Серая мышка Скамандер

— Письмо! — девочка выхватила конверт прямо из клюва совы. Та, возмущенно ухнув, ударила ребёнка крылом и улетела. Хогвартские совы не привыкли к такой наглости, зато совы семьи Скамандер другого отношения и не видели. — Папа, это печать Хогвартса? Это она?! Ньютон взял конверт в свои руки, затем кивнул с улыбкой, и Альфис счастливо завизжала, прижав письмо к груди. Она была уверена, что ее приняли, хоть и не прочитала еще, что написано в письме. — Мама! — позвала она. — Мама, мне письмо из школы! Порпентина, улыбаясь, вышла из кухни и взяла конверт в свои руки. Вряд ли сейчас впечатлительная и возбужденная дочь могла бы сама прочитать: в таком состоянии у нее буквы разбегались перед глазами. Вместе с мужем Тина распечатала письмо и зачитала, что Альфис поступила (на этом моменте визги ее превысили всякие нормы и где-то вдалеке зарычали звери отца в его чемодане), что и где нужно купить, куда и когда надо прийти. Ей хотелось пойти вместе с дочерью, а, чтобы они не заблудились, Ньютон непременно взял выходной, дабы отправиться вместе с ними. К тому же это напоминало ему о его детстве, о его поступлении в Хогвартс. Альфис была воодушевлена и впечатлена такой возможностью. Билет на Хогвартс-экспресс, который лежал в конверте вместе с письмом, она бережно хранила под подушкой, внутри книжки, чтобы не помялся. Косой Переулок снился ей во снах, она была там последний раз три года назад, когда ее взяли за компанию, чтобы купить нужное к учебе для ее кузена по отцу, Говарда. Она хотела бы покупать нужное и с Рори, кузеном по матери, но его непременно приняли в Ильверморни, а в Америку Альфис одну не отпустили, родители были заняты и не смогли отправиться с ней, но вся семья написала поздравление младшему Ковальски. День, когда Скамандеры прибыли в Косой переулок за покупками, девочка запомнила на всю жизнь, потому что она никогда не чувствовала себя так волшебно. Отец зашел в Гринготтс, чтобы взять денег на все принадлежности, а потом они пошли за учебниками, решили следовать сверху вниз по списку. Никогда еще Альфис не проявляла к книгам такого интереса, ведь раньше она читала мало волшебной литературы, незачем было. Мамину «Магическую Историю», несколько переизданных экземпляров отцовских «Фантастических зверей» и еще что-то, найденное в бабушкиной библиотеке в Дорсете. Все у бабушки было малость устаревшим, «Великие магические даты» перестали казаться интересными, когда девочка перечитала книгу в пятый раз, а всех магических существ младшая Скамандер уже знала практически наизусть, благодаря отцу. Не было ни одного дня в жизни Альфис, чтобы папа не рассказывал или хотя бы не упоминал своих любимых зверей, даже самые сложные названия девочка выговаривала легко. Кстати, для учебы на первом курсе папа не купил ей учебник собственного авторства в магазине, он подарил ей самый новый, только изданный, первый из всего нового тиража, даже корешок еще хрустел, страницы имели такой запах, какого не было ни в одной из магазинных книг, чернила даже казались сырыми, а бумага теплой. Пока маленькая волшебница любовалась подаренной ей книгой, родители разговорились, и, стоило им отвлечься всего на пару минут, на какой-то пустяковый разговор, дочь их уже стояла у витрины волшебного зверинца, разглядывая домашних существ. Они казались ей слишком простыми, малоинтересными, но все равно вызывали любопытство, как и все вокруг в этом волшебном месте. — Ты хочешь свою собственную сову? — Ньют растрепал ее непослушные каштановые волосы и девочка, хихикнув, кивнула. Тина взяла все учебники, которые тащила Альфис («Я уже взрослая и сильная, я смогу!»), положила в свою сумку, а руки дочери уже тянулись к клеткам с совами. Придирчиво рассматривая каждую, девочка смотрела в птичьи блестящие глаза, каждая птица манила к себе, так и упрашивала купить, будто дрессированная. Скамандер старший следил за своей дочкой с любопытством, еще разыскивая в ней хоть малую одержимость животными, которой обладал он. — Она такая же сумасбродная, как и ты, не переживай, — уверила его жена тихо, а потом ухмыльнулась и взяла мужа под руку. — Значит, я сумасбродный? — усмехнулся Ньютон. — Такого комплимента из твоих уст я еще не слышал. — Слышал, но забыл, — Порпентина качнула головой. — Я в хорошем смысле. Альфис любит то, с чем не соскучишься. Она разыскивает себе подходящую сову, так что надо зайти на обратном пути в аптеку и взять больше Рябинового отвара. Будь уверен, она выберет самую драчливую. — Вот эту! — однако, девочка нашла, чем удивить родителей даже сейчас. Не стоило пытаться предсказать ее поступки, это не всегда работало. Сова, мирно сопящая в клетке, приоткрыла свои маленькие глазки и встрепенулась, когда клетка с ней оказалась в руках маленькой волшебницы. Черные перья распушились, соня всхрапнула снова, Альфис захихикала. Чем ее заинтересовало это сонное животное, было непонятно. Девочка назвала своего нового питомца Сниффлом* и отказалась приобрести еще какое-нибудь животное, хотя могло показаться, что перспектива иметь два питомца, дабы не скучать, ее порадовала. Однако, было что-то свое у нее на уме, и едва заметная ухмылка сияла на губах девочки. Далее по списку была волшебная палочка и Тина заметила, что дочь затихла в предвкушении чего-то по-настоящему восхитительного. С самого детства она знала, что палочка — это навсегда. Палочка — ее оружие, ее инструмент, ее вечная спутница и помощница. В магазин Альфис вошла первой, передав клетку папе, немного дрожа, это был трепет от предстоящего далее выбора ее орудия. Молодой продавец, Гаррик Олливандер, улыбнулся новой покупательнице, его серебрянные глаза весело сияли, он подозвал покупательницу поближе. Родителей тоже волновала предстоящая процедура, ведь говорили, что новый потомственный торговец палочками работает по своему методу, который разительно отличается от предыдущего. И всех вокруг это волновало, но за последние несколько лет в газетах отмечали, как искусно и точно продолжатель дела своего рода подбирает инструмент для юных волшебников. Альфис, конечно, этих статей не читала, слухов не слышала, так что повод для волнения у нее был — неизвестность. После измерений пропорций ее тела, мастер забегал между полками, губы его шевелились, читая вслух разные названия, а потом он положил перед девочкой несколько коробочек с палочками, протянул одну с дружелюбной улыбкой. Однако, от взмаха этой палочкой ничего не случилось. Другая выскочила из руки младшей Скамандер и ударила продавца в лоб, третья подпалила первую палочку. Когда Альфис взяла в руки четвертую, губы ее уже дрожали, она винила во всех злоключениях с предыдущими экземплярами себя, но вдруг этот, из волокнистого дерева, прочный и жесткий, заблестел в ее ладошке после взмаха. Словно засветился изнутри теплым светом. Олливандера окатило струей теплого воздуха и он, смахнув со лба пот, улыбнулся совсем счастливо, с облегчением. — Сердечная жила дракона, — кивнул мастер, — Так и знал, что надо было начать с нее. Сосна и жила дракона, надо же. А вы, леди, экспериментатор… — пробормотал Олливандер и продавец окончательно понравился девочке. Как и комплимент, прозвучавший из его уст. Далее дело уже шло не так интересно. Папа оставил их в магазине мантий, чтобы на дочь сшили парочку, а сам пошел за котлом, медными весами, стеклянными флакончиками и другими приспособлениями для зельеварения и астрономии. Ему было бы неинтересно здесь, так что Тина была уверена, что муж заглянет по пути в магазин животных снова, или зайдет в книжное издательство «Обскурус», чтобы поздороваться со старыми друзьями. Альфис же смотрела с любопытством, как на ней закалывают иголочками ткань, еще висящую до самого пола. А остроконечная шляпа ей жутко не понравилась, девочка надеялась, что ее придется надевать редко. Порпентина же от шляпы была в восторге и недовольное сморщенное лицо дочери под полами этого головного убора лишь развеселило женщину. — Давай найдем папу, — предложила она, когда они закончили с примеркой мантии и Альфис непременно придумала бы, как наколдовать какое-нибудь поисковое заклинание для этого, но мама забрала палочку, чтобы девочка не нарушила закон о колдовстве несовершеннолетними. Или хотя бы никого не проколола насквозь своим новым приобретением. Ньюта они нашли довольно быстро и скоро все семейство отправилось в кондитерскую лавку, за мороженым, чтобы отпраздновать такой чудесный день. Младшая Скамандер и представить еще не могла, что существует что-то волшебнее Косого Переулка, так что теперь и родной дом уже казался ей скучным. Пару раз девочку даже посещала идея о том, чтобы обязательно переехать в это место, когда она вырастет. Однако, она не забывала о главном — отмечала на календаре дни до отъезда в школу. И скоро красные крестики заполнили весь август. На месте первого сентября была нарисована нелепая косая рожица, которая, вроде как, напоминала ухмыляющееся личико маленькой волшебницы. Кич — ее шишуга* — тоже прыгал и вилял обрубком хвоста в предвкушении путешествия в Школу Чародейства и Волшебства. В первое осеннее утро светило яркое теплое солнце, и Альфис вскочила ни свет, ни заря, раньше родителей и раньше зверушек папы. Трепет и радость разрывали ее изнутри и вот-вот младшая Скамандер грозилась взорваться сотней радужных конфетти и фейерверков.