Вопрос Доминантности

Год 1991. Комната с зеркалом Еиналеж, Философским Камнем и одержимым профессором Квиреллом. Гарри Поттер, ну прямо чудо-ребёнок!, наложением рук изгнал откровенно озмеюченного (тоже мне - Георгий Победоносец!) Волдеморта из не слишком-то вменяемого Квирелла, попутно распылив последнего, героически спас Философский Камень и вальнулся в обморок. Так? А вот и нет! Вы и правда верите, что первогодка, у которого и простенький Люмос-то получается с трудом, победил взрослого мага? Вы и правда верите, что Дамблдор, этот белобородый махинатор, оставил бы настоящий Философский Камень в надежде на какую-то мифическую кровную защиту? Вы и правда верите, что "Величайший Тёмный Маг Столетия" вот просто так взял и развеялся? На самом деле всё было совсееееем по-другому. Итак: зал с зеркалом... – Камень... Отдай мне камень... – Да забирай на здоровье! – И Камень по дуге летит к совершенно ошалевшему от такого поворота Квиреллу-Волдеморту. И что, и всё? А где хоть какое-нибудь противодействие? Он же ещё ничего не предложил мальчишке! Ни чем не пригрозил! И чего этот ненормальный гриффиндорец такой спокойный? – Тем более, что он всё равно фальшивый... – и, пока Ужас Магической Британии судорожно проверял камешек на подлинность, абсолютно индифферентно добавил – Да и не помог бы он. – Поттер! – И не надо сверкать глазами! Я прекрасно знаю, для чего тебе камень, так же, как и кровь единорогов. Только это всё тут бесполезно. – И чего ты хочешь? – усталый голос Волдеморта прозвучал мягко и ненавязчиво. Раньше он таким голосом Круциатусы раздавал. – Помочь. – Чем?!?! И начал Гарри Поттер рубить всю правду-матушку. Да такими конструкциями и оборотами, что Волдеморт от удивления чуть из Квирелла не вытряхнулся. Некоторые фразочки он даже в далёком приютском детстве не слыхал. А между фразочек, конструкций и оборотов шли факты, от которых у Тома шевелились и вставали дыбом уже лет десять как несуществующие волосы. Оказывается, после создания 8 крестражей (хотя он делал только 6 + то, что осталось в теле) его нынешнее магическое ядро составляет 1/128 от его же ядра, но до создания первого крестража! То-есть, грубо говоря, каждый раз он делил оставшееся в теле магическое ядро пополам. И ещё на половину. И ещё… А ещё оказывается, и это почему-то ни в одной из прочитанных им книг не было указано, нельзя создавать больше двух крестражей сроком более чем на пять лет и помещать в неживые объекты, не имеющие собственной души и, следовательно, не могущие эти крестражи подпитывать. А ещё оказалось – в разделённом состоянии кусочки души начинают «подгнивать» и личность, которой эта душа принадлежит, теряет постепенно знания, память и разум. На резонный вопрос – а почему это нигде не указано, даже в записках дедушки Салазара? – последовал не менее резонный ответ, что у дедушки Салазара были ссылки на некромагические и некромантские гримуары, которые следовало почитать, прежде чем за палочку хвататься. И если бы кто-то не считал бы себя самым умным, а прочитал бы всё, то вот таких проблем у него сейчас бы не было. И что теперь ему, если, конечно, он хочет вернуть себе магию и мозги (при условии что они, мозги эти, раньше были, в чём лично Поттер сильно сомневается) придётся все указания Поттера выполнять неукоснительно, потому что иначе он (Волдеморт, не Поттер) в простейшую нежить обратится. Нежить – она, конечно, бессмертная, но он этого уже не заметит, потому что мысли интеллектуально сложнее, чем «Жрать хочу!», ей недоступны. – Почему я должен тебе верить и откуда я знаю, что всё это правда? – Я, известный как Гарри Джеймс Поттер, Магией своей, Кровью своей и Именем своим клянусь помочь Тому Марволо Риддлу восстановить магию, вернуть разум, соединить душу и обрести телесность. Да будет Магия мне свидетелем. – белая вспышка, последовавшая за словами, сообщала: клятва принята и засвидетельствована. Всё. Навредить Тому мальчишка-Поттер не сможет. Даже если очень захочет – до тех пор пока не выполнит клятву. А с целой душой, изначальным магическим ядром, неповреждённой памятью и при наличии тела Том и сам кому хошь навредит. Вопрос «принимать/не принимать помощь» вообще не стоял. 10 лет скитаний бесплотным духом по албанским лесам здорово обламывают лишнюю гордость. Вопрос стоял так: «Знает ли сам Поттер что делать и ОТКУДА он это знает?» Вот он (вопрос) и был задан ухмыляющемуся Поттеру. И если вторую часть вопроса просто проигнорировали, то рекомендации по первой были выданы незамедлительно. Мерзкий мальчишка, продолжая ухмыляться, заявил что перво-наперво надо вытряхиваться из Квирелла и сливаться с последним созданным крестражем. Сказано – сделано. И вот теперь лорд Волдеморт начал понимать, ПОЧЕМУ Поттер так паскудно ухмылялся. Он и оказался тем последним, восьмым, непонятно откуда взявшимся, крестражем. А там, сразу же при попытке рыпнуться в сторону, получил по мозгам с указанием сделать вид, что его тут нет и не было никогда. И вовремя. Пока они препирались, в зал выскочил Дамблдор, встрёпанный, запыхавшийся и с бородой, стоящей колом параллельно полу. «Чё это с ним?» «Я шахматы МакГонагалл проклял. Не пускали, наверное.» Так как Квирелл рассыпался сразу же, как только из него исчез инородный разум, а следилки были превентивно уничтожены Поттером, то узнать, что случилось, можно было только у того же Поттера. А Поттер красиво и эпично упал в обморок. И занавес.