руки чашку, дабы согреть об неё замерзшие ладони. — Я проваливаюсь в бредовый сон, который повторяется каждые пять минут. — Тошнит? — повторяет Тори, будто не расслышала. Я слабо киваю. — Странно. А ты часом не… — Что? — спрашиваю хриплым голосом. — У тебя высокая температура, так? — снова киваю. — Ты случайно не беременна? — Что-о-о? — я кривляюсь и отставляю чашку на стол. — Ну…мало ли… Высокая температура и…тошнота…это… — Так, — я останавливаю её. — Если ты сейчас в таком положении, то это не значит, что и я с тобой за компанию. Я не беременна, ясно? Я бы догадалась сразу. Не в первый раз замужем. — А говоришь, что не планируешь, — продолжает она своё. Я злобно смотрю на неё. — Может…стоить проверить? — Виктория сдавленно улыбается. — И у тебя не идут? — Я вздыхаю и натягиваю плед до самого носа. — Нет. Стоп, какая тебе разница? — Хм…тебе стоит проверить… — У меня бывают сбои, Виктория и ты не мой личный врач; ты не Хейзер Ловик. Ты Виктория Харрис. — Я пытаюсь помочь. Ведь когда ты забеременела Меган, отказывалась верить в это, у тебя тогда тоже был «сбой». Так почему же ты сейчас отрицаешь всё? — совсем с катушек съехала. — Ты сбрендила, Виктория, — бубню я. — Иди проверь. — И как?! Ты насмехаешься надо мной? Серьёзно? — мой голос снова срывается на хрип и я закашливаюсь. Какого было моё удивление, когда Харрис выудила из сумочки упаковку. Я недоверчиво поднимаю бровь. — Тори, это простая простуда. И…откуда они у тебя? Но она суёт мне их в руку. Мне приходится встать. — Я сделаю это только для того, чтобы ты от меня отстала! — рычу я и медленно направлюсь в ванную комнату. Тори, улыбаясь, наблюдает за мной. Через несколько минут я захожу в гостиную. — Ну, прогадала ты. Виктория в этот раз не победила, — показываю ей прибор. — Одна полоска, довольна? Теперь отстанешь от меня? — Лучше всегда проверять, если не уверен в чём-то, — она берёт в руки тест и рассматривает. — То есть ты одна дома? — Тори переводит тему. — Меган в школе, Бэк улетел на съёмки нового фильма в Нью-Йорк. Митону и Нолу я запрещаю находиться рядом со мной. Не хочу, чтобы и они заболели, — латина всё это время разглядывала меня. — Ты очень бледная, — тихо произнесла она и потрогала мой лоб. — И ты горишь! — Я в курсе, Тори, спасибо. Это простуда — пройдёт. Ничего страшного нет. — Составить тебе компанию или лучше уйти? — Оставайся. Ты же в такую даль ехала, — я улыбаюсь. Тори кивает и тянется к пульту от телевизора. Я ворочаюсь — хочу поудобней устроиться на диване.

***

POV Megan

— Заедем к моему дяде после школы, ты не против? — я печатала ответ маме, но меня отвлекли. — А? Да, конечно, без проблем, — я ненадолго отрываюсь от телефона. Меган, можешь купить мне Airborne Effervescent две баночки в аптеке?

Мамочка

Хорошо. У тебя такая же высокая температура? К сожалению, да.

Мамочка

— Я на урок, — я услышала звонок и убрала телефон в сумку. — Ладно. После школы увидимся!       Я рада, что Амелия сейчас сдаёт какой-то экзамен, и не сидит со мной на географии. Я бы не выдержала просто. Эта девушка слишком болтлива и, если я не ошибаюсь, рассказала мне все свои секреты. Теперь я знаю, что она приехала из Айдахо; её тетя предприниматель в Англии; она не понимает логику парней; когда ей было восемь лет, у неё умерла кошка по кличке Византия; Амелия сидит на специальной диете уже пять лет, потому что у неё какое-то заболевание (я не запомнила какое); ещё ей нравятся всякие безделушки, котики, подушки, лампы, махровые полотенца; она без ума от норвежских сериалов; в детстве хотела стать женой Эминема. А обо мне она знает лишь то, что я лучшая подруга Фелиции, что я разбираюсь во многих школьных предметах, слушаю Пилотов, и что когда-то снималась для журнала. — Меган? Ты меня слышишь? — я и не заметила, как ко мне подсела Гарасских. — А? Что? Что ты хотела? — Как тебе новенькая? — я зарычала. — Может хватит о ней? — А что? Влюбилась что ли? — Фели пихнула меня в бок. Я поёжилась. — Что? Нет. Она странная. — Тебе не кажется, что она такая же как мы? — я свела брови к переносице, не понимая, о чём она. — Ну…лесбиянка?.. — Да ты больная! — выкрикнула я, на нас обратил внимание зашедший учитель. — Ты зациклилась на этом, ясно? — проговорила я чуть тише и отсела от неё. Весь урок я рисовала. Мне было лень даже записывать сказанное учителем, да, кажется, никто в классе этого не делает. Я заметила пристальный взгляд Гарасских на себе, повернулась, и мне в лицо прилетела записка. Прекрасно просто! «Ты обиделась? Может после школы погуляем по городу?» — я принялась писать ответ, ухмыльнувшись. «Возможно, но я навряд ли смогу сегодня. У меня уже есть планы», — я вновь поворачиваюсь, а она ждёт, когда я кину ей записку. Фели устало прикрывает глаза и снова пишет что-то. «Как хочешь. Я скучаю, ты знаешь это? И мне обидно, что мы не вместе», — я хлопаю себя по лбу, и это замечает учитель. — Так, а что это за переписки на моём уроке?! — попали. — Вест, Гарасских! Встали у доски и прочитали эту переписку! — Н-но… — Иначе я поставлю вам двойки в четверти! Ты же не хочешь два, да Меган? — он хитро улыбается, и мне приходится подойти к доске. Фелиция встаёт рядом со мной. — Ты…обиделась? — робко начинает она, взяв у меня из рук бумажку. — Может после школы погуляем…по городу? — я вздыхаю и продолжаю. Очень стыдно. — Возможно… — я замолкаю, а учитель с интересом смотрит на меня, — но я навряд ли смогу сегодня. У меня…уже есть планы, — я рассматриваю свои ноги. — Как хочешь, — я вижу смущение на её лице. Она краснеет. — Я скучаю, — шепчет она и чешет нос, — ты знаешь это? Мне обидно, что…мы…не… — она замолкает. — Это личное, мистер Рузвельт! — выкрикивает она и бросает бумажку на пол. Бежит на место. Я вздыхаю, поднимаю листок и иду за парту. Фелиция выходит из класса. Я посидела на уроке ещё минуты две, а потом не выдержала. Без единого слова покинула кабинет. Учитель не смог ничего ответить на это. Плевать. Положив листок бумаги в шкафчик, направляюсь в туалет. Меня бросило в жар — нужно умыться. Дверь противно скрипит, я уже не обращаю на это внимания, а просто включаю кран. В зеркале замечаю скорчившуюся фигуру на полу. — Хей, не нужно так расстраиваться, — я присаживаюсь рядом. — Просто забей на это, — поднимаю её лицо и смотрю в глаза. — Давай, тебе нужно умыться. Я сделаю тебе макияж, если хочешь, — я киваю и улыбаюсь. Фели вздыхает. — Я написала правду, — говорит она очень тихо и пискляво. Я вновь улыбаюсь и целую её в нос. Она долго и с интересом смотрит на меня. Будто изучает каждую частичку моего лица, а потом берёт меня за руку. Меня пробивает крупная дрожь. Я дотрагиваюсь пальцем до её щеки и показываю ей грязный палец. — Чебурашка моя, — я смеюсь. Она повторяет за мной, отведя взгляд. Не успеваю я повернуть голову в сторону, как она впивается в мои губы, крепко прижавшись ко мне. Она будто боится, что я исчезну, испарюсь. Будто боится, что этот момент больше никогда не наступит. Я убрала её руки, и она подумала, что я против, поэтому отстранилась. — Прости, — она шмыгнула носом и отвела взгляд. — За что? — я шепнула и попыталась посмотреть на неё. — Посмотри на меня, — Фели помотала головой. — Ты меня боишься? — Я боюсь твоей реакции. Это неправильно. Прости. — Перестань, — я обняла её. Я начала раскачиваться из стороны в сторону, а Фелиция положила голову мне на плечо. Я боялась отпустить её. Мне нравится её запах. Аромат банана и миндаля… — Ты хочешь быть со мной? — она повернулась и задела мой подбородок макушкой. Я поцеловала её. Так трепетно и нежно — именно так я люблю целовать её. Как в первый раз. Боюсь сделать ей больно. — Угу, — я улыбнулась сквозь поцелуй и погладила мою Фелицию по голове. — Теперь тебе нужно привести себя в порядок. Я помогу, — я встала с пола, отряхнулась и потянула Гарасских за собой.

***

POV Tori

— Трина передавала привет из Лондона. Извинилась за то, что не смогла прилететь на вашу с Бэком свадьбу. — Хм…как она там? — не думала, что Джейд интересует жизнь моей старшей сестры. — Работает в полную силу, — я качаю головой. — У неё был какой-то жених, но в итоге она с ним разругалась. Сейчас она как старая дева. Ноет всё-ё-ё время. Если честно — хочется её придушить. Вот я прямо сейчас готова лететь в Британию, чтобы задушить её! — Вест засмеялась, но её смех перешёл в кашель. Я охнула. — Я не думала, — хриплым голосом начала она, откашлявшись, — что ты настолько жестока, Тори. — Где ты смогла так заболеть? — спросила я, когда повисло молчание. Кажется, Джейд начинает засыпать. — Скорее всего это из-за потопа на кухне, — она взмахнула рукой в сторону кухни и тихо засмеялась, откинувшись на подушку. — Потопа? — я наклонила голову вперёд, чтобы лучше расслышать. — Хм…можно и так сказать…не знаю. Меня обрызгал Бэк, когда я мыла посуду. Якобы месть за то, что его футболка намокла, — я засмеялась. — Это так мило! — Джейд серьёзно посмотрела на меня, хоть я и видела, что ей трудно. — Это как-то по-детски. Странно, когда тридцатипятилетний мужчина валит тебя на пол, при этом норовя стянуть с тебя прилипший к телу топ. И он тогда пытался пощекотать меня! — Джейд не заметила, как сама начала смеяться. Потом резко повисла тишина, Джейд поворочалась немного и долго смотрела в потолок. Странно. Я обратила внимание на всё ещё включенный телевизор, по которому шло какое-то тупое шоу с четырьмя блондинками.       Джейд уснула в скором времени. Я выключила ящик и аккуратно встала. — Митон, — шепнула я мальчику, который в это время достал коробку с печеньями. — Я ухожу, закроешь за мной, ладно? — он кивнул и подбежал. — Спасибо. Маму лучше не буди. Она плохо себя чувствует. — Я знаю. Мама говорит, чтобы я не подходил к ней. Болеть плохо, — я улыбнулась. Я вышла из дома, за мной сразу же закрылась дверь. Странно, что Джейд так дружелюбна со мной. Скорее всего потеря Кэт так сказалась на ней. Мы все переживали, а Джейд больше всех. Ей нужна поддержка. Она до сих пор нуждается в ней. Она нуждается во внимании. Иногда она ведёт себя как маленькая девочка, она боится этого. Джейд зависима от мнения окружающих — это видно. Иногда Вест может рассказать мне о своих снах, но это только иногда. Она боится своих снов. Однажды она сказала мне, может быть в шутку, как было бы хорошо, чтобы она никогда не засыпала, не было бы этих кошмаров, не было бы мучений. Джейд любит переводить всё в шутку. Я думаю, что это её защита. Притворяться, что всё хорошо, а всё ужасное, что происходит с ней — шутка. Можно подумать, что Джейд спятила, но это не так. Ей просто нужно отгородиться от всех проблем. Пожить для себя. А это не так то просто.

***

POV Megan

— Ну что? Поехали? — я кивнула, и мы направились на метро. — Ты живешь с дядей? — задала я вопрос, когда мы сели на поезд. — Да. Мой отец погиб в авиакатастрофе, а мать загуляла где-то. Я без понятия, где она сейчас. — Прости, — я видела, как ему тяжело говорить. — Я не знала. Я не думала, что ты начнёшь раскрывать тему. — Ничего, — и он уже улыбается. — Дядя весёлый. Он всегда шутит. Мой отец был пилотом, а дядя пошёл по стопам деда и теперь знаменитый постановщик фильмов. Он работает на Paramount studious, сейчас, по идее, он должен был улететь в Нью-Йорк, но его наставник заменил его. Томас Ричардс, кажется. Меня затрясло. Руки похолодели, а вдоль позвоночника пробежали мурашки. Я зажала кончик языка между зубами. — А что так? — осторожно спросила, пытаясь скрыть своё недовольство и страх. — Дядя решил, что устал от перелётов; не понимаю его логику, — Брендан засмеялся. — Наверное подумал, что легче работать в Лос-Анджелесе. — Ясно, — я помолчала. — А почему тогда ты не учишься в Hollywood Arts? Ты не хочешь быть как твой дядя? — Где-где? — он посмотрел на меня, слегка наклонившись вперёд. — Hollywood Arts. Школа искусств. Эта школа для будущих певцов, сценаристов там… Мои родители учились в этой школе. — Хм…нет…это всё не моё.       Когда я оказалась около их дома, нас уже на пороге встретил мужчина в серой майке и свободных чёрных штанах. Что-то в нём показалось мне знакомым. Я его где-то видела. Когда-то давно. Скажите, что мне кажется…скажите, что это не тот, о ком я думаю, пожалуйста! Я прохожу по тропинке и оглядываюсь на кусты, посаженные вдоль. Пёстрые цветы, зелёная трава. А этот мужчина умеет ухаживать за растительностью. — Здравствуй, дядя, — гот здоровается и протягивает ему руку, пока я медленно поднимаюсь на крыльцо. — Это… — он указывает на меня, я смущённо улыбаюсь. Крупный мужчина внимательно осматривает меня, будто тоже пытается вспомнить, где видел меня. — Знакомое лицо… — мудро протягивает он и прикладывает два пальца к подбородку, поворачивая голову. — Вест младшая?! — выкрикивает мужчина с некой радостью и неуверенностью. Я распахиваю глаза и зажимаю губы. Мой взгляд бегает туда-сюда, а я пытаюсь вспомнить этого мужчину. Точно! Томпсон! Шон Томпсон! — Э-э-э, — мямлю я, перетирая ладони. — Шон? — неуверенно отвечаю я, — Томпсон, верно? — Ага! — он буквально светиться от радости. Я смеюсь. — Вы знакомы? — Брендан странно смотрит на нас и потирает лоб. — Да. Он присутствовал на маминой свадьбе восемь лет назад. — Как ты выросла! — Шон потрепал меня за щеку. — Было бы странно, если бы я не выросла, — я снова смеюсь. Мы заходим в дом. Я робко присаживаюсь в кожаное кресло, а Брендан садится на диван напротив меня и, слегка наклонившись вперёд, пристально смотрит на меня. Я начинаю беспокоиться, что со мной что-то не так. Щупаю лицо, а он громко начинает смеяться. Я свожу брови к переносице и кривлю лицо, якобы спрашивая «что смешного?». — Ты нервничаешь? — и снова издевательский оскал. — Почему ты на меня так смотрел? — начинаю теребить юбку. — Как смотрел? Вот так? — и он повторяет! — А ну перестань! — шиплю и сжимаю руки в кулаки. — Почему ты разглядываешь меня как куклу фарфоровую?! — Потому что ты как куколка. — Что правда — то правда, — подхватывает Томпсон, зашедший в комнату с подносом, на котором стояли три чашки. Я прикрываю глаза и, как мне кажется, начинаю заливаться румянцем. Робко поднимаю чашку и подношу ко рту; она мгновенно издаёт звон, поэтому я съёживаюсь от резкого звука. — Я не знаю, зачем этот чудила меня привёл сюда, — начинаю я, закончив рассматривать чаинки на дне. — Как ты меня назвала?! — перебивает меня гот, тихо посмеиваясь. Я хихикаю. — В общем, — я игнорирую его, — мне нужно зайти в аптеку до её закрытия. Если честно, я без понятия, зачем я здесь. — Мне было бы скучно прийти сюда в одиночку, — пробубнил мой временный парень в чашку и отпил немного напитка. Шон посмеялся над нами. — А зачем тебе туда, если не секрет? — он обратился ко мне. — Мама простудилась где-то. Без понятия — где, ведь на дворе +94 градуса по Фаренгейту* — М-да… — промычал дядя Брендана. — Странное явление. — Не то слово, — я посмеиваюсь. — Поэтому мне нужно будет уйти в скором времени.