Собери меня (18+)

Модеус послушался, открывая портал и перемещая себя и ребенка в агентство. Валяющийся на диване Данте, который в сотый раз то собирался идти за Вергилием, то снова пристраивал свои погрустневшие булки на горизонтальную поверхность, подскочил, хватая Ребелион и почти роняя кусок пиццы, едва начав его жевать: — Фто фзесь фроисфодит? — недовольно поинтересовался он и только потом заметил, что на руках Модеуса сидит ребенок. И этот ребенок подозрительно похож на его родственника… — Дядя Модеус, папа же только что был там и трезвый, — прошептал мальчик, а демон по-доброму рассмеялся: — Неро, этот невоспитанный, нетрезвый молодой человек — не твой отец. Это твой дядя, его зовут Данте. Знакомьтесь, мальчики! — Дядя? Кто дядя? Я — дядя?! — на миг Данте показалось, что он паникует. Потом показалось, что не показалось. Откуда, вашу мать, у Вергилия сын взялся? И где сам этот засранец?! — Ты, ты. И если Верга сейчас преждевременно убьют, придется тебе заняться воспитанием племянника… — Модеусу шутка показалось хорошей, а вот Данте и Неро, округлив глаза, выпалили: — Как, убьют?! — Отправь меня к нему! — Данте, да я же… — ОТПРАВЬ МЕНЯ К НЕМУ! — Данте, кажется, давно не трезвел так быстро, но разбежавшаяся по венам демоническая сила выжгла из крови алкоголь моментально. — Ладно, хорошо. Но вернетесь сами. На еще один портал такой протяженности сил у меня не хватит, — предупредил ученик Темного Рыцаря, подумав, что один Спарда — это уже стресс и седина, а три… и решил не додумывать. И просто открыл портал в то же самое место, что и для себя час назад. — Дядя Данте, а можно мне кусочек пиццы? Я есть хочу, — прошептал Неро и сделал такую же умилительную рожу, какая бывает у самого Данте, когда он просит в долг у Леди. — Хрен с тобой, бери. Но только один кусочек! — пригрозил он пальцем и шагнул в портал, услышав радостное «спасибо» и думая, откуда на одежде ребенка столько крови: — Ви, чтоб тебя… — вспомнил он детское прозвище брата, которое тому когда-то дала Ева, и прибавил шагу. Он чувствовал, что Вергилий сражается почти на пределе сил. Своих восстановленных сил. *** С рясочниками Вергилий разобрался довольно быстро. С теми, кто был в лаборатории. Но теперь он чувствовал, что в крепости несколько демонов, а еще за пределами крепости открыты врата. И оттуда кого-то призывают. Кого-то достаточно сильного, чтобы заставить его задержаться здесь. Только бы заклятие не пробудилось раньше времени! Тарья забилась в угол и смотрела, как тремя взмахами Вергилий отправляет служителей культа в небытие и идет к выходу. — Вергилий! Прости меня, — шепчет она, делая шаг к нему, но тот лишь протягивает вперед катану, острие которой чуть касается шеи Тарьи: — Стой на месте. Ты дала ему жизнь. Я сохраню твою. На этом все. И лучше молчи. Я слишком зол, могу передумать. Тарья отступает на шаг, и Вергилий с максимальной доступной ему скоростью несется вон из башни туда, где идиоты-рясочники почти впустили в мир людей кого-то не самого дружелюбного и смутно знакомого. Гора за замком поросла деревьями, но широкая тропа говорила о том, что к вершине или ее окрестностям ходят часто. И вдалеке показалось странное красноватое свечение. Призыв был почти завершен, и Вергилий поспешил туда. Поляну окружили рясочники во главе с Санктусом, который дочитывал последние фразы призыва. Вергилий метнул в участников ритуала призрачные мечи, убивая тех, кто стоял ближе всего к Настоятелю, а также его самого, однако тот успел договорить. На самого сына Спарды обернулись присутствующие и на миг замерли. — Спарда? — выдохнул один из служителей, а из Врат показалась огромная лапа, похожая на волчью. — Ну, и что здесь происходит? — строго спросил Вергилий, не опуская Ямато. — Меч! — вскрикнул кто-то. — Он восстановлен! Спарда вернулся! Пророчество сбылось. — Я спрашиваю, что здесь происходит?! — уже повышая голос, повторил Вергилий вопрос, теряя терпение. — Настоятель создает оружие. Чтобы напитать его, ему нужна демоническая сила. Много силы! — И вы решили, что самое мудрое - призвать сюда Высшего демона, который вас одной передней лапой придавит? — усмехнулся полудемон. — Жить хотите? Тогда бегите, придурки! Быстрее! Оставшиеся воины побежали, но один замер и продолжил разглядывать Вергилия: — Я тебя помню. Ты был одним из послушников Ордена. Только волосы были темнее. А потом ты пропал… — Я тоже помню тебя. Как и то, что у тебя есть сын. И если хочешь к нему вернуться, беги. И не мешай мне. Потому что я хочу вернуться к своему, — прошептал Вергилий. Демон вышел из Врат, человек сначала замер, а потом все же побежал, едва уклонившись от струи огня, что метнул в него вызванный монстр. — Саргатанас! — окликнул его Вергилий, привлекая внимание демона. — Думаю, ты напрасно проделал этот путь. — Ты?! — взревел демон, обрушивая удар. — Ублюдок! — В отличие от тебя, я был рожден в законном браке, — прошипел Вергилий, оценивая свои шансы на победу. Он едва восстановил свои силы и сейчас не был на ее пике, хоть и не сражался с особо сильными противниками. А его враг являлся после Мундуса одним из сильнейших демонов, который имел к Вергилию личные счеты к тому же. — А ты ослабел, полукровка! — Верг едва увернулся от удара хвостом и метнул призрачные мечи в глаза собакоподобной твари: — Да с тобой уж как-нибудь справлюсь. — Ты убил Мундуса! — И ты бы мог занять его трон, будь ты хоть немного умнее. При всей скорости, уворачиваться от атак демона было непросто. В демонической форме Вергилий бы, возможно, победил, но он не был уверен, что удержит ее достаточное время, поэтому он надеялся измотать врага, используя свою скорость. Но сейчас он и сам быстро уставал. — Значит, это не слухи… — размышлял Саргатанас. — Попал под заклятие Небериуса? И каково это — быть шлюхой низших демонов? Впрочем, тебе, ублюдку-полукровке, большее не светит. Или я не прав, племянничек? — Племянничек? — услышал Вергилий возмущенный голос Данте. — Верг, у меня сегодня еще родственники появятся? Кто этот мудак блохастый? — Этот, как ты выражаешься, «мудак блохастый», занял место Спарды возле Мундуса, так как является его младшим братом. Наш демонический дед развлекся с низшей демонессой, вот и вылупилось это недоразумение, которое даже альтернативного облика для прогулок по миру людей не имеет, — отозвался тот, почти пропустив удар. Пламя мазнуло по плечу, натолкнув на не самые приятные воспоминания о пытках. — Не плюйся, животное! — хохотнул Данте, врезая по демону Ребелионом, но меч отскочил. — Какого… — Пригнись, идиот! — прошипел Вергилий, откидывая Данте с линии огня и получая новый ожог, куда более сильный и болезненный. — Черт, послал Ад брата-идиота! — Брата? Вас двое? — взревел Саргатанас. — Это многое объясняет. Ничего, убью обоих. Род предателя должен прерваться… — Бей по хвосту, — прохрипел Вергилий, пока демон трепался о великой миссии, которая заключалась в смерти отпрысков Спарды. — То-то же братец обрадуется, когда я принесу ему головы выблядков от его человеческой шлюхи! — Ты как маму назвал? — тут же оба брата атаковали. А потом до них дошло, и Данте прошептал: — Значит, Спарда все-таки жив… Где он?! — Там, куда вам не добраться, — рассмеялся Саргатанас. — Данте, руби хвост! — крикнул Вергилий, поняв, что сейчас самый лучший момент. — Но он… — Руби, говорю! И Данте отрубил. Пламя, окружавшее Саргатанаса, угасло, тот покачнулся, теряя равновесие, Вергилий пнул его, заставляя завалиться набок, и, подойдя вплотную к зловонной пасти, спросил: — Кто его охраняет? — Тебе не освободить… — Кто его охраняет? — он вогнал в тело демона Ямато и несколько призрачных клинков, чувствуя, как утекают остатки сил. — Абигор… — Вот черт, — прошептал Вергилий, убивая родственника. — Я думал, он подох. — Кто он? — Данте подхватил брата, когда тот покачнулся, спрыгивая с тела добитого им демона. — Абигор — один из древнейших демонов Ада, он дал клятву служить еще нашему деду, отцу Спарды. Во власть не лезет, но если бы захотел, убил бы и Мундуса. Если Спарду охраняет он… шансов немного. — И что мы будем делать? И, кстати, откуда у тебя сын? Пока мы тут лясы точим, пацан мою пиццу доедает! — возмутился Данте, усаживая брата под дерево, но не переставая поддерживать. Его раны затягивались очень медленно. — Модеус его к тебе переместил?! — К нам, я надеюсь, — уже без привычной бравады осторожно начал Данте. — Вы же останетесь пока? — А ты приглашаешь? — усмехнулся Вергилий, поднимаясь и покрепче обхватывая рукоять привычно тяжелого в ладони Ямато. — Я бы хотел, чтобы мы хотя бы попытались стать семьей, — вздохнул Данте. — Ну, начали мы с убийства родственника. Так себе задел! Они облегченно рассмеялись, а Вергилий взял Данте за руку, заставив того удивленно замереть. — Прекрати таращиться и представь свой дом как следует, а то перемещу нас в Преисподнюю с непривычки! Данте представил, видя, как брат делает два взмаха мечом, и тут же оказался в своем холле. Сидящий на диване Неро тут же бросился Вергилию на шею, тоненько всхлипывая, а тот, наплевав на сожженный бок, крепко обнял ребенка. И Данте впервые за долгий срок ощутил, что вернулся домой.