Как я выжил с соседом

Прежде чем вы начнёте читать, позвольте мне сказать кое-что… Я не писала продолжение к этой работе больше двух лет и знаю, как многих разочаровала этим. Я знаю, что такое ожидание и как тяжело бывает дождаться главы на фанфик, который очень нравится. И если говорить об этом, то я все ещё в шоке от того, как много читателей у «Соседа…». Я начинала писать эту работу, совсем не ожидая успеха и не надеясь на вашу поддержку, но вы смогли меня вдохновить. Эти два года, в которые я испытывала муки совести, я все не могла найти то самое вдохновение, ведь моя жизнь так круто поменялась. Но сейчас, когда я «дозрела» до новой главы, я абсолютно не знаю, как все будет. Я жутко боюсь нажимать на «опубликовать». Потому что совсем не уверена, что написала то, что вы так хотели прочитать. Ведь столько воды утекло. Возможно, у меня изменился стиль, возможно, вообще утерялся навык фикрайтерства, а возможно, и вы уже забыли моих персонажей и даже сюжет… Но я искренне хочу верить, что я смогла оправдать ваши ожидания, что не разочаровала вас. И даже если разочарую, прошу прощения. Мне правда жаль, что вы не нашли тут то, что искали. Я очень старалась. Даже пересилила себя и написала нцу, за которую никогда раньше не бралась. Но я вняла вашим просьбам и попыталась это сделать. Наверняка у меня не очень вышло, так как нца — это явно не мое, но я так хотела обрадовать вас и, надеюсь, удалось хоть на 30%. В общем, ребятки, встречайте ВиГуков в новой главе «Соседа…» и давайте сходить с ума вместе с ними)) Люблю вас всех! Всегда ваша Кая. Я всегда думал, что живу нормальной жизнью, что со мной происходит так много интересного и приятного. Но как же я ошибался на этот счёт. Потому что-то, что происходило со мной до этой ночи — простое и незначительное. А происходящее сейчас возносит меня до небес, до всех пределов блаженства. Я ощущаю нежные губы Тэхена и его сильные руки на своём теле, чувствую его сильное сердцебиение, слышу его частое и прерывистое дыхание, вижу его — такого растрепанного, но до ужаса красивого… И не могу понять, чему я сопротивлялся все это время. Кажется, у меня изначально не было шансов противостоять этому парню — я влюбился в него, по-моему, ещё в самый первый день. Потому что бесконечно обаятельный и притягательный Ким Тэхен не мог не завлечь меня, такого наивного и неопытного, в свои сети. А я и позволил. Сам лично полез в эту ловушку и теперь таю от ласк своего личного демона. И ведь не жалею ни о чем… — Ты такой… шикарный на вкус, Чонгукки, — прошептал внезапно Тэхен, прервавшись от выцеловывания моей груди и глядя на меня снизу вверх глазами, сверкающими в тусклом свете настольной лампы. — Так бы и съел тебя… — Хен! — протянул я, тут же смутившись и прикрыв руками лицо. Это невыносимо. Как он может так поступать со мной? Я ведь итак с ума схожу он возбуждения, а он вот уже около шести минут лишь играет со мной, доводит до апогея всех моих чувств в данный момент и никак не приступит к делу. Он просто издевается! А ещё стыд этот, который вроде и не уместен сейчас, но давит изнутри, сжигает что-то и не даёт дышать. Так неловко. — Хен, давай уже, — блокируя все ненужное, едва ли не захныкал я, а затем потянулся руками к его волосам и зарылся ими в копну непослушных мягких волос, пропуская их сквозь пальцы, — я уже не могу… — Все не так легко, Чонгук, — Тэхен ластится к моим рукам, прикрыв глаза и наслаждаясь лёгким массажем головы, но голос у него достаточно серьёзный. — Я уверен, что с теми девушками ты даже не спал. Это ведь, по сути, твой первый раз и мне нужно быть аккуратным. Я не хочу причинить тебе боли. Я был немного обескуражен его словами. Откуда он узнал, что с девушками у меня ничего не было? Хотя это сейчас явно неважно. Я не мог поверить, что в данный момент Тэхен может думать о том, как я себя буду чувствовать. Ведь он тоже наверняка возбуждён до предела и хочет меня, но думает о таких мелочах. — Я слишком сильно хочу тебя, Тэхен, чтобы думать о подобном. Мне не будет больно. А если и будет, я потерплю, потому что… — Черт! Ты даже не представляешь, чего мне стоит сдерживаться рядом с тобой, Чонгук! Ты и вообразить себе не можешь, как я хочу тебя, как мечтаю войти в тебя и ощутить себя в тебе. Но также сильно я хочу, чтобы наш первый раз стал для тебя лучшим. Тебе будет больно. Уж я то знаю, что это такое, мелкий. Так что не зли меня и позволь мне подготовить тебя. Мои пальцы так и замерли в волосах Тэхена, а сам я ошарашено уставился на него, не зная, как реагировать на все услышанное. С одной стороны я был безумно рад, что он такой предусмотрительный, думает обо мне и моих ощущениях, но с другой… он даже не услышал меня. Я не тупой и тоже прекрасно понимаю, что в первый раз будет больно — без этого никак. Но я ведь сказал, что готов потерпеть, потому что сам уже хочу понять, что это такое — заниматься любовью с любимым человеком. — Ясно, хен, — мой голос задрожал от переизбытка эмоций. — И поэтому ты решил довести меня до исступления своими ласками и прелюдиями? От этого мне будет менее больно, да? Типа, затуманенный рассудок притупит ощущение боли и все такое? Здорово… Тэхен непонимающе смотрел на меня, его брови сошлись на переносице, выдавая его обеспокоенность и бурный мыслительный процесс. — Чонгук, я просто… — Что просто? Просто сделай это! Я хочу, чтобы ты сделал это, Тэхен. Не сдерживайся. И последние мои слова, проговорённые с придыханием, почти шепотом, сорвали у Тэхена все тормоза, потому что в его глазах вспыхнул чёрный огонь и в голове его явно не осталось места для ненужных размышлений. В одно мгновение Тэхен потянулся выше и буквально вгрызся в мои губы своими, кусая их поочередно и вылизывая, словно изголодался по ним, словно не мог насытиться их вкусом. И я, также постепенно теряющий рассудок, поддался ему, подчинился его бушующей воле, отдался во власть похоти и безумной страсти, утонул в ней с головой. Я вцепился руками в его плечи, впиваясь короткими ногтями в скользкую от выступившего пота кожу, наверняка оставляя на ней следы-полумесяцы. Притянул к себе Тэхена, желая ощущать его полностью, чтобы между нами не было ни миллиметра, чтобы наши тела стали единым целым. Мы горели в одном огне и я согласен был даже сгореть заживо. Тэхен прекратил терзать мои губы, опускаясь поцелуями ниже, ведя ими по линии челюсти, достигнув чувствительной кожи шеи. Его губы творили невероятное и я возбуждался все сильнее. Я ощутил, как вздрогнул Тэхен когда мой неожиданно вставший член упёрся ему в живот, и не смог сдержать самодовольной ухмылки. Пусть знает, как он на меня действует. — Мелкий, ты так сильно хочешь меня? — Тэхен оторвался от моей шеи, где уже наверняка расцветают алые цветы засосов, целые букеты, если судить по активности старшего. — Понятно ведь уже, хен, — на удивление самодовольно ответил я, также присосавшись к коже его шеи, не желая отставать в искусстве создания засосов. Совсем внезапно я перестал смущаться. Я вдруг понял, что все происходящее — правильно. Слишком правильно, чтобы стыдиться или чувствовать неловкость. Поэтому я расслабился и получал лишь удовольствие, отбросив все сомнения и опасения, полностью доверившись Тэхену. — Понятно, — почти прорычал Тэхен, а затем резко просунул руку между нашими разгоряченными и влажными телами и обхватил своими отчего-то прохладными пальцами мой член. Из моих губ сорвался первый стон — протяжный и звонкий. Тэхен же ухмыльнулся на манер Чеширского кота и стал двигать рукой, плавно проведя ею по всей длине, заставляя меня давиться воздухом от наслаждения и ерзать на кровати, требуя большего. Я сам стал подмахивать бёдрами навстречу руке Тэхена, чтобы лучше все ощущать, а он и рад — ускорился, заводя меня сильнее. Я надеялся, что я не кончу позорно раньше времени, потому что, кажется, уже был на исходе. Ведь такое — это явно не домашняя дрочка под дешевое интернет-порно. Это слишком прекрасно и слишком от этого кроет, мать его… Но счастью, меня хватило на слегка подольше, потому что Тэхен прекратил все также резко, как и начал. Он вдруг слез с меня и потянулся рукой к тумбочке, откуда достал небольшой тюбик, а также блестящую шуршащую пластинку. Спустя несколько секунд, когда Тэхен вернулся в исходное положение, меня осенило, что это смазка и презерватив. Уж слишком одаренным вундеркиндом быть не надо, чтобы это понять. — Это все время лежало у тебя в тумбочке? — ошалело спросил я, не сводя взгляда с вечных атрибутов горячего секса. Тэхен самодовольно хмыкнул. — Нужно быть готовым ко всему, Кукки. — И ты так тщательно был готов к… этому? — все ещё был ошарашен я. — Конечно, жёнушка, ведь наш секс был делом времени, — Тэхен обезоруживающе улыбнулся, а я так и остался хлопать глазами. — То есть как это? Ты, что же, изначально знал, что мы с тобой переспим? — Нет, конкретно об этом я лишь догадывался, хотя и была огромная вероятность. А знал я то, что наши чувства приведут нас к этому. Так что заранее подготовился. «С таким предусмотрительным парнем ты по жизни явно не пропадёшь», — одобрительно заявил Джо, который подозрительно молчал все время. «Я просто привык быть свидетелем того, что с тобой происходит, а если я останусь, то стану ещё и активным участником этого всего, так что я уже ухожу», — решил отчитаться мой внутренний голос, прежде чем кинуть меня наедине с моими разрозненными мыслями. И Тэхеном. — Ты… я просто в шоке, — проговорил я, но потом встретился с его глазами и добавил уже сбившимся голосом, — но, черт возьми, это так заводит… И в тот же миг я за затылок привлёк его к себе, вновь приникая к податливым губам. На этот раз мы столкнулись зубами и это было предсказуемо больно и нихрена не романтично, но мы все равно усмехнулись в губы друг друга. Тэхен во всю уже хозяйничал у меня во рту своим шустрым и, как выяснилось, умелым языком, а я обнял его крепко за шею и поерзал под ним, принимая удобное положение, и наконец ощутил и его возбуждение, упирающееся мне в бедро. Сказать, что я ужаснулся — это именно так и сказать. Кажется, Тэхен не зря так тщательно готовил меня и говорил, что мне будет больно. Потому что принять в себя его нехилое достоинство станет для меня подвигом. А я, кажется, только сейчас в полной мере стал осознавать, что меня ожидает. Уже совсем скоро нам надоели прелюдии в виде поцелуев и жарких прикосновений. Напряжение между нами нарастало с каждой секундой и сдерживаться было уже практически невозможно. Тэхен дрожащими от нетерпения руками, стараясь делать все быстро, открутил крышечку от тюбика и обильно выдавил прозрачный гель на свои пальцы. Все это время он избегал взглядов в мою сторону и я чувствовал его волнение. Но я и сам вдруг стал волноваться, завороженно следя за его действиями. Это ведь мой первый раз. И не только с парнем, но и вообще. А сейчас я понял, что прежней моя жизнь уже точно не станет. Я вовсе не боялся, но стал переживать о том, как все будет. — Чонгукки, — начал сбивчиво говорить Тэхен, все ещё не смотря на меня, а нежно касаясь губами кожи моего живота чуть ниже пупка, вызывая дрожь и, видимо, отвлекая этим меня, — сейчас тебе будет очень неприятно и, возможно, больно. Я буду аккуратным, но не могу обещать, что это поможет… — Хен, хватит, — я обхватил его голову руками и поднял так, чтобы он посмотрел на меня. — Я же говорил, что доверяю тебе и что не боюсь боли и неприятных ощущений. Давай не будем медлить, мне уже почти больно, хен… Тэхен на это ничего не сказал. Он улыбнулся сдержанно и потянулся за поцелуем, нежно касаясь моих губ своими. Этот поцелуй не был таким полным несдержанности и голодным, как все предыдущие. В него были вложены все наши нежные чувства друг к другу. Но спустя несколько секунд, когда время для нежностей, по-видимому, вышло, я ощутил, как в меня вошёл один палец, и не сдержал судорожного выдоха, который тут же столкнулся с губами Тэхена и затерялся у него во рту. — Прости меня, Кукки… — прошептал Тэхен, вводя палец глубже и начиная двигать им, растягивая эластичные стенки. — Ты такой узкий… Черт… Тэхен и сам не сдерживал тихих стонов, а ведь пока он работал всего лишь пальцами. И все же, я наслаждался его глубокими гортанными стонами — они прекрасно звучат наряду со сбитым дыханием. Мое тело пробила крупная дрожь, когда в дело пошёл второй палец. На этот раз я задергался, подсознательно пытаясь слезть с его пальцев и прекратить эту экзекуцию, но Тэхен шептал что-то успокаивающее мне на ухо, вылизывая и посасывая не в меру чувствительную — эрогенная зона номер один, блин — мочку, и этим слегка отвлекал меня от боли. А боль была достаточно сильной. Я такую никогда ещё не испытывал. Но нужно потерпеть. Ради Тэхена. Я ведь обещал ему, что вытерплю любую боль. Я нашёл его свободную руку и крепко сплёл наши пальцы, так мне было спокойнее. Тэхен же прижал мою руку к прохладной простыни и также сильно сжал ее в ответ. — Сейчас будет ещё больнее, но ты потерпи, малыш, — услышал я от него, но не успел отреагировать или как-то возмутиться, как ощутил острую боль, когда Тэхен ввёл третий палец. И эта боль была уже почти невыносимой. Я почувствовал, как из уголков моих глаз скатились горячие слёзы, теряясь где-то в волосах на висках, но я крепко прикусил нижнюю губу, чтобы не закричать. Ведь не будет же больно вечно. Верно? Я чувствовал каждый палец Тэхена внутри себя и каждое их движение. И со временем мне даже удалось привыкнуть к этому. Теперь боль ощущалась уже не так остро, она, скорее, просто тупая и фоновая, но терпеть ее можно было. Это как длительный запор или что-то в этом роде. «Ой, мастер сравнений в действии, бля!» — выругался весьма уместно Джо. Но в тот момент, когда я уже привык окончательно и теперь все это причиняло мне просто дискомфорт, Тэхен неожиданно вынул все пальцы с пошло звучащим хлюпающим звуком. Далее я будто в бреду и каком-то забытье наблюдал, как презерватив нанизывается Тэхеном на своё законное место, и понял, что настал тот самый момент «Х». Спустя некоторое время послышался обеспокоенный, но очень низкий и хриплый голос Тэхена. Он явно уже был на взводе и ему слишком трудно себя контролировать. — Я очень постарался растянуть тебя, Чонгукки, но ты и правда слишком узкий, так что не знаю, как все будет. Но я обещаю, что больно будет недолго. Я опять не успел что-то сказать, как вдруг почувствовал, как головка его члена уперлась мне в задний проход, а затем одним резким толчком в одно мгновение Тэхен вошёл в меня ровно наполовину. Я не смог сдержать вскрик от вспыхнувшей внутри боли, а слёзы полились из глаз с новой силой. Свободной рукой я вновь вцепился в плечо Тэхена и явно на этот раз впился ногтями в кожу достаточно сильно, чтобы остались кровавые следы. Но Тэхен не реагирует на это и приникает губами к моим соскам, потягивая нежную и чувствительную плоть и иногда покусывая несильно. Этим он пытается максимально отвлечь меня, а я лишь вижу яркие звёзды перед глазами, потому что даже не думал, что это так неприятно. Что акт чистой любви и страсти — это так больно. Тэхен внезапно делает ещё один толчок и заполняет меня уже полностью, по самое основание, а звёзды перед моими глазами вспыхнули, словно сверхновые. — Тэ…хен… — почти проскулил я, заплывшим от переизбытка эмоций взглядом пытаясь найти глаза хена. — Да, малыш? — тут же отозвался Тэхен и склонился надо мной, смотря прямо в мои глаза. — Прости. — Хватит извиняться, хен, — нахмурился я, — лучше скажи, ко…когда уже будет не больно? Ты ведь говорил, что это ненадолго. Тэхен неожиданно по-доброму улыбнулся, и эта улыбка сейчас так несвойственна данной обстановке, что я нахмурился ещё сильнее. — Потерпи ещё чуть-чуть, мой кролик. — Кролик? — удивился я, нахмурившись. — Да, мой нежный и милый кролик. — Хен, блин, какой ещё кролик?! — Говорю же — мой, — ответил Тэхен четко и голосом, не терпящим возражения. А я и не думал возражать. Потому что «мой» очень сильно радует и воодушевляет, хотя сейчас и не та обстановка, чтобы радоваться подобным вещам. Когда я привык к его размерам, Тэхен не стал долго ждать и толкнулся в меня, усиливая дискомфорт и снова причиняя боль. А потом стал толкаться снова и снова. С каждой фрикцией неприятные ощущения становились менее явными и вскоре я совсем перестал их ощущать. Стонал я уже явно не от боли, а от того, что мне нравилось это чувство заполненности, нравилось ощущать в себе именно частичку любимого хена. Тэхен слегка изменил угол толчков и спустя несколько таких фрикций я распахнул глаза и громко и протяжно вскрикнул. Потому что стало настолько хорошо, что аж искры из глаз посыпались. Так хорошо, что вся та боль до этого канула в лету, стала ничем, если была предшественником этого чувства. Внизу живота все забурлило в бешеном темпе и по телу прошлась дрожь. — Ещё… — на удивление самому себе, попросил я, — Боже, Тэ, сделай так ещё раз! «Ещё раз» не заставил себя долго ждать. Тэхен внял моим просьбам и стал двигаться активнее, а я пребывал на седьмом небе от счастья, потому что такого блаженства, чтобы аж кончики пальцев на ногах сводило судорогой, я никогда ещё не испытывал. Спустя некоторое время подобного наслаждения я понял, что больше не выдержу. Совсем неожиданно в кровь выбросился весь адреналин и все во мне вспыхнуло, как бенгальский огонь, а затем и взорвалось, как бомба. Я кончил бурно и обильно как никогда. Потому что никогда ещё не было настолько классно. Никогда не было столько эмоций от обычной дрочки в душе. Секс с Тэхеном — явно самое лучшее, что со мной случалось. Сбитое тяжёлое дыхание, ощущение липкого пота на коже, банановый ненавязчивый запах смазки, тепло чужого тела, что не грело, а обжигало — все это стало моим фетишем за одну ночь. Стало тем, чего я отныне буду желать постоянно. — Это было… — трудно было формулировать свои мысли в слова. Тем более, когда хочешь выразить все эмоции от секса с Ким Тэхеном. Это выше моих сил. — Я знаю. А вот кому-то самодовольства не занимать. Я повернул голову и укоризненно взглянул на Тэхена, что уже сполз с меня на свою половину кровати и теперь также тяжело дышал, как и я, но все равно умудрялся выглядеть не уставшим и выдохшимся, а так, будто выиграл кубок мира за забег на короткие дистанции. А ведь дистанция была и впрямь не самой длинной, как ожидается обычно… — Ты чего лыбишься? — было трудно придавать голосу многого недовольства, когда хотелось лишь улыбаться. От счастья, ага. Как глупо, Боже. — Просто мне кайфово. Вот так вот просто. Ему кайфово, блин! — Хреновый из тебя романтик, хен, — все же хмыкнул я. Надо уже брать себя в руки, а не побеждённой размазней валяться в постели горячего хищника. Взгляд Тэхена неуловимо изменился, становясь изучающим и каким-то слишком проникновенным. — А ты романтик? — спросил он в лоб. А я и растерялся. Ну… не знаю. Люблю ли я все розовое и ванильное? Нет. Но… это ли романтика? — Не знаю, — ответил я, отведя взгляд от Тэхена и глядя на потолок — тот, что все ещё в фосфорных звёздах весь. — Я не думал об этом… Тэхен не стал отвечать на это, а тоже, как я видел боковым зрением, посмотрел на потолок. Он глубоко выдохнул и произнёс тихим и слишком уж глубоким голосом: — Спасибо, Чонгук. Я напрягся в миг. Спокойствие так и выветрилось из меня за одну секунду и я уже думал лишь о том, что это слишком. — За что? — я недоуменно повернулся к Тэхену, вглядываясь в полумраке на его всегда по-особенному прекрасное в таком свете лицо. Тэхен также повернулся ко мне и снова пронизывающе взглянул мне в глаза — так ясно и честно, слишком глубоко. — За все. Я не нашёлся, что на это сказать. Просто смотрел на него и чувствовал себя идиотом. Я не понимаю, о чем он и одновременно понимаю все. Этот диссонанс во мне погубил одномоментно столько моих нервных клеток, что смерть мозга должна была наступить мгновенно. «Не суждено погибнуть тому, чего нет», — пафосно изрёк Джо. Грубо, мать его. — Хен, — отчего-то (действительно, отчего?) хриплым голосом начал я, не зная толком, что говорить, — кажется я… (Люблю тебя). Тёплая ладонь тут же ложится на мои губы, не давая завершить начатую речь. Мое сердце, ещё секунду назад бившееся ритмично, сейчас зашлось в бешеной тахикардии, а дыхание вконец сбилось. Тэхен не дал договорить. Не дал сказать самое главное. А ведь это важно. Важно для меня. И для него тоже. Разве нет? Я растеряно хлопал глазами, пока Тэхен просто несильно улыбался. Он знает. Он и без моих жалких пояснений ведь все знает. Как убого, Чонгук. Ладонь была убрана с моего рта, а Тэхен в одну секунду приблизился к моему лицу и мягко коснулся моих губ своими. И от этого целомудренного поцелуя, который Тэхен даже и не думал углублять, внутри меня запорхали те злополучные бабочки. Романтик ли я? Да, блин, я чертов романтик, пока Тэхен рядом. Он продолжал мягко и нежно целовать меня и в этом поцелуе крылся ответ на все мои вопросы: (Я тоже). Каким должно быть утро после хорошего секса с любимым человеком? Этот вопрос висел у меня на повестке дня, когда я открыл глаза и уставился на стул, где лежали рюкзак и шапка Тэхена с изображением символа Капитана Америки. Несколько секунд я просто пялился на эти предметы, а затем до меня дошло, что я в комнате Тэхена и что сейчас по закону жанра вышеупомянутый субъект должен лежать рядом и, как минимум, обнимать меня. «А что он должен делать по максимуму?», — спросил «проснувшийся» Джо. А вот на это отвечать сейчас не хотелось. Я перевернулся на другой бок, тут же скривившись от боли в спине и ниже, но стойко выдержал этот шквал последствий вчерашней бурной ночи. Сейчас важнее было то, что вопреки всем вышеупомянутым законам жанра Тэхена рядом не оказалось. Куча сомнений зароились в моей голове и даже всплыл нелепый вопрос, не приснилось ли мне все это. «Боль в заднице тебе явно не снится», — саркастично отметил Джо и был, разумеется, прав. Такое точно не приснится. Я тяжко выдохнул и потянулся в постели, испытывая смешанные чувства удовлетворения и неудобства — мне удалось размять онемевшие мышцы лишь ценой вновь вспыхнувшей боли внизу поясницы. Я снова лёг и посмотрел на подушку Тэхена, что ещё сохранила форму его головы, а затем положил на неё руку, будто надеясь ощутить тепло ее хозяина. Вот только хозяина нет и подушка холодная. Он наверняка уже ушёл на занятия, которые никто не отменял. Я бросил короткий взгляд на часы и тут же в ужасе вскочил с кровати. — Твою мать, Тэхен! — сматерился я, злясь на хена, что он не разбудил меня вовремя. Найдя свой телефон почему-то в кармане брюк, которые, в свою очередь, нашлись почти под кроватью, я удивлённо смотрел на уведомление о пришедшем ещё час назад сообщении. От Тэхена. «Злишься, что я не разбудил тебя? Никто ведь не говорил, что после вчерашнего я прекращу портить тебе жизнь 😏. Кажется, сегодня первой парой у тебя была важная лекция для сдачи зачета по экономике? Что ж, да здравствуют проблемы, жёнушка! Хорошего тебе дня и удачи со стервой Чхве! 😘 И да, будет болеть. Ты понял, о чем я…». Какого черта?! Я бы убил сейчас эту сволочь! «Вчера, когда стонал под ним, ты был о нем немного другого мнения», — припечатал Джо. Он теперь всегда будет так издеваться и припоминать события вчерашней ночи? Думаю, ему даже отвечать не нужно — ответ итак ясен. На первую пару я, конечно же, благополучно опоздал (да здравствует пересдача и угроза исключения!), поэтому решил, что ещё успею принять душ и даже позавтракать, а то после вчерашнего тело ощущается липким и не очень приятным, да и голод какой-то лютый напал. «Кролики всегда после соития много едят, чтобы хватило сил на следующий раунд», — очень уместно оповестил меня Джо, обогащая мои скудные познания о животных весьма ценными фактами. Кролик — мило, конечно, но ещё никто так «деликатно» не намекал мне о том, что у меня большие передние зубы, как Тэхен, будь он неладен. «Домой тебе лучше не возвращаться. Я сегодня злой». Это я послал Тэхену запоздалый ответ, уже сидя за столом на кухне и поедая омлет с беконом. «Кролик злится? Ути-пути! Не злись, милая жёнушка, а то будешь наказан 😌» — я чуть не подавился, прочитав ответ. «Кролик» и «милая жёнушка» в одном сообщении лишили меня дара речи. «Хен, не зли меня ещё больше!». «А то что?». «А то отгрызу твою «морковку»!» — не подумав написал я в ответ. «Оу… если хотел сделать мне приятно, не обязательно намекать на минет так изощрённо, мой грязный Кукки 😏» — пришло в сию же секунду. Наша беседа явно стала уходить не в ту степь. Это я понял по жару, который тут же охватил меня, преимущественно в нижних отделах тела, и по ускоренному сердцебиению. «Ну, хотя бы кроликом или женушкой не назвал», — успокоил меня Джо. Ну да, такое себе успокоение… «Ты придурок, хен!» — отправил я, решая не развивать эту смущающую тему дальше. Ответ от Тэхена не пришёл, да у меня и не было времени ждать, так как пора было бежать на вторую пару. — Тэхен бережно обхватил меня за талию, не оставляя между нашими телами ни миллиметра расстояния. Я с трепетом прижимался к нему, ощущая, какой он горячий и влажный от пота. Я бы слизал каждую капельку с его бархатной кожи, не оставляя ни одного участка. Я бы дошёл до аккуратных бусинок его сосков, слегка их прикусывая и затем зализывая, чтобы унять легкую боль. Я бы… — Ради бога, закрой свой рот! Нет такого числа, которым я мог бы измерить, насколько сильно я пожалел, что рассказал о вчерашней ночи Чимину. Этот придурок вот уже минут десять не может угомониться, в самых ярких красках и оборотах описывая все, что вчера было между мной и Тэхеном. И выглядело все так, будто он был рядом и все это наблюдал собственными глазами. «Да ему и наблюдать не надо. У него то сексуальная жизнь уж побогаче твоей будет. Да и секс у него чаще бывает, так что…», — разве может услужливый Джо отказать в комментарии? Я уже не знаю, куда себя деть от стыда, потому что Чимин затыкаться явно не намерен. — Может, хватит уже? — едва сдерживаясь, чтобы не пнуть его ногой по колену, процедил я. — И какого это? — напрочь игнорируя все мои слова, спросил этот монстр. — Ты ведь до сих пор лишь с телками спал? Значит, это был твой первый раз с парнем? Господи, ты стал настоящим мужиком! «Вот тут я бы, конечно, поспорил на предмет того, остался ли ты мужиком вообще после этого», — вставил своё Джо. — Чимин, я не хочу… — Постой! — воскликнул Чимин, заставив меня тут же заткнуться. — После той сцены в коридоре вы двинулись в спальню, где он завалил тебя в кровать. Так? — Эй! — я, не жалея сил, ударил его кулаком по плечу, но для него этот жест — как мертвому припарка. — Я просто споткнулся о кровать и упал! Никто меня не заваливал! И упал я на него, между прочим, когда он потянул меня на… — Это неважно, — отмахнулся Чимин, прервав мои жалкие оправдания. — Он был сверху, да? От плотоядной ухмылочки моего уже без пяти минут бывшего друга по моей спине пробежали мурашки. Я так точно свихнусь. И дёрнул же меня черт рассказать ему все! — Я отказываюсь отвечать на твои… — Значит, точно был сверху, — заключил Чимин, заверяя сей факт твёрдым ударом ладони по пластиковой поверхности стола. — И что? Сильно больно было? От скоропостижной кончины его спас только звонок на пару. Иначе Юнги точно лишился бы своего возлюбленного. «Ну, и следом твой возлюбленный лишился бы тебя», — хмыкнул Джо. Я немного завис, размышляя над этим. Возлюбленный. От этого слова становится так тепло на душе и все эти бабочки вдруг просыпаются и начинают творить всякую химию внутри меня. Я чувствую себя влюблённой школьницей. И это прекрасно. «… но бабочки — это уже слишком. Ты не находишь?». Такое лучше оставить без ответа. Потому что да — слишком. Весь день я был сам не свой. Я не мог сосредоточиться ни на одном из занятий и в голову совершенно ничего не лезло. Потому что все мои мысли были заняты лишь одним. «Тем, как чертовски у тебя все ещё болит задница?», — Джо буквально в пух и прах развалил все мои думы. И если уж внять его словам, то задница и впрямь болит. Если бы я знал, с чем буду иметь дело, то… Даже не услышав голоса Джо в голове, я понял, что возникает вопрос — что? Что было бы, если бы я хотя бы догадывался о том, чем все вчера закончится и что начнётся после этого? Неужели я бы смог удержаться и не ответить на поцелуи и ласки Тэхена? Неужели я смог бы сопротивляться своим внутренним желаниям и потребностям? Неужели я смог бы оттолкнуть от себя Тэхена? Неужели смог бы отказаться от чувств к нему? Вряд ли. Ведь чувства есть. И нужно быть полным идиотом, чтобы их отрицать. «Ну, с этим у тебя проблем нет», — с иронией отметил Джо. Я хмыкнул, соглашаясь с ним. Я и правда идиот. Все время, пока я места себе не находил на занятиях, желая быстрее оказаться дома, я боролся с желанием написать Тэхену сообщение или хоть как-то с ним связаться. Если уж совсем откровенным быть, можно даже сказать, что я скучаю. «Боже, а я ведь думал, что более ванильным все это быть уже не может», — начал вопить Джо. А я все думал, что же именно написать и нужно ли это вообще. — Напиши, что его котёночек жаждет продолжения вчерашней ночки, — с самым серьёзным видом предложил Чимин, заставив меня вздрогнуть. — Что? — ошарашено спросил я, не веря, что этот человек все ещё мой друг. Хотя, он ведь даже мысли мои читает… «Знал бы он, что ты не котёночек, а кролик, разочаровался бы в тебе», — съязвил Джо. — Ну ты же не просто так пялишься в телефон, где открыта страница для набора смс абоненту «Тэхен-хен»? — все также невозмутимо продолжил Чим. — Кстати, переименуй его уже как «любимый» или «мой муженек» хотя бы. А то смотрится слишком убого. Даже для тебя. К сожалению, столовая не самое подходящее место для убийства чрезмерно болтливых друзей. «Ты правда так думаешь или испугался Юнги, что прямо сейчас направляется сюда?». — О, хен, и ты здесь! — максимально дружелюбно улыбнулся я, когда упомянутый Джо субъект подошёл-таки к нам. — К твоему сожалению, — фыркнул Юнги, а я сдержал порыв закатить свои глаза и выколоть — его. — Юн, ты только представь, что вчера было! Заприметив загоревшиеся в энтузиазме глаза Чимина, я понял, что ко мне подкрался пиздец. Я аж ощутил, как он дышит мне в шею. — Чимин, не смей! — я вскочил было с места, чтобы начать его душить, но один лишь взгляд Юнги в мою сторону и я растерял весь свой боевой запал. Хотя я понимал, что хоть секунда промедления и позор на веки вечные мне обеспечен. — Поезд наконец-то въехал в тоннель! — громче положенного завопил Чимин, излучая неуемное счастье и многозначительно смотря на Юнги. Юнги-хен вроде как считался умным малым, но всякая система даёт сбой. Это я понял, когда он прищурился, взглянул на Чимина, как на умалишённого, и выдал: — Ты про тот самый? Так эта ветка метро уже больше двух недель как функционирует в полном объёме. Да и, в принципе, мне как-то по барабану. На кой-хер ты мне об этом говоришь? Я ещё никогда не видел выражения мировой скорби такого масштаба, какая отобразилась сейчас на лице Чимина. Казалось, что он разочаровался в жизни и теперь все тлен. «Я никогда не устану повторять, что я обожаю Юнги!», — торжествовал Джо. Впрочем, торжествовал и я. Хоть на время мой позор отсрочился. — Ты не так понял, Юнги-я, — мягко, как мать тупоголовому сыночку, принялся объяснять ему Чимин. — Я не это имел в виду… — Чимин замялся в поисках слов для правильной формулировки. — Хот-дог! Сосиска нашла свою булочку! Я шлепнул себя ладонью по лбу, не в силах выносить то, что сейчас происходит. Этот театр абсурда начинал меня пугать. — Если голоден, так и скажи. Значит, тебе хот-дог принести? Окей. Тебе что взять, мелкий? Юнги встал со своего стула, чтобы пойти за едой, но Чимин схватил его за локоть и усадил обратно. — Да не хочу я есть! — обидчиво заявил он. — Вернее, хочу, но не хот-дог! Да и вообще, я не это хотел сказать! Понимаешь, медведь нашёл свою берлогу… Чимин умоляюще взглянул на Юнги, надеясь, что до него хоть так дойдёт. Но не судьба. — Так повезло медведю. Февраль ведь. Давно пора было. А где ты в Сеуле медведя-то увидел? Я и не думал, что Юнги идёт озадаченный вид, но именно недоумение отображалось на его лице и это делало его даже милым. «У-у-у, все хуже, чем я думал, если уж и Юнги для тебя милый», — поставил «диагноз» Джо. А вот на Чимина было жалко смотреть. Кажется, он в конец разочаровался в своём парне, в себе и даже в медведях. — Ты что, дебил? — не выдержал он этой нагрузки, стукая по столу, на этот раз кулаком. — Я тебе на чистом корейском сказал, что ключ нашёл свою замочную скважину! Что самолёт влетел в амбар! Что… я уже даже не знаю… стрела удачно вошла в колчан! А ещё… — Ещё одно слово из этого бреда и на этом столе будет кровавый отпечаток твоей физиономии, — хладнокровно оборвал его Юнги, не забыв окатить надменно-ледяным взглядом. «Какие милые у них отношения, однако…» — присвистнул завистливо Джо. — Да ты просто не понимаешь! Я же… — Я предупредил, Чиминни. Предвосхищая ещё один взрыв со стороны вспыльчивого, как выяснилось, Чимина, не выдержал уже я: — Мы вчера переспали! Я искренне хотел верить, что я не прокричал это на всю столовую. Но, судя по тому, что все было, как и секунду назад, всем на нас плевать, и никто ничего не услышал. — Ты и Чимин? — я совсем не ожидал услышать истеричные и визгливые нотки в голосе Юнги, но от этого по телу прошлась дрожь. — Да причём тут мы?! — Чимин пихнул его в бок локтем. — Вчера Тэхен трахнул нашего Чонгукки! Я же говорил, что он классный чувак! От такой формулировки и от взгляда Юнги — пронзающего насквозь, наподобие катаны, я захотел самоликвидироваться. Но попытка оказалась безуспешной, и я все ещё сидел перед чокнутой парочкой моих друзей (теперь с ещё наименьшей вероятностью). — Эм… ты мог бы выразить это как-то иначе, — я состроил невинную мордашку. — Зачем? Я называю вещи своими именами, — пожал плечами Чимин. — Если и я начну так делать, то все узнают, что ты долбанный дегенерат без комплексов! — раздражённо фыркнул я. «Весьма забавно слышать такие сильные фразы от тебя», — с сарказмом изрёк Джо. — То есть, сосиска — это Тэхен? Вернее, его… — вмешался в нашу перепалку Юнги-хен. — Да-да! — поспешил подтвердить я, лишь бы не проходить через этот ад снова. — А ты — берлога. — Эм… нет. Думаю, в случае с хот-догом я — булочка, хен. — Мило. «Я тебе говорил, что у тебя странные друзья?», — даже Джо понял всю тяжесть ситуации. Оставив Юнги на Чимина, который с энтузиазмом принялся делиться своими впечатлениями от столь «знаменательного» события, я смылся в туалет под предлогом остро возникшей диареи. Диарея, впрочем, не настигла меня. Настигла лишь депрессия. Отчего-то так стыдно теперь смотреть даже на своё отражение в небольшом зеркале над коррозированной раковиной. Кто я теперь? «Натуральный гей?», — сделал первое предположение Джо. Круто, блять! Лучше и не придумаешь. Эм… влюблённый в гея натурал? Тут уже я сам себе услужил. Что ж… это ещё глупее. В итоге, я просто парень, который влюбился в Ким Тэхена. И да, для меня это отдельный вид сексуальной ориентации, так как вряд ли я смог бы влюбиться в какого-то другого левого чувака. Лишь Тэхен оказался настолько волшебным (преимущественно на голову), чтобы сделать из натурала гея. Лишь он смог влюбить меня в себя. Пытаюсь понять, что же я чувствую сейчас. Радость? Удовлетворение? А может, напротив, злость и отвращение к самому себе? Сложно понять. Знаю лишь, что о вчерашней ночи я точно не жалею. «Вот тебе и ответ тогда», — завершил мою внутреннюю полемику с самим собой Джо. И правда, вот ведь и ответ. «Купи пожрать и перекись». Я пару очень долгих секунд просто пялился на пришедшее ко мне сообщение и не вдуплял. Ни привет тебе, ни здрасьте! Это как понимать вообще?! Я, взбешённый до всех мыслимых и немыслимых пределов непонятно чем, уже принялся строчить в ответ сообщение и в половину не такое безэмоциональное, какое прислал мне Тэхен, как резко остановился и перечитал написанное. Моя пламенная речь, в которой я грожусь вообще оставить его умирать голодной смертью, показалась мне настолько глупой, что я тут же все раздраженно стёр. Что я творю вообще? Веду себя, как кисейная девка! Возьми себя в руки, Чонгук! Ты же не размазня какая-то! И вовсе не девушка Тэхена, чтобы так беситься на его безэмоциональность. Хотя это реально бесит. Тэхен такой камень иногда. «А ты чего от него ждёшь? Поцелуйчиков, сердечек и цветочков? Фу, гадость какая!», — выразил своё мнение Джо. Глупо спорить со своим подсознанием, ведь показалось, что Джо прав — в глубине души я как будто и правда жду от Тэхена хотя бы немного нежности, а не этой холодной немногословности. Тем более, не после того, что между нами вчера произошло. Тэхен парень. Он остаётся парнем, даже если у него странные отношения с другими парнями. Это то, чего не изменить. Нельзя ожидать от него каких-то розовых нюней на тему любви и прочей подобной херни. Он чертовски далёк от подобного выражения своих чувств. И он не станет меняться ради меня. Ему это и не нужно. В итоге всех своих мыслительных дебатов я написал короткое и лаконичное: «Зачем перекись?». Кстати, да. Зачем перекись? «Слегка порезался». «Лошара» — ответил я тут же. Ну грех не поиздеваться. Хоть в такой мелочи отыграюсь. «Хочу пиццу. Купи». Вот же ж… Все равно пишет то, что выводит меня из себя. Я достаточно громко фыркнул, чтобы рядом сидящие слишком уж высоконравственные леди обратили на меня свои укоризненные взоры. Ну да, в автобусе нужно вести себя культурно. «Сильно порезался?». Наш разговор был очень сумбурным. Ответы — невпопад. И это было бы смешно, если бы я не грузился по пустякам. Но я гружусь и это по-прежнему бесит. «Не очень». «Жаль». — Шутка, конечно. Больше Тэхен не писал. А я благополучно слез с автобуса и направился в кафе неподалёку от «Ориона», где готовят неплохую пиццу. В белом пластиковом пакете четыре банки колы и перекись, в коробке из-под пиццы пицца (ну капец, удивил), а в душе, как и на улице, накрапывает дождь. «Ты и впрямь романтик», — с упреком прокомментировал Джо, не оценив симптом моего самобичевания по достоинству. Сам же я вот уже пару минут не могу решиться войти в квартиру, где меня ожидает злой дракон в лице Тэхена. Джо тут же активировался: — «А ты, стало быть, принцесса? На рыцаря похож лишь неловкой походкой по всем известной причине». Принцесса, так принцесса. Не буду спорить. Почему я не решаюсь войти? Я и сам не знаю. Догадываюсь, конечно, что я элементарно боюсь встречи с Тэхеном после вчерашней ночи, но не хочу этого признавать. Я парень! К чему мне бояться, вообще?! «Ты был принимающим», — безапелляционно обрезал Джо, полностью лишив меня возможности придумывать себе оправдания. Это просто отстой. Вдвойне чувствую себя ущербным. Дверь совершенно неожиданно для меня открылась прямо перед моим носом и я расширенными от удивления глазами уставился на Тэхена, что с ухмылкой и оперевшись о дверной косяк, смотрел на меня. — Я все наблюдаю за тобой в глазок и думаю, когда же ты войдёшь, а ты все стоишь и стоишь. Что, предался глубоким размышлениям? Я не сразу отреагировал на его слова и сочащийся из всех естественных щелей сарказм, так как мое внимание тут же привлекла кисть его правой руки, которая небрежно была перевязана. И все бы ничего, но меня насторожила и даже напугала кровь, которой была пропитана повязка. — Что это? — как-то слишком отрешенно спросил я, не отрывая взгляда от кровавой повязки. — Я же писал, что порезался, — флегматично отозвался Тэхен, аккуратно забирая у меня пакет и коробку с пиццей левой рукой. — Забыл, что ли? Я все ещё стою за порогом и все ещё разглядываю его раненую руку. — Ты сказал, что порез несерьёзный, а тут… — А тут все так, как я и сказал. Просто небольшой порез и все. Заходи, Чонгук. Я голоден. Я поднял взгляд и взглянул в его глаза. Глаза, которые упрямо смотрели на меня, желая настоять на своём. Но не тут-то было… Я вошёл внутрь, снял пальто и шарф, разулся и прошёл на кухню за скрывшимся там Тэхеном. — Покажи мне, — настойчиво потребовал я. — Что? — Тэхен был занят тем, что ставил уже остывшую пиццу в микроволновку, чтобы разогреть. — Руку покажи. Тэхен, наконец, оставил своё дело и повернулся ко мне. — Чонгук, это просто порез. Чуть позже я отработаю его перекисью и снова перевяжу. Вот и все. — Тэхен явно был раздражён моей настойчивостью и даже не скрывал этого. Я нахмурился. — Там кровь. — О, мой милый кролик, позволь мне открыть тебе страшную тайну! Я человек и все мое тело пронизано сосудами. Вот некоторые из них и повредились. Капилляры называются. Ну? Узнал для себя что-то новое? — он фыркнул и вновь обернулся, чтобы продолжить заниматься пиццей. Пару секунд я подавлял в себе гнев, но потом забил на это и, схватив Тэхена за локоть, развернул резко к себе. — Сними эту чёртову повязку, покажи мне рану и дай мне помочь тебе! Тэхен перестал вести себя, как придурок. По глазам было видно, что вся самоуверенная спесь сошла и теперь он достаточно серьёзен, чтобы осознать и всю мою серьёзность. — Эй, мелкий… ты чего? — он попытался выдернуть свой локоть из моей хватки, но кто собирался его отпускать? — Это я чего? Ты писал, что ты просто порезался, а я прихожу домой и застаю тебя с повязкой на всю руку, которая, к тому же, вся пропитана кровью! Твоей кровью. И ведёшь ты себя так беспечно, что прям бесишь! Тэхен не из тех, кого можно удивить истерикой, но прямо сейчас он, по-видимому, был и впрямь удивлён, потому как недоумение, плещущееся в его глазах, говорило все само за себя. Долгое и томительное молчание, глупая неловкость, гормон стресса, который будто выбросился в воздух — это все за миг заполонило пространство вокруг нас. — Так ты… переживаешь за меня, что ли? — совершенно по-тупому вдруг озвучил Тэхен, а я не менее тупо пялился на него в ответ и пытался абстрагироваться от такой бешеной концентрации тупости, которой, как ни странно, блистали мы оба. — Нет, блин! Я совсем не переживаю! На кой-хер мне переживать за тебя, если ты сам на себя болт забил?! «Ахтунг! Начинается драма!», — включился в действие Джо. Тэхен как-то слишком гаденько ухмыльнулся и придвинулся ближе ко мне. Я невольно отпустил его локоть, а он, не теряя времени, обвил мою шею руками и сам прижался максимально близко, заключая в крепкие объятия. Он ткнулся носом мне в шею и по моему телу пробежала крупная дрожь. — Мой кролик такой милый, когда волнуется. Чонгукки, не переживай за меня так. Я ведь не фарфоровый, не сломаюсь. Я прикрыл глаза, набрал в лёгкие побольше воздуха и постарался выдохнуть его медленно. Слишком уж смущающими были эти объятия — действительно крепкие, мужские. И именно в этих объятиях я почувствовал себя так хорошо, так защищенно, как будто так и должно быть. «Вразрез любой сказке принцесса обнимается с драконом. У вас когда-нибудь будет все как у нормальных людей?», — влез в идиллию Джо. Как у нормальных? Как у нормальных будет точно не у нас. — Я не выношу вид крови. Тем более на тебе, — тихо ответил я, беря себя, наконец, в руки и решив не вести себя больше так по-бабски. — Поэтому позволь мне позаботиться о тебе. Тэхен не стал больше припираться, а смиренно согласился на мою помощь. Рана оказалась серьёзнее, чем я думал, но я постарался не впадать снова в истерику при виде неё, а молча обработал и наложил новую повязку. — И как ты порезался? «Весьма запоздалый вопрос, ты не находишь?». Лучше поздно, чем никогда. Да ведь? Тэхен, видимо, тоже оценил «своевременность» вопроса и хмыкнул. Но все же ответил: — Лезвием. — Каким ещё лезвием? — насторожился я. — Которое в бритве бывает. Его беззаботность стала напрягать ещё больше. — Тэхен, не заставляй меня вытягивать из тебя все клещами! — Я избавлялся от кáтушек на толстовке, — начал объяснять Тэхен, заметив мой не очень благосклонный к шуткам настрой. — Кажется, маленько перестарался и лезвие соскользнуло. Я знал, что Тэхен со странностями, но иногда он поражал меня до глубины души. — Ты избавлялся от катушек лезвием? — срывающимся от нервозности голосом спросил я. Тэхен почуял, что мне явно не понравился подобный лайфхак, а уж тем более, его последствия. Он подобрался, будто готовился защищаться. — Ну я по телеку видел, — не очень уверенно начал он, — реально хороший способ обновить шерстяную вещь и… — Тэхен, блять, ты нормальный, вообще?! — выкрикнул я, не сдержавшись. — Какое ещё лезвие, мать твою?! — Вот мать моя тут как раз и не причём. Она бы просто купила новую толстовку, уверяю тебя, — со знанием дела ответил он. И даже подмигнул, зараза. — Ха-ха, обхохочешься, блин, — сыронизировал я, закатывая глаза. — Ты такой странный… — уже более серьезно добавил я, глядя многозначительно на Тэхена. И сам не знаю, что на меня нашло, но дико захотелось сейчас его поцеловать. Я ещё не до конца понимаю, что у нас за отношения, кем мы вообще друг другу являемся, но ведь осознанное и вполне оформленное желание поцеловать человека что-то означает? И даже Джо не выдержал моих внутренних монологов: — «Целуйся уже, Зигмунд Фрейд южнокорейского пошива!». Не дав Тэхену осознать, что происходит и почему я смотрю на него так странно, я ухватил его за загривок и притянул к себе, второй рукой тут же начиная хозяйничать на его пояснице. — Только вякни что-нибудь сейчас и кролик отгрызет тебе не только морковку, — прошептал я ему прямо в губы, выдыхая на них горячий воздух. Замешательство Тэхена испарилось и, судя по выражению его лица и хищному оскалу, вернулся настоящий Ким Тэхен — тот, в которого я и влюбился. Да, влюбился, и пора уже признаться в этом хотя бы себе самому. «И мне заодно». Ну да, и Джо заодно. Кому, как не ему, конечно же. Настоящий Ким Тэхен привык быть первым во всем, поэтому и целоваться полез он первым, ухватившись зубами в мою нижнюю губу и начиная ее посасывать. От этого свело приятной судорогой живот, а волосы на руках и голове зажили отдельной жизнью. Слишком круто. К моменту, когда мы начали по-настоящему страстно целоваться, меряя телами друг друга все поверхности кухни и набивая себе синяки на руках и спине, я уже понимал, как сильно мне все это нравится. Невообразимо нравится. И, естественно, звонок в дверь раздался очень неожиданно. Настолько, что мы оба едва не навернулись, ведь в своих хаотичных передвижениях по теории Броуна как раз достигли выступа порога. — Ты кого-то ждал? — с придыханием, с трудом отрываясь от губ Тэхена, спросил я. — Нет, — покачал головой так же желающий продолжить Тэхен. Звонок прозвучал снова и уже настойчивее. Кто бы ни был за дверью, он явно не уйдёт просто так. Мы с Тэхеном одновременно отстранились друг от друга и принялись приводить себя в порядок — поправлять волосы, одежду, восстанавливать ритм дыхания и зашкаливающее сердцебиение. Вот сейчас было до жути неловко. Все ещё неловко… — Надо открыть, — под ещё одну раздражающую протяжную трель дверного звонка неловко пояснил Тэхен. Будто неясно, что надо открыть. — Ага. Желательно все же открыть, — кивнул и я, лишь бы не молчать. Тэхен подмигнул мне, аки заправский ловелас, и пошёл в прихожую. Я зачем-то пошёл за ним. Ну, просто так… Не мешкая, Тэхен отворил дверь и я недоуменно уставился на мужчину, что стоял за ней. И не успел я даже понять, кто это и что ему надо, он сделал шаг вперёд и под шокированное «что ты здесь делаешь?» Тэхена влепил ему сильную пощечину.