Вопрос Доминантности

Диалог в Больничном крыле между студентом-Спасителем (Молодец! Хороший мальчик! Хочешь косточку?) и директором-Благодетелем (Ну что ты, мальчик мой! Подумаешь, кто-то мог погибнуть! Это же всё ради всеобщего блага!) не особо расходится с официальной своей версией. Ну разве что комментариями Тома, которые он вставлял к месту и не к месту. Дурсли удивили Волдеморта несказанно. Он как-то не так представлял себе детство Героя Магической Британии. Он пару раз даже хотел вмешаться, но, получив по мозгам, решил что это, в сущности, не его дело. Добби подарил двадцать минут здорового смеха им обоим и ещё полтора часа заворота мозгов в попытках понять: «А чего ему надо было, собственно?» Высокоинтеллектуальный спор о том, что могут и чего не могут домовые эльфы, закончился близнецами Уизли на летающем фордике. Фордик понравился. Близнецы тоже. А вот Нора… «Курятник.» «А нам здесь до сентября куковать… Кошмар…» Жизнь в этом радостно-рыжем курятнике не замолкала ни на секунду. Ежели не гремели посудой на кухне, то завывал упырь на чердаке. Через пару дней Гарри на полном серьёзе заявил Тому, что если этот бедлам не затихнет хотя бы на пару часов – он сбежит обратно к Дурслям. Том ему только посочувствовал. Его-то хоть не тискали все кому не лень. Поход в Косой Переулок нехило их повеселил. «Что-то я разницы не вижу между Малфоем и Уизли.» «Ага. Что старшие, что младшие. Петухи бойцовые.» «А мне Люциус всегда казался таким сдержанным, хладнокровным. А тут вдруг так вспыхнул…» «А может, там не всё так просто? Артур-то тоже взвился. Может быть там…» «Ты! Маленький четырёхглазый извращенец! Даже и не думай об этом!» «Чего это – извращенец? Маги по сути своей бисексуальны. Тебе ведь что-то около 50, неужели до сих пор не знаешь?» «Тебе пока рано об этом думать! Тебе только 12!» «Это ты так думаешь.» «Я чего-то не знаю?» «Ты ничего не знаешь. И не узнаешь, пока мы твою душу не соберём. Закончили обсуждение.» Сборы в Хогвартс превзошли самые худшие ожидания. Казалось, что курятник перешёл на военное положение. Слава Небу, что всё закончилось относительно быстро. Закрывшийся проход был из разряда «неприятно, но не смертельно». Хуже было то, что на маггловской стороне вместе с Поттером и его персональной шизофренией остался Рон. И вот это уже было совсем не хорошо. Дурацкую идею лететь в школу на Фордике поддержали 2 голоса из 3. Поттер был категорически против, но кто его спрашивал? Полёт – Дракучая Ива – Злющий Снэйп – отработки – уроки – Локхарт… Локхарт. После первого же урока ЗОТИ у Тома случилась самая настоящая истерика. Фраза: «Ну я же лучше собаки!..» в данном случае трансформировалась в «Ну я же был бы лучшим учителем!..». И Гарри пришлось целый час доказывать Тёмному Лорду что таки да, он был лучше, чем Локхарт. А потом кто-то окаменил кошку. А Поттера назначили Наследником Слизерина. Как самого крайнего. Поттер своё назначение и последовавший за этим остракизм воспринял стоически. И даже почти не кусался. Том не знал – то ли ему смеяться, что Поттер оказался рыжим, несмотря на то, что он брюнет, то ли беситься, что кто-то покусился на его титул. Гарри искать этого «покусителя» отказался, заявив, что у них и без того проблем хватает. И это было правдой. Слияние кусочков души проходило тяжело и сильно било по разуму, из-за чего Волдеморта бросало из крайности в крайность. Он вёл себя то как умудрённый опытом старец, то как капризный пятилетка, жутко из-за этого бесился, но сделать ничего не мог. Рон с Гермионой увлечённо искали Тайную Комнату, и доискались до того, что Наследником у них оказался Малфой. Аргумент был один, но железобетонный: «Но это же Малфой!» Ну да, конечно. Это ж Малфой. Вот тут Том вспомнил, что свой первый крестраж отдал на сохранение Люциусу и предложил воспользоваться ситуацией и прижать белобрысого. Поттер был против. Том был настойчив. «Да пойми ты! Твой первый крестраж надо присоединять последним, иначе ты последний разум потеряешь!» «Да какая разница-то?» «Да что ж это такое-то, а? Ты Тёмный Лорд или кто?! Я тебе что говорил о магическом ядре? Я говорил что ты его раздрободанил на части. И части эти – не-рав-ны-е. И если сейчас начать сливать их как-попало – ты можешь вообще остаться без разума и без магии!» Риддл затих. Ненадолго, но Гарри и это воспринял как дар небесный. Всё-таки делить голову с духовно ущербным Тёмным Лордом – удовольствие весьма сомнительное. На фоне этих препирательств как-то почти незаметно прошёл мимо поход в слизеринскую гостиную под оборотным, который сам Поттер воспринимал как разновидность трудовой повинности. Просто потому, что от Рона с Гермионой прятаться бесполезно – везде найдут. Так же, мимо внимания, прошло появление дневника, о котором - вот он, закон подлости в действии! - как раз и шёл спор между Поттером и его шизофренией. Потом были акромантулы. Рон был в панике. Поттер тоже. Внешне. Внутренне же он был спокоен, как индейский вождь, курнувший стратегических планов вместо гашиша. «Ну и зачем? На тебя сейчас всё равно не смотрят.» «Шпионы горят на мелочах!» «Ну-ну…» Потом был героический поход в Тайную Комнату. Ну, то есть это только выглядело героически. «Пойдём, я тебя с василиском познакомлю! Только надо будет за Локхартом завернуть.» «А Локхарт-то нам зачем?» «Ну, надо же ему чем-то питаться.» «Локхарту?» «Да нет же! Василиску!» И пошли они… в Тайную Комнату. Вместе с Локхартом. И Роном. От Локхарта удалось отвязаться очень быстро. Ибо нечего хватать чужие палочки. «Ха! Сам дурак!» «Да угомонись ты уже!» Вместе с ним с дистанции сошёл и Рон. Потому что обвал. Тайная Комната… не впечатляла. Совершенно. Василиск тоже не особенно. Вот что действительно впечатляло – так это почти воплотившийся крестраж. Причём не воплощением своим, а характером. Сея… молодая и непутёвая копия Волдеморта 16 лет то ли не чувствовала присутствия других частей души, то ли у неё тоже… крышки на чайнике не хватало… В общем, этот фрукт… который овощ… скомандовал василиску: фас! И василиск послушался! И больше ни на что не реагировал! А тут как раз Фоукс (феникс директорский) пролетал. Случайно, ага. Ох и матерился Поттер, бегая от гигантской змеюки по канализации с палкой-ковырялкой (то есть, простите-извините, с мечом Гриффиндора) на перевес! Василиска он в итоге всё-таки убил. В процессе самозащиты. Попутно заимев себе иммунитет от всех вредных зелий и целую тушу на ингридиенты. «Нет худа без добра. Теперь у нас есть возможность слегка ускорить твоё исцеление.» «Чего с дневником будем делать?» «Знаю я один фокус…» Дневник, с помощью неизвестного Тому ритуала, был почти полностью (за исключением осколка души) скопирован и торжественно проткнут клыком. Случившейся при этом Джинни пришлось подтирать память. Не вовремя она очнулась, не вовремя. А дальше… Хэппи-Энд под лозунгом «Да здравствует Герой!» - это ещё ничего. Но вот освобождение Добби… «Ну и зачем он тебе?» «Что бы больше не спасал. А то угробит ненароком.» И поезд… «Ну-с, вот и лето. Нелёгкий был год.» «У меня большие планы на эти каникулы. И у тебя вместе со мной.» «Ну, что ж, посмотрим…»