Menschen Suchen Menschen

Он ушёл. Улетел. Просто оставил её одну. Да, писал. Звонил. Обещал приехать на первые рождественские каникулы. Только это ничего не меняло. Он ушёл. Оставил ей пустые школьные коридоры, лестницы и кабинеты. Оставил роуминг в сети и плюс с минусом в часовых поясах. И это не совсем та счастливая сказка, на которую она променяла пару моментов своей гордости и жизненных установок. Он ушёл и вёл себя так, будто ничего не произошло. — А как дела у Вильяма? — Пишет, что всё хорошо. Подруги постоянно спрашивают, потому что на то они и подруги и потому, что она врёт им постоянно — всё у них хорошо. Только она не слышала его голос уже неделю. У неё контрольные, у него что-то типа того, а между те самые часовые пояса. — Хэй, мисс заучка, не поздновато ли ты тут сидишь? Крис вальяжно опирается на косяк двери в кабинет литературы, прикрывает рот ладонью зевая. На дворе глубокий вечер, а у неё две ненаписанные статьи и проваленный зачёт по истории. Умудрилась ведь. — Хэй, мистер "непостоянство", — она улыбается чему-то. Наверное, тому, что она здесь всё же не одна. — Дома слишком шумно, чтобы заниматься спокойно. Эскиль... Ну, ты же понимаешь. Крис чему-то кивает, снова зевая, смотрит на часы и предлагает подвезти. Раз уж встретились. — А ты что забыл в школе? — Ты уверена, что хочешь знать? — играет бровями и заливисто смеётся, смотря, как меняются эмоции на лице Нуры. — Уже не совсем уверена... — У меня тоже экзамены, знаешь ли. Забыл учебник, вот заехал. А тут ты. Крис, оказывается, очень шумный. Он много говорит, шутит и смеётся. Порой говорит абсолютно чушь, но назвать его бестолковым язык, почему-то, не поворачивается. Он подвозит её один раз. Затем ещё несколько. После зовёт вместе с подругами на одну из вечеринок. Где Нура его и целует. Это происходит совершенно случайно. Они оба были слегка пьяны, слишком веселы и не придавали этому ничего серьёзного. Ей на утро было немного стыдно, а он, кажется, и вовсе забыл. Рождество становилось всё ближе и ближе, а Вильям писал, что сможет приехать только под конец каникул. В какой-то момент она перестала верить даже в это. Пусть приезжает, конечно, если сможет. — Хэй, Нура, идём кататься с ледяной горки. — Ты это серьёзно? Она смотрит на стильные джинсы Криса, вычищенные кроссовки на толстой подошве и на то, как забавно у него покраснел нос от мороза. — Да ладно тебе, пошли. Подпихивает в нужном направлении, зачем-то посильнее затягивая на ней шарф. Они мокрые, облепленные снегом и совершенно, кажется, счастливые. Вся идеальная причёска Нуры растрёпана, а Крис больше похож на юного Санта-Клауса со своими красными щеками и носом. Они пьют горячий шоколад в ближайшей кофейне, садясь впритык к батареи и обсуждают самые странные подарки, которые когда-либо дарили или получали. — А сейчас ты бы что хотела? — Не знаю... Ничего на ум не приходит. Нура пожимает плечами. Она, правда, не знает. Пару месяцев назад хотела билет на самолёт. А сейчас... Пожалуй, ещё одну чашку горячего шоколада. И... Остальное слишком странно и точно никогда не сбудется. Они всего лишь друзья. Больше знакомые. На Рождество Эскиль приносит ей огромный коробку, которую кто-то оставил у их двери. В ней куча всяких милых безделушек, шоколад, книга и огромный мягкий шарф. Есть ещё открытка, в которуювложена всего одна небольшая фотография. На ней Нура вся в снегу и смеётся. В подписи не нуждается. Она пишет Крису "спасибо" и зовёт на послерождественский чай. Крис приходит чуть раньше, остаётся на чай, а после и на ночь. Ничего сверхважного. Всего лишь засыпает на её кровати под собственный рассказ о вчерашнем дне. Она всего лишь не стала его будить. Вильям приезжает за три дня до начала учёбы. Стучиться к ней в дом, но никто не открывает. Так же, как и не слышит, видимо, звонок. Телефон вибрирует где-то на втором этаже, пока огромная компания отдыхает на первом. Пока Крис помогает Нуре спуститься вниз по холму к почти замёрзшей реке и не поскользнуться на камнях. В итоге проезжает по ним сам, громко матерясь и обиженно тормозя о сугроб. Нура понимает, что забыла телефон в доме только тогда, когда хочет сфотографировать это приземление. — Ты в порядке? — Учитывая, что снег у меня даже в... Неважно. Ладно, я в порядке. И хватит смеяться. Сделай хотя бы вид, что тебе жаль. Она пытается, но не получается. Они смеются оба и всё же возвращаются в дом, так и не дойдя до реки. — Вильям...? — Привет. Они встречаются у подъезда Криса. Делать круг и ехать к дому Нуры было уже слишком поздно. — Ты не... Вы оба не отвечали. — Холодно. Телефоны сели. Она не знает, почему, но она так и стоит, держась за открытую дверь машины. Она не знает, почему, но Крис тоже. — Так вы...? — Нет. — Да. Она впервые видит его таким серьёзным. Крис сжимает кулаки на своей стороне двери и смотрит на Вильяма. А он ведь ни разу не упоминал его в их разговорах. Ни единого. Она понимает это только сейчас. — С приездом тебя, Вильям. Она, кажется, меняет своё "нет", только вслух ничего не говорит. — Зайдёшь? Крис кивает на дверь подъезда, но Вильям кивает на свою машину. — Нет, как-нибудь потом. Устал с дороги. Он больше ничего им не говорит. Садится и уезжает. Как тогда. Он снова уезжает, но теперь у Нуры вместо пустых коридоров бесконечные разговоры и красные от мороза щёки. — Ты меня даже ни разу не поцеловал. — Зато ты меня один раз точно.