Моя девочка.

Аня отпрянула от меня, выставляя руки вперед, смотря за мою спину, я упирался руками в стену по бокам от девушки, ощущая лютое желание внутри. Она упиралась ладонями в мою грудную клетку, выравнивая дыхание и бегая глазами вокруг, ее пальцы дрожали. — Постой, — прошептала она, прикрыв глаза на пару секунд. — подожди, Егор, — я вскинул брови, смотря в ее глаза. — Нет, — шепчу я, приближаясь впритык к ней, а она все еще смотрит в темноту за моей спиной. — я слишком долго ждал, — я усмехаюсь, а она краснеет, смотря в мои глаза, но уже не уводя взгляд, как это было раньше. — Здесь люди, — шепчет она, упираясь ладонями в мои плечи, а я хмыкаю. — Твое право, — она удивленно смотрит на меня, а я отхожу, садясь за стол к ребятам, которые решили не танцевать. Я пододвигаю к себе тарелку и подцепляю пару-тройку разных фруктов и ягод, налив в бокал воды и удобно устроившись на диване, откинувшись назад. Ане, через некоторые время, Таня предлагает сесть около меня и я подмигиваю ей, Лебедева всегда понимает мои мысли с одного взгляда на человека. Девушка берет в руки бокал с безалкогольным шампанским и делает пару глотков, расправив волосы, Таня предлагает ей выпить что-то немного крепче, а я Есенина внимательно изучает мою реакцию, но все же соглашается и принимает вино, отпивая из бокала, хочешь наказания, детка? Я мечтал наказать тебя полгода, заслужила. Она слегка расстегивает молнию на топе, расслабленно разговаривает с Таней, а я пью воду, рассматривая ее тело, следя за поведением, она изменилась за это время. Стала более общительной, открытой, но все такой же податливой и нежной, мне так нравится это в ней, о, черт, мы не виделись полгода, я старался забыть ее, но даже спустя столько времени внутри от взгляда на то, как она, к примеру, покусывает губу, мне хочется зажать ее где-нибудь и сделать все, что взбредет в мою голову. Блестки на ее глазах переливаются, а в определенных местах на губах съедена алая помада, которая по вкусу схожа с вишневым ликером, или может быть, меня просто пьянят ее поцелуи. Девушка делает еще пару глотков вина и я решаю переходить к решительным действиям, будем учить тебя заново, детка. Я кладу ладонь на ее колено и девушка вздрагивает, остановив бокал у губ, но потом отпивает, косясь на меня, я смотрю вперед, продолжая разговаривать с Матвеем и Машей, которые сидят напротив, обнявшись. Я поглаживаю стройные ноги сквозь ткань джинсов и поднимаюсь все выше с каждым глотком, пока не дохожу до упора, касаясь промежности сквозь ткань и заметив, как Аня сильно прикусила свою губу, сделав еще глоток и протягивая бокал Тане, которая уламывает ее еще на один, но Есенина упорно пытается отбиться, хотя, от Татьяны отбиться нереально, итог — бокал снова в руке. Наказание продолжается. Вокруг еще больше темнеет, многие уходят танцевать, а я все так же сижу и безмятежно говорю с Матвеем о всем, что взбредет в голову. Напротив Аня садится Олеся со стаканом ром-колы и они начинают говорить, а я придвигаюсь немного ближе к Есениной, ухмыльнувшись и медленно расстегивая пуговицу джинсов девушки и Аня, придвинувшись к столу, незаметно кладет свою руку на мою, но я убираю ее, не смотря даже не то, что она старается сжать мои пальцы. Я касаюсь пальцами самого низа живота, провожу по резинке кружевного белья, но при всем этом, так же общаюсь с ребятами за столом, иногда смеюсь, а вот Аня пытается больше слушать чем говорить и это вселяет в меня еще больше азарта. Пальцы накрывают бусинку клитора и зажимают ее и я замечаю, что Аня едва не ударяет стол коленом, начав сильнее потирать клитор, видя как девушка кусает губу. Я ощущаю, что девочка намокает и при каждом моем движении ближе к ее входу ее голос срывается на вздох или порой, отклонившись, она тихо стонет, внезапно она выпивает остатки алкоголя залпом и я вхожу в нее пальцами от чего она давится вином, двинувшись от меня в бок так быстро, что я не успеваю среагировать. Аня выходит из зала, направившись в коридор, а я жду примерно минут пять, а после иду на поиски не до конца наказанной девочки. Дверь в гостевую комнату прикрыта и из-за громкой музыки мало что слышно, но я ловлю себя на мысли, что слышу женские стоны и приоткрываю дверь, застыв. Аня, прислонившись к подоконнику, и опустив голову, сладко постанывает, я не выдерживаю и подхожу к ней, неслышно, сзади. Мои руки ложатся на бедра девушки, она вздыхает, едва не крикнув, но я успеваю закрыть ее рот одной рукой. — Тихо, малышка, — прошептал я ей на ухо, прикусив мочку и проникая руками под ткань белья, сразу же чувствуя бесконечно сильно влагу внутри. — плохая девочка, — оставляю укус на ее светлой шее, наслаждаясь. Ты говорила подождать? Я ждал чертовы полгода и еще пару часов, хватит. Я вхожу в нее пальцами раз за разом затрагивая нужную точку и сжимая руку на лице девушки. Я закрыл дверь на замок, благо, этого не сделала моя возбужденная малышка, сейчас сама насаживающаяся на мою руку. — Егор, не могу, — шепчет она, буквально плача. — глубже, пожалуйста, — я нервно сглатываю, раньше она не позволяла себе лишний раз вздохнуть во время секса. — хватит, — уже хнычет она, а я только поворачиваю ее, посадив на подоконник и начав жестко толкаться к нее рукой, доводя до исступления, до тех пор, пока она не вскрикивает уткнувшись ко мне в шею и вцепившись пальцами в плечи. — Ты не была такой смелой, малышка, — усмехаюсь я, спустив ее на пол и падая на диван, притягивая девушку к себе. Дрожа всем телом от еще не прошедшего оргазма, она подходит и ставит согнутые в коленях ноги по бокам от меня, кладя свои руки на мою шею и сладко целуя, от нее пахнет вином и я морщусь. — Только попробуй еще раз выпить, — прорычал я ей в губы, сильно укусив. — Я больше, — шепчет она, ерзая на меня, от чего я сжимаю ее тело. — больше не буду, — хмыкаю, снова целуя ее, притягивая к себе, кладя руку на затылок. Девушка ерзает на мне своей промежностью так сильно, что штаны становятся безумно тесными и неудобными, я приподнимаю ее, усаживая удобнее, девушка, возможно благодаря двум бокалам вина, смелеет, и накрывает выпирающий холм ладонью, потирая, от чего я рычу, сильно укусив ее за шею, слыша стон боли и наслаждения. все вертится, я слышу только приятный голос Ани и не замечаю, как мы оба остаемся без ненужной одежды. Новый год определенно удался. — Поехали ко мне ночевать, — шепчу я, когда девушка снова хрипло дышит, уткнувшись мне в шею. Она молчит, а я просто поднимаю ее, ставя на пол и подавая вещи, и одеваясь сам. Я выхожу из комнаты вместе с девушкой, и когда она уже закрывает дверь, я приставляю ее к стене и резко целую в губы, зарываясь в и без того лохматые волосы. Другой рукой до конца застегиваю ее красный топ и отстраняюсь, замечая только сейчас, что ее губы, окрашенную в красную помаду, припухли от поцелуев очень сильно, а некоторые ранки довольно хорошо видны и все это плюс яркие укусы и засосы на шее. Мы прощаемся со всеми по отдельности, но уходим все же вместе, и садимся в мою машину вместе, и уезжаем вместе ко мне домой. — Я скучала, — шепчет она уже тогда, когда в спальне я сажу ее на стол, приникая губами к шее, покусывая и полизывая. — Я тоже, — хриплю, вдыхая полной грудью ее аромат, чертовски вкусный и знакомый до боли. Мы падаем на постель, смеемся, она иногда шепчет что-то сладкое, как раньше, заботливое и нежное, уже такая не скромная девочка, но надеюсь, лишь со мной одним она такая податливая, сексуальная и возбуждающе-вкусная. Мне сейчас честно плевать на то, были ли у нее кто-то за все эти месяцы или нет, мне хватает ее стонов и того, как она извивается подо мной и мечется по постели, мне этого хватает, но еще больше дурманит мысли то, как сейчас она сопит, лежа на моем плече, как ее спутанные темные волосы рассыпаны по подушке, мне хватает того, что она сейчас просто рядом со мной, это вселяет в меня прежнее и такое желанное тепло.

***

Я открываю глаза, видя пасмурную Московскую зиму за окном и компьютерный стол, заваленный моими вещами. Я приподнимаюсь, осматривая комнату и потянувшись, но меня ошарашивает данность тогда, когда я брожу по квартире, пустой и все еще наполненной вчерашним жаром. — Ань? — зову я, но в ответ слышу только тишину.

Болезненно-колющую тишину.