Кроме любви

Магнус проснулся от чёткого ощущения чужого дыхания на своём лице, но не спешил открывать глаза. Тело ныло так, словно его избивали накануне вечером, а голова трещала, и он всё боялся пошевелиться. Вокруг было тихо и спокойно, и размеренное дыхание было единственным звуком, касающимся его слуха. Сон ещё владел им, и, не найдя в данной ситуации ничего странного и необычного, он повернулся на другой бок, и чужие руки притянули его в объятия, и всё то же чужое дыхание опалило теперь затылок. Он лишь прижался спиной к широкой груди и облегченно выдохнул. Разум уплывал куда-то далеко, и он поддался сонливости, снова погружаясь в дремоту. Алек, кажется, мгновенно потерял способность дышать, когда понял, что умудрился вчера лечь в свою кровать рядом с Магнусом, да ещё и обнимает его так крепко и прижимает к себе. Парня, похоже, это нисколько не смутило, и он продолжал тихо посапывать. А вот мужчина не имел представления, что делать дальше. Притвориться спящим и продолжить обнимать Магнуса? Или попытаться тихонько выскользнуть, пока тот не проснулся и не обнаружил результат недельного напряжения, что недвусмысленно натягивал брюки в паху прямо сейчас? А может... Может, дать этому напряжению выход и, перевернув парня на спину, впиться в его губы? Он полежал ещё немного, взвешивая все варианты, и пришёл к выводу, что второй будет самым адекватным и правильным. Поэтому, вытащив руку из-под Магнуса, он откатился в сторону и сел в постели, потирая глаза и зевая, а в следующий же миг наткнулся на сонный взгляд злато-зелёных глаз. – Мистер Лайтвуд? – удивился парень и тоже сел. – Что вы делаете в моей комнате? – Это моя комната, – ответил Алек довольно грубо. – А ты вчера так сильно нализался, что устроил концерт в гостиной. О чём ты думал? – Серьёзно? – Магнус выгнул бровь. – Только что вы прижимали меня к себе, словно я самое ценное, что есть у вас, да ещё и стояком упирались мне в зад, а теперь отчитываете за пьянку, будто отец сына. Серьёзно? Лайтвуд на некоторое время потерял дар речи и только смотрел в глаза напротив, пытаясь придумать оправдание. – О, да ладно, – парень вскинул руки вверх и поднялся с кровати. – Можем притвориться, что просто по привычке обняли меня, думая, что это Лидия, а в кармане у вас столбик монет. Алек поднялся следом и, ступая босыми ногами по полу, подошёл к Магнусу. – Прекрати нести весь этот бред, – прохрипел он. – И живо принимайся за работу. Мужчина возвышался над парнем на полголовы, и его голубые глаза казались глубокими океанами, в которых начинался шторм. Чёрные волосы были растрепаны и полностью закрывали лоб, а голубая рубашка, что была на нём ещё со вчерашнего дня, расстегнулась на несколько пуговиц, открывая взору ключицы и соблазнительные впадинки над ними. Магнус сглотнул, чувствуя, как от такого вида скручивает где-то внизу живота, и, сжав пальцы в кулаки, прошептал: – Слушаюсь, хозяин, – и направился к двери, на ходу подбирая с пола ботинки. Едва он открыл дверь, как оттуда донеслось пение Томаса, больше похожее на ворчание, если честно, и глаза Алека расширились. Он в два шага подлетел к парню, схватил его за локоть и развернул спиной к стене, скрывая от управляющего, который как раз проходил мимо его комнаты. Магнус почувствовал, как по спине пробежала приятная дрожь. – Доброе утро, мистер Лайтвуд, – поприветствовал его Томас, и Алек ему просто кивнул, натянув доброжелательную улыбку. – Как спалось? – Прекрасно, – Магнус громко хихикнул, и Алек накрыл его рот ладонью. – Никогда не спал так крепко. – Я рад, сэр, – Томас одарил хозяина дома подозрительным прищуром и проследовал дальше по коридору. – Мистер Лайтвуд, – покачал головой Магнус, едва мужчина закрыл дверь и убрал свою руку с его рта, – опасаетесь, что все могут узнать, что эту ночь я провёл в вашей постели? – Прекрати говорить так, словно мы с тобой… – Алек запнулся и помотал головой. – Не говори так. И покинь мою комнату. Сейчас же. Уверен, Томас уже давно спустился вниз. Парень закатил глаза и, оттолкнувшись от стены, взялся за дверную ручку. – Слишком нервный, мистер Лайтвуд. Может, позовёте Лидию обратно и спустите пар? – Магнус! – Всё-всё, – Магнус вскинул руки в сдающемся жесте и широко распахнул дверь. – Ухожу. Но едва он шагнул за порог комнаты, как наткнулся на хмурый взгляд серых глаз. – Что ты делаешь в комнате Алека? – пробормотал мальчик. – Макс! – синхронно вскрикнули Магнус и Алек и переглянулись, ища друг у друга поддержки. – Я… я принёс твоему брату завтрак, – выкрутился Бейн. Алек облегченно выдохнул. – Как папа маме? – спросил Макс, переводя взгляд на старшего брата, выглядывающего из-за плеча Магнуса. – Скорее, как Аматис приносит тебе блинчики в комнату, когда ты болеешь, – улыбнулся мужчина. – Ты заболел? – серые глазки принялись внимательно вглядываться в лицо Алека. Лайтвуд вышел из-за спины Магнуса и подошёл к мальчику. Он потрепал его по волосам и привлёк к себе. – Не волнуйся, я чувствую себя уже гораздо лучше, – он повернулся к Бейну, который не сводил пристального взгляда с братьев, и вопросительно выгнул бровь. – Я, пожалуй, пойду, – Магнус прокашлялся и обошёл их стороной, не сводя взгляда с мужчины. – Ты тоже спускайся вниз, – сказал Алек Максу. – А я приму душ, и мы решим, чем займёмся сегодня. – Ты проведёшь со мной весь день? – радостно вскрикнул мальчишка. – До самой темноты, – улыбнулся Алек.

***

Было в этом какое-то странное дежавю, когда Магнус каждое утро заходил на кухню. Аматис неизменно стояла у плиты, что-то помешивая и подпевая включенному телевизору, Макс уплетал за обе щёки кашу, а Томас ворчал, оглядывая очередной наряд парня. Сегодня он надел простые джинсы и синюю майку, но противный старик всё равно не упустил возможности прокомментировать «беспорядок» на голове и неприемлемое колечко в губе. И только фыркнул, когда Магнус театрально выдохнул и сказал, что такими словами Томас разбивает ему сердце. – Как настроение, чемпион? – он прошёл мимо Макса и пробежался пальцами по бокам, отчего тот тихонько захихикал. – А мы с Алеком сегодня будем целый день вместе! – заявил он. – И он не станет работать в выходной день! Аматис обернулась и встревожено посмотрела на мальчика. – Дорогой, ты уверен, что Алек сказал именно так? Всё же у него постоянно куча дел и бесконечные встречи. – На сегодня меня для них нет, – раздался голос с порога, и Магнус едва не свалился со стула. Алек явно только вышел из душа, и капли воды чертили влажные дорожки, падая с волос, катясь по бледной коже шеи и скрываясь за воротом белой футболки. Она открывала вид на мускулистые руки, вдоль которых выступали бледно-голубые вены, и Магнус почувствовал, как скрутило желудок. Эти самые руки крепко обнимали его меньше часа назад, и теперь парень чувствовал, как горит кожа на талии, словно прикосновения оставили там пылающий след. Мужчина в своих свободных штанах и с лёгкой щетиной на подбородке казался таким домашним, таким уютным и всё таким же соблазнительным. – Благодарю, – улыбнулся тем временем Алек, когда Аматис поставила перед ним яичницу с беконом. – Я так голоден! – и поддел вилкой кусочек. – Тебе же приносили завтрак в комнату, – нахмурился Макс, и Лайтвуд тут же подавился, когда откушенный кусочек встал поперек горла. – Правда? Неужели Томас позаботился о тебе в такую рань? – усмехнулась женщина, стоя к плите лицом и спиной к сидящим за столом. – Ему Магн… – Бейн очень вовремя заткнул рот маленького предателя ладонью, не обращая внимания, что мальчик как обычно вымазался в каше, и тот непонимающе сдвинул брови к переносице. – Да, – поспешно ответил Алек. – Томас сжалился и принёс мне пару сэндвичей. Макс выпутался из цепких рук Магнуса и с возмущением посмотрел на брата. – Куплю сладкую вату в парке, – прошептал мужчина. – И плюшевую панду в тире, – Макс сверкнул глазками. – И об этом не узнает Изабель. – Хорошо, – кивнул Алек. – Вымогатель, – буркнул себе под нос Магнус и встал из-за стола. – Шантажист, – согласился Лайтвуд и тоже поднялся на ноги.

***

Изабель закинула ноги на столик и продолжала лениво листать журнал, изредка поглядывая на Магнуса, который возился с камином, вычищая оттуда золу. – Да чтоб тебя! – прошипел парень. – Вот дерьмо! – Аккуратнее с выражениями, – предупредила его девушка, не отвлекаясь от журнала. – Не все в этой комнате совершеннолетние. Злато-зелёные глаза парня обратились к брюнетке. – Хочешь сказать, что сама невинность? – Хочу сказать, что не желаю слышать ругань прислуги, – хмыкнула Иззи, продолжая игнорировать взглядом Магнуса. Парень резко выпрямился и посмотрел на девушку. – В чём твоя проблема? Изабель отложила журнал в сторону и вопросительно приподняла бровь. – Что? – Какие у тебя проблемы, что ты кидаешься на каждого встречного и плюешься словами, словно ядом? – Не на каждого встречного, – покачала брюнетка головой. – Только на тебя. Магнус выдохнул и вскинул руками. – Чёрт с тобой! – и поспешил покинуть гостиную.

***

Магнус расслабленно вытянулся на шезлонге у бассейна, свесив руки вниз, и пальцы приятно щекотала трава. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо розовыми и лиловыми оттенками. Свет, горевший в окнах виллы, падал на ровную гладь воды в бассейне, и причудливые тени скользили по бортикам и дну. Парень наблюдал за тем, как вздымается и опадает его грудь от редких вдохов, и лежащий на ней блокнот повторяет эти движения. Он, словно быстрая смена кадров в кино, кидался от одной мысли к другой, боясь, что если остановится, то в голове останется лишь одна, терзающая сердце, оставляющая душу в неспокойном состоянии. Магнус поднял блокнот и снова уперся взглядом в рисунок. Чёрные взъерошенные волосы. Голубые глаза. Греческий профиль носа. Пухлые губы. Тонкие ключицы. Манящая шея. Этот образ нависшего над ним утром Алека преследовал парня весь день. Стоило лишь прикрыть веки – вместо темноты вырисовывался он. И он не отпускал, пока Магнус не взял в руку карандаш и широкими штрихами воплотил то, что держало его весь день. Бейн провёл пальцами по рисунку, очертив тёмно-розовые губы, и тяжело вздохнул. Подпись в правом нижнем углу грела его душу надеждой на то, что однажды, возможно, он сможет вручить этот портрет адресату, и это станет некой ностальгией для голубоглазого мужчины. – Напрасная надежда, – пробормотал Магнус тихо. – Пустая. Послышался звук открывающихся ворот и машины, тихо въезжающей во двор. – Иззи! Иззи! – донеслись до него выкрики Макса. – Ты не представляешь, где мы были! Еле слышный смех Алека. Магнус снова вздохнул, чувствуя, как трепещет сердце от мысли о том, что эти губы, выведенные на белом листе блокнота, сейчас изгибаются в улыбку. Возгласы Макса затихли, что означало, что мальчуган сейчас делится своими впечатлениями с Аматис, прыгая перед ней на одной ножке и весело махая руками. Магнус усмехнулся, представляя это, и вздрогнул, когда дверь, ведущая с заднего двора в гостиную, распахнулась. Тяжёлые шаги. Магнус резким движением руки вырвал листочек из блокнота и наспех затолкал его в карман джинсов. – Отдыхаешь? Алек опустился на соседний шезлонг и вытянул ноги. – Если мистер Лайтвуд против, то я сейчас же вернусь к своим обязанностям, – пробормотал парень. Мужчина усмехнулся. – Брось, – голос мягкий. – Ты не прислуга в этом доме, по большому счету. И Аматис с Томасом тоже. Магнус повернул к нему голову. – А кто же мы? – спросил он, сглотнув и не отводя взгляда от бицепсов, которые напряглись от того, что Алек закинул руки за голову. Нет, они точно сведут его с ума. – Аматис и Томас нам стали вроде тетушки и дяди. А ты… Он опустил взгляд вниз, и Магнус готов был поклясться, что взмах этих ресниц лишил его дыхания. – Ты поладил с Максом. Думаю, что он уже считает тебя хорошим другом, – Алек снова усмехнулся. – Болтает о тебе безостановочно. Парень улыбнулся и повернулся набок, и блокнот с его груди упал на траву. Алек тут же подхватил его в свои руки и с серьёзным выражением лица принялся рассматривать. – Отдайте, – прохрипел Магнус, поднимаясь на ноги, и Лайтвуд вскочил следом. – Я заметил его ещё в нашу первую встречу, – произнёс он тихо, и его глаза горели, пока он медленно листал блокнот. – Мистер Лайтвуд, – прошипел Магнус и протянул руки, намереваясь вырвать его. – Ого! – Алек увернулся и встал на два метра дальше. – Ты изобразил своего отца, как зеленокожего мужчину с белыми рожками на лбу? – он негромко рассмеялся. – Почему? – Потому что он буквально зеленеет, когда злится, – злобно проговорил сквозь зубы парень. – Отдайте! – Почему ты так поступаешь со своими родителями? – спросил Алек, протягивая блокнот, который Магнус тут же выдернул из рук. – Они мне не родители, – прошипел тот. – Но они любят тебя, и это намного важнее, чем кровные узы. Бейн поднял глаза. – Я не собираюсь обсуждать это с вами. Алек наклонил голову набок и оглядел его пристальным взглядом. – Как скажешь, – он снова улыбнулся этой своей нежной улыбкой, от которой колени Магнуса словно растворялись и он терял опору. – Мне нужно помочь Аматис с ужином, – пробормотал он хриплым голосом. – Я пойду. Алек кивнул и проводил его взглядом. – Завтра можешь взять выходной и навестить родителей, – крикнул он парню, когда тот был уже возле дома, и покачал головой, усмехаясь. Солнце почти скрылось за горизонтом, и в дворике зажглись фонари. На тёмно-зелёной траве сверкал белый скомканный лист, подняв который, Алек удивленно ахнул, и сердце пропустило удар. Он ещё раз посмотрел на дверь, за которой скрылся Магнус, и широкая улыбка озарила его лицо.

***

– А потом мы прыгали на батуте и кидались шарами, лазали по канатам! – не переставал восклицать Макс, крутясь на стуле. – Алек выиграл для меня панду! Как и обещал! – он повернулся к старшему брату, который тихонько посмеивался от эмоций мальчишки и продолжал ужинать. – Теперь я точно никому не расскажу ваш с Магнусом секрет! Алек тут же выпрямился и поднял испуганные глаза на сестру. В тёмных глазах девушки вспыхнула заинтересованность. – Какой секрет? – спросила она. – Ох, Макс… – простонал Алек и откинулся на спинку стула, прикрывая ладонями лицо. – Похоже, что плюшевая панда скоро покинет этот дом. – Тогда я точно расскажу, что он таскает тебе завтраки в комнату! – надулся мальчик. – Завтраки? – взвизгнула Изабель. – В твою комнату? – Да-да, – закивал Макс. – Как папа таскал маме. Алек смерил младшего брата строгим взглядом и повернулся к брюнетке. – Он всего-навсего принёс мне таблетку и воду, так как накануне вечером я переборщил со скотчем, – он как можно небрежнее пожал плечами. – В этом нет ничего особенного. – Тогда почему ты пытался скрыть это? – Иззи сощурила глаза. – Да ещё и подкупил Макса парком аттракционов. – Потому что не хотел, чтобы ты придавала этому какое-то особенное значение, – мужчина закатил глаза. – Ты сам придаешь этому нечто особенное, – Изабель вернулась к ужину. – Когда Магнус накрывал на стол, ты глаз с него не сводил. Я всё видела. – А почему он глаз с него не сводил? – спросил Макс. – Потому что следил за тем, чтобы Магнус делал всё правильно, – ответил ему Алек. – Или потому что просто не мог не смотреть какие-то жалкие пять минут, – пробормотала девушка. – Изабель, – прошептал мужчина и наградил сестру суровым взглядом. – Скажешь, что мне целую неделю виделись ваши переглядывания и эти идиотские улыбки? – Конечно, – не раздумывая, кивнул Лайтвуд. – Я просто пытаюсь быть дружелюбным и гостеприимным. – Он ворвался в наш дом, Алек, и до жути напугал твоих брата и сестру, – злобно выкрикнула Изабель. – Я вообще-то не испугался, – вмешался Макс. – Он просто подросток и ведёт себя так, чтобы привлечь внимание. Ты тоже так делаешь. – Только со мной ты не перешептываешься так мило, как с ним, – Иззи поднялась на ноги. – Я уже начинаю понимать, почему Лидия появилась в нашем доме именно сейчас. – Прекрати! – вскрикнул Алек и тоже поднялся со стула. Брюнетка оперлась ладонями на стол и подалась вперёд. – Похоже, я докопалась до правды, – улыбнулась она. – Удивлена, большой брат. Очень удивлена. Она подмигнула Максу, который переводил хмурый взгляд с одного на другого, и покинула столовую.

***

Алек провалился в дремоту, и сон, пришедший в первую же минуту, был прекрасным. В комнате было темно, и лишь тонкая полоса света, пробивавшаяся сюда из коридора, придавала предметам некие очертания. Мужчина перевернулся на спину и закинул руку наверх, пряча глаза в изгибе локтя. Тихие шаги не сразу донеслись до него, и он улыбнулся, прекрасно зная, кто так жаждет потревожить его сон. Футболка немного задралась, и его торса осторожно коснулась тёплая ладонь и начала скользить к груди. Он резко перехватил её и перевернул своего ночного визитера на спину, рукой подхватывая ногу под коленом и притираясь ближе. Губы под его губами были пухлыми и липкими. И совсем не такими, как он себе представлял. Он мгновенно отстранился и, потянувшись к ночнику, щёлкнул по кнопке. – Лидия?! Девушка растянулась под ним, закинув руки на его шею, и улыбалась во все зубы. – Так и знала, что скучал, – самодовольно прошептала она и потянулась за поцелуем. Алек подорвался с кровати. – Что ты здесь делаешь? – воскликнул он, запуская ладонь в волосы. – Пришла поговорить, – Лидия села в постели и, поправив задравшееся платье, оперлась на руки. – Вчера не хотела тебя беспокоить, ты был на взводе. – Я же тебе сказал убираться отсюда. – Алек, – протянула Бранвелл. – Ты слишком груб со мной. Прекрати себя так вести, лучше возвращайся в постель, – она похлопала по месту рядом с собой. – Немедленно покинь мою спальню, – Алек указал пальцем в сторону двери. – И не подумаю, – девушка плюхнулась обратно на кровать. – Пока ты не объяснишь мне своё поведение. Ты боишься строить со мной отношения, потому что Изабель не одобряет? – Иззи здесь не причём. – Тогда что? – повысила голос Лидия. Алек вздохнул и с силой провёл ладонями по лицу. – Не уйдёшь ты – уйду я, – бросил он, не смотря на блондинку, и направился к двери. – Надеюсь, что тебя здесь уже не будет, когда я вернусь. Он с силой хлопнул дверью, и Лидия резко поднялась на ноги. Такое поведение мужчины, получить которого она желала столько лет, совсем не нравилось. А ведь только позапрошлой ночью они делили постель, и Алек был настолько страстным, что буквально плавил своими прикосновениями. Она поправила платье и обернулась, оценивающим взглядом осматривая комнату. На прикроватной тумбочке лежал листок, и, взглянув на него, девушка начала скрипеть зубами. Глаза Алека полыхали безудержным желанием, губы трогала едва заметная улыбка. Работа была выполнена с любовью, и было это заметно по старательно выведенным штрихам, по тому, что только любящий Алека человек мог видеть его – вечно серьёзного и отстраненного – в таком свете. Она пробежалась взглядом по рисунку, гадая, кто мог бы быть автором. Подпись в правом нижнем углу давала ответ на её вопрос.

***

– Мать твою! – выругался Магнус, когда зашёл в свою комнату и, рыская по карманам джинсов, не нашёл рисунка. – Да как такое… Чёрт тебя дери! Он выскочил в коридор и бросился во двор, по пути чуть не сбив Томаса, который ему вслед что-то прокричал. Бассейн подсвечивался белыми фонарями, находящимися прямо под водой, и вода из-за этого казалась лазурной. Ветер легонько теребил листья деревьев, и трава колыхалась, обдавая пальцы Магнуса вечерней прохладой. Он шарил ладонями по траве, заглядывал под шезлонги и ругался всё громче и грязнее. – Что-то потерял? – раздался тонкий голос. Магнус резко поднял голову, и его глаза округлились. – Не ожидал увидеть вас, – сдавленно прошептал он, проклиная противный ком в горле. – Почему же? – улыбнулась Лидия. – Мы с Алеком частенько ссоримся, но это не означает, что наши отношения на этом заканчиваются. – Он сам вас позвал? – Магнус не успел вовремя прикусить язык, и вопрос сам сорвался с его губ. – Да, видимо, успел остыть и соскучиться, – блондинка пожала плечами. – Но тогда что вы делаете здесь? – парень обвел взглядом задний двор. – Почему не с ним? – и поднялся с колен. – Хотела увлечь его в бассейн, чтобы расслабиться здесь вдвоём, но раз тут ты, придется уединиться в комнате. Как обычно. – Я… я уже ухожу, – Магнус засуетился. – Можете звать Ал… мистера Лайтвуда сюда. Я не буду вам мешать. Он кинулся обратно в свою комнату и рухнул на кровать, чувствуя, как внутри всё падает в какую-то бездонную пропасть.