Как я выжил с соседом

Сомневаться в выборе игры я начал уже тогда, когда Хоби-хену пришлось во весь голос выкрикнуть в окно «я люблю парней, потому что я гей» по приказу Юнги-хена. А ведь Юнги-хен первым крутил бутылку и наш любитель обнимашек стал первой жертвой. Это только начало, а мне уже страшно до чёртиков. Неужели из всех игр нужно было выбрать эту — где нет возможности отказаться выполнять любое действие и говорить только правду? Я, глазами, полными ужаса, следил за тем, как Хоби-хен сделал большой глоток пива с банки, смакуя его вкус, а затем раскрутил бутылку с коварной ухмылкой на губах и, будучи особо не верующим, взмолился Богу, чтобы меня страшная участь миновала. То ли Бог существует, то ли удача сегодня на моей стороне или Джун-хен в чем-то перед вселенной провинился, но горлышко бутылки (мы с Ю ее еле отыскали на балконе, чуть не отморозив себе кое-что) указывало не на меня. И мрачное «блять» Джун-хена дало понять, что он такой перспективе совсем не рад, в отличие от меня. — Правда, — будто выплюнул он, перебив Хоби-хена, только открывшего рот, чтобы задать стандартный вопрос. — Ты уверен, хен? — с саркастичной улыбкой на лице спросил Тэхен, явно намекая на что-то, известное лишь им троим. Намджун не ответил. Он лишь подмигнул Тэхену, что, мол, да, он уверен. — Вау! — протянул восхищённо Хоби-хен. — Я теперь даже не знаю, что спросить… Все в напряжении ожидали его вопроса, и лишь Юнги-хен шумно хрустел чипсами, напоминая, что все это всего лишь игра, а не триллер, где за одно неправильное движение грозит смерть. — Что ж… сколько раз ты был пассивом во время секса, Джунни? «Слушай, он у вас нормальный, а? А то даже мне стыдно…» Я был полностью согласен с Джо. И пока я мысленно отправился на планету под названием «Пиздец», я услышал лишь славленное «ох» со стороны рядом сидящего Югема. — Тут же дети! — воскликнул первым Джин-хен, аж привстав с места от возмущения. — Ты это себя имеешь в виду со своей детской психикой? — хмыкнул Юнги, иронично оглядывая хена. — Больше я тут детей не вижу. — Но когда нужно было дать мне пиво, ты сказал, что я ещё ребёнок, — обиженно заявил я. Да, я злопамятный. — Для пива ты слишком мелкий, — ничуть не смутившись, ответил Юнги. — А для разговоров о положении в сексе, значит, нет?! Я почувствовал, как меня ткнул в бок Югем с намёком на то, чтобы я успокоился. И я вроде как пришёл в себя, осознав, что перегнул палку, пока Юнги-хен также невозмутимо не заявил: — Не тогда, когда мы выяснили, что ты уже четырежды не девственник. Я открыл было рот, чтобы сказать что-то обидное в его адрес, но в этот момент многозначительно кашлянул Намджун-хен. Все мы повернулись к нему. В полумраке комнаты, где мы выключили свет, чтобы создать обстановку, и оставили лишь свет в прихожей, плохо было видно его лицо, но, судя по голосу, он явно нервничал. — Конечно, позже я тебя убью за такой щекотливый вопрос, Хоби, но сейчас я ведь должен ответить, — начал он. — Два раза. Я был пассивом два раза. После этого он схватил банку с пивом и сделал несколько больших глотков, чтобы скрыть смущение. — Никогда бы не подумал, — заявил Юнги. «Да, я бы тоже» — согласился с ним Джо. Да и я тоже. Глядя на Джуна-хена, мало кто скажет, что он мог позволить кому-то вести в постели… Напряжённая пауза, которую больше никто не стал нарушать, была прервана неловким смешком хена. — Теперь же я кручу? — с предвкушением в голосе спросил он. Все кивнули, а Джун-хен раскрутил бутылку. Взгляды всех были устремлены на красную крышку, которая должна была на ком-то остановиться и предрешить судьбу этого неудачника. После тупого вопроса Хоби-хена Джун-хен, должно быть, очень зол и намерен мстить. Поэтому сейчас я бы не хотел оказаться его жертвой. Именно в эту минуту я подумал о том, что я настоящий идиот, раз предложил всем поиграть в какую-нибудь игру. Обидно ведь, что мне некого винить, если что. Лучше бы мы просто напились… — Югем! — завопил Чимин с огромной радостью, когда горлышко остановилось на сжавшемся в комок Ю, в глазах которого был такой ужас, что, казалось, его хватит инфаркт. Я услышал его тихое и сдавленное «о, нет!» и мне совсем не захотелось смеяться над этим, потому что мне стало за него страшно. — Югемми, миленький, правда или действие? — с улыбкой маньяка на лице спросил Джун-хен. И этот милый образ ему настолько не шёл и пугал, что мне вмиг поплохело. Югем посмотрел на меня, моля о помощи, а я лишь мог пожать плечами, потому что не знал, что сейчас будет выбрать безопаснее. — П-правда, — запинаясь, наконец, ответил Ю, опустив взгляд на свои руки, которые от нервов он сжал в кулаки. — О, это хорошо, — усмехнулся Джун-хен, — тогда скажи, если бы тебе нравились парни, с кем из нас ты бы стал встречаться? Югем поднял на него глаза и в них читалось такое удивление, будто Джун-хен предложил ему станцевать перед ним стриптиз. «Вот так и заканчивается детство, Югемми» — очень метко прокомментировал Джо. Когда громко заржал Хоби-хен, атмосфера стала ещё более напряжённой, потому что этот смех прозвучал, как смех дьявола — издёвка над бедным грешником Ю. — Я же не… — начал было оправдываться Югем, как Джун-хен перебил его. — Да-да, мы знаем, что ты натурал и тебе нравятся девушки, но просто представь… Нас тут семеро и мы все такие красивые и крутые… кого же ты выберешь? «Если этот чувак и сдохнет, то явно не от скромности. Это он о себе, где говорит, что красивый и крутой?» — едко произнёс Джо. Лицо Югема стремительно теряло цвет и становилось бледнее с каждой секундой. Он с опаской поднял взгляд и оглядел каждого из нас. — Это так интересно! — в нетерпении заёрзал Хоби-хен, всем видом показывая, что он готов быть выбранным Югемом. — Тебя он уж точно не выберет, — злобно пробурчал Юнги-хен, на что старший недовольно запыхтел. — Это был бы Сокджин-хен, — сказал Ю и сразу же прикрыл лицо ладонями, не в силах выдержать это испытание. Ну да, Югему мог бы понравиться только милый и добрый Джин-хен, ведь и сам он такой же. В эту же секунду раздался разочарованный вздох Хоби-хена, прыснули со смеху Юнги и Чимин, Тэхен и Джун-хен понимающе ухмыльнулись, а лицо Джин-хена выражало вселенское непонимание. — Ва-а-а, хен! Да ты везунчик! — хлопнул его по плечу Чимин, заставив покраснеть от неловкости. — Что значит, везунчик? — тут же активировался Юнги. — То есть, если бы он выбрал тебя, то и ты был бы везунчиком? Жить надоело, Минни? Чимин лишь закатил глаза на это нелепое предположение. — Что ж, — подытожил Джун-хен, — пей, мелкий. Ты выиграл. Он открыл и протянул Югему банку с пивом и ещё кивнул головой, как бы говоря «не дрейфь, все путём!». Ю опасливо взял пиво и ещё несколько секунд не решался пить, после чего посмотрел на меня и быстро поднёс банку к губам, делая один, но большой глоток. Я поджал губы, следя за тем, как он вытирает рот рукавом своей кофты и поправляет затем волосы, явно нервничая. Интересно, когда хмель ударит ему в голову? — Крутишь теперь ты, — одобрительно кивает Джун-хен, и Югем уверенно хватается за бутылку. Я мечтал, чтобы именно сейчас бутылка попала на меня, потому что ожидать ножа в спину от Ю мне не пришлось бы, но в этот раз мне явно не везло. — О, Тэхенни! — воскликнул Хоби-хен. — Правда или действие? Я повернулся к Тэхену. Он не выглядел взволнованным или напуганным. Кажется, он тоже уверен в том, что Югем не перейдёт границы. — Правда, — вполне спокойно говорит он и поворачивается уверенно к Югему, ожидая его вопроса. Все внимание теперь устремлено к Ю. Но, к удивлению всех, он совсем уже не стесняется и прямо смотрит на Тэхена. — Тот, кого ты любишь, находится в этой комнате, среди нас? Этот вопрос повис в середине нашего круга, будто НЛО — настолько невероятным он казался с уст Югема. И звонкую тишину, которая мгновенно наступила, никто не решался прерывать. «Я говорил, что обожаю твоего Югема? Нет? Так вот, я обожаю твоего Югема!» — не затыкался только Джо. Я был ошарашен такой смелостью лучшего друга, а потому неверяще смотрел на него. Может, на него уже пиво стало действовать? Аккуратно взглянув в сторону Тэхена, я удивился ничуть не меньше — его лицо было озадаченным и даже растерянным. И пока он молчал, я поймал себя на мысли, что очень сильно хочу услышать, что же он ответит. — Да, — послышался его уверенный ответ. Он смотрел на свою банку с пивом, не давая никакой подсказки на то, кто бы это мог быть, если уж он здесь. Но когда я услышал, как хмыкнул Джин-хен, все стало итак ясно. — Я же кручу? — спросил Тэхен, полностью проигнорировав смешок Джина. Все на него внимательно смотрели, пока он крутил бутылку. Они ведь и не догадывались ни о чем… Хотя во взглядах Юнги, Джун-хена и Джина было понимание. Они будто давно догадывались о чувствах Тэхена. Пока бутылка крутилась, Тэхен пил свое пиво как «победивший». Но выглядел при этом проигравшим — такой отстранённый и поникший. — Вот же черт! — воскликнул недовольно Юнги-хен, когда горлышко бутылки остановилось на нем. — Будь ты проклят, Тэхен! — И ты мне очень нравишься, хен, — ухмыльнулся Тэхен. — Правда или действие? Под аккомпанемент смеха Хоби-хена и предвкушающих взглядов остальных Юнги все же выбрал действие. — Вот и славненько! Поставь Чимину засос на шее. — Что?! — на манер оскорбленной барышни воскликнул Чимин. Все начали смеяться, когда он вскочил с места и начал бить Тэхена подушкой от дивана. — Не, ну, в принципе, меня устраивает, — плотоядно ухмыльнулся Юнги-хен. — Милая, иди сюда! — Пошёл к черту, Мин Юнги! — завопил вновь Чимин, дубася подушкой уже его. И все же у него не осталось сил сопротивляться, когда Юнги встал с места и, схватив, его за руку, потянул к себе. А затем резко приник к его шее губами и… — Боже! — я тут же накрыл глаза Югема ладонью одной руки, а второй прикрыл свои. Я не видел, что происходило, но слышал одобрительные восклицания от остальных парней. И только Джин-хен причитал о том, какая развязная молодёжь пошла. — Уже все, — послышался голос хена, — можете открывать глаза. Я убрал руку сначала со своих глаз, чтобы убедиться, что уже все «чисто» и только потом опустил ладонь с глаз Югема. — Спасибо, Кукки, — улыбнулся он и я тоже улыбнулся ему в ответ. — Эта малышня слишком милая для моих глаз, — недовольно фыркнул Юнги, отворачиваясь от нас, тем не менее, счастливо попивая своё пиво, о котором так мечтал все это время. — Я тебя ненавижу, Тэхен! — бубнил Чимин, усиленно потирая рукой место на шее, где сейчас алеет очень многозначительное пятно. — Крути уже, хен, — со смешком сказал Тэхен, не обращая внимания на недовольство Чимина. Юнги раскрутил бутылку и оглядывал каждого из нас с ухмылкой, наверняка думая, как бы поставить жертву в самое невыгодное положение. «Приехали!» — закричал Джо, когда бутылка «избрала» козлом отпущения именно меня. — За что?! — тут же уронил я голову на свои ладони, «прячась» от хищной улыбки хена. — Ну, привет, Гукич! — радости в его голосе было немерено. — Правда или действие? — Просто убей меня! — умоляюще поднял я на него глаза. — Просто убить тебя — невесело совсем, — было мне ответом. — А я хочу повеселиться. — Правда, — уныло ответил я. Действие в случае с Юнги-хеном лучше вообще не выбирать. У него богатая и больная фантазия. Юнги-хен выглядел разочарованным. Видимо, он уже придумал мне хорошее действие, а я все испортил. Это дало мне надежду на то, что все ещё обойдётся. — Тогда скажи мне, мелкий, — многозначительно начал Юнги, исподлобья глядя на меня, — ты хочешь и дальше жить с Тэхеном? Я ожидал худшего и, кажется, именно худшее и получил. «Он нравится мне все больше и больше!» — ликовал Джо. — «Дай мне его номер!» И снова тишина, снова напряжение, снова каждый хочет услышать ответ… А я выпадаю из реальности, теряюсь и не знаю, что ответить… потому что это слишком для меня. Я ведь ещё и сам не знаю, что я чувствую и нравится ли мне все, что происходит со мной… «Все ты знаешь. Просто строить из себя дурачка гораздо легче» — говорит в голове Джо. И я путаюсь окончательно… — Да, конечно, он прям спит и видит, как проживёт со мной ещё не один год, аж до старости! — фыркает Тэхен, и я осмеливаюсь поднять на него взгляд. И хоть в таком свете плохо что-то видно, я все же могу разглядеть, как Тэхен смотрит на меня в ответ. И в его взгляде не читается совсем ничего. Но даже так, когда его глаза пусты при взгляде на меня, сам я чувствую, что переполнен эмоциями. И я уже могу ответить. — Да, — уверенно говорю я, — мне бы хотелось и дальше жить с ним. Хоби-хен тут же начал улюлюкать, Джун и Юнги понимающе улыбнулись, Чимин и Югем в непонимании переводили удивлённые взгляды с меня на Тэхена. Тэхен же выглядит застывшим каменным изваянием. Он смотрит на меня уже не пустым взглядом, а глазами, полными вопросов и непонимания. Чтобы не смотреть на него, я открыл свою банку пива, которую мне услужливо протянул сидящий рядом Чимин, и начал жадно пить, морщась от горького привкуса. Схватив пачку чипсов, я начал хрустеть уже ими — все, чтобы отвлечься. Я ведь мог и соврать, но сказал правду. Неужели мне так важно было, чтобы Тэхен знал об этом? Неужели мне действительно нравится жить с ним? Я чувствовал, как от смущения у меня горят уши, а потому мне необходимо было прийти в себя. — Крути, — великодушно разрешил Юнги-хен, кидая к моим ногам бутылку. Я дрожащими руками раскрутил ее и стал судорожно соображать, что же я дам за задание своей «жертве» или какой же я вопрос ей задам. Но все мои идеи и мысли выветрились, когда горлышко чётко указало на Тэхена. Хоби-хен издал какой-то непонятный звук ликования, после чего Юнги-хен «заботливо» пожелал ему не сдохнуть. Это отступление дало мне время подумать и решить, что я должен взять себя в руки. — Правда или действие? — спросил я у Тэхена, изо всех сил стараясь выглядеть невозмутимым, хоть и давалось мне это с трудом. — Правда, — глядя мне прямо в глаза, ответил Тэхен. Я кивнул и задумался. О чем же спросить? «Спроси о том, что тебя волнует сейчас. Тебя что, всему учить надо? Реально мелкий и глупый!» Джо был прав. Но не могу же я спросить о таком при всех? Это же… личное. И все же, я должен это сделать. Иначе я так и останусь в неведении и просто сойду с ума. — Если ты кого-то целуешь и бываешь с ним близок, — неуверенно начал я, готовясь рассыпаться в песок от волнения и страха, — много ли это для тебя значит? Лицо Тэхена неуловимо изменилось, выражая степень его удивления моим вопросом. Но удивлены были все. Хоби-хен не стал бурно реагировать, Джун-хен внимательно следил за Тэхеном, Чимин и Югем, казалось, вообще потеряли жизненный ориентир, смотря на меня так, словно я вызвал злого духа, Юнги улыбался так, как будто понимал и знал больше, чем мы думаем, и я стал подозревать, что так оно и есть. Джин-хен выглядел грустным и этот его тяжёлый взгляд на свою банку пива оставил неприятный осадок у меня в душе. Если ему нравится Тэхен, то ему наверняка больно слышать подобный вопрос. Ведь это отсылка и к их отношениям. Ему явно есть о чем вспомнить. «Мне кажется или все поняли суть ваших с Тэхеном отношений? — задумчиво поинтересовался Джо, а я только сейчас понял, что такой вопрос с моих уст не мог ведь прозвучать просто так. Господи, что я натворил?! — Я отказываюсь отвечать, — добил Тэхен, отвернувшись от меня и беря бутылку в руки. — Я же кручу? В ответ на положительный кивок Джун-хена он раскрутил бутылку и… — Мне уже надоело играть. Скучно, — заявил вдруг Юнги, показательно зевнув. На удивление всех остальных, его поддержал Хоби-хен. — Да, что-то уже неинтересно. Давайте петь, танцевать… — И пить, — закончил Юнги, подмигнув ему. Чимин ревностно оглядел их обоих и фыркнул. — И все? А я думал, будут всякие непристойности с высоким рейтингом, поцелуи в губы или… — Тебе что, засоса на шее мало было? — Юнги схватил его обеими руками за грудки и притянул к себе, оставляя лишь сантиметр между их лицами. — Так я могу тебя и в губы поцеловать или засосать по самые гланды, коль ты такой ненасытный. Чимин, красный, как рак, оттолкнул его от себя и, обидевшись, отвернулся. Югем, сидящий, рядом со мной с другой стороны, ткнул меня в бок, и мы оба хихикнули. Весело наблюдать за отношениями ЮнМинов. Так хотя бы не вспоминается неловкость, вызванная моим вопросом и отказом отвечать Тэхена. Почему он отказался? Неужели я ему настолько безразличен или ему и впрямь пофиг? — Тогда чем займёмся? — спросил Джун-хен. — Может, на этот раз уже в карты поиграем? — невинно хлопая глазками, в надежде казаться милым, предложил Чимин. — Если на раздевание, я согласен, — вполне серьёзно отозвался Юнги-хен. — Боже, хватит вести себя так, будто у тебя недотрах или сперма в мозг прилила! — разозлился уже Чимин, стукнув вдобавок кулаком в плечо. — Какой ещё недотрах? Мы же с тобой ещё вчера… — Вот именно, Юнги! — зашипел Чимин. — Помни о вчерашнем и веди себя прилично. Джин-хен горестно выдохнул. — Вы можете хоть на людях не быть такими пошлыми? Бесите уже! — Лично я не могу, — ответил Юнги, собственнически кладя ладонь на бедро Чимина и сжимая его. — Тем более, когда мой Чиминни рядом со мной. Джину осталось лишь снова зафэйспалмить эту ситуацию. Решено было поиграть в «Дурака» на выбывание. Мы сели обратно за стол и Чимин с видом заядлого карточного шулера стал раздавать карты. Игра была весёлой и шумной, пока я не проиграл. Как самый лошковый лох из всех лохов, я проиграл самым первым и, разумеется, выбыл из игры. — Пф-ф-ф, лошара! — кинул мне вслед Юнги-хен, когда я сел на диван и надулся в обиде. — Чтоб следующим был ты! — огрызнулся я в ответ. — Только в твоих снах, — расхохотался Юнги, самодовольно отбив трефового валета Джин-хена дамой. «Не хватало его ещё во снах видеть!» — буркнул обиженно Джо, и это, наверно, первый случай, когда эта сволочь в моей голове была на моей стороне. «Ничего, что я все это слышу, и мне не очень нравится обращение «сволочь»? — с сарказмом спросил он. Нет, ничего, — подумал я в ответ, на что Джо просто фыркнул. Но следующим был Тэхен. Это было так странно, ведь я и не думал, что он прошляпится так быстро. — Тупая игра, — сказал он, сев рядом со мной на диван. На краю сознания мелькнула мысль, что он мог бы сесть и на кресло, которое так любит, но он почему-то решил сесть со мной. И близко так, что я взволновался. — Д-да, — кивнул я, лишь бы уже хоть как-то отреагировать, — особенно, когда ты лох и проигрывать — твоя судьба. Я неловко улыбнулся. Но шутка, видимо, не зашла, потому что на лице Тэхена не обозначилось и подобия улыбки. — Не совсем. Просто я проиграл специально, — пояснил он. — Оу… — вначале я сделал вид, что понял его, но потом понял, что не понял, и решил уточнить. — А зачем? Тэхен неожиданно закинул руку на мое плечо и прижал к себе, отчего я оказался слишком близко к нему. — Чтобы уделить время тебе и не игнорировать тебя, как ты и хотел, — прошептал он мне в ухо. Я оцепенел, не в силах хоть как-то отреагировать. Внутри меня случился настоящий взрыв из самых разных эмоций, где больше всех обозначалась какая-то необъяснимая радость. — Хен, — почему-то тоже прошептал я, находя эти перешёптывания между нами слишком интимными и двусмысленными, — отпусти меня. Мы выглядим странно… — А я ведь говорил, что мне плевать на мнение людей, — он ещё сильнее наклонился ко мне и обдал горячим дыханием мое ухо. — Но ведь я говорил, что… — И на это пофиг, жёнушка, — перебил он меня, а затем резко отпустил. Я отстранился и сел нормально. — Знаешь, тебе сейчас не стоит меня трогать, хен, — я серьёзно посмотрел на него. — Почему же? — удивлённо поднял брови Тэхен. — Потому! Я встал с места и пошёл на кухню, потому что Тэхен сейчас раздражал меня. «Кажется, минуту назад он тебя далеко не раздражал» — ехидно вставил Джо. Поскольку стол и стулья с кухни пришлось потащить в зал, чтобы все уместились, там негде было сидеть, а потому я облокотился обеими руками о столешницу и тяжело выдохнул. — Как же бесит! — пробурчал я, прикрыв глаза. И тут же распахнул их от неожиданности и едва сдержал крик, когда чьи-то руки обняли меня со спины и прижали к себе. «Чьи-то руки? Не думаю, что кому-то ещё ты сдался, чтобы так бесполезно использовать свои конечности» — заметил Джо. И да, руки могли принадлежать только одному человеку. — А мне очень хочется тебя трогать, Чонгукки, — Тэхен носом провёл по моей шее, заставляя меня вздрогнуть и буквально сойти с ума от своих ощущений. — Эй, т-ты что делаешь! — я попытался вырваться, но он навалился на меня сзади и я уткнулся животом в столешницу без возможности двинуться. — И ты не должен так сильно сопротивляться, — продолжал он говорить, заставив мое сердце трепетать. — Хен, — на удивление твёрдо смог произнести я, — отойди от меня. Тэхен несколько секунд молчал, и не думая отходить, но потом, видимо, передумал и отстранился. Я расслаблено выдохнул, потому что от близости с ним был слишком напряжён. Развернувшись к нему, я со всей своей обидой и злостью просмотрел на него. — Прежде чем прикасаться ко мне, определись для себя, имеет ли это для тебя значение, хен. «Молодец! Пять за то, что сказал это чётко, с интонацией и без запинки!» — издевался Джо, выбрав для этого не самое подходящее время. Ведь мне действительно стоило больших усилий сказать это так, чтобы прозвучало это серьёзно, а не просто как слова обидчивого мальчишки. Тэхен несколько секунд смотрел на меня ничего не выражающим взглядом, а затем развернулся и пошёл к выходу. Я мысленно ухмыльнулся. Неужели это тот случай, когда сбежать — лучший выход? И все стало в миг ясно. Я разочаровано выдохнул, глядя ему вслед и полностью расслабившись. Может, оно и к лучшему. Вот я и получил ответ на свой вопрос. Но я был порядком удивлён и даже шокирован, когда Тэхен, вместо того, чтобы выйти, закрыл дверь на защелку и повернулся ко мне. Обособленность от остальных парней почувствовалась уже иначе. Одно дело — когда мы просто в одной комнате наедине, и совсем другое — когда эта комната заперта. — Эй, хен, — начал я, совсем не понимая, к чему это, — что ты делаешь? Зачем запер дверь? Я совру, если скажу, что меня это не насторожило и даже не напугало. Но я также совру, если скажу, что это не заинтересовало меня. «Да, верно, это очень интригует. Ведь столько всего может произойти за запертой дверью. Не так ли, Чонгукки?» — Джо явно поймал волну веселья и уловил в происходящем что-то интересное для себя. «Как и ты, малыш, как и ты» — закончил он, и наверняка в реальности хищно ухмыльнулся бы. — Думаю, нам пора поговорить, — Тэхен подошёл ко мне, но обрадовало то, что на безопасную дистанцию. — Но почему ты запер дверь? — Чтобы нас не беспокоили. — Но там же парни и они… — Им явно не до нас. — А если кто-то захочет воды или ещё пива? — Там все есть. — А если они… — Ты можешь просто заткнуться?! — довольно грубо обрубил меня Тэхен, и я, конечно же, тут же заткнулся. Пауза, которая наступила после этого, стала напрягать. Неуютно было даже Тэхену, судя по тому, что он смотрел себе под ноги, не решаясь смотреть на меня. — Ты вроде как хотел поговорить, хен, — начал я, чтобы уже хоть что-то сказать. — А ты вроде как должен был заткнуться, — слегка засмеялся Тэхен. И я не смог обидеться на это, потому что смеялся он вполне нормально, а не издевательски. — Но ты молчал, вот я и решил заговорить сам… — Да понял я, мелкий, — успокоил он меня. — По правде говоря, я просто не знаю, как начать. Он выглядел таким растерянным и взволнованным, когда говорил это, что я умилился. «О, да, это же 50 оттенков Ким Тэхена. Не будь такой же вялой сучкой, как эта Анастейша. Ты ж мужик? Вот и веди себя как мужик! Умиляется он тут…» — разозлился Джо, и мне пришлось вспомнить, что я мужик, а Тэхен — это Тэхен. — Тогда начну я, — уверенно произнёс я, удивляясь этому и сам. Удивился, впрочем, и Тэхен, что посмотрел на меня изучающе и с долей насмешки. — Ты не ответил на вопрос, который я задал в игре, — напомнил я, и всю самоуверенность с лица Тэхена как ветром сдуло. — Для тебя и правда все, что было, ничего не значит? Ты всерьёз решил на все забить? Думаешь, что так можно поступать с людьми? Что я это заслужил? Решил, что мои чувства не в счёт, а важно лишь то, что чувствуешь ты? Отвечай, Ким Тэхен, иначе я тебе врежу! Я вложил в эту речь все свои чувства, все свои переживания и эмоции, которые так долго копились во мне. Я так давно не был настолько открыт с кем-то, что сейчас чувствовал себя голым, так как выставил перед ним всю свою душу. Тэхен выглядел так, будто на него свалилась вся скорбь этого мира. Растерянность, удивление, смятение и смущение — все это ясно отпечаталось на его лице и читалось в глазах. Он затравленно смотрел на меня, превратившись в моих глазах из всегда уверенного в себе и язвительного Ким Тэхена в милого и смущённого мальчика, что потерялся в этой жизни. — Не смотри на меня так, хен, — тихо сказал я, почувствовав себя уставшим и выдохшимся. — Просто ответь. — Я уже даже забыл, что я вообще хотел сказать, — признался Тэхен, неловко почесав макушку и выглядя так мило, что меня уносило не в те дали. «Не те дали — это голубые дали? Ну, тогда все понятно. Спасибо, что пояснил» — я бы убил Джо, если бы была такая возможность. — Тогда ответь, — снова попросил я, умоляюще глядя него. — Мне уже так надоело злиться на тебя, хен. Я просто хочу понять тебя. И себя… себя я тоже хочу понять… Тэхен перестал вести себя, как нашкодивший котёнок, и взглянул на меня уже так, как смотрел всегда — глазами уверенного в себе, сильного человека. — Ты хочешь понять меня, Чонгук? — он сделал шаг ко мне, заставив меня съёжиться от этой смены обстановки — ведь даже воздух показался мне напряжённым и удушающим. — Неужели это так трудно? Неужели нужно быть настолько недалёким, как ты, чтобы понять меня? Я мог лишь непонимающе хлопать глазами. Ведь я действительно не понимал, о чем он. — Я должен ответить на твой вопрос? — он истерически засмеялся, делая ещё один шаг ко мне. — Кто я, по-твоему? Парень, который настолько изголодался без секса и отношений, что готов соблазнять всякого, кто утверждает, что он натурал? Я что, похож на того, для кого совсем не значит, кого ему целовать и с кем засыпать в одной кровати? Похож на того, кто разрешает жить в квартире бесплатно каждому, у кого нет возможности за неё платить? Я выгляжу человеком, для которого неважно чьей зубной щёткой чистить зубы? Я похож именно на такого человека? Он подошёл ко мне вплотную и грубо схватил за плечи. — Если я похож для тебя на такого человека, Чон Чонгук, то ты просто тупой дебил, — тихо произнёс он, смотря мне прямо в глаза и гипнотизируя меня ими. «Тупой» и «дебил» в одном предложении — это очень сильно. И видимо, реально, и то, и другое — это о тебе» — пояснил для особо тугодогоняемых (читать: для меня) Джо. Я беспомощно смотрел на Тэхена, не зная, что сейчас сказать, как отреагировать и что вообще мне теперь делать. Моя вспышка агрессии издала протяжный предсмертный вопль и канула в лету по сравнению со вспышкой Тэхена. — Имеет ли для меня значение все, что было? — спросил Тэхен, не сводя с меня глаз. — Да, имеет. А теперь ответь и ты сам себе: имеет ли это значение для тебя? Почти что прорычав это, он резко отпустил меня и, отворив дверь, вышел, оставив меня со стойким ощущением того, что я начинаю деградировать. «Ты напоминаешь главного героя фанфика, который пишет разочарованная своей жизнью фанатка слэша» — хихикнул Джо. Если это так, то я бы хотел попросить ее иначе распределить роли в этом странном фанфике (прим. автора: не в этой жизни, Кукки. Прости). Через несколько минут на кухню вбежал Югем и, увидев меня сидящим на корточках и облокотившимся о дверцу шкафа, подбежал ко мне и сел рядом. — Что случилось? Что с тобой? — обеспокоено начал спрашивать он, подняв мою голову аккуратно за подбородок. — У тебя что-то болит? — Сердце, Югем, у меня болит сердце, — уныло ответил я, снова повесив голову. — Сердце?! — ужаснулся Ю. — У вас есть что-то для сердца? Надо сбегать в аптеку… — Угомонись, Ю, я пошутил, — рассмеялся я, схватив вскочившего на ноги друга за руку и опуская обратно на один уровень с собой. — Просто я немного устал… — Это не смешно, Кукки! — насупился обиженно Ю. — Я за тебя переживал, между прочим! Юнги-хен ещё не пускал меня на кухню и я вообще испугался, когда вы с Тэхеном долго не появлялись. — Что? — тут же насторожился я. — Юнги-хен тебя не пускал на кухню? Югем усиленно закивал головой. — Да, он сказал, что вы с Тэхеном готовите сюрприз для Хоби-хена и что вам лучше сейчас не мешать. Что за сюрприз? И почему ты мне об этом не сказал? И вообще, что ваш подарок делает на кухне? От многочисленных вопросов Ю у меня закружилась голова. Во-первых, я готов был убить Юнги за самодеятельность. Во-вторых, Тэхена, из-за которого я в это глупое положение и попал. В-третьих, Хоби-хен наверняка слышал об этом и теперь без подарка ему не обойтись. — Ю… — покачал я головой от досады, — давай потом. Я так устал. Я поднялся с места и вышел с кухни. Югем пошёл следом за мной. Войдя в гостиную, я тут же наткнулся на многозначительную ухмылку Юнги-хена, светящееся восторгом и предвкушением лицо Хоби-хена, недоумение Джуна и Чимина. Но больше всего меня удивил серьёзный взгляд Джин-хена, которым он на меня смотрел. Это было впервые, чтобы он так реагировал на меня и я немного испугался. Потому что это совсем непохоже на доброго Джина, которого я до сих пор знал. Сейчас я видел в нем взрослого парня, который был слишком серьёзным для всей этой суеты вокруг. Но тем не менее, он тут. И я только сейчас понял, насколько это удивительно. А потом я вспомнил фразу Юнги-хена, когда он проболтался, что Джин-хен пришёл сюда ради кого-то. И все удивление прошло. Ведь понято же, что он ради Тэхена сюда пришёл. Чему удивляться-то? Но почему тогда он так смотрит на меня? «А ведь прозрение и просветление ума — явно не о тебе, тупое ты создание» — горестно выдохнул Джо, никак не пояснив столь таинственную фразу. — Я и не знал, что вы мне подготовили сюрприз, Чонгукки! — Хоби-хен сорвался с места, чтобы обнять меня, но его, к счастью, удержал за руку Намджун-хен, со словами «хватит с тебя объятий сегодня, на год наобнимался». «Пф, интересно, поверит ли это нелепое дитя в то, что ты тоже об этом не знал?» — лукаво фыркнул Джо. Я натянуто улыбнулся, а затем перевёл взгляд на Юнги-хена, пытаясь глазами выразить то, насколько он близок к смерти. Тот лишь изогнул губы в своей извечной ухмылке и приподнял бровь, всем видом давая понять, что он будет жить и умрет явно не от моей руки. Затем я беспомощно посмотрел в сторону Тэхена, но он выглядел абстрагированным от общества и от меня, в частности, так как явно не думал на меня смотреть. В итоге помощи мне ждать неоткуда, а Хоби-хен почему-то в ожидании гребанного сюрприза смотрит именно на меня. — А вы уже закончили играть? — предпринял я попытку отвлечь хенов. — Уже давно, и я выиграл! — горделиво ответил Чимин, выпятив грудь, разве что, без золотой медали на ней. — Ну да, кто бы сомневался, жулик, — пробурчал я себе под нос. Хотя прекрасно понимал, что несмотря на то, что выглядит Чимин недалёким, он очень продуманный, и в карты выигрывает честно. От чего мне, в принципе, легче не становилось — ведь я, хоть и слыл, вроде как, парнем умным, в картах и прочих подобных играх был настоящим лузером. — Так что за сюрприз вы мне подготовили? — со сверкающими от счастья глазами спросил Хоби-хен, нетерпеливо ёрзая на своём месте. Я почувствовал, как начинаю паниковать. И ощущал я себя черепахой без панциря, ведь совсем не знал, как сейчас быть. Я беспомощно оглядел всех хенов и с огромной печалью заметил, что все теперь готовы посмотреть на мое фиаско. Мне показалось, что все, кроме наивных Югема и Чимина и, по-видимому, отупевшего в свой день рождения Хоби-хена, поняли, что никакой сюрприз мы с Тэхеном на кухне не готовили. Они прекрасно всё понимали, но никто ведь не упустит возможности постебаться над ближним своим. И лишь в глазах Югема я видел искреннее сочувствие, так как он видел мое волнение, но мое положение от этого лучше не стало. — Ну, вообще… — начал я, чудом сумев собраться и даже нацепить на лицо благодушную улыбку, — мы очень долго с хеном думали, что же подарить Хоби-хену, и… — И надеюсь, вы выбрали в качестве подарка приватный танец? — вставил вдруг Юнги, за что тут же схлопотал с обеих сторон от Чимина в живот кулаком и от Джин-хена — по башке. — А что? Я бы посмотрел… — Я бы тебе глаза выколол! — тут же разозлился Чимин. Пока эти двое тихо переругивались под тяжёлым взглядом Джин-хена, я решил продолжить. Юнги-хен, сам того не подозревая, подкинул вполне неплохую идею с танцем. «Ты собрался танцевать приватный танец?!» — в ужасе воскликнул Джо. — «Я к такому позору ещё не готов, чтобы ты знал!» — Не совсем приватный… — поскорее поправил я, — но да, это танец. Вернее, танец и песня. А ещё точнее, я буду петь, а Тэхен-хен — танцевать. Я бы хотел сейчас сфотографировать Тэхена. Было бы очень эпично — запечатлеть выражение его лица. Он резко повернулся ко мне и уставился на меня распахнутыми во весь упор глазами и открытым ртом, выглядя при этом до коликов в животе смешно. «М-да, миниатюра — я у мамы долгопят (прим. автора: хищный примат, выделяющийся очень выпученными глазами)» — восхитился Джо. Не преминул оценить это зрелище и Юнги-хен, ляпнув что-то вроде «каков красавец!», а затем просто заржав, не выдержав. Впрочем, его поддержали и все остальные. — Вы будете петь и танцевать? — переспросил Хоби-хен, который, видимо, не поверил в привалившее ему счастье. «Счастье? Он просто не может поверить, что на своё двадцатиоднолетие вынужден смотреть, как ты бестолку будешь напрягать свои голосовые связки, а Тэхен также бестолку будет трясти своими костями. Это, по-твоему, счастье?» — не забыл вмешаться Джо. Думаю, я бы назвал его пессимистом, если б кто спросил. «А вот я бы назвал себя реалистом и добавил бы ещё маленькую оговорочку — мизантроп» — фыркнул он. И да, тут стоит согласиться с ним. — Да, — кивнул я. — А что вы будете петь и танцевать? — снова широко улыбаясь, спросил уже двадцатиоднолетний хен. И тут я завис, потому что ещё не решил, что именно мы будем исполнять. Я повернулся к Тэхену в надежде, что он что-то придумает. Он, тем временем, подошёл уже ко мне, осознав, что от «вручения подарка» ему никуда уже не деться, и встал рядом с самым безучастным видом. — Что мы будем исполнять? — сквозь зубы процедил я, улыбаясь для остальных и незаметно пихая его в бок. — Ты же у нас гений импровизаций, судя по всему! Вот и думай сам! — рявкнул он тихо, чтобы лишь я его услышал. И я услышал и отчаялся. Но, задумавшись, я вспомнил одну из своих любимых песен. — Мы… я спою песню shinhwa — perfect man, а Тэхен-хен, я, надеюсь, не забыл танец, который мы репетировали, и сможет станцевать? Я повернулся к Тэхену с победным видом. Песню я знал наизусть и спеть ее смогу без проблем, а вот танец к песне сложный… и я это прекрасно знал. Тэхен обозлённым волком смотрел на меня, явно давая понять, что он не знаком с этим танцем. — Конечно, я не забыл, — все же улыбнулся он, повернувшись к «зрителям». — Ва-а-а-а, я так люблю эту песню! — чуть ли не хлопал в ладоши Хоби-хен. А я готов был сдохнуть прямо на месте, потому что петь я готов нихрена не был. Я очень люблю петь для самого себя, но никогда не пел перед кем-то. Это ведь смущает. — Кукки шикарно поёт! — ну спасибо тебе, Ю! Он, в ожидании нашего выступления, смотрел на нас и я решил, что ради него и счастливого Хоби-хена можно и постараться. — Ты готов? — полуобернулся я к Тэхену, что уже принял позу, встав позади меня. — Конечно, блин, я готов, — прорычал Тэхен. Глубоко вдохнув, я тоже выпрямился, постарался придать лицу хоть чуть-чуть более уверенный вид и начал щёлкать пальцами, задавая песне ритм… Понеслась! Когда я на высокой ноте закончил петь, то понял, что я справился просто шикарно. Это было видно по восхищённым лицам всех хенов и Югема. Они все удивлённо смотрели на наше выступление, не смея издать и звука. — Вот это неожиданный пиздец! — первым выразил восхищение Юнги-хен, игнорируя возмущённое шиканье Джин-хена. — Я и не ожидал, что это будет так потрясно! — улыбнулся одобрительно Джун-хен. — Вы что, и правда репетировали? — удивлённо спросил Джин. — А ты думал, мы там отношения выясняли? — фыркнул Тэхен, выйдя вперёд и поравнявшись со мной. Он тяжело дышал и был весь такой растрёпанный и лохматый. Я совсем не видел его танец, так как он был сзади меня, но судя по его виду, выложился он на полную. И мне жаль, что мне не довелось это увидеть. Ведь «зрители» довольны явно не только моим вокалом… Джин-хен на его многозначительный выпад не отреагировал, а лишь похвалил скромным «молодцы!». И пока свои слова восхищения говорил Югем, Чимин вдруг воскликнул: — Тэхен танцевал совсем не тот танец! Связки были не те. Мы в колледже танцевали его… — Да какая разница? — вмешался Хоби-хен, встав с места и направляясь прямо к нам. — Вы были великолепны. И я хочу вас обнять. В знак благодарности. Не дав нам опомниться, он резко прижал нас обоих к себе, ухватив за шеи и ткнув нас лицами в свою грудь. — Тэхен, ты реально танцевал совсем не тот танец, — по-доброму усмехнулся он, говоря это тихо, чтобы никто не слышал, кроме нас. — Я как-то заучивал его… — Но я же не заучивал, хен! — обиженно просипел Тэхен, насколько это было возможно в его положении. — Зато ты, солнышко Чонгук, справился отлично! — проигнорировал Хоби-хен Тэхена. — Тебе бы стать айдолом, был бы очень популярным. — Эм… спасибо, хен, — мой голос тоже прозвучал глухо, так как я все ещё был ткнут носом в пахнущую приятными духами могучую грудь Хоби-хена. Когда он нас выпустил, мы ещё несколько секунд не могли отдышаться. «М-да, а ты выкрутился, мелкий засранец!» — недовольно выругался Джо. — «Но я ещё помню, что ты по жизни — неудачник». Время перевалило за одиннадцать часов ночи. За это время никто не пил, что очень радовало. Вместо этого мы просто разговаривали, делясь истериями из прошлого и планами на будущее. У многих из нас оказались общие интересы. Например, Джун-хен и Хоби-хен тоже любят те же жанры фильмов, что и я. А Чимин, Югем и Тэхен нашли друг в друге фанатов «Звёздных войн». Джин-хен и Юнги-хен познакомились как раз благодаря их любви к Фредди Меркьюри, несмотря на то, что они сами очень разные. И было так хорошо просто обсуждать все это, не думая ни о чем, что совсем не хотелось заканчивать и возвращаться в суровый реальный мир. Ведь тут, в кругу друзей, казалось, что жизнь прекрасна и что нет никаких проблем. Но когда Джин-хен решил, что всем уже пора домой, жизнь снова стала унылой и серой, напоминая, что проблемы есть всегда. — Да, уже поздно, — кивнул Джун-хен, соглашаясь с самым старшим и ответственным хеном. — Давайте уже по домам. — Как по домам? — «свалился» с небес на землю и Юнги-хен. — Мы же даже не напились ещё. — Напьёшься дома, — рассмеялся Джун-хен. — Дома мама не одобрит… — пропыхтел обиженно Юнги-хен. — Мама не одобрит? — передразнил его Хоби-хен. — Чувак, да ты крут, если тебя это волнует. — Меня это не волнует, — закатил глаза Юнги-хен, — это волнует мою маму, которая кинет в меня шваброй, если увидит меня пьяным. Да и спать зимой на улице — не комильфо. — У-у-у, — сочувственно протянул Хоби-хен. Эти двое поладили как-то незаметно. Подозреваю, что не заметили этого и они сами. Но сейчас они общаются так, будто всю жизнь друг друга знали. И лишь Чимину нравилось это все меньше и меньше. Хотя это никого не волновало. Джун-хен и Джин встали с дивана первыми, давая пример и остальным. — Ребята! — торжественно начал Хоби-хен, напомнив этим самое начало этого вечера. — Я вам всем так благодарен за этот день! Вы даже не представляете, как я тронут! Все мы это прекрасно понимали, видя чётко отпечатанное на лице Хоби-хена счастье. Когда все дружной гурьбой прошли в прихожую, Джун-хен сразу же указал на упаковку в красной обертке. — А это что? — О! — Джин-хен тут же подорвался с места и взял упаковку в руки. — Это подарок от меня. Он вручил его по-детски обрадовавшемуся подарку Хоби-хену, и тот поспешил его открыть. — Конь? — удивился Джун-хен. Все недоуменно рассматривали небольшую, но довольно увесистую статуэтку чёрного коня. И я понял по гравировке, что этот конь не дешёвый, и надеялся, что Хоби-хен это оценит. — Это намёк на то, что он похож на коня? Он, конечно, ржёт, как конь, но… Все мы повернулись к Чимину и осуждающе взглянули на него. — Что? Так сказал бы Юнги, если бы они с Хоби-хеном вдруг не подружились! — он бросил обиженный взгляд на удивлённого не меньше остальных Юнги. Ревнивый Чимин меня немного пугает. — Этот конь сделан по заказу в Шанхае и я надеюсь, что тебе он нравится. Лично я им восхищён и… — Да, мне очень нравится! — кивнул Хоби-хен. — Спасибо огромное. Все мы впали в ступор, когда его глаза вдруг увлажнились и он поспешил протереть их рукавом кофты. — Эй, что за нюни?! Я думал, ты мужик! — Юнги-хен ободряюще хлопнул его по спине. — Господи, тебе же не предложение сделали! Никто больше ничего не сказал, чтобы не обострять. Хоби-хен и сам быстро пришёл в себя. — Я на самом деле очень вам всем благодарен, парни. Он первым подошёл к вешалке и, сняв оттуда свою куртку, начал одеваться. Чтобы развеять неловкость, одеваться стали все. — Чуть не забыл! — ударил себя по лбу Юнги, когда надел свою куртку. Он вытащил с ее кармана какой-то конверт и вручил его Хоби-хену. — Мы с Чиминни тебя ещё не знали и понятия не имели, что дарить незнакомым людям, поэтому дарим тебе абонемент в самый лучший развлекательный комплекс в Сеуле. Там на месяц всего лишь, но эти воспоминания останутся на всю жизнь. Это я тебе гарантирую. Мы там с Минни были и там очень здорово. Я не знаю, что меня удивило больше — несвойственная Юнги многословность или вновь ставшие влажными от слез глаза Хоби-хена. — Эй! Из-за вас я снова расплачусь, как баба! — недовольно воскликнул он, вновь стирая слезы. — Я же и не думал, что будет так… я вообще не ожидал…, а вы… — Когда мы вчера с Тэхеном вручили ему приставку, о которой он давно мечтал, он и то не плакал, — задумчиво произнёс Джун-хен. — Что с ним не так? — Вы — это вы! Вы мои друзья. А они… — А мы тоже теперь твои друзья! Вот так вот! — воскликнул неожиданно для всех Чимин. Который, вроде как, не был очень-то благодушно настроен к Хоби-хену до сих пор. И тут напор слез сдержать не удалось. Мы все вместе дружно успокаивали Хоби-хена минут десять, а мне потом ещё пришлось успокаивать в отдельном порядке чрезмерно чувствительного Югема. — Слушай, японец, — привлёк к себе внимание Ю и всех остальных Юнги-хен. — Не хочешь прогуляться? — Зачем? — отреагировал я быстрее Югема. — Пусть проводит нас до остановки, проветрится, — улыбнулся Юнги-хен. Я узрел в этой улыбке намёк на что-то другое. — Но мне надо убрать со стола, — неуверенно начал отнекиваться Югем. — Да потом уберешь, — Юнги-хен бесцеремонно подтолкнул его к вешалке. — Одевайся давай. И пока Югем опасливо надевал на себя куртку, Юнги-хен повернулся ко мне, затем к Тэхену, и подмигнул нам обоим. Кровь мгновенно прилила к моему лицу от смущения, а посмотреть на реакцию Тэхена я вообще испугался. — Чонгук, приходи завтра в наш магазин, — улыбнулся мне Джин-хен, подойдя ко мне. — Я бы хотел с тобой кое о чем поговорить. — Хорошо, хен, я приду, — кивнул я, тоже улыбаясь, ведь мне нравилось в спокойном и уютном магазинчике семьи Джина и я с радостью вернусь туда. — Я буду ждать тебя, Кукки, — сказал Джин-хен и принялся надевать на себя шапку, смотрясь в зеркало. Когда все уже были одеты и толпились у двери, началось время прощаний и благодарностей. — Я никогда не забуду этот день рождения, парни, — уверенно заявил Хоби-хен. — Это потому что мы не напились, — ухмыльнулся Юнги-хен, заставив всех рассмеяться. — Не будем прощаться так, будто никогда не увидимся, — сказал Джун-хен. — До встречи? — До встречи! — поддержали все остальные. — Это слишком слащаво, — сморщился Юнги. — Давайте уже просто свалим. Югемми, и ты не отставай. Он первым вышел за дверь, потягивая за собой бедного Ю одной рукой и Чимина — другой. — Завтра увидимся, — кинул мне на прощание Чимин, прежде чем скрыться за дверью. — Спокойной ночи, жёнушка Тэ и, собственно, сам Тэ! Я люблю вас, ТэГуки! — Хоби-хен послал нам воздушный поцелуй и его тут же потащил за собой на выход Джун-хен, закатив глаза. — Пока, парни, — нормально попрощался он и закрыл за собой дверь. Мы с Тэхеном остались в полной тишине и лишь вдвоём. Давненько мы не оставались с ним наедине. И я почувствовал, как я слишком взволнован тем, что это-таки произошло. Я неуверенно повернулся к Тэхену, который, как и всегда, стоял позади меня. — Честно говоря, я немного не понял Юнги-хена, — начал я, неловко почесав затылок. — Зачем он увёл Югема? — Чтобы мы остались вдвоём, — ответил Тэхен, и подобная прямолинейность выбила с меня весь дух. — З-зачем? — ко мне вернулось привычное заикание. Привычное в присутствии Тэхена, стоит уточнить. — Ты задаёшь много вопросов, мелкий, — бросил Тэхен, а затем развернулся и пошёл в гостиную, и я пошёл за ним. Он подошёл к вазе с фруктами и взял оттуда большой апельсин. Перекидывая его из одной руки в другую, он поднял взгляд и посмотрел на меня. — Что за фигня была с нашим «подарком» Хоби-хену? — спросил он. — Это не я! — тут же начал я оправдываться. — Это Юнги-хен придумал как отговорку, из-за того, что мы заперли дверь на кухне. — Как отговорку? Для кого? — прищурился Тэхен, снова перекинув апельсин. — Д-для Югема… наверное, — нервно косясь на цитрус, ответил я. — Вот как? — протянул Тэхен. — Но ведь про песню и танец Юнги-хен ничего не говорил… Я поёжился, когда он сделал шаг ко мне. Обычно этот жест ничем хорошим для меня не заканчивался. «С каких пор близость с Тэхеном стала для тебя чем-то нехорошим?» — неожиданно проснулся Джо. — Мне нужно было что-то придумать, ведь Хоби-хен так ждал сюрприза… — Но почему ты решил так подставить меня с этим гребанным танцем? — ещё один его шаг и я нервно сглотнул. — Слушай, что бы там ни было, все ведь хорошо прошло и мы выступили отлично, — я постарался засмеяться уверенно, но напомнил себе барашка на заклании с этими неловкими звуками, что «извергало» мое горло. — Это было ужасно! Ты пел без музыки, а я танцевал совсем не тот танец. Ты не понимаешь, что мы облажались? — повысил голос Тэхен и я вздрогнул, потому что в этот же момент он подошёл ко мне уже близко. Он резко кинул апельсин мне и я успел сориентироваться, поймав его. Я недоуменно опустил взгляд на оранжевый фрукт, а затем вновь поднял его на Тэхена. — Но это все фигня… Юнги-хен дал нам время не для этого. Он улыбнулся и эта милая улыбка совсем не подходила к атмосфере, которую он сам только что и создал. — А для чего тогда? — недоуменно спросил я, не отрывая глаз от его лица. — У нас есть не больше двадцати минут, чтобы окончательно понять, что значит для нас обоих все, что между нами было, Чонгукки. Я вскинул брови в удивлении, потому что подобного совсем не ожидал. — Но мы же… Он резко завёл руку мне за голову и притянул к себе за шею. — Просто заткнись, Кукки, — прошептал он, глядя мне в глаза, а затем оттолкнул меня к стене и приник своими губами к моим, не давая и шанса сопротивлению.