Танец в Сеул

***

Шону, Вонхо и Минек сидели в своей комнате, и каждый думал о своем. Шону о том, как вообще он смог сорваться и «изнасиловать» Пин Хву. Она хоть и соблазнительна, но как? Вонхо хоть и знал о своей привлекательности, не знал, нравится он Джи или нет. Минхек просто залип на потолок. — Хён, а вы с Хвой что делали у нее в комнате? — спросил Минхек у Шону. Его голос прозвучал резко, звонко и до ужаса противно. — Теорию шести рукопожатий обсуждали, — Шону лишь слегка улыбнулся. — А ты откуда знаешь, где я был? — Ан сказала. Она была поражена твоей фигурой. Тут резко к этому диалогу подключился Вонхо: — А Джи самая старшая, или я чего-то не понимаю? Хва выглядит зрелой с ее-то фигурой, но кто ж их знает, этих девушек с европейской внешностью. Молчание. А ведь правда, девушки сейчас в 13 выглядят на 18, и то если в одежде, где из голых частей тела лишь запястья и лицо. А если из одежды три полоски, и те на шее, то все 20 дашь. — Ан вчера рассказывала, что Хва запретила Джи называть себя «онни». — Минхек поднялся и сел на кровать. — А что такое? — А, ну, ясно. Просто девушка интересная, и все такое, ой, ну, вы ж меня поняли. Неловкая пауза. И тот Вонхо как кипятком ошпарили. — Стоп. Если Хве не так давно 17 стукнуло, а, как она говорила, Джи ее почти на год младше, то выходит… — Ты педофил! — с поддельной интонацией сказал Минхек и обхватил руками лицо. — А наш хён совратил несовершеннолетнюю. — А Минхек сейчас потеряет возможность говорить, — добавил Шону, угрожающе смотря на Минхека. — Ах, да. Их 17 это наши 18, — сказал Вонхо. — Вот знаешь, как-то легче не стало, — перебил его Шону. Опять напрягающая гробовая тишина. Пугают такие затишья. — Хён, почему Хва? Почему из сотни девушек ты решил её выбрать? И вообще, как сейчас называются ваши отношения? — Ну мы типо… — Шону замялся. Он не думал об этом. Да, он испытывал какую-то тягу к этой бестии с хитрым взглядом, но как можно обозвать это? — Ой, а что ты в Джи увидел, а ты — в Ан? — он обратился к парням. — Что «вы типо»? — в один голос спросили, не обращая внимания на вопрос. — Мы неофициальная пара, но для своих, — Шону резко пришел к выводу. — А по поводу того, что в ней особенного. Да все особенное. Глаза, волосы, тело. Мне нравится, что она прямолинейна и честна. Что умна, сообразительная. Что вообще не понимает сарказма. Все в ней особенное. — Ооо, да наш робот с человеческим сердцем. Хотя у нее размер груди где-то 3-3,5? — Минхек заулыбался. — Ой, вот так я вам и сказал. А вы что увидели в этих девушках? Каждый из присутствующих задумался. Ведь что-то цепляло каждого. — Ан сплошная загадка, — сразу же начал говорить Минхек. — Вот ты с ней идёшь, и она тебе открыто улыбается — и тут резко заплачет, увидев собаку. Она общительная, много говорит, что не может не радовать. Ведь редко встречается девушка, которая будет честна. Вонхо все еще думал. Джи красива. Но закрыта для него. Он не знал о ней ничего. А диалог как-то с ней завести тяжело. — А я не знаю, она интересна. Но я сам ничего не знаю. Надо оно мне? — Вонхо опустил глаза в пол. А ответ уже знал. Добавил про себя: «Не надо мне всех этих соплей. Мы можем быть только коллегами, на крайний случай друзьями. Она не видит во мне объект обожания. А оно и к лучшему». Вонхо встал с кровати и ушел в душ. Парни лишь, качая головой, смотрели в его спину. Каждый понял, что это был лишний диалог.

***