это просто я

2007. Небольшая река, чьи берега замерзли, и вода близ земли покрылась льдом и снегом. Сильный ветер гонит быстро темные тучи и небо серо, как и его душа. Билл стоит, у него леденеют пальцы, но это приятно, хоть что-то может отвлечь от его неудачи. В такие моменты не хватает того внутреннего голоса, женского голоса. Этот голос всегда помогал не сдаваться, но он исчез несколько лет назад, а Билл заметил это только сейчас. Прекрасное ощущение стоять посреди реки на тонком льду и смотреть на быстро плывущие облака, как стаи птиц кружат у тебя высоко над головой. Будто ты один в этом мире. А если один, значит никто не увидит, и тогда можно дать выход эмоциям. Пустилась первая слеза, затем другая, и вот уже он плачет во все горло. Он понимает возвращение его незаменимой части, которую он давно потерял, наконец он может быть самим собой. И уже плачет не от случившейся неудачи, а от радости. «Теперь я могу быть свободным в полете над этим миром» — проносится у него в голове. Тихо высыхают последние слезы, и он отправляется домой через мост над рекой, через только что построенные дома; переходя дорогу и видя свой дом, в котором ждет его мама, и в который они переехали совсем недавно. Билл поднимается вверх по ступенькам узкого подъезда и натыкается на Тома, стоящего в лестничном пролете и курящего сигарету. — ты почему так долго? — я задержался у преподавателя, необходимо было выяснить на счет заданий. — не ври мне. — почувствовал, да? Эх… Ну если ты знаешь уже, то зачем спрашивать? Том, я тебя так люблю, ты даже не представляешь, как! — выкрикнул последнюю фразу парень, и снес с ног брата, обнимая того до хруста в костях. Том, выкинул плохую сигарету и подхватил этой рукой брата за талию, а другой стал поглаживать по пушистым длинным волосам. — и я тебя, Билл, и я тебя… Минуты две спустя Билл оторвался от брата, будто не видел его год. — пора идти, мама наверняка тоже соскучилась уже за день. И надо помочь. Старший последовал попятам за младшим вверх по лестнице. — мама, мы дома! Среднего роста женщина, с недавно возникшими морщинками, появилась перед братьями, на ней был фартук и на плече свисало полотенце. — как хорошо, что вы пришли, мальчики! Кое-чего не хватает для ужина, может сходите в магазин? — конечно, мам! — ответил быстрее возражений брата Билл. И когда женщина отправилась в комнату за деньгами, Билл тыкнул брата локтем в бок, сказав «давай поможем маме сегодня хорошенько», и подмигнул мило улыбаясь, чтобы задобрить Тома. — вот держите, — мама протянула деньги, — купите ананасы и бананы, вишню и чего-нибудь из напитков к столу. — сок подойдет? — спросил Том. — да, сами выберите. И братья отправились обратно на улицу. — как у тебя прошел день? — спросил Билл, заглядывая в опущенные глаза брата. — хорошо. — мы скоро поедем снова. Насладись этими моментами дома. — я и стараюсь, но почему-то тебя как раньше я вижу меньше. — хочешь завтра пойти всей семьей в парк, как в детстве? — давай, это будет здорово! — быстро оживился старший перед входом в магазин. Они редко спорили по поводу продуктов, потому что выбирали оба качественно. — мне интересно, что же там такого могло случиться, что у тебя была взрывная депрессия чуть ли не вселенского масштаба? — да просто этот дебил водитель наорал на меня матом с три этажа, хотя я переходил как раз-таки в положенном месте и как надо оглянулся, а он вроде и тормозил, а потом газанул слегка, так что меня не снес. — ты номер не запомнил? — нет. — да видимо у этого идиота недотрах, что ноги аж дергаются. Билл засмеялся над немного жестокой шуткой брата и ему стало легче. Дальше они шли и наслаждались медленно падающим снегом. Скоро Рождество, которое они отметят всей семьей. Братья зашли в квартиру и передали покупки матери.  — скоро должен подойти Гордон, и мы сядем за стол. Подождите мальчики. Билл и Том сняли куртки и прошли внутрь квартиры, заворачивая в свою комнату. Билл, переодевшись, побежал к маме помочь с готовкой. — мам, тебе помочь? -о, Билли, малыш, можешь отнести вот это? — сын принял из рук мамы тарелки и поспешил к столу. Затем к брату присоединился Том, и они все вместе бегали от рабочего кухонного стола к обеденному. В этой суете полной казусов и шуток они не заметили, как пришел Гордон и все вместе уселись за стол. Ужин прошел как нельзя лучше, Гордон поделился своими успехами с семьей, а мальчики слушали очень внимательно. В магазин как маме зашла одна новая покупательница, которая стала постоянной теперь. После ужина Билл помогал маме вымыть посуду, а Том попросил оказать уроки игры на гитаре Гордона. А на кухне тем временем… — мам, скажи, ты пугалась своих чувств? — интересный вопрос, малыш. Знаешь, да. Я как-то испугалась своего страха. Была опасная ситуация и мною овладел страх, тогда я впервые его узнала и испугалась, что он может повлечь неблагоприятные последствия. Тогда я сумела его побороть. Билл стал осмысливать сказанное мамой и взвешивать тяжесть следующего вопроса, который возник, поскольку предыдущий был первым шагом, а ответ на него не совсем удовлетворил его. После нескольких минут молчания Билл вновь спросил: — мам, ты останешься со мной каким бы я не был? — конечно, мой маленький. Билл, вы с Томом для меня очень важны, больше чем все в этом мире. — спасибо, мама, — Билл обнял женщину в фартуке, с проступающими морщинками на лице. В голове у Билла были очень противоречивые мысли. Тем не менее в этот вечер он явственно почувствовал сильную тягу к брату, как к нечто возвышенному, словно само воплощение любви. Хотя сложно любить «любовь».