ВС-II «Легальный исход»

Пока Шустов и Данилов ездили за Ольгой Валерьевной, Белая и Белозеров тщательно проверили ее биографию, но ничего подозрительного не нашли: разводиться Султановы не собирались, завещания Руслан Султанович тоже не оставлял, пациентов из Ярославля у его жены не было. Власова передала всю информацию Круглову, который решил допрашивать Султанову лично – все же жена министра, и устроилась в Зазеркалье, чтобы послушать, о чем пойдет речь. - Ольга Валерьевна, у вас есть новости от вашего мужа? – в лоб спросил майор, и та помотала головой. - Нет. Последний раз я с ним общалась два дня назад, как я уже говорила вашим сотрудникам. Я позвонила утром – я знаю, во сколько он обычно встает, - рассказывала Султанова. – Мы обменялись милыми любезностями, пожелали друг другу хорошего дня, и на этом все. Я пыталась позвонить ему позже, но каждый раз телефон был недоступен, я оставила ему сообщение еще вчера вечером – попросила перезвонить, но звонка не было, - она выглядела обеспокоенной. – Если раньше я полагала, что он занят каким-то своими делами, то теперь я начинаю волноваться. Руслан никогда так не пропадал. Да, у него бывали командировки, его телефон не всегда был доступен, но раз в день или раз в два дня он всегда связывался со мной, чтобы хотя бы просто сказать, что все хорошо. А тут мне говорят, что он звонил своему заму и потом еще кому-то, но не звонил мне. Я не могу это объяснить. - А какие у вас отношения складывались в последнее время? Может, были какие-то конфликты или… - прищурился Круглов, но Султанова смотрела прямо и открыто, как если бы ей нечего было скрывать. - Не было у нас конфликтов. Мы столько лет в браке, что знаем уже друг друга наизусть. И поводом для конфликтов… я даже не знаю… нет их. Не было. - Ольга Валерьевна, извините, что я задаю вам этот вопрос, но такова моя работа. У вашего мужа была любовница? Султанова сделала глубокий вдох, обдумывая свой ответ, затем ровным тоном произнесла: - Я не могу положить руку в огонь за верность мужа, но также не могу утверждать, что он мне изменял. Если такое и было, то Руслан тщательно все скрыл. - Вы говорите об этом очень спокойно, - заметил Николай Петрович. - Не пойман – не вор, как известно, - развела она руками. – А переживать из-за гипотетических любовниц – это не ко мне. Я больше волнуюсь за мужа: где он и что с ним. Если он звонил на работу, то почему не позвонил мне. - Дело в том, что он не звонил на работу, - открыл ей правду майор. – Оба эти звонка были в записи. - Как так? – нахмурилась Ольга Валерьевна. - Кто-то записал звонки вашего мужа, пока он был в офисе, а потом звонил с его телефона и включал короткую запись, не содержащую никакой ценной информации, лишь говорившую, что он позже перезвонит, как все наладится или когда сможет. - Значит, ваши эксперты были правы, и с Русланом что-то случилось, - медленно и тихо произнесла Султанова. - У вас есть какие-нибудь предположения, что с ним могло случиться и где он может быть сейчас? Может, у него были какие-то друзья в Ярославле? - Нет, - женщина смотрела в стол невидящим взглядом. – Я не припоминаю. - На постели Султанова из гостиничного номера обнаружены биологические следы. К сожалению, мы пока не можем их идентифицировать, потому что у гонца украли улики и придется ждать следующую отправку, но все указывает на то, что в ночь до исчезновения ваш муж был не один. Может, у него там какая-то женщина когда-то была? Первая любовь, например? - Мне ничего об этом неизвестно, - покачала головой Ольга Валерьевна. - Когда вы разговаривали с вашим мужем в последний раз по телефону, вы уверены, что это была не запись какого-то предыдущего разговора? - Уверена, - кивнула Султанова, посмотрев на Круглова. – Я задавала вопросы, и он на них отвечал. Была пара шуток с моей стороны – он смеялся. Нет, такое нельзя заранее записать и подготовить. Это был он. - Ольга Валерьевна, - вздохнул майор. – Нам придется произвести обыск у вас в квартире. Как только будет постановление. - Да не нужно постановления, - расстроенным голосом отозвалась она. – Пусть ваши ребята осматривают, что хотят. Я первая заинтересованная найти мужа. - Другой вопрос: из ваших клиентов не было кого-то, кто остался бы недоволен качеством услуг? - Что вы хотите этим сказать? – нахмурилась Султанова. - Вы психолог, к вам приходят люди… не слишком уравновешенные. Возможно, все это связано с вашей деятельностью, а не с делами вашего мужа? - Нет… не думаю… Мои клиенты все вежливые адекватные люди. Да, у них есть проблемы разного рода, но они не буйные, не агрессивные и не опасны для общества. - Не может быть так, что какой-то не очень адекватный пациент в вас влюбился, а вы ему отказали? – прямо спросил Круглов. – И он решил отыграться на вашем муже, ну или устранить соперника. - Нет, что вы, это исключено, - Ольга Валерьевна даже улыбнулась. – У меня нет таких клиентов. - Хорошо, в таком случае наш с вами разговор окончен, - Николай Петрович пригласил даму встать. Но стоило им выйти из допросной, как Круглову позвонили. Извинившись перед Султановой и оставив ее в компании явно поджидавшего Данилова, майор ушел в кабинет Рогозиной, чтобы спокойно ответить на звонок. - Ольга Валерьевна, можно вас на пару слов? – негромко попросил Степан. - Да, конечно, - кивнула Султанова. – Но я правда ничего не знаю о Руслане. И теперь волнуюсь за него не меньше других. - Нет, речь не о вашем муже, - поспешил заверить ее Данилов. - Женя? С ней что-то случилось? – забеспокоилась Ольга Валерьевна, и он с трудом ответил отрицательно. - Нет, она в порядке, дело касается Риты, капитана Власовой. Вы ведь ее знаете, верно? - Да, как раз вчера она приезжала ко мне, чтобы спросить о Руслане, - подтвердила Султанова. - Даже не знаю, как сказать, - замялся Степан, - но… вы не могли бы с ней пообщаться? Дело в том, что… это, конечно, не мое дело, но она очень тяжело переносит смерть одного нашего общего знакомого… - не хотел называть он вещи своими именами. – Ну, вы понимаете? - Понимаю, - кивнула она. - Так вот. Она, мне кажется, все никак не может оправиться, и я подумал, что ей было бы полезно поговорить с вами, - закончил Данилов свою нескладную речь. - Это очень хорошо, что вы так заботитесь о ваших коллегах, Степан, - улыбнулась Султанова, - но я не вижу, о чем бы я могла поговорить с Маргаритой Сергеевной. По моему мнению, она не нуждается в душеспасительных беседах. Она вполне неплохо справляется сама. - Это видимость, - убедительно заявил он. – Она не может разговаривать о нем, и она не может видеть Женю, потому что та напоминает ей о нем. - Это говорит лишь о том, что он был для нее очень важным человеком, - приняв условия игры, Ольга Валерьевна тоже не стала произносить имени. – Это и я заметила вчера. - Вы говорили о нем? – встрепенулся Данилов, и она снова улыбнулась. - Нет. Даже близко не затрагивали тему. Послушайте, Степан, зачастую спасение утопающих – это действительно дело рук самих утопающих, а вот не спасение их – это дело рук активных окружающих. - То есть? - Иногда лучшая помощь, которую вы можете оказать человеку, это не трогать его, дав ему возможность самому справляться со своими эмоциями. - А если он не справляется? - Что вас наводит на такую мысль? - У меня такое ощущение, что она продолжает считать его живым. Я как-то застал ее в буфете, она что-то бубнила себе под нос, я разобрал только слово «майор», но просто уверен, что это тот самый. Что она разговаривает с ним. Султанова на секунду задумалась. - Ваши родители ведь погибли, верно? – вдруг спросила она. - Ну да, а причем здесь это? – не понял Данилов. - Вам случалось вспоминать о них в трудные или, наоборот, счастливые минуты, мысленно что-то им сообщать или рассказывать? - Ну… вначале – может быть, - неуверенно ответил он. - И вы не считали при этом, что вам нужна помощь психолога? - Я понял, - Степан улыбнулся. – То есть вы считаете, что в этом нет ничего такого особенного? - Именно. Вот если вдруг она вас начнет заверять, что он жив, что она его видит, разговаривает с ним, и он ей отвечает, вот тогда будет повод забить тревогу. А пока ее поведение естественно – не так легко смириться с потерей того, кто тебе очень нужен. - Да, Женька тоже до сих пор убивается, - нехотя признался Данилов. - Я давно с ней не общалась. Знаю только, что она учится теперь. Как у нее дела в целом? - Откровенно говоря, я думаю, что ей тоже не помешала бы ваша помощь, - выдохнул Степан. – Но если она узнает об этом разговоре, она меня убьет. - Почему? Что с ней случилось? Только что вы говорили, что все в порядке. - Она какая-то странная в последнее время. И у меня стойкое ощущение, что она мне не все рассказывает. То есть рассказывает, конечно, разное всякое, но есть что-то, что ее тревожит. И я бы сказал, что справиться сама она с этим не может, - деликатно заключил Данилов, чтобы не упоминать щекотливую тему. - Мне странно, что она сама ко мне не обратилась, если у нее возникли какие-то проблемы… - задумчиво проговорила Ольга Валерьевна. – Что ж, я попробую побеседовать с ней как-нибудь. Посмотрим, пожалуется ли она на что-то. - Спасибо, - улыбнулся Степан, и она ответила тем же. - Женя мне как дочь, хотя профессиональный долг призывает соблюдать дистанцию. В этот момент из кабинета вышел Круглов. - Данилов! – позвал он. – Как хорошо, что ты здесь. Ты же хотел вроде в Ярославль, да? Ну там город красивый и все такое, - улыбнулся майор. – Вот, собирайся и выезжай первым же рейсом, как говорится. - Случилось что? - У Лисицына сотрясение мозга, он в больнице, а ты едешь помогать Соколовой. - Понял, - пожал плечами Степан и, попрощавшись, поспешил на выход. - Товарищ майор, - обратилась к Круглову Султанова. – Вы сказали, что звонки моего мужа были в записи. - Совершенно верно. - А никто из его офиса эти звонки не опознал? Ведь кому-то Руслан звонил ранее по-настоящему, говоря все эти слова. - Из ближайшего окружения – нет, - с сожалением ответил Николай Петрович. – Хотите послушать? – догадался он. - Если можно, - улыбнулась Ольга Валерьевна. - Конечно, пройдемте, - пригласил ее Круглов в лабораторию. Через несколько секунд после того, как они ушли, из Зазеркалья вышла Власова, прекрасно слышавшая весь разговор после допроса. Убедившись, что никто ее не видит, Рита неспешно отправилась в буфет. Так значит, Султанова считает, что с ней все в порядке? Что ж, это обнадеживает. Вот только когда Данилов успел засечь ее, разговаривающей с майором? Странно… Она ведь только дома с ним общается. Данилов быстро сгонял домой за тревожным чемоданчиком и, закинув его на заднее сидение, вытащил телефон из кармана. Он набрал номер Шишковой, чтобы предупредить, что его не будет какое-то время, но она почему-то не отвечала. Степан сел за руль и через какое-то время повторил звонок. Результат оказался тем же. Тогда он позвонил в родную контору. - Серега, привет, это Данилов, а ты можешь мне пробить номер Шишковой? Что-то я до нее дозвониться не могу... - Погоди секунду… - послышалось на том конце провода. – Учитывая местонахождение телефона, я бы сказал, что Женя в больнице. - Черт. Адрес диктуй! Степан старался не превышать скорость и не думать о плохом, но в голове вертелась простая логическая цепочка: с Женей что-то случилось, но поскольку она одна на белом свете, то позвонить и предупредить некого. И если бы он не начал ее искать, еще неизвестно, сколько бы она пробыла в больнице одна, если у нее вдруг какая-то серьезная травма или… Так стоп, не накручивай себя. Может, она просто на приеме у врача, потому и не слышит звонки. Может, выключила звук у телефона. Но зачем ей врач, если она не больна? Или она больна, но ему ничего не сказала? А может, у нее кто-то из друзей заболел, и она навещает? Да нет у нее друзей – вот только недавно жаловалась, что ни с кем в компании сойтись не может… Данилов притормозил слева от главного входа и решил еще раз набрать Женю, чтобы не выглядеть перепуганным идиотом, если вдруг для беспокойства повода нет. Но не успел он щелкнуть нужные кнопочки, как Шишкова сама показалась на пороге больницы. И Степан уже выдохнул было, что все с ней хорошо, как увидел, что следом за девушкой вышел мужчина в белом халате*. Они оба отошли в сторону от двери и о чем-то заговорили. Степан нахмурился. Кто это? Врач? Посетитель, навещавший кого-то? Как вдруг Женя взяла его за руки, что-то отчаянно ему рассказывая, а он начал гладить ее ладони, словно успокаивая. Стиснув зубы, Данилов набрал ее номер, и на этот раз она ответила: - Степа, привет. - Привет, малыш, - он видел, как она отпустила мужика в белом халате. – А что это ты трубку не берешь? Я тебе звоню-звоню, уже волноваться начал… - Прости, пожалуйста, не слышала твои звонки. - Я тебя от учебы отвлекаю? Ты сейчас в Универе? - Да, - ответила Женя, и в него словно нож метнули. – У меня пара сейчас, я не могу долго говорить. - Я просто хотел предупредить, что меня отправили в командировку в Ярославль, - Данилов старался не выдать себя голосом. – Я не знаю, когда вернусь. - Хорошо, я поняла, - он видел, как Шишкова улыбнулась. - Я позвоню, когда приеду, - коротко бросил Степан. – Пока. - Пока, - отозвалась она. Данилов не сдвинулся с места, наблюдая исподлобья, как она возвращается к тому мужику, что-то ему говорит и потом виснет у него на шее. Ну зашибись! В порыве злости он схватил свой телефон и сфотографировал парочку. Значит, пока он с ней носится как с маленькой, она за его спиной встречается с другими мужиками? А ему говорит, что справиться с собой не может? Степан с силой ударил по рулю, следя взглядом за трогательным прощанием. Потом Шишкова быстро поспешила по лестнице вниз и дальше по больничной аллее, а мужчина в белом халате, проследив за ней с улыбкой, вернулся в больницу. Данилов тяжело вздохнул. Очень хотелось выскочить прям сразу и набить ему морду. С другой стороны – с какой стати? Женя неоднократно намекала ему, что он не выдержит скоро и бросит ее. Так может, она на самом деле этого и хочет? И просто пытается вынудить его сделать это самостоятельно, чтобы не оказаться виноватой? Но зачем тогда вот только вчера она висла на его шее и умоляла не оставлять ее? - В какие же игры ты играешь, Евгения Викторовна… - сквозь зубы пробормотал Степан, выезжая с больничного двора. – Зачем я тебе нужен? Для чего? Мысль о том, что беззащитная слабая девочка оказалась не такой уж беззащитной и не такой уж слабой, не покидала его. Уязвленное самолюбие мешало разуму сосредоточиться и мыслить логически. Если этот мужик – ее любовник, то все свои барьеры она успешно преодолела, получается. И почему тогда его, Данилова, держит на расстоянии? Чтобы остаться верной своему любовнику? Чушь какая-то! Зачем тогда его, Степана, держать при себе? Для чего? Что-то не сходилось, но сам факт, что Женя легко висит на шее какого-то левого мужика, настораживал. Сколько у нее их таких? И кто они? Эх, если бы он догадался сфотографировать отдельно этого субъекта, можно было бы попробовать пробить по базам. Данилов тяжело вздохнул, затормозив на светофоре, и потер лицо руками. Видимо, по возвращению его ждет трудный и важный разговор. Если раньше он лишь подозревал, что с Шишковой творится что-то неладное, то теперь лично убедился, что у нее от него какие-то секреты. И, судя по всему, весьма серьезные. Султанова стояла за спиной Белозерова и внимательно вслушивалась в записи. - Первую я точно не знаю, а вот вторая… - Что вторая? – встрепенулся Круглов, Белая тоже обернулась, отвлекаясь от своей работы. - Можно мне еще раз ее послушать? - Да, конечно, - Сергей снова запустил аудиофайл. - Привет, - раздалось из динамиков. – Не мог позвонить раньше, предупредить тоже не получилось. Долго говорить не могу – дела. Как только что-то прояснится, я наберу. - Руслан звонил мне, - наконец, сказала Ольга Валерьевна. - Вы уверены? – удивился Круглов. - Не очень, если честно. Я пытаюсь вспомнить… Это была его другая командировка. Он собрался быстро, я была еще на работе… - она пыталась воссоздать картину того дня в голове. – А потом когда пришла домой, он как раз позвонил. Я еще удивилась, что так поздно, а его дома нет и никаких сообщений от него – тоже. Он как раз тогда говорил, что не мог раньше позвонить, и вот это «как что-то прояснится, я наберу». Но, к сожалению, я не могу утверждать, что это именно тот звонок. Возможно, он тогда сказал мне очень похожие слова, а не точно эти. - Когда это было? – поинтересовалась Таня. – Тот звонок. - Дайте подумать… - Султанова что-то стала вычислять в уме. – Три недели назад, да, это было три недели назад. - Получается, что преступник сделал записи очень заранее, - заметил Белозеров. – А это значит, что он может либо уже не работать в министерстве, либо просто быть чьим-то посетителем. - Либо в кабинете Султанова был диктофон, - вставила Белая. – Кто-то его оставил на один день, а теперь выбирает подходящие записи и пользуется. Или на пару дней. Короче, этот человек может не быть из ближайшего окружения Султанова. - Но в министерстве у него явный сообщник, - высказался Круглов, - иначе как бы он там оставил диктофон, а потом забрал? - Привет, коллеги, - в лабораторию вошел Шустов. – Ольга Валерьевна, если я не ошибаюсь? Здравствуйте. Капитан Шустов. - Добрый день. Очень приятно, - Султанова нахмурилась, но потом догадалась: - Моя фотография есть в ваших базах, я полагаю? - Ваша фотография стоит в кабинете вашего мужа на столе, - улыбнулся Игорь. - Вот как? – удивилась она. – Странно. - Почему? – не понял Круглов. - Руслан всегда говорил, что ничего личного на работе не держит, даже фотографий, потому что это ни к чему. Но, может, передумал, не знаю, - она махнула рукой. – Может, я уже везде вижу подвох просто. - Так, бери Власову, и отправляйтесь на обыск к Ольге Валерьевне, - Николай Петрович посмотрел на Шустова, потом снова на Султанову: - Как давно вы были у мужа на работе в последний раз? - Очень давно, больше года назад, наверное. - Я думаю, имеет смысл, чтобы вы заехали в министерство и посмотрели его кабинет. Возможно, вы увидите там что-то, что не видим мы, потому что не так хорошо знаем вашего мужа. - Я сомневаюсь, - неуверенно отозвалась она, - но если вы считаете, что это может помочь, я обязательно заеду. Шустов выловил Власову в коридоре, сообщая, что их отправили на обыск в квартире Султановых, но в отличие от него Рита была уже в форме. - Беги переодевайся, мы тебя ждем, - кивнула Игорю Власова, увидев, как из лаборатории выходят Николай Петрович и Ольга Валерьевна. - Так, мне нужно доложить Рогозиной, - после короткого разговора сообщил Круглов и указал в сторону Риты. – Я вас тогда оставлю с капитаном Власовой пока. - Да, конечно, - ответила Султанова и, дождавшись, когда он уйдет, поздоровалась. - Добрый день, - отозвалась Рита. – Сейчас капитан Шустов переоденется, и поедем, - она помедлила немного и добавила: - Спасибо. Ольга Валерьевна улыбнулась, понимая, что это благодарность за вчерашний эпизод – фотографию, и достала из сумочки свою визитку. - Я думаю, она вам не понадобится, но мне будет спокойнее, если я буду знать, что она у вас есть, - с этими словами она протянула карточку Власовой. - Я учту, - лаконично ответила та, убирая визитку в карман. - А вот и я, - в коридоре нарисовался готовый Шустов. – Ну, поехали? Оказавшись в квартире, Султанова попросила не приглашать понятых, говоря, что не хочет, чтобы чужие люди совали свой нос не в свои дела, ведь у мужа здесь могут быть какие-то важные и конфиденциальные документы. - Ну, учитывая, что мы без постановления, - пожал плечами Игорь. – Не вижу проблемы. - Я тоже, - кивнула Власова и уже сделала шаг в зал, как тут же вернулась обратно. Шустов дернул бровью, не поняв маневр, и прошел в комнату сам. Только он открыл рот, чтобы что-то сказать, как заметил на полке фотографию Шишковой в обнимку с Калашниковым и перевел внимательный взгляд на Риту. - Я, пожалуй, начну с кухни, - быстро ретировалась она, и Игорь не стал возражать.