Когда жизнь меняет привычные оттенки.

Вот она снова нашла Итачи среди толпы. В прошлый раз она повела себя так вольно, спросив о вкусах Итачи, потом и подарив ему сладости! Получается, она тогда поухаживала за ним? Проявила к нему интерес? А что Итачи сделал? Ответил ей взаимностью! О, она не знала как быть теперь! Подойти? Или не стоило? Вдруг Итачи тогда неправильно понял и счел, что теперь у них могут начаться отношения?! Как тогда быть?! Ведь если так, то ей придется отказывать, тогда он будет на нее зол и наговорит Саске против нее много чего! - Что-то не так, Сакура? – Послышался над ней теплый баритон. Она бедная даже подпрыгнула от неожиданности и попятилась назад. Подняв глаза к лицу обладателя голоса, убедилась, что попала в свой кошмар. Хотя этот искренне недоумевающий взгляд и голова чуть наклоненная в бок так мило смотрелось, и совсем неопасно. Как бы Итачи в прошлый раз ее не понял, сейчас он явно находился в режиме покоя и милоты. - Нет, все отлично! - Вы никак не решались подойти, у вас ко мне вопросы? - Нет! У меня нет вопросов! - Точно? Я могу ответить на любой… - Нет! Не надо! – И изобразив перед собой крест, защитилась Сакура от этих нападений. Этот прием сработал, так как остановил Итачи, но и поразил однозначно – Итачи смотрел на ее крестик руками округлив глаза, заметно не зная как на это реагировать. - Прости! Нервная работа! Итачи кивнул и поглядел на нее вопросительно, только о чем парень спрашивал Сакура никак не могла догадаться… ах, да, она поняла в чем дело. Ей богу, с этими Учихами и их невербальным общением она скоро научиться читать людей как отрытых книг. - Да, пошли в кондитерскую! – И только тут Итачи развернулся и пошел о улице дальше. Это точно означало, что она правильно прочла вопрос на лице Итачи. Но тут вставал другой вопрос – она сказала в кондитерскую, но ведь Саске не любит сладости! Как ей быть?! И вот они уже в кондитерском, кассирша снова смотрит и тепло улыбается, готовая им помочь. И другие посетители смотрят на них, некоторые шушукаются. Она раньше не замечала такого внимания к себе. И Сакура повернулась к Итачи чтобы поинтересоваться, замечал ли он ранее такое, но тут и сама забыла о своем вопросе и о внимании к ним – Итачи смотрел на сладости, на пирожные в разнообразных кремах, политый сверху шоколадом, словно готовый ворваться к ним прямо сейчас. Он так трогательно при этом смотрелся, что Сакура решила купить ему эти несчастные пирожные. Так и быть, завтра подумает об остальном. И вот, она снова вручила пакет полного сладостей Итачи и попросила передать от нее Саске «привет». А возвращаясь домой так и не поняла, кому она купила сладости – то ли Итачи, то ли для Саске чтобы заполучить его внимание и не дать о себе забыть. Но ведь ее решением о покупке было спровоцировано трогательной цене Итачи смотрящего на витрину. Видимо, все-таки Итачи и это было еще страннее. И что ей делать в следующий раз? Она еще в прошлой встрече потеряла шанс спросить напрямую о нелюбви Саске к сладкому, но теперь эта тема уж точно ушла в дальние края. Итачи снова притащил свои сладости в виде подарка от Сакуры для Саске. Выглядел Итачи довольным, потому прошлые сладости давно закончились и он уже начинал изнемогать от нехватки сахаре в его крови. - Тебя надо показать той же Сакуре и пусть смотрит на свой труд. – Пробубнил недовольный Саске глядя, как Итачи уминает сладости после сытного ужина. - Это ни к чему, я чувствую себя просто отлично. – Убедил его Итачи, отправив сладкий кусок в рот, прикрывая глаза от удовольствия. Саске только хмыкнул, глядя на все это безобразие. На самом деле Саске нравилось, как Итачи получает удовольствие от поедания сладкого и бубнит только для вида и Итачи это прекрасно знал и не обращал внимания на претензии младшего. Хотя бы потому что, когда Итачи делал себе по каким либо причинам долгий перерыв от сладкого, сам покупал Итачи сладости и смотрел, как тот уплетает за обе щеки. - Люблю тебя. – Тише проговорил Саске, внезапно теплея в глазах. Услышав желанные слова Итачи замер во все глаза глядя на брата. А тот приподнялся на стуле, провёл по выбившемуся локону и спрятал за ухо. Итачи не стал терять сладкий шанс и дополнить сладость десерта еще и нежностью младшего брата. Такая ласка у брата находила не так часто, как хотелось бы и любой миг не стоило терять. Не вытаскивая ложку изо рта, передвинул стул к брату, прислонился к нему плечом и возобновил уничтожение десерта. И плевать, на взрыв смеха со стороны младшего брата – Итачи сейчас был на седьмом небе чувствуя мягкие прикосновения к своим волосам. А после ужина они устроятся в постели и будут лежать, надеюсь в обнимку и нежничать уже там. Сакура пришла с работы совсем поздно. Недавно она переехала от родителей, снимая небольшую квартирку, учась жить одна. Решение было взвешенным, обдуманным долгими неделями, но все равно ей было трудно справляться с грузом одиночества. Дома у нее были родители, но родители – это родители, они любят, но с ними не поговоришь так как с другими. Сегодня после встречи с Итачи ей пришлось вернуться и осмотреть пациентов и дописать медицинские книжки и другие бумаги. А еще она часто стала замечать, что ее дети пациенты часто были в подавленном состоянии и проблема часто было не в их физическом состоянии, а в психологическом. Она стала часто об этом задумываться и собиралась открыть психологическую помощь детям, но возможности у нее пока никаких не было. Она говорила об этом с Какаши, но тот точного ответа не давал, хоть и согласился, что это отличная идея. Квартира встретила ее темной прохладой. Каждый раз включая свет в комнате, ей почему-то хотелось глазами найти какую-либо вещь, говорившей о присутствии в квартирке другой жизни кроме нее одной. Она знала, что такое мало возможно, просто порою в душе мечтала, что мама или папа у которых были ключи от квартиры, зайдут и оставят свой неожиданный след. Или просто кто-то из шиноби знакомых, которым часто просто ключи ни к чему, так как имеют привычкой лазить через окна. В общем, квартира была совершенно только ее. - Ну, ничего Сакура, потерпишь лет с какой нибудь и у тебя будет свой дом наполненный любимыми людьми. И муж, и детки и кошка! Обязательно заведусь кошкой! – Проговорила Сакура оптимистично, только вот ее голос прозвучал в тишине квартиры уж слишком громко и привнёс только неловкость. Ей было очень одиноко. Очень, очень. Она хотела своего человечка, которого сможет обнимать, целовать и всячески любить. Интересно, котика будет достаточно? На самом деле Саске очень сильно любил Итачи. Он был так сильно привязан, что кажется, никогда не был так ни к кому и ни к чему настолько привязан. Ему нравилось просыпаться по утрам и видеть его дрыхнущим рядом. Именно дрыхнущим, так как Саске пришлось немало потрудиться заставить привыкнуть этого дебила спать нормальное количество часов, а не три и пять часов. А то засыпаешь – он сидит, просыпаешься – а он сидит! Типа проснулся и отлично выспался! А еще нравилось видеть как он не просыпается как только пошевелишься, и не дергается, когда лезешь к нему с объятьями или просто подсаживаешься рядом. Раньше, в начале их совместного существования, пока они путешествовали вместе познавать мир и друг друга (а еще пересаживать Итачи глаза Саске, чтобы тот нормально видел и глазки больше не болели) то им пришлось пройти через многое. Им было хорошо вместе, но между ними все равно ощущалась громадная дистанция. Они не могли подпустить друг друга, а когда Саске пробовал подсесть хотя бы ближе, Итачи начинал волноваться и раздражаться, требуя не лезть в личное пространство и в душу. Ох, и сколько же они деревьев тогда спалили, сколько новых полей появились благодаря них. Благо, Саске теперь был куда сильнее и мог поспорить с братом наравне и ринненган был всегда к месту, хоть и Итачи это и не считал особо весомым аргументом. Долго боролись, прошли месяцы и Итачи все таки к себе подпустил – ринненган все таки выставлял хорошие аргументы. Но после всего, Саске осознал, что бесить брата все таки не стоит. Если Саске боролся напрямую, бросая технику за техникой, продумывая тактику по походу дела, то Итачи боролся очень хитроумно. В последствии начиналась паранойя, видя в каждом углу и движении новые ловушки. Нервы лучше не тратить. Да и брат имел привычку лезть именно с части психики. А у Саске она и так благодаря тому же брату, расшатанная. Саске очень сильно был привязан к своему покою и уюту и пусть Итачи будет рядом таким же тихим и уютным. А еще Саске в том путешествии познакомился со многими внутренними демонами брата – они были жуткие и по настоящему мрачные. Все страхи брата, его искаженные представлении о себе, он с ними познакомился достаточно близко. Он до сих пор с холодным потом на лбу вспоминал, как в той хибарке отчаянно сжимал в объятьях брата, когда у него приключилась очередная истерика. Как он шептал снова и снова, что он не покинет его и всегда будет вместе и… большую половину и не помнил, какой бред нёс, лишь бы успокоить брата. В ту ночь, их тема разговора перешла на отношения мужчины и женщины и Итачи вспомнил, что их родители были женаты по расчету, но только не по денежному, а по генефондному. Клан сам выбрал их друг для друга, и они согласились. А со временем отец смог полюбить мать. Итачи тогда с печальной улыбкой заметил, что и у него должно было случиться примерная супружеская жизнь без влюбленности, а с достойным, горделивым чувством долга и уважения. Тогда и случилась истерика: он сначала болтал о том, что его тоже готовили к такому будущему и отец часто повторял, как нужно относиться к жене, болтал, как нужно смотреть на еще не любимую невесту, как стоит морально готовиться к семейной жизни. Как отец учил быть достойным мужем и отцом, а мать рассказывала, что чувствуют невесты и как стоит относиться к тем или иным некоторым поведениям женщин, и тут то он заплакал. Саске сначала даже не заметил льющихся слез на щеках брата, но, когда на его лице появилось искажение боли, он тут же бросился к нему, но успокоить не получилось. Итачи кричал, что у него не вышло быть даже сыном, не получилось стать просто хорошим старшим братом, а быть мужем и отцом тем более и все слова отца и наставления матери были напрасны. И это была не первая и не последняя истерика. Хуже всего было когда наступила Та Ночь. Саске всегда было плохо в эту ночь, но тот ужас, что случилось с Итачи навсегда стерли чувства к самой ночи. Теперь Саске боялся только за чувства Итачи. То как его бросало в дрожь, то полная апатия, то истерика и никакая попытка успокоить себя у Итачи не получилось. До утра он сжимал брата в объятьях и ждал рассвета, снова и снова отказывая мольбам убить его. Со временем стало понятно, что все эти истерики Итачи от долгого сдерживаемых чувств. Слишком долго Итачи сдерживал все свои чувства, пряча их так глубоко, что и сам забывал о них и вот теперь, когда от Итачи потребовались эмоции и открытость, все эти чувства вырвались наружу. И видя все это, переживая с ним эти взрывы боли и страдания, Саске раз и навсегда решил – он не выпустит из объятья брата. Он достаточно настрадался. Теперь Саске сделает так, чтобы он всегда спал спокойно рядом под боком у Саске, ощущая себя в безопасности и даже если Итачи в один день решит завести семью, то девушке придется доказать Саске свои чувства, уверить его в своей силе духа и готовность выдержать проявления печального прошлого у Итачи. Саске выпустит Итачи только в другие не менее крепкие объятья, но даже после, всегда будет ходить рядом, присматривая за душой брата. Сейчас Саске полностью оделся, а Итачи все спал. В последнее время он даже перестал просыпаться от шорохов Саске. Совсем расслабился. Но теперь было время Саске побаловать брата и он баловал по возможности. И благодаря жизни с Итачи, Саске порою начал задумываться над тем, что иметь рядом человека не так уж и плохо. Было приятно иметь человечка и заботиться о нем, узнавать, погружаться в чужой внутренний мир, вытаскивать на свет демонов и наслаждаться видом внутренних ангелов и умиляться от проявлений некоторых слабостей. Может, стоило попробовать, не век же им вместе жить. Он думал о Сакуре и о ее чувствах к нему, хотя и не совсем понимал причин чувств к нему. Он ничего ей не сделал, они ничем не были похожи, но она любила и продолжала любить. Но так же была и Ино, но та не так часто мелькала перед глазами. И после того, как он закончил с готовкой завтрака и он увидел появившегося у порога кухни старшего брата, решил, что если Сакура продолжит настаивать на своих чувствах, он женится на ней и будет относиться к ней с уважением, как отец уважал и заботился о их матери. Со временем он к ней привяжется, обязательно. Ей стоит только выдержать время, до свадьбы Итачи. Пока Итачи не окажется в заботливых и твердых руках, то он и на миг не отойдет. Этот день они решили провести вместе – их редкий выходной. Они отключили телефоны и весь день подготовились быть вместе. Утром они вместе тренировались, и старший брат показал несколько хитростей в тайджутсу в сохранении большей энергии и трате меньшего времени на движения. Прогулялись по лесу, половили рыб бросая кунай в проплывающих рыб, а вернувшись домой мучались с рыбками готовя их. И день проходил идеально, пока в квартиру не ворвался Наруто, крича в порядке ли они и почему они не отвечают на звонки. Он еще притащил в помощь своих друзей. Увидев халявную еду его друзья полезли знакомиться с Итачи, потом, Шикамару, как знакомый Итачи и вместе часто пересекавшийся по работе, попросился во внутрь, и потом они всей толпой смотрели фильм в их комнате, на Их кровати! Саске мечтал провести этот день только вместе, но видя, как Итачи воодушевился от новых знакомств и вроде дружелюбных людей, Саске успокоился и решив расслабиться. Под вечер Итачи просто уснул, отрубился в компании, пока смотрели фильм. Заметив это, другие парни затихли и ушли попрощавшись. А Саске оставшись один у порога квартиры, побыстрее вернулся в спальню и глядя на брата ощутил, как сердце сжалось от ощущения задержавшихся неприятностей. Его испугало, что Итачи уснул с малознакомыми людьми и в таком шуме. Саске обещал себе заботиться о брате, но не придал значения слишком долгим снам брата, как он стал уставать быстрее, просыпаться труднее, как пропал и сам аппетит и вместо быстрого принятия пищи долго копался в тарелке. Под ночь Итачи проснулся и его скрутило в тяжелый кашель, он постарался сдержать кашель, но потом побежал в ванную. Там, ворвавшись в комнату к закрывшемуся брату, он увидел кровь на раковине. - Итачи? Итачи повернулся к Саске с не менее испуганным и растерянном взглядом, смотря то на Саске, то на свое отражение где губы и подбородок были испачканы в крови. - Саске… - он вновь оглядел окровавленную ладонь и его снова скрутило в тяжёлый кашель. Саске подойдя, стараясь успокоить себя, чтобы не заразить брата паникой, гладил того по спине, пока тот прокашливался. Но было ощущение, что брат сейчас выкашляет свои легкие. Хотелось закрыть уши и больше никогда их не слушать. И реальность происходящего ускользал из мыслей. Это походило на забытый кошмар. - Я не кашлял ранее. – Хриплым голосом проговорил Итачи, тяжело дыша после кашля. – Кашлял, но мало, думал, что простыл и пройдет… Тут ирреальность собралось в полный реальный паззл и ощущения происходящего снова вернулось, но с ним и накрыла вырвавшаяся ярость. - Идиот! Ты должен был сразу идти в больницу! – Наорал Саске, ненавидя его за кашель, за такое легкомысленное отношение к своему здоровью, за то что снова собрался отнять себя у Саске. – Как теперь быть? Что делать? Ты собираешься умереть?! - Завтра нужно в больницу… - прошептал Итачи устало. – Сейчас слишком поздно. - Пофиг, к черту на время, ты выкашлял кровь, а это чертовски паршиво! Я вызываю скорую и мне пофиг, пусть хоть ноги поломают, но пусть притащатся! - Хорошо, позвони, узнай, примут ли меня, я сам к ним пойду… - Нет, ты ляжешь сейчас и не будешь двигаться, а то тебя снова скрутит, Итачи прошу, послушай, пусть придут, осмотрят, мы не знаем, что с тобой! – А теперь гнев сменилось мольбой, и в голосе появились нотки отчаяния. - Саске, я вполне способен… - Итачи, ты не всегомогущен, ты сейчас слаб, прошу, послушай меня… прошу. И Саске прижался лбом ко лбу Итачи, как память о том дне, когда Итачи впервые так сделал в логове Кабуто перед прощанием. Это была их особое касание, как мольба о понимании и Итачи его понял. Смыл кровь с лица и раковины и лёг на кровать, а Саске вызвал скорую. Рука мелко дрожала, но не натренированный глаз мог не заметить, а Итачи замечал и Саске это видел, но оба понимающе молчали. В их уютной квартирке наступила тишина. Она все еще была уютной, но к ней добавился и гнетущий страх.